Усы, хвост... Ножик?!

      Серия отскоков спиной вперед, почти вслепую. Разрезанное горло даже не пытаюсь зажимать — бесполезно, не успею, руки заняты (нужное подчеркнуть). Теперь я понимаю, от чего пачка далеко не слабых магов осталась разлагаться в этом чудесном диснейленде… Нежить эта по реакции переплюнет даже меня, и я еще жив просто потому, что я тупо быстрее. Но одну ошибку я все же допустил и мне в спину зашел гнилушка с топором. От расщепления позвоночника на половинки я ушел, а вот от на шару брошенного призрачного меча — уже не успевал. Смог только сместиться, прикладывая все силы, телекинез и мысленные молитвы высшим существам, хотя последних поминаю чисто по приколу… Но симпатичный разрез глотки я всё же получил и теперь старательно драпаю от наседающей нежити пытаясь хоть как-то передохнуть.        Фыркнув от досады, скидываю полуволчье тело в артефакт, принимая свой настоящий облик и на инстинктах делаю резкий взмах крыльями выпрямляя ноги, оказываясь почти под потолком. Хорошо, от трех просвечивающихся мудаков я смог оторваться, а что делать с пятью лучниками? Стоило мне довернуть корпус в полете и мазнуть по целям взглядом, как едва успел среагировать на пущенные на упреждение стрелы — две отбил стеклом, а оставшиеся смог отклонить вспышкой щита «Оберега», вспучив его на доли секунды.        Выпустив из руки стеклянный ножик, обратным движением выхватываю два флакона с зельями и пальцем легким движением ломаю их пробки, закидывая маленькие флакончики в каджитскую пасть. Сосать соски нет времени, так что пусть сами вытекают, тем более, что это мои лучшие концентратики, от которых даже от запаха у простого человека выпадает на пол печень, и это с моими очищающими умениями в алхимии.        Стоило мне только почувствовать этот незабываемый омерзительный вкус тухлой ссанины, как тело стало легче а силы понемногу наполняли уставшие за длительную стычку руки и ноги, а по чёрному даэдричесуому меху поползли зеленоватые вспышки укрепляющей магии, хотя против прозрачных ковыряльников толку немного. Вот сколько я прыгаю по телам, я всегда задаюсь вопросом о том как запас сил может передаваться между телами. Глупо, наверное, задумываться о подобных вопросах в бою, но мне так проще, когда есть фоновый шум. Тело действует на вбитых инстинктах, мозг занимается только анализом.        Перевернувшись в воздухе, отталкиваюсь ногами от верха колонны и потолка, выдерживая примерный угол, выстреливая собой. Перепончатые крылья хлопнули, складываясь за спиной и давая небольшое ускорение. Придаю небольшой телекенетический импульс и капсулирую действие зелья «Перышко», возвращая свой вес. Мутант-драугр успел вскинуть натянутый лук и пустить стрелу. Грудь полыхнула болью, правое легкое пробито, хорошо что не левое, там недалеко сердце. Я не мог отразить стрелу так как сжимал стекло двумя руками. Благо, нежить задирала голову чтобы прицелиться и стеклянное лезвие вошло четко в глаз. Крит, труп. Кувырком ухожу в сторону, сцепив зубы — исполнять подобное с дополнительной перфорацией в организме, особенно, когда перфорирующий предмет находится в теле — крайне неприятно и тупо больно. Заорав от резкой боли, со зла выдергиваю стрелу и накладываю мощное «Лечение». Лёгкое раскрылось и я выкашлял сгусток крови. Слишком яркой, демонической. Результат эволюции. Я всё дальше от человека…        Прокрастинировать времени нет — отпускаю зелье работать и снова выстреливаю собой под потолок и хлопнув крыльями ухожу в укрытие, только прозрачные стрелы чиркнули по камню. Увы, ножик остался в голове того драугра. Застрял, что удивительно и неприятно. И это после всего, что я в него напихал! Тьфу. Пытающиеся догнать мою тушку драугры обогнули колонну и швырнули свои топоры. Они же у них не бесконечные? Нет, но вооружены трупики по самые ноздри. Постоянно уклоняться и находиться на дистанции тоже не вариант. За*бут. В итоге, буквально. Уж я то вижу, какие балумбулы болтаются между усохших ног под развалившимися от старости повязками и штанами. Благо, что драугры полупрозрачные, меня не так тянет блевать от вида некрочленов.        Прилипнув по инерции к потолку, выдергиваю из пространственной складки катану без цубы, и первым же взмахом со вспыхнувшими символами из моей крови, уже давненько покоцанный жестоким обращением клинок выплеснул ослепительно-розовую полосу энергии, жуткий концентрат из маны и флёра в соотношении два к восьми. Нужно же куда-то девать то, что у меня накапливается? Где-то еще эту гадость не применить, а вот в бою — в самый раз. Тупая мощь, в сыром виде прекрасно разбавляется чистой (условно) маной, принимает на себя концепцию разреза благодаря символу Воли и несется в цель с огромной скоростью. Слэш, в чистом и практически идеальном исполнении. Полоса энергии сдерживаемая понятием формы резонировала издавая неприятный частотный звук и не взрывалась, как это порой демонстрировали в китайских порно-мультиках, а честно исполняла свою задачу — разделить всё на своем пути на то, что с одной стороны, и то, что с другой. Конечно, встреча с полом разбила заряд, но кое-что выпад все-таки сделал — рука одного из драугров шлепнулась на пол. Второй отскочил, что уже дает мне время и возможность укоротить поголовье местных мутантов.        Я, конечно не мечник, но, когда мой ножик всё еще в чужом теле, примерный таймер еще не истёк, а внимания не хватает на банальный призыв оружия к метке, то и меч — вполне себе оружие. Правда, когда я рухнул сверху на однорукого драугра, катана была парирована полупрозрачным мечом. Сшибка была такой силы, что у драугра скрипнули сухие зубы и затрещали кости.        — Фус… — Раздалось баритоном за спиной на вдохе.        — Бля… — Вырвалось от осознания потерянного из виду третьего драугра.        Только мои ноги коснулись плеч однорукого, на которого я аки срущий орёл спикировал, как взмахом крыльев я толкаю себя вперед, заваливаюсь ему за спину, и чуть выпрямляю ноги, скатываясь противнику за загривок как катышек, коснувшись ногами каменной колонны, как сухарь, заканчивает полный крик «Безжалостной Силы».        Треск костей с которых сдирают плоть. Благо, это относится только к однорукому. У меня же были свои проблемы — его тело вжалось мне в спину, приняв весь урон Ту’ума на себя и пытаясь его передать мне. Сцепив зубы я кое-как самортизировал инерцию, но тут же у меня хрустнули колени и бедра. До перелома не дошло, но было очень близко и неприятно. Если бы не прокачанная при эволюции «Сила», меня бы размазало. Тем не менее, урон я получил — пузырьки у меня во рту, они лопнули. Благо, глотательный рефлекс у меня не сработал и я не наелся стекла. Вместо этого я оттолкнулся от колонны, роняя уже окончательно мертвого драугра и перекатившись, выплюнул смесь из крови, стекла и зелий в лицо подскочившего сухарика. Были бы они тупыми болванчиками, у меня бы ничего не вышло, но тот попытался прикрыть глаза рукой, прервав замах топором, за что получил катаной в голову сквозь развалившийся кожаный наруч и саму руку. Труп.        Перекатом ухожу за колонну, получив очень неприяные дырки в крыльях от простреливших тонкую кожу стрел. Теперь я понимаю, что чувствуют драконы, которых мы сбиваем на землю — крайне неприятно. Секунда на передышку и лечение, и приходится блокировать ржавый меч выскочившего мутанта. Ситуация уже не такая критическая, но тянуть нельзя — еще четыре лучника постепенно расходятся по залу, и если им удастся занять позиции, меня просто расстреляют. А потому…        Катана покрылась свечением белой маны, раздался электрический треск и попытавшийся парировать удар клинком драугр дёрнулся, открываясь, за что получил мечом по шее. Не ножик, потому отрубить голову не вышло, за и замах был небольшим, но гаду хватило и он повалился на пол, подергиваясь от электрической магии в теле.        Лучники уже поняли, что дело дрянь и двое из них бросили свои луки на пол и выхватили топоры. Большие. Двуручные. Зря. Конечно, размах у таких вёсел приличный, а силы у немёртвых практически бесконечные, и изображать блендер они могут достаточно долго, но и я не из коллегии выполз. Взмахом отправляю слэш розовой маны и рывком ухожу следом. Один из противников пытается поймать полосу энергии на древко топора и у него это получается, вот только воткнувшийся кончик катаны подтверждает ошибочность его движения. В то же время с хвоста срывается сноп призрачных игл. Не прицельно, но это вынуждает противника сместиться. Ровно на магическую ловушку, что я поставил, пока меня скрывало свечение слэша. Торкнуло, сухарь застыл в Т-позе и секунды мне хватило для широкого размаха — сухая голова шлепнулась на пол, а следом и тело.        Осталось двое. Я наконец смог вернуть себе кинжал и уже с ним мог отбивать пущенные стрелы. Катана в подобных условиях помочь не могла — слишком длинное лезвие то и дело пыталось цепляться за стены, вертикальные гробы, решетки, цепи и прочую пое*ень, которой тут было в достатке.        Выпускаю светохлыст, но противник не то что увернулся, гад успел выхватить кинжал и резануть по светящейся нити. Нити плевать, но мув предельно обидный. Потому хлыст, шлепнувшись о колонну, начал преследование противника, растягиваясь все дальше, пока я двигался в противоположную сторону ко второму лучнику, который уже отбросил свое оружие и достал топорик. Чтобы не получить эту метательную прелесть в жбан, на ходу сел на шпагат, пропуская мелкую но опасную каку над головой и тут же в ответ выплевываю из многострадальной каджитской пасти заготовленную ветвистую молнию. Мутировавший сухарь дернулся и захрипел и тут же в открытый рот ему влетает стекло по самую рукоять. Последний сухарь отступал, отмахиваясь клинком, вполне успешно ровно до тех пор, как в него со спины в область шеи под старой рогатой каской не вошла катана без цубы от выпавшего из пространственной складки доппеля. А через секунду уже вся троица дублей с похвальным энтузиазмом занималась расчленением сухарика. И стало тихо. Доппели разбрелись по залу, изучая поле боя.        Со стоном выхожу из продольного в поперечный шпагат и свожу ноги вместе. О, коленки, вы давно не виделись… Мда… Дебильная шутка. А ведь улыбка, перекосившая моё лицо точно не от этой бородатой юморески. Я практически счастлив! Такой противник! Давненько я так не напрягался. При том, чисто физически.        В голове наконец-то так пусто и спокойно… Никаких больше метаний сознания и страха раствориться… Принял ли я себя настоящего? Думаю, да. Пал… Мой Пал… Знал бы он насколько я психически к нему привязан. Впрочем, думаю, он догадывается. Ведь только он видел как меня переплавляло в иную сущность. Видел как меня ломало. Я же… А что я? Я только и мог что ныть, высказывал ему насколько мне хреново и страшно. Сделал ли я для него столько же, сколько он для меня? Не уверен… С какого-то момента наше внимание рассеялось на всё пополняющееся семейство. Нет, это не плохо, но лёгкое отдаление заметил даже такой долдон как я. Но и сконцентрироваться только на нём было бы очень не правильно.        Ладно, всему своё время. Вернёмся домой, займусь выкачкой своего флёра основательно. Я слишком долго отравлял жизнь всем вокруг, пора прибраться за собой, и, когда у всех в головах просветлеет, я наконец почувствую что творится в моём семействе. Секс — плохое лекарство, если в голове остались тараканы. За большинство я не беспокоюсь, но новенькие, они попали под действие флёра в особо уязвимом состоянии. Не хотелось бы их травмировать еще сильнее, так может и до ошейника дойти, а это крайняя мера, к которой приходить я совершенно не хочу.        Ну, а сейчас… Выдыхаю, не в силах сдержать смех. Устоявшуюся тишину разрывает просто гомерический хохот, и с ним выходит волна веселья. Этот бой окончен, а впереди ждут еще. Я ведь просто ушел на разведку… К сожалению, этот мир — не игра, и здесь не всегда есть возможность проскочить незаметно. К тому же, эта нежить срать хотела на мою скрытность. Нет, резкие приседания всё ещё работали и на мгновение меня теряли из виду, но быстро находили — не иначе как магическое зрение прорезалось. Впрочем, ничего удивительного — это данж для магов, и физушникам здесь максимально некомфортно.        Встаю с промёрзшего пола и потягиваюсь, шумно протрещав суставами и хлопнув расправившимися крыльями. Выдернув полуволчье тело, принялся его латать прямо на полу. Уж больно оно удобно, да и легкая броня… Наверное, всё дело в волчьих генах и форме хвоста, но это не точно. Каджитское в тяжелой броне а фелидское вообще в робе. А в этом теле крылья немного мешают. Дальше далеко не везде будут такие условно просторные комнаты, так что я завершил залечивать перерезанное горло и влез в уже родную тушку. Снова встал с пола и размялся, проверяя мышцы. Одно щадящее зелье и усталость вымывает из тела. Не смог отказать себе в удовольствии и пока собирал своё оружие, подлутал набор призрачного оружия с помощью доппелей и втянул их обратно в карман. Рубрика с одним известным названием будет позже, а пока могу сказать, то же что и раньше — физическая часть та же, но с добавлением магической сути в предмете. Некий вид суперпозиции, прямо как моё псевдотело. Это точно следует изучить подробнее. И чем больше мы наберём подобного материала, тем будет лучше.        Бегло осмотрев помещение на наличие секретов, разочарованно добил решившего прикинуться ветошью на полочке драугра. Он, как и некоторые его собратья решил достать ещё пять минуточек, но на фоне окончатольно дохлых соседей, выделялся своей полупрозрачностью и источаемой маной.        Прикрыв глаза, потянулся мысленно к оборотням, и та из них, с которой я недавно связывался, начала трансляцию увиденного.        Мои товарищи зря бибу не пинали. Они пинали тех, кого я для них оставил. Я ушёл довольно далеко, так что грохот дробовиков и лязг стали даже я не различал. Конечно, этому способствовали и выходы подземных рек, что порой текущей водой перекрывали полуобвалившиеся проходы и просто чудовищные заросли бородатого мха.        Оборотница, через которую я смотрел на бой между вялыми драуграми-мутантами как раз отрывала полупрозрачную башку новому противнику. Что меня удивило, так то, что откуда-то повылазили такие вот мутанты-волки. По игре я их смутно помню, но увидел только сейчас. Возможно, я наткнусь на них дальше, так что мне стоит повнимательнее осматривать все закоулки.        И тут я увидел, откуда они взялись. Погребальные урны. Я всего в парочку заглянул по пути и решил оставить их для лутательной команды, как оказалось — не зря. Одна такая урна раскололась и оттуда выпали пять четвероногих мутантов которые тут же кинулись на живых. Живые этому не обрадовались и в мохнатые тушки полетели разномастные заклинания и пули.        — Бей в глаз, не порти шкуру! — Рявкнул я через оборотницу.        Отфутболивший ногой одного мохнатого мутанта Влад только ухмыльнулся и кивнул, явно оценив идею поснимать крайне редкие шкуры. Неподалёку, в центре группы ведьмочек, посреди зала, едко шипя матерился Серый — его заклинания против нежити почти не возымели урона, потому ему приходилось управлять толпой деревянных кукол в бою, что требовало массу сил и внимания. Своих скелетиков он пожалел и оставил в Крепости, что, впрочем, было правильным решением — местная мана была пропитана чужой некроэнергией, и, хоть теоретические противники и не смогли бы перехватить их, ибо контроль у нашего кукловода был иного типа, но проблем бы это определенно доставило, ибо я прекрасно видел как с полок встают уже обычные трупы и пытаются махать ржавыми заточками.        Мда, отвлекать их не буду. У них там своя атмосфера. Даже коллегийские коты втянулись, оперативно поджигая прущую нежить. Мастера тоже развлекались чувствуя тебя в полной безопасности. Естественно, ведь Кеша взял на себя роль ликвидации стрелкового оружия противников, а редкие ту’умы затыкались ещё до произнесения второго слова — наши лучники, в особенности хирсиновские родственнички своё дело знали. Стрела в открытый рот и всё.        Взгляд мазнул по моим мохнатым. Дар’Пала прикрывали Карджо и Гарэн со щитами, и они же затыкали собой один из проходов. Вот, Карджо достал из поясной сумки флягу-тыкву, подпалил фитиль в пробке примитивным кратким «Пламенем» с пальцев и швырнул в коридор. Тыква раскололась, выплескивая содержимое на головы сухариков и всё мигом вспыхнуло. Ох не зря мы пи*дили всё, что к полу не приколочено. Вот и пригодилось древненордское осветительное масло. Хорошо горит. Драугры оценили.        Кивнул заметившему странное внимание со стороны оборотницы Дар’Палу, и получив кивок в ответ с улыбкой, мягко разорвал ментальный контакт с мохнатым мячиком и встряхнувшись, побрел дальше, проскользнув под застрявший на середине пути и покосившейся решёткой, в коридор.        Извилистые каменные рукотворные кишки были сродни передышки. Лишь раз я столкнулся с шатающимся мутантом, но тот меня не видел и я его спокойно упокоил со спины. Зато погребальных урн в нишах хватало как и закрытых вертикальных гробов, которые я решил все-таки не тревожить, лишь осматривая их с помощью «Обнаружения смерти», которое оказалось довольно не точным заклинанием, так как его местные легко умудрились обманывать, обвешавшись амулетами. Местный драконий жрец явно имел хороший ум, раз подготовил свою охрану. Благо, он должен быть заперт довольно жестоким ритуалом, который поддерживают души умерших тамадачи Савоса.        Хм, а ведь можно сделать гадость… Надо будет это обдумать, пока…        Спрыгнув с обвалившейся лестницы, я оказался перед решеткой, ведущей на самую натуральную арену. Песок под кожаными сапогами с мягкой но прочной подошвой приятно проминался, а я как раз вспомнил, что это за комната такая.        — Бл*****ть… — Протянул я с пониманием и предвкушением, смотря на то, как из-под толщи песка почти бесшумно поднимается, рывок за рывком, отполированный своим сыпучим покрывалом драконий скелет.        Только когда в глазницах давно мертвого черепа вспыхнуло бледно-голубое некротическое пламя, «Обнаружение Смерти» его засекло. В помещении нарастал шорох сыплющегося с костей песка, редкий перестук костей и приглушённые удары костлявых лап о взрытый песок. А песочек-то не простой… Это перемолотые в труху кости…        Да и сам минибосс отличался от игрового. Как минимум тем, что у него была драконья душа и скелет, поднявшись полностью на поверхность, полыхнул «Покровом». Смотрелось это эффектно. Благо, когда этот суповой набор бросился в мою сторону, я понял, что «кричать» он не может. Уже хорошо. Не думаю, что справлюсь с полноценной летающей печкой в одну морду, хотя и без ту’ума этот дракон оставался достаточно опасным противником, что и демонстрировала его скорость.        Так же из песка неспешно вставали уже человеческие суповые наборы, только вот обратно разваливались на запчасти от простого леща. Всё-таки у меня сильно завышен показатель силы и с моей скоростью это превращалось в недетский лещ. Только вот я раньше синяк себе набью, так как скелеты поднимались постоянно и без какой-либо системы, выкапываясь то поодиночке, то группами. Даже раскалывание черепов не помогло — сломанные кости при самоподъёме от источаемой некроэнергии драконом банально склеивались и сращивались, с каждым разом становясь крепче и получая какую-нибудь мутацию. Когда на меня побежал трехрукий скелет, я понял что таким темпом я дождусь появления кадавров и мне станет совсем грустненько. И вариантов не трогать бродячие кости тоже нет — бегающий и прыгающий за мной суповой набор в виде дракона ломал и плющил костлявую мелочь даже не замечая, запуская процесс заново.        — Да ты зае*ёшь… — Выругался я, упрыгивая прямо из-под падающего костлявого, краем зрения подмечая крупную кость на месте, где в теории должен находится член, понимая, что конкретно этот представитель дохлячества как и его служители определенно сперва нанесет смертельные раны, а потом действительно зае*ёт. И в отличие от драугров-мутантов я эту кость толщиной с мои две ноги точно не переживу ни в каком из тел!        Тут из взрытого песка вырвался двуглавый скелет с дубинкой и четырьмя руками. Насколько я помню, его прибили раз восемь и вот такая вот хрень сложилась на этот раз. Только вот я не ожидал того, что на него отвлечется костлявый крылатый, прихлопнет того крылом, роняя на песок, и вгромоздившись сверху, совершит пробитие таза своей костью-членом. Кажется, обе головы неудачливого мутанта смотрели прямо на меня а раззявленные в беззвучно крике челюсти умоляли меня его добить.        — Да ну на*уй… — У меня глаз задергался. А потом я вспомнил, в каком мире нахожусь. — А, не, все нормально.        Пока примеры нездоровой анорексии стукались, я получил временную передышку и закинулся зелёным зельем. Мысли перестали метаться в тупой голове и я наконец смог связано думать.        Рубить кости смысла нет никакого. От дракона так прёт некроэнергией, что все повреждения мигом зарастают. Вопящий от ужаса двухголовый не даст совать. У него, вон, третья голова появилась. Крылатый топтал свою жертву чем и прокачивал этот суповой набор. Если так продолжится, будет уже даже не грустненько.        И, так как это самоподъём, души к трупам прилипают случайные. Не то, чтобы это было важно, но сам факт того, что местные драугры решили остаться, нервирует, да и просто на заметку. Чистых призраков я тут еще не встречал, но это еще не означает, что они тут не проявятся когда будет совсем уж шумно. Благо мой стеклянный ножик может наносить им урон. С другой стороны, можно жахнуть магией.        Отбежав подальше от мутировавших скелетов, задумчиво осмотрел дохлого кукарека, который прижавшись к песку, выгнул костлявую шею и раззявил пасть в немом рёве явно кончив… Из кости-члена ударила густая и вязкая дымчатая масса, мгновенно налипшая на кости, обволакивая их. Раздался примезейший мокрый треск ломающихся костей, а дымчатая масса продолжала покрывать уже вяло трепыхающуюся нежить.        Некро-ёбырь отпихнул задней лапой мутирующее нечто и принялся мотать головой по сторонам, выискивая новую жертву. Рефлекторно брошенная «Оценка» определила формирующуюся костяную массу как «Драман-нежить». Уровень я уже не вижу, как и показатели ХП. А судя по преобразованию, которые достигли того, что вся дымчатая масса переломана и наросла на новые кости, сформировав драконий череп и крайне мощные кости, эта хрень даст мне просраться в ближнем бою. Да и рост у неё на звериных согнутых ногах под три метра. Так же появился мощный хвост а на пальцах двух нормальных но мощных рук появились достаточно убедительные когти. Остаточная, едва заметная дымка, сформировала псевдо тело в виде драконьего покрова.        — Так, а вот эта хрень уже не нормальна даже для этого мира… — Подытожил я наблюдаемое. Снующие вокруг скелеты догнали отсутствующими мозгами, что в отличие от крылатого супового набора я не представляю для них угрозы и стали меня просто игнорировать пытаясь спастись от некро-насильника. Но, тот не спешил, занявшись перемалыванием назойливой мелочи, которая бегала в панике, с отвисшими челюстями и размахивая руками. А вот драман уже соскоблил себя с песка и плотоядно осматривал мою тушку, до которой начало доходить, что надо гасить дракона, и чем раньше, тем, сука, лучше…        Вариантов у меня было немного. Убрав в пространственную складку клинки, выставил руки перед собой и выдавил струю белого пламени. Священный огонь облепил драмана явно делая ему очень больно и ослепив, и не теряя времени, я со всей имеющейся дури жахнул перекачанными до состояния луча плазмы «Искрами» в крылатую мишень, что уже взбиралась на новую жертву.        Такого подсрачника драконо-ебыре-лич явно не ожидал и задергавшись, скатился на песок. Плазма плавила древние кости, сплавляла песок в однородную массу, по большей части, правда, испаряя и обугливая, а я наблюдал как быстро истекает мой резерв маны. Перед красной зоной пришлось прерваться, дабы притянуть из пространственной складки мешочек с кусочками этерия в которых хранилась натраханная ебаками мана. Потом склянки. Первая — эссенция добавочной магии. Вторая, на регенерацию, из-за чего мое маг-ядро будет неприятно ныть, но так надо. А следом, высыпал себе в рот три кусочка этерия. Остальные осколки распределили среди наших магов, но у меня помимо этого есть еще шарик заполненый до краёв маной. Все же, повесить на шею Тарихе мешочек с камушком было хорошей идеей, она быстро его натрахала…       Но даже это не гарантирует мне выйти отсюда на своих ногах и с не разорванной жопой. Драконий скелет уже приходил в себя и выкапывался из костяного песка, нещадно обламывая наплавившуюся на его пропаленные кости массу. А воняло всё это дело просто ужасно… Драману было хуже — он еще горел и катался по песку. Хоть с этой стороны проблем пока не ожидается.        Манарезерв заполнялся довольно медленно. Зелья работали прекрасно, но их явно не хватало. Опустошать этерий я не спешил, а хавать ману из окружения с помощью полностью заглушенного пирсинга было сродни самоубийству — от качества и количества некротической маны вокруг отравится даже такая хрень как я.        «Искры» не возымели должного эффекта. Видимо, здесь работают статусные эффекты связанные с драконьей сопротивляемостью. Впрочем, их кости считаются одим из лучших материалов для брони и оружия, так что тут нечему удивляться. Так же это говорит о том, что придется придумать что-то иное, ибо после такого залпа, драконьи кости лишь слегка обгорели.        Снова начались догонялки на арене, только теперь я отплевывался чистым святым светом, что возымел хоть какой-то эффект — на покрове дракона стали проявляться еле заметные ожоги которые не спешили зарастать. Жаль, конечно, что у меня элемент молнии вкачан по предпочтению, а не свет. Хотя, на тот момент у меня и не было заклинаний этого элемента, чтобы «Система» отреагировала и добавила мне его в перечень выбора. Хотя, опять же, я понимаю, что свет я и не выбрал бы, а сейчас просто ною, от нежелания получить огромную палку в несоразмерно маленькую для этого дырку, да и финал с превращением в пое*ень, которая всё ещё корчится на песке, сильно смущает.       Прикинув писюн к носу, в случае, с прыгающим суповым набором и его костяным прибором, практически буквально, едва разминувшись, переключился на теневую стихию. Вот она давалась мне особо тяжко. Несмотря на мои умения, несмотря на перки, предрасположенность к этой стихии у меня околонулевая. А это означает дичайшие потери при конвертации моей природной маны в ману тени. Но и теневые стрелы прочно увязли в драконьем покрове, проникнув глубоко в псевдоплоть и явно причиняя нестерпимо боль. Иначе я не могу объяснить то, что огромная туша начала выцарапывать из себя с мясом чёрные пучки магии и выдергивать их зубами. Эффективно, но дракона это точно не упокоит. Хм, а если…       Пока основной противник отвлекся, я отправил белый шмат вязкого пламени в морду погасшего полудракона, от чего тот снова ослеп и принялся кататься по песку. Бегающие в панике скелеты-мутанты нереально раздражали, но приходилось их стоически игнорировать. Спасённый от изнасилования двуглавый многорук забился в угол и скукожился, покачиваясь из стороны в сторону. Как же я его понимаю… Так, не отвлекаться. Крылатый суповой набор вытащил вторую теневую занозу и мотнув головой, выкинул её подальше от себя, и тут же его взгляд переместился на единственное живое существо на арене. В полыхающих некротическим огнём глазах ясно читалась ярость и желание прибить опасную скотину.        А опасная скотина отскоками смещалась спиной вперёд плетя из нитей воли совсем дикую срань, принцип работы которой пришёл в голову на мгновение и из-за нарастающей паники выветрился нафиг, от чего заканчивал плетение уже чисто по наитию. Ну, символ тут, связка там, паутинка из ниточек вот здесь, скомкать пальцами и швырнуть в морду прыгнувшей костлявой печке.        Импульс сырой маны привёл конструкт в действие и неадекватное не то плетение, не то заклинание развернулось и обхватило полированный череп, полыхнув тьмой так, что потемнело во всем огромном зале, освещаемом явно магическими факелами и свечением некротической маны которой здесь было действительно дохрена.        Не ожидавший подобного костяк попытался локтями крыльев содрать жгучую сеть, но явно не рассчитал, и повалился на песок, прокатившись кубарем ещё немного, и тут же, теневая сеть начала расползаться липкой паутиной по всему костяку и выстреливая абсолютно чёрными росчерками в песок, проникая до самого основания чаши и укореняясь в довольно прочном камне, растягивая и обездвиживая мою цель.        Теперь время шло на секунды. Само плетение откусило от меня треть моего резерва маны и обещало продержаться буквально несколько секунд, давая мне шанс проделать пакость.        Запрыгнув на грудную клетку дохлой печки, я призвал в руку семечко дома-биорастения из мира азиата, и прицепив к его магическим каналам нить воли, пропихнул довольно крупное растительное образование между желтоватых глянцевых рёбер, и когда чёрные нити скрутившие дракона стали с шипением рваться и растворяться, я сделал, наверное, одну из самых глупых вещей в своей жизни — за один раз, почти за секунду вбухал всю ману из всех этериевых хранилищей которые у меня были сейчас при себе — три осколка во рту и шарик в поясной сумке передали всю накопленную энергию семечку биорастения, а проводником послужило моё тело… Заорав, от боли сгорающих нахер магических каналов я скатился со скелета и телепаясь в конвульсиях на песке, краем сознания я подметил как разом костяк дракона будто взорвался изнутри, большинство костей разом переломало, силуэт кукарека распух, но не развалился, сдерживаемый чужим заклинанием и безуспешно пытающийся стянуться обратно и регенерировать. И ветви с зелёными листиками, что буквально заполонили все вокруг, оплели и переломали дракону все конечности.        Справившись со вспышкой боли и залив в себя флакон красного, позволил себе ненадолго расслабиться — паникующих скелетов перемололо ветками и разметало по арене, ослабленного Драмара насадило на кол и, походу, добило, а новые костяки пока пересобираться не спешили. Только шевеления до сих пор неупокоенного супового набора нарушали здешнюю тишину.        Когда боль вовсе стихла, я наконец смог заставить себя подняться и детальнее всмотреться чужую магию. Я, конечно, почитывал трактаты местных некромантов, но такой хрени я совсем не ожидал. Это совершенно нетипичное поднятие нежити для местных. И не призыв костей из Каирна Душ, нет. С другой стороны, решение некроманта, поднявшее дракона, было изящным в своей простоте, и тупым как палка. Дабы не получить куклу, он смог отделить душу от костей, и заново привязать её, не давая свалить или вселиться обратно. Оттого кукарек утратил возможность как воплотиться, так и ту’умнуть в противника. Впрочем, без особого «крика» предводителя драконов, воскреснуть бы и так не получилось, а вот со вторым было интереснее. И дело здесь вовсе не в крови, а в строении души, вернее, некоторых её участков что отвечали за проводку магии от искры в тело. Сырая сила, первобытная магия в чистом виде, генерируемая искрой души в процессе прохождения сквозь слои души приобретала такую мощь, что и демонстрируют драконьи крики в бою. Что-то похожее я мог наблюдать у Влада, только у него эти участки были заметно меньше, и выдавали куда меньшее КПД… Надо бы взять это на заметку и изучить чуть подробнее. И такая доступная и беззащитная душа мне в этом поможет…        Выпустив из пространственной складки доппелей, и отдав приказ крошить всё, что не имеет плоти, подобрал выпавшие изо рта осколки этерия, которые успело засыпать песком. Если бы не магическое зрение, я бы их просто прое*ал в этом хаосе. Два из них отправились в поясную сумку, а вот третий, самый маленький… Им придётся пожертвовать во благо науки.        Зажав кусочек этерия зубами, выпустил из пальцев десяток нитей воли, которые тут же устремились к удерживающим душу путам, перерезав их и перехватывая. Короткие но разрушительные импульсы антимагии разрушали уязвимые точки заклинаний постепенно отрывая душу от похрустывающих костей. Нити воли неспешно оплетали довольно крупный шар души создавая грань слой за слоем, медленно отрезая его от окружающего мира. И, когда прошло уже около получаса, я обрезал последние ниточки чужой магии от чего некромантское заклинание обиженно хлопнув маной развалилось, я получил в свои загребущие лапки сильную, старающуюся активно съе*аться драконью душу. Несколько жестов и налипший на нити свет и воздух заменяются этерием. Ещё полчаса я хлестал зелья, буквально за счёт собственной регенерации наращивая кристалл в сердцевине, аналогичный высококачественному камню душ, что был заключён в неразрушимый этериевый слой. Накопив ману, я подал мощный импульс заклинания захвата души, окончательно запирая драконью душу в огромном, по местным меркам, камне души.        Оборвав нити воли, я уронил драгоценный шарик на песок и сам рухнул рядом с тяжёлой одышкой. У моей головы зашуршал песок, но так как доппели не подавали признаков тревоги, я даже не думал напрягаться. Я настолько вымотан физически и ментально, что мне было абсолютно плевать, кто там сейчас находится, но когда в поле зрения появились родные суховатые руки сутай-рата я даже обрадовался, а потом меня затащили на колени, давая опереться о грудь моего мужа. Собрав глаза в кучу, я наконец заметил, что все наши уже явно давно добрались до арены устроили тут привал — кто-то лутал драконьи кости, кто-то готовил пожрать на походном мангальчике, кто-то тыкал палкой в мою поделку, а я расплылся довольной желейкой.