Твоя реальность

Открыв глаза, Моника была не особенно довольна тем фактом, что пришлось проснуться. И всё же можно было порадоваться, что ещё один день был позади, ещё один шаг до встречи со своим Семёном – сделан. И что на пути не встретились вязкие, мутные и тёмные, как нефть, ночные кошмары. Потянувшись, японка осмотрела себя и поняла, что форма была просто в ужасающем состоянии: мало того, что её никто не удосужился снять на ночь, так ещё и остались следы от более ранней небрежности – пятна смолы и дырки. – М-да, теперь это только на тряпки, и то не всё. – Моника присмотрелась к тусклым пуговицам и приметила, что одна отсутствовала, а затем снова к липким пятнам. – Проще отправить всё это в небытие и забыть. Полномочия позволяли не позориться с тем, чтобы идти в испорченной форме на склад или одеваться в жаркий японский костюм. Конечно, можно было вообще не показывать носа из домика, обходясь созданной при помощи консоли едой, но такую вольность японка себе решила не позволять. В итоге одевшись с иголочки и прибрав волосы в привычный хвост, Моника наконец пошла умываться. Не дойдя всего ничего, девушка замерла, услышав неумелое и слегка блеющее мужское пение: – О, «Палмолив», мой нежный гель, ты даришь запах орхидей… Прикрыв рот ладошкой и смеясь, японка решила подождать, пока Семён закончит с водными процедурами и оденется. – Привет, – обратилась она. – Я как-то на часы не посмотрела – мы сегодня ранние пташки или наоборот? Парень улыбнулся. – Ну ты даёшь! – он почесал затылок. – Раннее утро. Ольга ещё спала, а до завтрака есть время. – Семён задумался и посмотрел куда-то вдаль сквозь всё в сторону домика Жени. – Может, что-то подскажешь? Ну, по отношениям и дню. Моника пожала плечами. Она по-доброму улыбнулась, как товарищ. – По взаимодействию с Женей и восприятию лагеря мне уже нечего добавить. Вы и так молодцы. Что до дня… – девушка приложила палец к губам. – Вроде бы ничего особенного не ожидается. Так что рекомендация – всё не испортить и провести время получше. Хм-м-м. Ну, и быть готовыми завтра покинуть лагерь навсегда. Глаза парня расширились. – Уже завтра? Кивок. – Даже бесконечное лето конечно. Увы или не увы, но точно «ах». Парень запустил пальцы в волосы и покачал головой. – Мало. Мало! Чудовищно мало времени. – Но, когда ладонь легла ему на плечо, встрепенулся. – М? – Вы уже определились, кто вы друг для друга. Осталось просто сделать финальные шаги. Если я что-то придумаю, обязательно скажу одному из вас. А теперь… – М? Моника слабо улыбнулась, слыша слишком знакомую реакцию. – Моя очередь умываться, или решил поглазеть на меня? – японка демонстративно развязала галстук и расстегнула верхнюю пуговицу рубашки. На второй пуговице след Семёна уже простыл. Умывшись и в процессе напомнив себе, что вода в кране всё-таки слишком холодная, Моника решила направиться к Мику. Даже если подруга ещё не проснулась, прогуляться всё равно стоило. Заодно прикинуть, что лагерь хотел подкинуть незадачливому попаданцу и что можно было бы взять самим. Вспомнилась каверза с водкой, но это явно не подходило для истории с Женей: ей не требовались ни адреналин, ни выпивка. Замерев перед дверью домика, японка вспомнила кое-что ещё. Они же с мужем смотрели фильм в клубах! Так почему бы другой паре не дать возможность насладиться свиданием в кино? Обычно люди стучат в дверь, а не двери по людям. Моника успела подумать только короткое: «Не поняла», – прежде чем деревянная поверхность слишком быстро приблизилась. Затем костяшкам стало больно. За ними – локтю. А потом девушку снесло с крыльца ударом. Приложившись спиной и завалившись набок под лестницей, Моника застонала. – А… ай… Она обняла себя и закрыла глаза. Затем услышала спешные шаги, после чего ощутила нежные прикосновения к плечу. – Прости, прости! Ты живая? – прозвучал встревоженный голос Лены. – Ну, как бы да, – простонала японка. – Прости, я не специально! Моника усмехнулась. – Это хорошо. Лена закрыла лицо руками, и Воспитатель спешно пояснила: – Было бы плохо, если б ты меня зашибла специально. – Японка приподнялась на локте и даже улыбнулась. – Это бы значило, что ты хотела причинить мне вред, была готова эта сделать, а ещё сумела рассчитать, где и когда я буду. Очень опасное сочетание. Пионерка замотала головой, наконец предложила руку и помогла подняться. – Давай отведу в медпункт, – предложила она. Моника подняла палец и принялась гнуться и прощупывать себя, проверяя, а точно ли требовалось вмешательство медсестры. По итогу самодиагностики Воспитатель заключила, что ушибла спину и руки в нескольких местах. – Думаю, сбережём время Виолы и лекарства для более тяжёлых пациентов, – наконец прокомментировала самочувствие Моника. – А как там Мику, ещё спит? Лена оглянулась на дверь и пожала плечами. – Возможно, за дверью слушает, но не хочет мешать. Вы, – на каждый слог она по разу стала ударять костяшками в дверь, – хо-ди. И стоило отдёрнуть руку, на пороге показалась Мику при полном параде. – Привет! Очень мило, что ты за мной зашла, но прости и меня, что так получилось неудачно: всё-таки это из-за меня – я могла выйти и пораньше, да и в принципе оказалась причиной прийти. В общем, прости. Тяжело вздохнув, Лена только согласно кивнула, а Моника – смущённо улыбнулась. – Не убилась – и то хорошо. Так, вы умываться, да? – Дождавшись согласных кивков, девушка заключила: – А я тогда на площадь, всё равно линейка, все дела… Не желая разбираться в вопросах пространства и времени, японка пошла на площадь, где уже потихоньку собирались пионеры, и плюхнулась на лавочку. И тут же взвыла, когда ушибленная спина соприкоснулась с опорой. Ульяна тут же оказалась рядом. – Всё в порядке? Уж вы-то не умираете? Моника слабо улыбнулась и лающе рассмеялась. – Да вот так вот. Старость не радость! – к удовольствию японки, пионерка недоверчиво прищурилась. – Да шучу я. Упала вот на спину с крыльца. Ничего – будем живы с тобой, всё будет хорошо. Ульяна улыбнулась. – Обещаете? – Вот что могу обещать, то могу. Обещаю. И вот до площади практически одновременно добрались Лена с Мику и Ольга. Семён, разговаривавший с Женей, привалившись к постаменту, выпрямился и взял девушку за руку. Пионеры нехотя принялись строиться перед неторопливо шагавшей в сторону обычной позиции и смотревшей куда-то в небо вожатой. Моника же решила не шевелиться, чтобы не тревожить спину, и прикидывала: а может, и правда к медсестре? И тут, наконец, вспомнила – можно было просто нарвать в лесу подорожник! – Врач, исцели себя сам. В кои-то веки смогу. От этой идеи даже расхотелось доставать сигареты, а на лице расцвела улыбка. Ольга начала вещать обо всём и ни о чём. О дружбе, о верности себе и товарищам, о том, что важно не давать себе сбиться до самого конца пути… Решив не дослушивать, японка, не вставая, переместилась в лес. «Интересно, а если его пожевать, сработает, как эти… никотиновые жвачки?» Оказалось, что в одиночку найти подорожник куда сложнее даже днём – без Вожатого, который мог бы, ласково улыбаясь, буквально отвести за руку. Пришлось напрячь память и повозиться, прежде чем наконец сорвать нужное растение и приложить к спине. Приятный холодок разлился по коже и проник под неё, избавляя от синяков и наполняя мышцы свежестью. Монике даже подумалось, что межпозвоночным дискам стало полегче, а потому был шанс подрасти на несколько сантиметров. Не утруждая себя расчётом времени, когда покинула площадь, Воспитатель перенеслась сразу на крыльцо столовой и зашла как ни в чём не бывало. Взяв свою кашу, японка прошла к столику Семёна и Жени, по пути заметив на себе удивлённо-испуганный взгляд Лены. Пионерка подозрительно быстро вернулась к еде, стоило ей понять, что обнаружена. Но всё же обращать на это внимание не хотелось, и японка сделала вид, что ничего не было. – Приятного аппетита, – произнесла она. – И тебе, – ответила Женя. – Угу, – только и смог произнести с набитым ртом Семён. Спустя несколько минут библиотекарша положила ложку и подалась вперёд, чтобы прошептать. – Ты так внезапно пропала. Лена мне уши прожужжала, что исчезла – буквально. – Девушка тряхнула головой. – Антинаучно, я бы сказала даже. Моника неопределённо пожала плечами. – Да вот решила с Леной согласиться и ускользнула спину полечить. Местная медицина творит чудеса – я как новенькая. Можешь так Лене и передать. Она улыбнулась и отправила в рот очередную порцию каши. – Слушай, – осторожно начал Семён. – По поводу утренней темы. Тебе ничего не пришло в голову? Дожёвывая, японка показала большой палец вверх. – Кстати, да. Если хотите хорошо провести время, – Моника подалась вперёд и перешла на шёпот, как совсем недавно Женя к ней и обратилась: – Можешь попросить у Электроника пустить в кладовку клубов, а я спрошу у Ульяны кассету с фильмом. И с Леной нужно договориться, чтоб подменила в библиотеке. Или, на худой конец, я сама подежурю вместо тебя. В обоих вариантах ты свободна. Глаза пионерки загорелись. Возможно – даже слишком, учитывая недобрую подоплёку с Сергеем, но японке почему-то казалось, что так, именно так, именно настолько жестоко, и было правильно поступить. – Пожалуй, я сама договорюсь с Элом и Леной. Но… – пионерка виновато потупила взгляд, – можешь до моего или её прихода посидеть в библиотеке? Воспитатель легкомысленно отмахнулась. – Да не вопрос. Я же предложила. И вообще, вы, кажется, забываете, что я как бы персонал лагеря, по работе приехала, это ваше дело – хорошо провести время, а моё – этому способствовать. Моника уловила едва слышное: «А твой отряд?» – но бросившая «Спасибо!» Женя потянула парня прочь из столовой. – Оно и к лучшему, – прокомментировала это японка. Сдав тарелку, Воспитатель принялась искать Ульяну. Оказалось, что девочка одиноко пинала мяч на спортплощадке. – Привет, – помахала ей Моника. – Ты могла бы сделать людей счастливее, если б согласилась помочь. Тут лицо пионерки приняло хитрый вид. – А что мне за это будет? Японка хмыкнула. – Я так понимаю, вариант «честь, хвала и чувство выполненного долга» не подойдёт? Секундное замешательство. Девочка начала шаркать по траве носком кроссовка. – Вообще, хотелось бы удовлетвориться не только этим. Но если… Моника открыла консоль и постаралась найти то, что могло бы заинтересовать Ульяну и в то же время не было бы чем-то недопустимым. Не спаивать же ребёнка и не вручать ей… – М? Груши будешь? Есть ещё бананы. Конфеты, по понятным причинам, не предлагаю. Глаза Ульяны загорелись. – Ничего себе! А что нужно взамен? – Слыхали мы (да, мы всё знаем, не удивляйся), что у тебя есть кассета с фильмом. Очень выручишь, если одолжишь. Девочка закивала. – Это мы мигом. Я сейчас! – и припустила в сторону своего домика. – Ждите здесь! С фруктами! – обернулась она. «Наколдовать» бумажный мешок с вкусностями труда не составило, так что к быстрому возвращению красной ракеты всё было готово. Обе стороны оказались в восторге от обмена. – Слушай, а может, ты найдёшь Семёна или Женю и сама им вручишь? А то… Пионерка рассмеялась. – Да не вопрос! Я даже знаю, где… И, не договорив, Ульяна резко развернулась и пошла, не оглядываясь, а Воспитатель ласково улыбнулась, глядя на девочку.