Сделка

Прощание получилось сумбурным: старик привычно растрепал мою прическу, Санджи крепко обнял, чему я даже не сопротивлялась, остальные коки также вышли провожать меня. – Обещай не забывать нас! – последнее, что донеслось до меня с плавучего ресторана. Да, как таких забудешь... Возвращались в Логтаун мы на линкоре. Линкоре, мать его, дозорных. Я должна вообще что-то спрашивать? Плыли, конечно, быстро, но куда уж тут без качки. Оставалось только ждать и надеяться, что это скоро пройдет. Так что, решив не маяться дурью, как в прошлый раз, я сразу отрубилась в каюте Мастера. Однако мой недолгий сон был нарушен чьими-то разговорами непосредственно по другую сторону стен. Плохая звукоизоляция, – что ещё скажешь? – ...Вы же понимаете, что это только дело времени и, как только появится серьезная угроза, отставка не будет достаточно веским аргументом? – Как ты и говоришь, это дело времени. Так что пока оно есть, я предпочту делать то, что мне заблагорассудится. – Руководство не оставит попыток... – голос начал затихать, предположительно, по мере продвижения дальше по коридору. – Это был последний раз, когда... – смутно знакомые вибрации также стали долетать с трудом. Оба говоривших покинули зону досягаемости моего слуха. Так много вопросов – так мало ответов. Но, как говорила незабываемая Скарлетт О'Хара, подумаю об этом завтра.

***

– Быть не может? – уже сходя по трапу, покачиваясь из стороны в сторону, я увидела в толпе дозорных силуэт, подозрительно похожий на одну преинтереснейшую персону. Мощная спина, покрытая бело-синей курткой с надписью "Справедливость", могла ничем не отличаться от сотни других похожих, только вот громадное дзюттэ* такой возможности не дало. – Он уже здесь?! – Что там? – мои выпученные глаза не заметили разве что слепые, и Микиланджела, очевидно, таковой не являлась. Проследив за моим взглядом, женщина холодно усмехнулась, – О, поздороваемся. Всё мои протесты пресекались – стоило снова к этому привыкать. Беловолосая фигура молодого мужчины стремительно приближалась, от потери равновесия и падения спасало лишь то, меня тащили сквозь людей буквально на буксире. И когда мы наконец достигли цели, я, запрокинув голову, узрела стрижку если не под ноль, то что-то очень близкое к этому. Вау, нет правда вау... – Здравствуйте, вы случайно не мой папа? – "потому что я готова называть тебя папочкой". Ненужная отговорка несла в себе бесчисленное количество недочётов, но что уж теперь. Надеюсь, это просто нервное. Восторженный взгляд не пришлось даже изображать. "Какой мужчина! Только дождись меня!" – от собственных мыслей захотелось побиться головой об ближайшую стенку, главное чтобы на хи-хи не пробило. Лицо опешившего капитана Морского Дозора повеселило не только меня: – Хех, Смокер-кун, и когда только успели? – Мастер ситуацию нисколько не улучшала. – Что? Я не... Нет, прости, малышка, – слегка покрасневший молодой мужчина только подливал масла в огонь. "Он назвал меня малышкой!" – а мне казалось, до переходного возраста ещё далеко. Дела... – Расслабься, это моя ученица, – не прекращая смеяться глазами, Мастер махнула на меня рукой: мол, представься. – Рам, очень приятно, – дозорный неуверенно пожал протянутую мной руку и с каким-то сомнением взглянул на женщину. – Нам пора, – в какой раз я слышу эту фразу? Наверное, одна из любимых Анжи. Распрощавшись, мы таки покинули пристань. Странно всё это: откуда Мастер могла знать Смоки? И тот разговор на корабле. Я почти что уверена, что одной из тех неизвестных была эта женщина...

***

– Кровать, кроватка, любимая моя! – с разбегу запрыгнув на матрас, я с наслаждением потянулась. От удара пыль взметнулась и медленно начала оседать, заставив несколько раз чихнуть. Ровная мягкая поверхность под спиной, никакой качки и минимальный шанс рухнуть отсюда вниз – лучше и не придумаешь. Однако был один фактор омрачающий желанное возвращение. "Дом, милый дом". Только вот, как ни грустно это было признавать, творческий беспорядок в корне отличался от сущего бардака, что захватил квартиру. И по прошествии 3-х месяцев в мастерской скопилось много, нет не так, много пыли и прочего мусора. Уборка была неизбежна. – Анатолий, ты не представляешь, как тяжела жизнь подмастерья. Сплошная работа, – пипидастр* в руке, рисуя замысловатые узоры в воздухе, избавлял от грязи моего внимательного собеседника. Рёбра, ключицы, лопатки, плечевые кости, локтевые, лучевые и далее. Скелет против не был. С моей подачи он приобрел себе имя, правда непостоянное, так как иной раз я его забывала, называя по-новому. Анатолий, Герман, Геральт, Михаил, Ден, Ичиго – диссоциативное расстройство личности на лицо. – Осторожнее, Анатолий уже был на твоём месте, – от внезапного замечания Мастера я подпрыгнула на месте, хотя шаги заметить ранее могла бы. – Староват он для этого. – Как знать... – пожалуй, вторая любимая фраза этой женщины. Жизнь вновь входила в привычное русло, что было и хорошо, и плохо одновременно.

***

Сколько девушка лежала без сознания, она сказать не могла. Это было похоже на непрекращающийся ад: жар не отпускал ни на секунду, тело билось в конвульсиях, мысли не успевали сформироваться, как растворялись от вспышек головной боли. И вдруг – кристальная ясность в разуме. Глаза блондинки распахнулись внезапно, отчего новенькие работники медотсека с непривычки вздрогнули. Девушка попыталась было пошевелить конечностями, но тело не отозвалось, скованное по рукам и ногам, оставляя возможность только крутить в непонимании головой. "Очередной сонный паралич," – объяснение нашлось довольно быстро. Только что-то казалось в нём неправильным: не было никакого привычного чувства тревоги, тяжести в теле и других симптомов. Последние воспоминания девушки только добавляли вопросов. Она возвращалась из универа, собиралась заглянуть в любимую кофейню по пути домой, размышляла о недавно начавшихся отношениях, а потом – пустота. "Неужели это один из тех случаев с похищением людей, о которых беспричинно переживала мама?!" – мысль, посетившая блондинку, казалась невероятной; такое едва ли когда-либо случалось со знакомыми знакомых, тёмные истории девяностых, а тут... – Воды, – хриплое карканье царапало горло, едва ли крохотного глоточка было достаточно, – ещё, пожалуйста, воды. Расфокусированный взгляд девушки бегал по помещению, цеплялся за фигуры в халатах, скользил по стенам, в попытке найти выход. – Тебе сейчас нельзя, – успокаивающе, но настойчиво молодая женщина надавила на плечо, заставив лечь девушку обратно на кушетку. – Где я? На казалось бы логичный вопрос никто отвечать не спешил. У дверей начались странные копошения, если бы девушка на кушетке обратила на это внимание, то заметила бы кивок и выход за дверь одной из фигур. "Продажа органов, работорговля, маньяки, секта?" – одна мысль безумнее и страшнее другой. Отсутствие ответа и та пустота в воспоминаниях также нагоняли ужаса. "О будьте милостивы Боги," – надежда на то, что студентка просто попала в больницу, не отпускала, окутывая сладостной иллюзией правильного порядка дел. Но скоро внутренний монолог был прерван вошедшим в комнату мужчиной. – Она очнулась? – Да, буквально только что, мы сразу же доложили вам. Высокий блондин со странной прической и пиджаком на голое тело. Взгляд пристальный, острый, резал на части и разбирал по косточкам. "Сутенёр? Наркоторговец?" – от страха сердце девушки превратилось в барабанную установку, решительно исполняя соло на тарелках. Усевшись на стул рядом с кушеткой, мужчина оперся локтями о колени. – Йой, кто такая будешь? Как здесь оказалась? Мелко сглотнув, девушка попыталась отползти подальше, но, дёрнувшись слишком сильно, чуть не повредила обездвиженные ноги. Тело пробила мелкая дрожь. На груди мужчины виднелась тёмно-синяя татуировка в виде креста. "Не знаю, плакать мне или радоваться, что не купола..." – пронеслось в мыслях блондинки. – Отвечай! – ничего не поменялось в интонациях его голоса, вот только от одного слова девушку будто бы плитою литосферной придавило. – Командир, не... – женщина, что дала ранее воды, попыталась что-то возразить, но, наткнувшись на резкий взгляд, замолчала и отвернулась. – Алекса... меня зовут Александра, – голос не поддавался хозяйке, ломкой линией звучал в комнате. – Я не знаю, где я нахожусь и как здесь оказалась. Кто вы? Где я? – Командир первой дивизии, Марко. Ты находишься на корабле Йонко Белоуса.

***

Три года я ждала, три чертовых года! Право завидую своей выдержке. То, отчего я сбежала, как только появился шанс один на миллион, накрыло меня вновь. Обыденность. Для кого-то в этом была вся жизнь, чьё-то счастье заключалось в маленьком клочке спокойствия и постоянства. Чьё-то – не моё. Я словно застряла на одном месте. Через пару дней после нашего возвращения на остров Мастер вспомнила о задании, что давала мне. Посмотрела, галочку поставила и пошла дальше. Многофигурная композиция в холодном колорите – check. Потом последовали изнуряющие тренировки, к обычным ударам прибавились акробатические элементы. Набивка прочно засела в моём распорядке дня, так что ноги были постоянно в синяках, благо утяжелители (как оказалось, их Зеффу передала Анджи) обычно всё скрывали. Продвижение в использовании фрукта было незаметно. Начинало казаться, что его действие в первый раз являлось не чем иным, как случайностью – хотя я в них и не верила. Если с контролем дела худо бедно шли, то вот с масштабностью и силой воздействия возникали проблемы. На детей вибрации действовали в достаточной мере, это я выяснила ещё в начале. Однако мне просто не хватало силы звука чтобы фрукт смог повлиять на взрослых так, как нужно. Поэтому приходилось поднимать выносливость, качать мышцы, увеличивать нагрузку. Пока я не перегорела. Осень пролетела быстро, как и последующие сезоны. Но со временем дни словно удлинились, секунды стали тянуться как патока с вязким приторным вкусом. Живопись и рисунок отошли на второй план, и неожиданно моё самовыражение приобрело оттенок вандализма. Я не трогала эстетически прекрасные сооружения, в чьих изломах, линиях хранилось время искусства. Но пройти мимо вычурного здания Дозора оказалось выше моих сил. – Так, действуем как ниндзя: незаметное проникновение, выполнение миссии и побег, – всё понятно? – Начали. Обогнув внутренний двор, я метнулась кабанчиком к ближайшему переулку. Голубые стены дома стали прекрасным холстом для граффити. Баллончик с привычным звуком щёлкнул в руках и зашипел краской. Линия за линией набросок постепенно начал приобретать вид белоснежной козы, жующей розыскную листовку Короля Пиратов. Еще пара деталей – рисунок готов. Способность отозвалась колокольчиком в голове и усиливающимися вибрациями, вовремя предупреждая о приближающихся рекрутах. – Но мы-ы не-е пира-аты, – протянула я дурацкую песенку, одним движением ставя тег*. – Эй! Что ты делаешь! – Упс, – приятное воспоминание о вылазке с Санджи заставило усмехнуться, – Ну, бывайте. На самом деле я прожила в Логтауне достаточно, чтобы несколько поменять свои взгляды на Дозор. Одним из факторов, повлиявших на это была не понятная пока мне связь Мастера с этой военной организацией. Однако это не всё: только в реальности, а не через стороннее наблюдение можно было сделать свои выводы. Абсолютной справедливости не существовало, точно не сейчас и не здесь, однако были люди, которые верили в неё и нуждались в ней. Большинство дозорных, что я видела на острове, не были теми жалкими, голодными до власти трусами, такими, как капитаны Незуми и Морган. Да и пираты также не были дружелюбными добрячками, что не удивительно. Мир противоречив. В любом случае не было правил без исключений, что в то же время подтверждали правила. Парадокс. Я росла, не знаю психологически ли, но физически точно. Молочные зубы постепенно сменяли коренные, детская округлость куда-то исчезала, хотя щеки так и оставались на своих местах. Тренировки благотворно сказались на моей только начавшей формироваться фигуре. Профилактика лишнего веса хотя бы в одном из миров. Долговязость ещё не успела появиться, и тело не выглядело нелепо: накаченные мышцы сделали своё дело. Мои движения покинула детская скованность, так раздражающая меня раньше. Одни плюсы, пока. В свои одиннадцать я могла бы радоваться жизни, но обыденность не давала мне нормально мыслить, и не только она... – Уйти сейчас? – да, точно, могу уйти прямо сейчас, – Устроюсь юнгой на одном из кораблей, или могу потратить свои запасы. Верно, у меня же есть деньги... – или всё обойдется, всё наладиться, надо просто подождать, – Нет, нельзя... Кому нужен ребенок? Уйду – никто и не заметит... В пустой комнате раздавалось только мерное звяканье цепей, бьющихся друг о друга при каждом шаге. Старые поножи я уже успела поменять так же, как и увеличить количество оборотов, то есть веса в утяжелителях. Глаза нервно метались из стороны в сторону, руки тряслись, стоять на месте не представлялось возможным. – Я не могу оставить всё, как есть. Покину город завтра... Вселенная или Морской Дьявол – причем скорее всего второй – почему-то не остались равнодушными к моим метаниям. Черт бы их побрал. Прямо таки удивительно. Три года я оставалась на острове, но не Мастер. За всё время она раза четыре, а то и больше выходила в море по работе. Заказы приходили из разных точек мира, и оплата предоставлялась за них не маленькая. Так меня впервые начали оставлять в студии одну. Каждые 3 дня Микиланджела звонила мне по Дэн Дэн Муши, заставляя отчитываться. Иногда мне приходили письма от Санджи и Зеффа – всё же налаженная с ними связь могла мне пригодится, да и общаться с кем-то нужно было. Вроде как, за мной ещё и присматривали знакомые Мастера, но это не точно. Тренировки в это время не прекращались, так как после возвращения меня бы ждала очередная проверка. И вот внезапно – заказ. Первый заказ, на который собирались взять меня. И не абы куда, а на Амазон Лили, через Гранд Лайн! Правда вспомнив характер Императрицы пиратов, я немного остыла, но это всё равно не остановило моего ликования и позволило нервно выдохнуть. Мне нужно было покинуть остров чем быстрее, тем лучше, и вот он шанс. Уже этим вечером мы погрузились на корабль. Он шёл до условленного острова, с которого нас потом должны были подобрать и так далее. "Перелёт с пересадками, только не перелёт, – на этой мыслей я ужаснулась, – Надеюсь болезнь прошла..." Так, стоя на корме, мы прощались с домом на долгое время: Гранд Лайн – самый непостоянный и безумный океан в мире как-никак. В вышине фонариками зажигались звёзды, закатное солнце с одной стороны и растущая луна с другой. Взгляд на небесные светила успокоил всколыхнувший в моём сердце страх, да... сердце... Ночная тьма рассеялась с первыми лучами солнца, но очнувшиеся ото сна демоны так и не исчезли на свету, оставшись скитаться где-то в тенях. Утро встретило Логтаун чудовищным известием, что молниеносно разлетелось по городу, вводя всех жителей в ужас перед неизвестным. Даже стены старинных домов прекратили шептаться, боясь быть услышанными. Что-то тёмное накрыло весь остров... В одном из закоулков на окраине был найден труп мужчины. Следы удушения на шее, кровоподтёки на лице, выбита пара зубов. В теле, чуть левее грудины, зияет пустота, а на лбу кровь, спекшаяся в линии и буквы, кричит: "Pedophile".