Solo adelante

Зимнее поле с белоснежной шубой. Легкий ветерок, создающий небольшие завихрения у сугробов. И тишина. Опять этот сон. Какого духа? — Тебе не нравится это место? — все тот же самый неизвестный голос объявился за моей спиной. — Меня оно пугает, — отчего-то я ответила честно, что меня несколько взбесило. — Хм, а ведь его создает твой разум, — мой невидимый собеседник казался озадаченным. — Мне казалось, тебе хотелось спокойствия… — Тебе показалось, — огрызнулась я, поморщившись. — Почему я не имею чести видеть тебя? — В этом нет необходимости. Мы можем говорить и так, — вот теперь послышалось ехидство. — Ты что-то скрываешь. Я явно видела тебя в жизни. Не так ли? Мой вопрос остался без ответа. Собеседник предпочел проигнорировать его, следовательно, я или сглупила, или попала в точку. Ха, наверняка второе! — Не радуйся, ты не можешь знать наверняка, — прозвучало прямо над ухом, из-за чего я вздрогнула, но устояла на месте. — Привыкаешь. — Ты читаешь мои мысли? — внутри меня появилось жуткое раздражение от этого. — К сожалению, твои мысли хорошо защищены от меня… — Тебя это наверняка бесит. Я чувствую от тебя волны недовольства, — теперь пришла моя очередь ехидничать. — Да, меня это раздражает. Хотелось бы иметь доступ к твоим мыслям, воспоминаниям, а я довольствуюсь лишь какими-то чувствами, эмоциями и, наконец, снами. Хотя я сильнее тебя в разы! — ни капли недовольства в голосе, лишь холод и лед. В голове закрутились мысли. В каком плане сильнее? Разум? Мысли? Сны? Какого духа он имеет доступ к моим снам? Такое ощущение, что вокруг меня плетут кокон из паутины. Вот только паук тут он, а не я. Ненавижу быть жертвой. — Ну-ну, не злись. Тем более, что тебя беспокоит кое-что другое, — вновь этот ехидный тон, заставляющий меня раздраженно заскрипеть зубами. — Твой верный дружок проявляет к тебе чувства. — Ты вроде не имеешь доступ к моим мыслям, — я фыркнула и резко дернулась. — Чего? — Да, с одной поправкой на то, что иногда, практически находясь во сне, мы слышим интересные вещи. Как ты помнишь, ко сну я имею полный доступ, — крепкие руки удержали меня на месте. — Ты не поняла, что значили его слова? — Лучше замолчи! — мне резко стало тяжело дышать, словно меня душили. — Будь хорошей девочкой, Доротея. Не бегай от правды, ведь она всегда дает о себе знать, — мои ноги подкосились. — А теперь позволь мне проникнуть в твой разум…

***

Первое, что я увидела, распахнув глаза, так это озадаченное лицо Гани. Понадобилось две минуты, чтобы понять, что он держит меня практически на своих коленях. Судя по помятому виду и растрепанным волосам, араб совсем недавно выбрался из постели. — Сколько сейчас время? — сипло спросила я, бросая взгляд на темноту за окном. — Четыре часа утра, — таким же голосом ответил тот, вздохнув. — Я услышал, как ты хрипишь. Что случилось? — Сама не знаю, мне стало тяжело дышать, — рукой коснулась шеи, но она не болела, в отличие от горла. — Жутко… Ты прости. — Аллах тебя простит. Гани подавил зевок и сонно поморгал глазами, прежде чем скользнуть по мне задумчивым взглядом. О чем-то поразмыслив, парень нагло подвинул меня и плюхнулся у стены на мою, минуточку, постель. — Эй! — я возмущенно зашипела, отодвигаясь от него на самый край. — Это неприлично. — Неприлично бы было, если бы я захотел тебя склонить к интиму. Идея, в целом, неплохая, но… Ай! — я от души ударила его подушкой. — Неплохая идея? Ты мой вассал! — моему возмущению не было предела. — Ты моя будущая альфа, так что это было бы вдвойне приятней, — он усмехнулся, смотря на меня бесстыжими глазами. — У меня есть парень… — Это не муж, да и откуда он узнает? — поиграл бровями. — Ты меня бесишь! — я отодвинулась еще немного и с грохотом оказалась на полу. — И ты меня с самого первого дня нашего знакомства, но я все же тут и даже остаюсь в твоей постели не ради бурного времяпровождения, а чтобы не бегать далеко, если ты начнешь задыхаться. Остроумного ответа на эту тираду у меня не нашлось. Да и стало стыдно, чтоб его духи покусали. Звучит крайне серьезно, но все равно раздражает. Да и в одну постель с ним я не лягу. Ни за что. — Ты всегда можешь передумать, Доротея. Если что, я тут, — сказал Гани, когда я гордо развернулась и покинула комнату. Организм просил полноценного сна, который он не сумел получить из-за непонятного происшествия. Блин, почему это происходит именно со мной? За что это все? Ноги сами вынесли меня на улицу. Было достаточно холодно, так что очень скоро я начала дрожать. Но и в дом мне не хотелось. Ощущение, что я в нем в опасности. Меня загнали в тупик, как жертву! В который раз! Мне нужна помощь… — Что случилось? — голос Сашиэля был бальзамом на душу, пускай он был злобным. — У меня ощущение, что я начинаю сходить с ума, — тихо застонала я, стараясь подавить накатывающуюся истерику. — Доротея, успокойся, — дед сразу смягчился. — Сделай глубокий вдох и выдох. Расскажи, почему ты так нервничаешь? — Мне второй раз подряд снится нечто очень странное и пугающее. Я стою на заснеженном поле, но оно нереальное, неживое, отталкивающее. — Дай угадаю. Там очень тихо? — мне показалось, что он напрягся. — Да. — Черт… — раздался грозный рык. — С тобой кто-нибудь разговаривал? Мужчина? Женщина? — Мужчина. Он смеялся над моей глупостью и неопытностью, говорил, что намного сильнее меня, но он не может получить доступ к моему разуму, хотя пытался это сделать, — из-за нервов стала тараторить так, что язык заплетался. — Мне стало больно, не хватало воздуха. Не знаю, что было бы, если меня не разбудили… — Тише-тише. Ты не сходишь с ума, хотя это даже намного хуже… — на некоторое время воцарилось молчание. — Сашиэль, что это такое? — я нервно сглотнула. — То, что ты видишь вещие сны, это малая часть того, чего можно добиться. Во сне можно делать разные вещи, например, создавать место, где общаются два человека, с такой способностью. — Хочешь сказать, что тот, кто хочет меня…вскрыть, имеет такую способность как у меня и у тебя? — мне впервые за долгое время захотелось покурить. — Да. И то, что он до сих пор тебя, как ты выразилась, не вскрыл, очень даже радует, — послышался вздох. — Я бы помог тебе от него избавиться, но меня кое-что держит… Прости, виноват. Однако могу кое-что посоветовать. Тебе нужно будет совершить небольшой обряд. Инструкцию пришлю днем. — А что мне делать до этого обряда? Не спать? — Спать, причем обязательно. Иначе твоя природная защита начнет плохо работать, — он вздохнул. — У тебя есть кот, он сможет тебя защитить. — Каким это образом? — Кошки особые животные. Я тебе расскажу однажды все, что знаю, но не сейчас… — А если я пока не имею возможности спать с котом? — я прикусила губу. — Не спи одна, чтобы кто-то в случае чего мог тебя разбудить… Прости, мне пора. Наверное не стоит говорить о том, что я все-таки поднялась наверх и зашла в свою комнатку. Гани, естественно, уже сладко сопел, заняв место у стены и отобрав мое одеяло. Тихо вздохнув, я аккуратно устроилась на самом краю кровати, чтобы между нами было расстояние. Спать хотелось ужасно, так что не прошло и минуты, как глаза начали закрываться. И тут меня сгребают в охапку, прижимая к теплому боку и укрывая одеялом. — Холодная, как ледышка. Кто ходит на улицу в холод не одевшись? — пробурчал сонный голос, прежде чем его обладатель уткнулся лицом в мои волосы. Остальная часть ночи прошла практически спокойно. Был лишь короткий приступ удушья, который прошел, стоило мне открыть глаза. Гани меня действительно разбудил в тот же миг. Как же чутко он спит. В общем, мы оба выспались, даже никаких поползновений на мою честь не было. Прекрасно, только пришлось отмываться от запаха вассала целый час. У меня возникла паранойя, что я им пахну. Кожу терла до покраснений. Так, Сашиэль обещал прислать инструкцию…

***

Еще не доходя до дома Калленов, я услышала обеспокоенные шепотки и ощутила напряженность. Выйдя из-за деревьев, я огляделась и поняла, что все вампиры настороженно смотрят на одного пришельца. Некоторые даже были готовы защищаться. — Бьерн! — улыбнулась я, направляясь к тому самому громадному бородатому вампиру. — Привет, Сольгерд, — тот с усмешкой посмотрел на вытянувшиеся лица вампиров, взъерошив мне волосы. — Веселая у вас…компания. Только не гостеприимная. — Нас встречали не менее гостеприимно, — едко прокомментировал Стефан, один из румынских вампиров. — А то, вспомнить только, как все столпились и смотрели на нас, как на восьмое чудо света, — вторил ему Владимир, не сводя с викинга взгляда. — Но он нас переплюнул… Бьерн благополучно проигнорировал их, подарив все внимание приближающейся к девочке. Все сейчас только заметили, что она ускользнула из-под надзора Тани. То, что я спокойно находилась рядом с таким громилой, который, между прочем, крупнее Эммета, ее вполне устраивало. — Это то, из-за чего три сидящие на тронах бабы вылезли из…своих подземелий? — пророкотал Бьерн, закатив глаза. Румыны покатились со смеху, остальные же посчитали их идиотами или душевнобольными, судя по взгляду. Ренесми с улыбкой посмотрела на викинга и протянула ладонь, что заставило Беллу сильно напрячься. Бьерн без моей подсказки присел и позволил ей дотронуться до себя. И ведь не дернулся. Вот что значит дисциплинированный воин. — А ты уверена в нем? — помялась Бель, подойдя ближе вместе со своим мужем. — Да брось, ребенка он не обидит точно, — я улыбнулась и взъерошила ей волосы. — И почему ты спрашиваешь у меня? У тебя муж читает мысли. — Я его плохо слышу, — признался Эдвард с недовольством на лице. — Но он заинтересовал Элеазара… — Еще бы. Такая мощь в нем! — вздохнул мужчина под смешки жены. — Меня за такими алмазами Аро по всему миру гонял, а они сами к вам приплывают. — Просто такие, как я, умеют скрываться, — Бьерн открыл глаза и медленно встал, окинув взглядом девочку. — Необычно. — И-и-и? — протянула я, вынуждая скорее дать ответ. — Мне все равно делать нечего, помогу вам загнать этих трех баб обратно, — он небрежно повел плечом. — Может и вас чему-нибудь научу, если, конечно, здесь нет дураков. Дураков, которые решились бы отказаться от новых навыков в борьбе, не оказалось. Особенно радовался Эммет, ведь для него нашел отличный спарринг-партнер, который отправил его в нокаут первым же ударом. Ох, как Каллен шипел от своей беспомощности, это нужно было видеть. Побесился и принялся с ним тренироваться каждый день, иногда прерываясь на обучение Беллы. Боец из нее, честно сказать, не самый лучший, но в случае чего в глаз дать сумеет. Лучше всего у нее получается использовать свой щит. Изо дня в день он становится сильнее, но пика своего совершенства достичь не смог. Ничего, все еще впереди. Что меня особенно обрадовало, так это прибытие моих кузенов. Только завидев их в аэропорту, я радостно взвизгнула и повисла на Мари. Ее веселый смех и родной запах сладких духов подарили мне некое расслабление, словно все это время я была в напряжении. Что уж говорить о крепких объятиях двух крепышей с их вечными улыбками? Это было прекрасно. Но одно меня сильно удивило. — Захид? — я удивленно моргнула, увидев перед собой улыбающегося кузена. — Что?.. — Слышал слухи, что в Форксе собирается толпа противников Вольтури. Решил сам проверить, — Захид мило улыбнулся, крепко обнимая меня. — Не мог же я бросить кузенов? — А твой дед знает? — я прищурилась, заметив, как тот стушевался. — Захид, ты ему не сказал?! — Пусть думает, что я уехал в дальние земли, где не ловит связь. Да простит мне Аллах эту ложь, — он нервно почесал затылок, поежившись от непривычного холода. — Если ты тут погибнешь, Аббас с Васко три шкуры сдерут. Поэтому, будь добр, не лезь на рожон, — я покачала головой под смешки остальных кузенов. — А вы чего смеетесь? Всех касается! Всех кузенов, естественно, я поселила в фисташковом домике. Не в Форкс же их тащить, в самом-то деле. Джузи и без них с Мануэлем на руках выполняет заказы, неугомонная. Повезло, что ребенок не капризный, настоящее чудо. Софи тоже под ее надзором, но девочку пока интересуют куклы и игры, так что с ней проблем нет. Дэн занят работой с утра до ночи и мне иногда приходится ему помогать. А Нэт… Что он? Первую половину дня носится в школе, вторую — в резервации с Квилом и Сетом. Сдружились, милашки. А стоило приехать моим кузенам — до свидания. Вообще бы домой не возвращался, если бы я не подсуетилась. Кстати, Натан довольно быстро осваивает новое. Ему многое интересно. Такого рвения никогда за ним не замечала. Вполне возможно, что он пойдет по стопам отца и станет что-то вроде гуру, но это в будущем. Его сейчас беспокоят отношения с Сарой. Зараза, ничего не рассказывает, но говорит, что особых проблем не имеется. Ладно, тут я лезть не стану, дел и так по горло. Мои кузены произвели настоящий фурор. Вампиры оценили моих родственников по десятибалльной шкале на твердую восьмерку. А оборотни вообще на десятку. Мари была в своем репертуаре. Перезнакомилась со всеми сразу, вытрясла побольше сплетен и взбесила пару вампирш. Я понимаю, что Кейт засматривается на Гаррета и излишняя активность моей кузины вокруг него ей не понравилась. Только вот чем та не угодила кочевнице Мэри? Никто так и не понял. Лишь по их косым взглядам друг на друга мы поняли, что что-то не так… Ладно, духи с ними. Захид был паинькой и воспитанным мальчиком, знающим много всего на этом белом свете. Так что неудивительно, что его можно было найти в компании Бенджамина, Элеазара, Карлайла и даже Амона… Да-да, этот хмурый тип, оказывается, был способен на полноценный диалог. Причем излагал такие мудрые мысли, что я иногда заслушивалась. Старейшины тоже быстро полюбили Захида и часто с ним дискуссировали на разные темы, заставляя остальных удивленно хлопать ресницами. Но не это меня больше всего заинтересовало. Думаю, только слепой бы не заметил, как он засматривается на Ли. О да, я говорю именно про то, о чем вы подумали. И это так сильно напугало девушку, что та перестала появляться в поле его зрения. Однако Захид не был простым человеком и как-то умудрялся с ней общаться. Оба выглядели и довольными, и чуть смущенными. Гани, смотря на это, только морщился и фыркал. Что ему не нравится? Без понятия. Рик и Роб. Эти два простодушных дурачка заслужили всеобщее доверие своими дурацкими шуточками и заразительным смехом. Правда иногда был перебор… Короче, местные клоуны. Каждый день становился похожим один на другой. Дом, учеба, тренировки, дом, учеба… И снова, и снова. Иногда мне казалось, что я схожу с ума, но, к сожалению, это горькая действительность. Так что мне захотелось разнообразить будни, что я и сделала, немного обнаглев. Как нельзя кстати пришелся вопрос Ренесми о том, почему у румын такой странный оттенок кожи. Кстати об этом, он действительно был бледнее, чем у многих, словно покрытый пылью, а алые глаза заволокла странная пелена. — Мы слишком долго сидели на тронах, девочка, — покачал головой Владимир, погрузившись в воспоминания. — Возомнили себя богами. Наслаждались властью, пока не пришли Вольтури. — Они задали нам хорошую трепку, — поморщился Стефан. — Но всегда есть возможность отомстить. — Прошу прощения за свою нетактичность, но сколько вам вообще? Тысяча наберется? — я выгнула бровь, игнорируя возмущенный взгляд Мари и предостерегающий — Карлайла. — Даже больше, — они оба ухмыльнулись. — Значит вы были свидетелями того, как творилась история нашей планеты? — я мило улыбнулась. — Не посчитаете ли вы наглостью мою просьбу просвятить меня и других представителей младшего поколения об этом? — Хм. Нисколько, — Стефан ухмыльнулся, переглянувшись с Владимиром. — Мы будем рады передать вам эти знания, — кивнул второй, важно выпрямившись. — С кого начнем? С Цезаря? Румыны, хоть в несколько странной манере, стали рассказывать нам историю, причем чертовски интересно, что не только младшие из присутствующих, но и самые старшие, вроде Бьерна, слушали их. Иногда рассказчиками становились Элеазар или Гаррет, но любимчиками оставались румыны. Наверное, это им помогло окончательно вписаться в компанию, которая до этого относилась к ним с подозрением. Да и те сами стали чуть спокойней. Только почему они стали смотреть на меня с некой долей уважения? Ничего я не сделала. Просто подала идею. Классно же. Такого в учебнике истории точно не напишут. Ещё кое-что заставило меня удивиться, точнее, испугаться до чертиков. Я спокойно стояла себе под тенью деревьев, скрываясь от прохладного ветра и дождя и наблюдая за смешанной тренировкой вампиров и оборотней. Рик и Роб старались повалить Эммета и Бьерна, которые не спешили им поддаваться. Все было быстрым, резким и травматичным. Лично я слышала, так что-то хрустнуло во время очередного удара. Если судить по нахмурившимся бровям Карлайла, это была кость одного из близнецов. Только ни этих двоих, ни их оппонентов, ни многочисленных наблюдателей это не интересовало. — Интересное у вас собрание, но я предпочитаю более тихие. Эта реплика прямо над ухом, когда я была увлечена спаррингом, заставила меня подпрыгнуть на метр. Сердце ушло куда-то вниз, решив, что ему пора готовиться к остановке. Слава духом, не взвизгнула от неожиданности. — Матиас, что у тебя за привычка подкрадываться? — я шумно выдохнула, стараясь успокоить бешеный сердечный ритм. — Прости, — в глазах цвета вишни не наблюдалось ни капли раскаяния. — Ты спрашивала, смогу ли я помочь? Я тут. — А почему…? — Были некоторые трудности личного характера, — парень чуть покачал головой, показывая, что разговор закрыт. — Твои друзья явно желают знать подробности. Действительно, за это время все успокоились и смотрели уже на нас. Если викинг внушал страх своим первым появлением, то этот, наоборот, располагал к себе харизмой. Однако стоило мне его представить, среди присутствующих объявились те, кто его знал. — Ты из английского клана, — нейтрально сказал Элеазар, смотря на него в упор. — Насколько я помню, твой глава часто посещал Вольтури. — Последний раз это было в начале двадцатых годов и только потому, что ему пришлось доказывать свою непричастность в одном деле, — не менее спокойно пояснил Матиас, вежливо кивнув. Мне показалось, что и с Гарретом он знаком, но спрашивать не стала. Не мое это дело. Тем более что оба игнорируют присутствие друг друга. Вежливая холодность. Знакомство с Ренесми прошло спокойно. На лице не проскользнуло ни капли умиления или, хотя бы, доброты, словно вампир решил быть только в маске. Серьёзно. До этого он был более эмоциональным. Скорее всего я просто придираюсь. Он же согласился быть свидетелем, да и фокус Ренесми показал, взяв из воздуха красивую розу… Почему Белла на него косится? — Феноменально. Это иллюзия более сложного уровня, чем у Зафрины, — выдохнул Элеазар. — Он не только внушает зрительную иллюзию, но и заставляет думать, что эта вещь осязаемая. Вот этого я тоже не знала, но теперь ясно, почему подруга смотрела на всех, как на дураков. Она розу не видела, в отличие от других. Классно. При всей своей вежливости Матиас не смог завести себе тут друзей, но приятелей нашел. Хотя он и не стремился к этому. Стоял всегда в стороне и тихо наблюдал, всегда поддерживал беседу, если она начиналась. Один раз даже поучаствовал в тренировке. С Гарретом. Духи, этот вампир очень опасен. И как я только гуляла с ним ночью и дразнила его? Куда делось мое чувство самосохранения?

***

— Зачем вы это только затеяли? — возмущенно шипела я на Эмбри, стирая с его шеи капли крови. — Нет, поговорить нормально, так они во время тренировки цапаются! — Ай, — он поморщился, когда я нажала на рану сильнее. — Не нервничай ты так… — Не нервничай?! Да я чуть от беспокойства с ума не сошла! — я заскрипела зубами, аккуратно вытирая края заживающей раны. — Зашла домой, чтобы поесть, возвращаюсь и мне Питер сообщает, что ты дерешься с Гани. — Нас все равно растащили спустя пять минут, — продолжал гнуть свое. — И правильно сделали, — я раздраженно цокнула, поглядев на оцарапанную щеку. — Духи, как так можно? Губы парня растянулись в улыбке, когда у меня вырвался очередной вздох. Вырвав из моих рук тряпку, Эмбри притянул меня к себе. Повторно цокнув, я поудобнее устроилась в его теплых объятиях и прикрыла глаза. Ровное биение сердца действовало на меня успокаивающе. — Не трать свои силы на волнение. Ты и без того сильно устаешь каждый день, — поцелуй в висок заставил меня улыбнуться. — Отдохну на том свете, если повезет, — я хмыкнула, получив звонкий щелбан. — Не говори так. Ты будешь жить еще много-много лет. Гарантирую, — он погладил меня по щеке, заставляя посмотреть ему в глаза. — Ты же будешь рядом со мной? — Обязательно. Клянусь, сделаю все возможное и невозможное для этого, — Эмбри серьезно кивнул, после чего вновь улыбнулся. — И никакие хмыри, вроде Гани, тебя не посмеют увести. — Так дело в этом? Ты ревнуешь меня к нему? — я не смеялась, когда пыталась уловить его мимику. — Да, я ревную. Он слишком часто рядом с тобой. Еще позволяет себе пускать дурацкие комментарии насчет Захида и Ли. Все хотят, чтобы у них все сложилось, а он… — на его лице заиграли желваки. — Гани не подарок, однако ему можно доверить жизнь, что я делала довольно часто. Он давал клятву. — Не на добровольной основе. Как можно быть уверенным в его верности? — Эмбри нахмурился. — Я умею чувствовать людей, поэтому знаю, что он не предаст меня. Не хмурься, все ведь хорошо. Ты здоров, я здорова. Мы сейчас вместе. Разве это не прекрасно? — я усмехнулась и поспешила заткнуть его поцелуем. Эмбри ревнует меня к Гани. Духи, это кошмарная проблема. Если она разрастется, будет просто ужасно. Им ведь в будущем пересекаться еще очень много раз. Может Гани найдёт себе пару? Хотя с таким-то характером это очень проблематично. Эта дурная привычка быть язвой погубит его точно, если не повзрослеет. Или он так пытается избавиться от своей участи вассала? Все эти мысли крутились в моей голове, пока я лежала на кровати в полной темноте. Пора было спать, но с такими размышлениями это плохая затея. Инструкция Сашиэля была проста, но очень странна. Нужно было вырезать на дереве кровати замудренный узор и окропить его своей кровью. Потом усилить тренировки по защите разума, медитируя и зажигая благовонии, которые расслабляют разум. М-да, может лучше было бы курить? Такая же синева дыма бы стояла… Ну ладно, это я соблюдаю, как и то, что нужно ложиться со спокойной душой и не спать на животе. Причем здесь последнее, мне непонятно. Однако результат был. Никакого заснеженного поля я не видела, хоть и ощущала чужое недовольство от происходящего. Пару раз даже задыхалась во сне, но меня будил укусом Морион. Он нервно шипел и носился вокруг меня в такие моменты, словно что-то не нравилось. М-да, наверное, не зря ведьмы любили чёрных котов. Этот точно…волшебный. Беспокоило только одно… Сашиэль пропал. Ни слуху, ни духу. Я пыталась звонить или писать, но телефон отключен. Хах, беспокоюсь за деда, которого вообще не знаю, к тому же он сказал, что будет вынужден меня убить в случае необходимости… Или он это сказал для того, чтобы припугнуть? Неважно. Меня это все равно нисколько не пугает. Правда мне не ясно, почему. По мере приближения праздников, мне пришлось подналечь на учебу и отправиться в университет. Экзамены я была обязана сдать на достаточно хорошие баллы, иначе мне грозит отчисление. Представляю, как те сплетницы-девчонки будут обсуждать эту тему со всех ракурсов. Бр-р-р. — Знаешь, у тебя очень плохо выходит меня игнорировать, — я догнала знакомую фигуру в коридоре после очередного экзамена. — Почему же? — Алан на секунду забыл о своей маске игнорщика. — Я не слепая, заметить твои взгляды легко. И не только мне, — я понизила голос, услышав тех самых девчонок. — Кэтти и Мэнди уже обсуждают это. Парень странно вздрогнул, когда я назвала их имена, и нахмурился. Стоило им пройти мимо нас, весело щебеча о каких-то распродажах, я получила их изучающие взгляды. Не знаю, что они увидели в том, что мы просто общаемся, но мне становится не по себе. — Мне все равно, — тяжело вздохнул тот, когда те исчезли из виду, и потер темные круги под глазами. — Когда ты в последний раз спал? — я нахмурилась, натягивая на себя куртку. — Месяц назад? А может два, — парень пожал плечами, повторяя мои действия. — И вообще, я, вроде как, не разговариваю с тобой. — Правда? Жаль. Я хотела тебя угостить кофе на прощание, но раз так… — я незаметно прикусила губу. — Окей, ты умеешь давить на нужные точки. Пошли, я знаю отличную пекарню за углом, — темные глаза, до этого практически безжизненные, вспыхнули неким светом. Духи, если я переживу эту встречу с Вольтури, обязательно разузнаю, что с ним происходит. Чувствую, что что-то его гложет. Но что? Почему я вечно встречаю таких людей? Почему судьба сводит меня с ними? Может Сашиэль знает что-либо о судьбе и ее действиях? Вполне возможно, он же у нас особенный тип. И почему он выбрал мою бабку в качестве женщины на одну ночь? Хочу ли я это знать?

***

Что может быть лучше, чем отметить Рождество? Только если отмечается в кругу близких тебе людей. Все пришли к нам домой. Мари, Рик и Роб, Захид и Гани, Эмбри и даже мой дядя. Как я его была рада видеть. Совсем как в детстве уткнулась ему в плечо, крепко-крепко обняв и прижав к себе. Родной запах одеколона и теплые прикосновения широких ладоней… Разве многое нужно для счастья? — Какой крепыш. Растет, как на дрожжах, — улыбался Васко, держа на руках Мануэля. — Сильным вырастет. — Еще бы, в такой-то семье, — хмыкнули Рик и Роб, болтая о чем-то с Захидом. — Натан, руки прочь от курицы. Лучше вынеси напитки, — замахнулась на подростка полотенцем Джузи, при этом поглядывая на Мари. — Следи за ножом, ты так себе палец отрежешь. — Софи, сходи к Гани и Захиду. Они тебе объяснят, почему вечно упоминают Аллаха, — спровадила я сестренку в гостиную под хихиканье Эмбри. — А ты чего стоишь? Присоединяйся. У нас все готово. Понятное дело, что при таком количестве народа дом тихим быть не может. То и дело раздавался очередной смех из-за чьей-то шутки, звенела посуда и мяукал кот, клянча куриные кости со стола. Стояла особая атмосфера тепла и радушия. Никто ни на кого не ворчал. Все веселились и улыбались, не думая портить чудесный день. — Дот, а ты чего молчишь? — усмехнулся Дэн, лукаво поглядев на меня из-под очков. — Напомнить тебе тот день, когда ты пришла полностью в черном и шипах? — Духи, когда это было? — я чуть не подавилась соком под всеобщий хохот. — Ой… Дэн, это был способ самовыражения! — Ага, особенно те узкие джинсы, из которых мы тебя еле вытряхнули, — поддакнула Жозефина, заставляя меня смутиться еще больше. — Да не смейся ты так, подавишься, — фыркнула я, посмотрев на одного из близнецов. — Напомнить тебе, как ты сел на термитник? Рассказав множество смешных историй и отсмеявшись, вся молодежь высыпалась на улицу. Вокруг дома стали летать снежки. Я самая первая попала Гани прямо в затылок и сразу же стала уворачиваться от атаки Захида. Потом мы с Мари закопали в снегу Натана и, опрокинув близнецов, побежали прочь. Кузина свалилась с ног от множества снежков арабов, а меня повалил Эмбри. Его длинные волосы были все в снегу, из-за чего тот был похож на снежного человека. Хотя и я наверняка выглядела также, будучи полностью в небольшом сугробе. — Вставай, простудишься, — усмехнулся парень, поглядев на меня сверху вниз. — А руку помощи даме сердца? — заканючила я. Эмбри закатил глаза и улыбнулся, протянув руку. За нее я сразу же и дернула, из-за чего он потерял равновесие и шлепнулся рядом со мной под тихие смешки взрослых, которые наслаждались зрелищем с чашками какао. Парень фыркнул, посмотрев на мою невинную улыбку, и чмокнул меня в щеку. Софи, видевшая это, простонала что-то вроде «фу» или «бе». Мы так и грохнулись со смеху все разом. Это был прекрасный день, который медленно перешел в вечер. Все оборотни разошлись кто куда, но, в большей степени, к Калленам. Я тоже решила пойти к ним вместе с Эмбри, несколько отстав от остальных. Мы наслаждались молчаливой компанией друг друга и наблюдали за парящими редкими снежинками. Свежий морозный ветер приятно трепал шерсть, заставляя задуматься о чем-то былом и далеком. Все хорошее имеет конец. Он пришел в качестве внезапной новости о том, что Алистер поджал хвост и сбежал, не сказав «пока». Это послужило началом для ссоры, как раз в тот момент, когда мы присоединились к кольцу зрителей. В середине всего этого бедлама стояли Карлайл и Бенджамин, на которых шипел разъяренный Амон. Их женщины стояли рядом и нервно переглядывались. — Амон, если хочешь уйти, тебя никто не держит силой, — спокойно сказал Карлайл, устало смотря на своего товарища. — Чтобы ты забрал половину моего клана? — завопил Амон, ткнув пальцем в Бенджамина. — За этим ты меня сюда позвал? Чтобы обокрасть? Не знаю, как у остальных, но у меня серьезно начал дергаться глаз. Внутри появилась буря негодования. Как он вообще смеет такое говорить? Тем более Карлайлу! Ой дурак, тебя же половина присутствующих уже готова придушить. — Тогда всех считайте, Амон. Здесь не только Бенджамин одаренный. А как же Мэгги, Зафрина, Матиас? — я покачала головой под его недовольный взгляд. — Именно, — кивнул Бенджамин, как никогда серьезно. — Карлайл будто специально поставил семью под удар, чтобы забрать себе одаренных вампиров и оборотней. Подумай, Амон, я здесь, чтобы помочь им. Тебя, впрочем, никто здесь не держит. — Это добром не кончится, — не унимался тот. — Вы все спятили, один Алистер в своем уме. Бежать нам всем надо. — Алистер в своем уме? Ага, сидел на чердаке и боялся нос высунуть. Он же социопат, — мое кипение только стало возрастать. — Почему вы настроены настолько пессимистично? Вы всех нас уже похоронили и сплели веночки? До битвы не дойдет… — Помолчи, девчонка. Ты не имеешь никакого понятия о том, на что способны Вольтури! — рявкнул тот на меня. — Я? — мой голос стал похожим на лед, когда я двинулась на бесящего меня вампира. — О, как вы глубоко ошибаетесь Амон. — С чего бы это? — он подозрительно прищурился, сделав небольшой шаг назад. Воздух в помещении словно сгустился. Все замерли, уставившись только на меня одну. А я же не могла ничего поделать с бешенством и болью, которая резко пробудилась во мне. — Так уж и быть, девчонка, — я буквально выплюнула это слово. — Вам поведует. Это было дело семилетней давности. Одна небольшая семья отдыхала в домике в лесу, где никто не смог бы их найти. Практически никто… Знаете, как страшно просыпаться от грохота и нечеловеческих рыков? А потом выбежать из комнаты и увидеть мертвые, еще теплые, тела родителей, вокруг которых уже скопились большие лужи алой крови. А ты их трясешь и пытаешься до них достучаться, в надежде, что они откроют глаза… На этом моменте кто-то тяжело вздохнул, причем не один. Даже Амон несколько стушевался, отходя от меня еще на один шаг. — Потом я впервые увидела их черные плащи и ужасающую красоту. Я помню, как ко мне медленно подходила Джейн и мило улыбалась, словно бы ничего и не было. Никогда не забуду лицо этого чертового белобрысого владыки, на которой сияла кровожадная ухмылка. Знаете, что сказал Кай? Он приказал ей убить меня, двенадцатилетнего ребенка, который был лишь свидетелем произошедшего ужаса! — в горле появился ком. — Так что я прекрасно знаю, на что способны эти итальянцы. Знаю, насколько они могут быть беспощадными. Знаю, что такое терять близких. Так что прошу, заткнитесь и не смейте говорить то, о чем вы не имеете ни малейшего понятия. Никто не ведет вас или ваших близких на смертный бой. Дверь всегда открыта. Боитесь? До свидания… Это ко всем относится. Когда я окинула взглядом толпу, заметила, как все смотрят на меня. С болью, страхом и жалостью… Ненавижу жалость. Семь лет терпеть ее не могу. Не могу находиться среди них. Не могу! Я резко развернулась и быстрым шагом выскочила вон из дома, провожаемая десятком взглядов. Сердце бешено стучало в висках, пока я переходила на бег и обращалась. Хочется убежать дальше, как можно дальше отсюда. — Не надо, — Гани успел преградить путь Белле, когда та захотела пойти за подругой. — Действительно, не надо. Ей нужно побыть одной, — кивнул Матиас, задумчиво хмурясь. Это вечер не забудет никто из присутствующих. Тайна, хранимая столько времени, была раскрыта. Наверное, оно и к лучшему, ведь впереди была встреча с кошмаром прошлого.