Осколки

— Нам надо поговорить. Игорь удивленно поднял глаза, ожидая чего угодно, но только не этой фразы. Что-то случилось? У Гили очередной план? Хотя, тот выглядел серьезным, и, казалось, о чем-то переживал, так что, возможно, на горизонте маячили проблемы. — Что такое? — Да ничего особенного, — честно сказал он, усаживаясь рядом. — Я просто понял, насколько отвратительный я друг. — Гиль… — Не перебивай, — попросил он. — Я правда ужасный. Я постоянно от тебя скрываю свои проблемы, пытаясь скосить на то, что у меня все супер. Хотя, на самом деле, ничего не супер. И ты, как мой друг, должен об этом знать. — Гиля. — Я понимаю, что я не должен вываливать на тебя свои проблемы, но также я понимаю, что неправильно скрывать их от тебя. И… — Это связано с тем, что ты расстался с Мигелем? — уточнил Игорь. — Да, — он признал поражение. Очевидно, Сергей Богданович воплотил свою угрозу в жизнь и все рассказал первым. Как иронично. — Как давно ты пытался мне все рассказать? — спросил Игорь. И от его взгляда захотелось залезть под одеяло. — Давно? — сказал Гиля. — Не пытайся подобрать правильный ответ на этот вопрос. — Ты просто был занят… — Эту сказку я уже слышал, дальше. — Просто магистрату… — Дальше. — Просто чемпи… — Еще дальше. Гиля вздохнул. Он понимал теперь, почему Игоря сделали капитаном. — Потому что у тебя и Сергея все хорошо, и мне кажется, что так и должно быть. Я просто не хотел, чтобы ты начинал из-за этого переживать. — Гиля, какой же ты иногда… — Игорь вздохнул. — Какой же ты иногда упертый. Маринато слабо улыбнулся. — Извини. — Пойми, наконец. То, что у меня и Сергея, по сути — случай на миллион. Мама и папа иногда расстаются, и расстаются чаще, чем это хотела бы статистика. И нет ничего такого в том, что у тебя ничего не получилось. Хуже, что ты пытаешься это воскресить. Гиля тяжело вздохнул, откинув голову назад. — Это все очень сложно, Игорь, и я правда старался и хотел, чтобы было как лучше. — Старался? — Игорь удивленно посмотрел на него. — Маринато, обычно, в отношениях участвуют двое, а тут… — Двое. В этих отношениях я все портил, — сказал он. — Со мной непросто, ты даже по нашей дружбе можешь это заметить. — Так, подожди. — Нет, это ты подожди, — Маринато говорил жестко. — Я знаю, о чем говорю. Я даже тебе не мог сказать, что расстался с Мигелем, хотя ты для меня очень близкий человек. Я многих в этом плане обманывал. И к чему это привело? Ни к чему хорошему. А представляешь, какого это: встречаться со мной. Мигеля я ни в коем случае не оправдываю, потому что я не настолько идиот, чтобы верить в то, что он весь такой расчудесный. Но моя вина тут есть, и ее очень много. — Тебя так послушаешь, так ты везде кругом виноватый. — Так может быть, так оно и есть? Может я правда не стараюсь? — Тогда почему же ты так заботишься о Леше с Тошей? Почему ты столько советов даешь Сергею? Почему ты тогда действительно хороший друг, Маринато? — Игорь говорил серьезно, как настоящий капитан, коим он являлся. — Знаешь, что я вижу? Я вижу сломанного, уставшего человека, который сам себе надумал, и, возможно, накрутил. Я ни за что не поверю, что вот то, что было между тобой и Мигелем, то плохое — целиком твоя вина. Также, как я и не верю, что команда проигрывает только из-за тебя. — Но… — Я тоже вратарь, Гиль. Я тоже пропускаю, пропускаю обидно. Но если я буду возлагать на себя всю вину — какой тогда толк? Зачем мне тогда вообще на поле выходить, если я потенциально буду знать, что все пойдет наперекосяк? Почему ты даже не можешь допустить мысли о том, что не все должно держаться на твоих плечах? Гиля молчал. Он удивлен, что Игорь так быстро его прочитал. Удивлен, что он понимал то, в чем Маринато сам себе не хотел признаваться. — Потому что Мигель тебе об этом рассказывал? Это он тебя так против себя настроил? — Нет, он… — Он хотел как лучше, да? А получается, почему-то, как обычно? — Игорь покачал головой. — Не Мигель на воротах стоит, а ты. Данни вообще в этом ни черта не может смыслить, потому что это смешно. Единственное, что я понимаю — так это то, что он методично подстраивал тебя под себя, чтобы ваши отношения стали удобными. Удобными ему. — Все не так просто. — Ох, блин, ну конечно, куда уж тут до простоты, — вскинул руки Игорь. — Ты и Марио от себя отталкиваешь, потому что думаешь, что так будет лучше? — Потому что так действительно будет лучше. — Не будет. И рано или поздно, ты это поймешь. А пока ты делаешь больно вам обоим. И вот это уже по-свински. Гиля вздохнул. В словах Игоря было очень много правды. — Но я рад, что ты выговорился, пусть так. Пусть не полностью, я надеюсь, что это станет шагом к нашему дальнейшему разговору. И если ты сейчас скажешь, что не о чем тут говорить — ей богу, я тебя ударю. Гиля улыбнулся, ткнувшись головой в плечо Игоря. — Спасибо тебе. Игорь крепко обнял его, чмокая в макушку. — Есть люди, которым ты нужен. Любым и с любым настроением. Нужно просто это понять.