Сердцу не прикажешь.

      Жизнь может завернуть нас куда угодно, и если не брать свою жизнь под строгий контроль, её река занесёт тебя в ту самую задницу мира, с которой не выбраться. Ну или приведёт к озеру, где ты будешь спокойно дрейфовать всё своё существование. А ещё, она может привести к водопаду, падая с которого, получаешь не слабый адреналин.       Миссис Чон до сих пор не знает, куда привело её течение, но она точно уверена, что счастлива здесь, будь это тихая гавань или бушующие воды. Да, она потеряла мужа. Да, она потеряла дочь. В жизни пожилой омеги было много грустного и она потеряла столько же, но в то же время она многое приобрела. У неё двое чудесных внуков, которые напоминают ей о любимом муже и дочери. Хосок очень похож на покойного альфу как внешностью, так и характером. Она заботилась о нём и всё чаще находила их общие черты, например, манеру общения. Чон Хену был очень весёлый и заботливый альфа, но если его разозлить, то он превращался в настоящего монстра, хорошо, что это было очень редко. Ещё, они оба очень открытые, всегда способные расположить к себе люди. А Чонгук очень похож на их покойную дочурку, Чон Арину. Она… была красивой, очень любила читать, у неё были глаза как два глубоких озера, посмотри в них и утонешь. Арин часто пела для мамы с отцом, а те гордились её успехами во всех её любимых сферах. Она занималась искусством и немного науками. У неё с сыном есть общая черта, более важная, чем внешность или характер. За что бы они ни взялись, у них всё получалось. Старушке иногда казалось, что Чонгук продолжение своей матери во всех смыслах, хотя так и было.       Стоя перед плитой, омега напевает какую-то песню и жарит что-то вкусное на сковороде, не замечая, как по лестнице спускается глава семейства.       — Дома ночевал? А я уже думала всё, не увижу тебя, ─ улыбается она, возвращая внимание к еде.       — Мне не до ваших подколов, мама, ─ серьёзно заявил альфа, заваривая себе растворимый кофе.       — Хоть о детях подумал бы. Они не видят своего отца практически никогда, а ты…       — Не начинайте этот разговор, ─ грубо прервал её старший Чон, — Я занят на работе, и вы должны это понимать!       Чон, уставший, садится на своё привычное место. Уже который день его отдел рассматривает место пропажи, а списки пропавших всё увеличиваются. Если бы кто-то сказал, что Чон Дунхуа плевать на сыновей, то он глубоко заблуждается. Альфа печётся об их безопасности с тех пор, как они появились на свет. После смерти жены он чувствовал опустошения в районе груди. Он помнил её, помнит сейчас, вспоминает её каждый день, чтобы бережно хранить её образ в голове. Он помнил её волнистые и сладкие на запах волосы, её глаза, улыбку, которая была способна порадовать альфу даже в самом отвратном настроении. Он любит её, поклялся беречь, но не смог. Дунхуа до сих пор помнит встречу с её родителями, они тогда невзлюбили его, ведь он был потомком охотников. Только вот Чон всеми фибрами души старался объяснять своим будущим тестю с тёщей, что делами предков он заниматься не собирается. И они его приняли. Правда, миссис Чон подкалывала и припугивала своего зятя тогда и по сей день. Это, хоть и раздражает, но это является тем, что напоминает об Арин, когда она или смеялась, или закатывала глаза на их войну. Её не хватает… Всем.       Чон старший допивает кофе, когда сонный, ну или в общем не спавший этой ночью, Чонгук спускается к ним и с закрытыми глазами садится за стол и чуть ли не ныряет в поставленную перед ним миску с кашей.       — Всё в порядке, сынок?       Чонгук даже подскакивает на месте, стоило услышать отцовский голос, но он только улыбается ему и легко кивает головой. За ним вниз спускается Хосок, который первым делом поцеловал бабушку в щёку, только потом сев за стол.       — Доброе утро , отец, ─ улыбнулся альфа отцу.       — Доброе.       Повисла тишина, которую прерывали лишь стук металла об посуду. Семья завтракает в тишине и в неком напряжении, которую замечает лишь младший. Порывшись в своей картотеке памяти, в поисках чего-нибудь смешного, он наткнулся только на одно.       — Хосок-хён, помнишь, ты говорил, что произошло что-то серьёзное? Тогда ты сказал, что приедешь за мной.       — Ах, ты об этом? Понимаешь, с моей работы начали пропадать люди, это продолжается до сих пор. То, что все пропавшие были омегами почти твоего возраста, меня насторожило, поэтому я заволновался.       — Пропадать люди? ─ подал голос старший альфа, — Кому принадлежит место твоей работы?       — Ну, компании «KimConstruction», а что?       — Было зарегистрировано более сотни пропаж и ты, наверное, удивишься, но все пропавшие связаны с этой компанией, ─ потемнели глаза старшего.       Не на такую семейную беседу надеялся младший, когда искал тему для разговора. Название компании, а тем более новости о пропажах его шокировали, ещё в нём поселился страх. Страх за брата и отца тоже. Может прозвучит глупо, но омега знает кучу детективных дорам с подобными сюжетными линиями. Люди одной категории пропадают по очереди, а к середине становится известно, кто всё это затевает, но самое страшное, все пропавшие оказываются мертвы. И если исчезают люди, работающие на объектах «Kim», то следующим может оказаться и Хосок.       — Ты должен уволиться или взять отпуск за свой счёт, пока это дело не увяжется, а ты Чонгук, должен уйти из университета.       — Что? ─ одновременно спросили братья.       — Я сказал и повторять не буду. Делайте, что говорят.       — Отец, я иду на повышение. Если я уйду хоть на маленький срок, то моё место просто-напросто заберут! ─ возмущается Хо.       — А если я оставлю университет сейчас, то буду должен им огромные деньги, это последний курс!       — Почему вы не хотите слушать?! Я ведь хочу вашей безопасности! ─ привстав, стучит руками по столу Дунхуа.       — Мы уже не маленькие, ─ холодно отрезал Хосок, поднимаясь со стола, — Спасибо за завтрак бабушка. Чонгук, ты едешь?       — А? Да, ─ омега поднимается с места и поцеловав бабушку в щёку, уходит за братом.       — Это было чересчур, ─ подала голос женщина.       Альфа не отвечает на это и уходит на работу. В душе остается осадок и злость на сыновей, ну и на себя немного. Так часто бывает, что родители что-то запрещают и ждут от ребёнка повиновения, но когда его нет, родители злятся, так что и мужчину можно понять. Его дети отбились от рук, когда мать оставила этот мир, они сами себя во многом ограничили, часто запирались у себя в комнате и перебирали их семейные фотографии…       Думать о грустном не особо хочется, поэтому Дунхуа просто включает музыку в своей служебной машине и уезжает в участок.

***

      В университет студенты сегодня приходили не одни. Родители многих омег и альф, а так же бет, приехали со своими детьми с одной лишь целью, забрать с учебного заведения. Последние новости и предположения сильно перепугали жителей, объекты «Kim» поспешно остаются безлюдными. Всё вокруг настораживает.       Чонгук, проходя мимо беседующих родителей, видимо, своих одногруппников, узнал, что семьдесят процентов учеников уже покинули заведение. А практику в вышеперечисленных объектах никто не хочет проходить. Директор в своем кабинете, полностью под бумагами, выпивает почти всю флягу успокоительного, подписывая очередное заявление.       — Господин директор? С вами всё в порядке?       — Ах… Чонгук-ши, это ты? Заходи, не стесняйся, ─ улыбнулся он с усталыми глазами.       — Что это? ─ указывает на стопки бумаг.       — Это? Да так, просто куча отказов от прохождения практики, ─ на глазах чуть ли не слёзы, но он это сказал.       Чон видит в этих глазах исчезающую надежду. А в бумагах неоправданные труды. Директор любого учебного заведения несёт ответственность за учащихся и помогает им морально расти. Мужчина всё для этого делал. Он работал всю жизнь, чтобы добиться этого кресла, но теперь, когда на глазах рушатся плоды многолетних трудов, он готов выть волком. Похвально то, что он улыбается студенту. Через боль.       — Всё будет хорошо.       — Обязательно…       Чонгуку очень жаль его. Он помнит, сколько сил во всё это вкладывал этот замечательный омега, ещё то, что он может потерять работу. Всё хуже с каждым шагом.       Он покидает кабинет директора и идёт по коридору дальше.       В одной из аудитории слышен строгий голос, что обещает невозможного. Чон подходит к ней ближе и приоткрывает.       Перед доской стоял Ким Намджун и, подобно президенту на заседании правительства, объяснял родителям, что их дети будут в безопасности, но количество практикантов будет ограничено до двадцати человек. И что все должны идти добровольно. Когда речь зашла о том, кто хочет этого добровольно, то лица взрослых побледнели и повисла гробовая тишина.       — Я пойду, ─ подал голос кто-то из толпы, и из неё вышел Юнги.       Ким сначала удивился, потом нахмурился, но всё равно сказал своё «хорошо». Чонгук не понял, что им двигало, когда он зашёл в аудиторию и на вопрос «Кто ещё?» ответил «Я».       Все смотрели на них. Они переглянулись между собой и слушали шушуканье родителей за спиной. «У них нет родителей». Первое, на что оба парня обратили внимание. Эта тема больная для многих детей, у которых нет родни, но не для них. Потому что оба свыклись с этой закладкой на своих судьбах.       — Если это всё, то я объявляю собрание законченным.       После этих слов, аудитория по тихому опустела, оставив двух омег с альфой наедине.       — Мин Юнги, ─ перед глазами опустившего голову Чона появилась рука, которую он пожал.       — Чон Чонгук.       — Раз вы познакомились, то позвольте вас проинструктировать, ─ подошёл к ним альфа, — Сейчас, вы идёте к директору и берёте трудовые договоры и дневники. Затем, ровно через месяц, я сопровожу вас на место вашей практики, на ваши рабочие места, где вы проведёте ближайшие три месяца. Ещё. В связи с последними событиями, ваша безопасность, ─ останавливает серьёзный взгляд на Юнги, — Моя ответственность.       Взгляды альфы и омеги застыли друг на друге, и оба не заметили, что Чонгук чувствует себя лишним, но он решил напомнить о себе.       — А пропавшие… Никого из них не нашли?       — Нет… Мы сами участвуем в поисках, но не волнуйтесь, со мной вы можете спать спокойно.       — Насчёт спать ты, конечно, сказанул, ─ неожиданно засмеялся Мин.       Парни ещё долго стояли вместе, а затем омеги направились на пары, в то время как Ким ушёл делать отчёт для Тэхёна.

***

      На ноутбуке показано две фамилии и имени, из-за которых Тэхён сейчас готов разорвать себя пополам. Чёртов человек даже сейчас лезет в его жизнь. Это не то, что представлял себе оборотень, когда думал о своей мести. Он должен хотеть разорвать этого омегу по кусочкам, он должен его люто ненавидеть, он должен как минимум испытывать к нему неприязнь. Но нет. Он, сука, беспокоится о нём и это жуть как неправильно. Зверь внутри требует выйти в лес и поохотиться, лишь бы отвлечься от этих мыслей. Отвлечься от Чон Чонгука.       Через месяц он будет здесь, будет работать на него. Альфа не хочет видеть его, но в то же время не хочет, чтобы с этим мальчишкой что-то случилось.       Завтра, Ким примет самое странное решение в своей жизни. Пожалеет он о нём или нет, остается только гадать.