Two flowers - one soul

Первая страница тетради, которую взял в руки Адриан, была заглавием, и носила название «Сходство Адриана и Супер-Кота». Поэтому не странно, что Агрест сразу же выпал в осадок; всего один человек мог знать о Супер-Коте столько. Адриан просмотрел три исписанные страницы, и глаза его все больше расширялись. Здесь были такие мелочи, которые не мог знать ни один журналист, потому, что он говорил их только своей Леди! — Плагг! — обратился юноша к своему квами, тоже шокированному, но по другой причине — Маринетт это Леди Баг? — Но, Адриан… — Никаких «но»! Говори, да, или нет! — Я не могу сказать. Прошу тебя, не натвори глупостей. Вы не должны знать личности друг друга! Поняв, что ничего не добьётся от Плагга, юноша отошёл к окну. — Так значит Леди никогда не отвечала мне взаимностью, потому, что все это время любила… Меня! Какой же я всё-таки глупец! — произнёс он, и крикнул, обращаясь к Плаггу: — Можешь молчать. У меня есть план.

***

— У меня плохие новости, Сахарок. — Тикки, оставшаяся в пустой комнате своей хозяйки, смотрела на то, как донельзя взволнованный Плагг уже добрых десять минут молча носился в воздухе, пытаясь подобрать нужные слова — Адриан знает личность Леди Баг! Он нашёл тетрадь, под названием «Сходство Адриана и Супер-Кота», которую твоя хозяйка имела глупость оставить на столе открытой. — наконец собрался и выпалил квами — Куда ты смотрела, можешь мне сказать? Вместо ответа крохотное существо закрыло лицо руками, и заплакало, став чем-то похожей на Дуусу. — Я не знала, что мне делать. Она… она наверное обо всем догадалась, а я ничего не смогла сделать с её решительностью. Плагг, до этого своим видом напоминающий грозовую тучу, растрогался, глядя на подругу, и всю его сердитость как рукой сняло. Он подлетел к Тикки, крепко её обнял своими маленькими лапками, и сказал: — Прости меня за то, что я вспылил и накричал на тебя. Мы что-нибудь придумаем вместе, обещаю.

***

Часы в кабинете Натали показывали 4:20 ночи, на столе стояли три пары пустых чашек из-под кофе, а в креслах, поставив их напротив друг друга, боролись со сном и текстом Маринетт и Натали. — Да, я уже все запомнила. — сонным голосом протянула Мари — Так, пройдемся ещё раз по сценарию. Тесса говорит по телефону с подружкой возле Эйфелевой башни, планирует вечером с ней встретиться, потом встречает Адама, своего друга детства, подходит к нему поговорить… — Да, а потом он ей типа «Ля, ты так изменилась», у них любовь с первого взгляда, потом он её приглашает посидеть в кафе, она, конечно, соглашается, потом идёт домой, звонит подруге, рассказывает новости, и, собственно, все. Моя роль пока кончается. И, да, я это помню подробно, до последнего слова, можешь не проверять. — Маринетт волновалась, из-за самочувствия подруги, которая с самого начала была бледной и уставшей из-за болезни. — Да? А по моему, сцену в кафе не мешало бы подтянуть… — Ната! — не сдержалась Маринетт — Я же вижу, как тебе плохо, и как ты устала! Тебе нужно отдохнуть, выспаться. У меня завтра ещё есть время до двух часов дня, я все успею повторить. — Да, ты наверное права. Мы немного засиделись. Иди к себе, я тоже пойду спать. — Только обещай мне, что правда ляжешь спать, а не будешь сидеть за работой до рассвета. — Хорошо. Сегодня в девять вечера я уже собиралась отдыхать. — слова Натали не имели подтекста, но Маринетт все же расслышала в них намёк. Она подошла и обняла подругу. — Спасибо тебе. — просто сказала она, прежде чем закрыть за собой дверь. — Мисс Натали, что вы делаете? Вам нужно отдыхать!. — синяя квами бесспокойно летала вокруг своей хозяйки — Подумайте о своём здоровье! Переутомление каталистически действует на повреждения, нанесенные талисманом! — Успокойся, Дуусу! — раздраженно ответила ей девушка — Уже иду спать.

***

Вы когда-то пробовали лечь спать в пять утра, и встать в семь? Лучше даже не пытаться; Маринетт на своём опыте уже доказала, что с такими кругами под глазами не способна бороться даже очень хорошая тоналка. А тоналку подарила девушке Натали (которая сама пользовалась точно такой же), так что в её качестве не стоило сомневаться. — И что делать с этим? — вздохнула Маринетт — Пойду на кухню, выпью кофе… Спустя ещё десять минут, девушка, кое-как загримировавшись (по другому не скажешь) спустилась на кухню. Она стояла и насыпала себе сахар, когда за ее спиной раздался усталый голос, — Ты не боишься, что за такой внешний вид тебя уволят с обеих работ? — заставивший Маринетт вздрогнуть от неожиданности, и выронить кубик сахара. — А как ты увидела? — Маринетт стояла к ней спиной, и теперь оглядывалась в поисках зеркала, до тех пор, пока не увидела своё отражение в стеклянной дверца буфета — Детка, не следишь за внешностью, так ещё и тоналкой не умеешь пользоваться. Кофе в зубы, и бегом ко мне. Покажу мастер-класс по мейкапу. Спустя пять минут, Маринетт сидела у зеркала, Натали наносила косметику на её лицо, и девушки обсуждали очень важную тему. — Через два дня у тебя день рождения, Маринетт. Как ты собираешься его отмечать? — Отмечать? Никак, просто обычный день. Уверена, кроме тебя и Али о нем никто даже не вспомнит. — Ну вот, готово. Следы твоего недосыпа скрыты. — Натали осмотрела свою работу, подумав: «Ага, так я тебе и позволю пропустить твой день рождения», но вслух сказала другое: — Ну все, можешь идти, повторяй роль, у меня дела. Приду проверю.

***

Габриэль, сидя за столом, выбирал ткани для новой коллекции, когда Натали, весёлая и воодушевленная, впорхнула в комнату, и села на стул напротив. — Как самочувствие? — поинтересовался он — Замечательно. — ответила Ната, и, подумав минуту, сказала: — Знаешь, через два дня у Маринетт день рождения. — Да? Не знал. И что? — Мы с Адрианом хотим устроить в особняке вечеринку, пригласить друзей, и ждём только твоего разрешения. — Это неплохая идея. Вы можете использовать большой зал, горничные и повара в твоём распоряжении. — Спасибо. — Натали не ожидала, что он так легко согласится — А ты придешь? Мне нужно работать, ты же знаешь. Я придумал новый план, против которого герои точно не устоят. Мы почти у цели. Натали поспешила выйти из комнаты. Она не любила слушать, как Габриэль каждый раз говорил, что «они почти у цели», потому, что знала, как он морально убивался всякий раз, когда очередной гениальный план проваливался. Но сегодня времени грустить не было…