Two flowers - one soul

Прошлое Рождество Натали встречала со своими родителями. Уже очень давно семья Санкёр не собиралась за одним праздничным столом, поэтому старшая и младшая сёстры Наты — Кетлин и Розали, тоже приехали к родителям, со своими семьями — мужьями и детьми. Коронным блюдом застолья был Рождественский пуддинг. Дело в том, что мама Натали была англичанкой, и соблюдала традиции своего народа. Поэтому пуддинг был привычным блюдом на праздничном столе семейства. Каждый год мадам Санкёр пекла пуддинг, вкладывая туда кусочек души, и традиционные монетку, подковку, и колокольчик. Все члены семьи свято верили, что тот, кому попадется монетка, будет в новом году богатым, а кто найдёт в своей порции подковку, тому обязательно повезёт. И несмотря на то, что не все это сбывалось, важнее всего была праздничная атмосфера, царившая в семейном кругу, ведь, как известно, праздник приходит лишь туда, где его ждут. Когда все сели за стол, и дошли до пуддинга, мадам Санкёр сама разрезала его на десять равных кусочков, и раздала всем гостям. Ели его, как обычно, осторожно, чтобы не проглотить сюрприз, и Натали не удивилась, когда её ложка стукнулась о что-то твердое. Меньше минуты понадобилось ей, чтоб освободить загадочный предмет из сладкого плена, и увидеть… маленький бронзовый колокольчик. Согласно с традициями, колокольчик означал скорое замужество, и хотя это было всего лишь народное поверье, девушке стало немного не по себе. Особенно, когда она, подняв голову, заметила, что на неё с интересом смотрят все присутствующие. Казалось бы, что тут такого — многие девушки Европы сначала заботятся о карьере, а только потом о семье. Натали ощутила на себе насмешливо-сочуствующий взгляд Розали, и, сконфузившись ещё больше, отвернулась. Да, сестра младше её на пять лет, а уже имеет двоих детей, и второй раз замужем, так что с того? Последнее особенно не делает ей чести. Девушка не думала, что это Рождество окажется настолько холодным. После этой ситуации праздник был окончательно испорчен, и Натали, посидев за столом пару минут для приличия, ушла спать, сославшись на усталость. Ната знала: сколько бы ещё не произошло таких глупых ситуаций, сколько бы родные — в шутку, и не только — не называли её «старой девой», ее сердце было, есть, и будет биться только для Габриэля Агреста. Замкнутый круг — у неё нет надежды на взаимность. Она так думала.