Неподходящие (Mismatched)

      Семь лет назад Джеонг Джеонг ещё был генералом армии Народа Огня. Его повышали в звании по многим причинам, не последними из которых были его мастерство покорения огня и тактические навыки — генерал прославился тем, что создавал военные планы, приводившие к победе с минимальными потерями среди отданных под его команду сил. Многие из тех планов так же ставили целью перехитрить, уклониться или пленить, а не убить вражеские силы, свести потери обеих сторон к минимуму… хотя не все те планы получали одобрение и назначались к исполнению, когда их озвучивали в зале для военных советов Хозяина Огня.       Семь лет назад внезапно скончался Хозяин Огня Азулон. Популярным стало мнение, что он умер от сердечного приступа, когда его внук, принц Лу Тен, погиб при Осаде Ба Синг Се, а его старший сын, кронпринц Айро, внезапно показал себя слабовольным неудачником, сняв осаду вместо того, чтобы отомстить за потерю собственного сына. Завещание Азулона, измененное всего за день до его смерти, отдавало корону его второму сыну, принцу Озаю.       Через несколько дней после восхождения Озая на трон среди высших армейских чинов был проведен первый военный совет, где стали очевидны изменения в военной политике. Озай предпочитал планы, аннигилирующие врага, невзирая на потери среди собственных сил. План Джеонг Джеонга по завоеванию города Вугу* был отклонен, а план генерала Буджинга — который привел бы к победе, но с огромными потерями с обеих сторон — получил одобрение.       После всего трех военных советов под руководством Озая Джеонг Джеонг неожиданно дезертировал, объявив, что его отвращение к бездушной жестокости и бездумному разрушению, творимым армией Народа Огня в Царстве Земли, достигло переломной точки. Он оставил едкое «прошение об отставке», выжженное на дверях его штаб-квартиры иероглифами в четверть дюйма глубиной, где проклинал политику Хозяина Огня Озая, а также высшего военного командования, претворяющего её в жизнь.       Как и ожидалось, когда новость о дезертирстве высокопоставленного чина достигла Хозяина Огня Озая, тот плохо её воспринял. Лучший «отряд смерти» Хозяина Огня, элитное полувоенное формирование, подчиняющееся напрямую носителю Огненной Короны, было выслано вдогонку за экс-генералом в течение часа.       Джеонг Джеонг не был первым офицером, дезертировавшим из армии Народа Огня. За десятилетия до него многие другие поступали так же, иногда уводя за собой целые взводы верных солдат. Но он стал первым офицером, которому удалось более чем на неделю пережить свой уход; первым, кто избежал судьбы, постигшей многих других, кого принесли назад в столицу Народа Огня — иногда в виде целых сожженных трупов, несомых на остриях пик, а иногда — в виде голов — как наглядный пример населению, что происходит с предавшими родину трусами.       Вместо того, чтобы с триумфом пронести труп Джеонг Джеонга по столице, весь отряд смерти был найден разбросанным между Ю Дао и Похаем в разной степени разложения, а ко лбу самого свежего трупа была приколота записка, адресованная Хозяину Огня. В записке говорилось, что Джеонг Джеонг с нетерпением ожидает, когда за ним отправят остальные отряды смерти, потому что считает подобных жестоких хладнокровных убийц язвой человечества и с радостью казнит каждого из них.       Разъяренный Хозяин Огня Озай выслал не один, а три отряда смерти разом… И этих тел так и не нашли.       После этого отряды смерти больше не высылали, но розыскные плакаты с изображением Джеонг Джеонга висели почти на каждом углу с предложением награды тому, кто сдаст дезертира, живого или мертвого. Но даже почти десятилетие спустя Джеонг Джеонг продолжал жить, пусть и скрываясь. Он никогда не показывался на публике, хотя слухи о его появлениях в изобилии ходили по колониям и даже окраинам Домашних островов.       Теперь к ним добавились новые слухи о том, что бывший генерал создал тайную базу, битком набитую другими дезертирами из армии. Некое место, куда те экс-солдаты могли пойти, оставив позади всех и всё из своей прежней жизни. «Убежище для трусов», как некоторые презрительно окрестили его, хотя другие просто выглядели задумчивыми (а у отдельных людей даже появлялось слегка грустное выражение, когда, как они думали, их никто не видел).       Разумеется, кое-какие люди быстренько использовали к своей выгоде идею о том, что экс-генерал приветствует других дезертиров, увидев путь подобраться к Джеонг Джеонгу достаточно близко, чтобы поймать или убить его для Хозяина Огня и/или ради денежной награды. Но были ли они замаскированными членами отрядов смерти, профессиональными охотниками за наградой и просто жадными любителями, никто из них не вернулся с успехом, а некоторые так и вообще не вернулись. Те, кто продолжили жить, в досаде часто спрашивали себя: «Откуда он каждый раз знает?»       Ответ кроется в беседе, произошедшей в первом после дезертирства укрытии Джеонг Джеонга семь лет назад.

00oo00oo00oo00oo00

      Земляной пол по центру палатки разверзся, и из дыры с хохотом выскочил скрюченный старик с дикими волосами.       — Если у тебя найдется огненный виски, у меня есть геммамит**!       Выпрямившись из рефлекторно принятой стойки покорения, Джеонг Джеонг одарил царя Буми сердитым взглядом.       — Ты когда-нибудь слышал о такой удивительной вещи, как двери? Смотри, у меня как раз есть одна! — и бывший генерал указал на вход в палатку. — Через них люди входят и выходят в дома других! И если эти люди вежливые, то даже объявляют о своем присутствии до того, как войти!       — Не трать дыхание, — проворчал мастер покорения воды Пакку, который выполз из созданной Буми в полу дыры и с недовольной миной принялся отряхивать свою одежду. — Буми не проявлял приличия и вежливость со времен Аватара Киоши.       Приподняв бровь, Джеонг Джеонг напомнил Пакку:       — Аватар Киоши умерла более двухсот лет назад, ещё когда даже Буми не родился!       — Вот и я об этом.       Вместо того чтобы обидеться, Буми широко улыбнулся и объявил:       — Пакку, ты, как всегда, расточаешь комплименты! — и вытянул руку, чтобы дружески хлопнуть мастера покорения воды по плечу.       Покоритель воды гладким движением оттек в сторону от ладони Буми до того, как та опустилась, а потом хмуро сказал Джеонг Джеонгу:       — Чем болтать о бесполезных любезностях, я бы лучше поговорил о главной причине, по которой мы оставили наши города и разыскали тебя только затем, чтобы обнаружить, что ты оставил свой пост! С новым Хозяином Огня на троне, особенно таким жестоким, каким, по слухам, является Озай, нам больше, чем когда-либо, нужны глаза и уши в зале для военных советов!       — Ты думаешь, я этого не знаю? — прорычал Джеонг Джеонг. — Но вам придется удовольствоваться Пиандао, или садовником и кухонным служкой, которых внедрили в дворцовый штат. Посмотрим, смогут ли они добиться новых должностей, чтобы подобраться поближе к залу совещаний. Я ушел только потому, что знал, что произойдет. Озай вот-вот потребовал бы моей отставки. Но уйдя до того, как он успел так поступить, моё прошение об отставке имело хоть какой-то вес. Если бы я отрекся от Хозяина Огня после приказа об отставке, всё списали бы на горечь из-за потери поста.       — О, ты ошибаешься, юноша! — с кривозубой усмешкой заявил Буми. — Озай не собирался просить тебя об отставке!       — Со всем должным уважением, Великий Лотос, я был там. Я видел разницу между тем, как он относился ко мне и моим стратегиям, и тем, как он смотрел на таких кровожадных ублюдков, как Буджинг, и уверяю тебя…       — Озай хотел, чтобы ты исчез, — Буми резко утратил маньячную усмешку и теперь смотрел крайне мрачно. — Как он уже поступил с лордами Лианмином и Ренси из тайного совета своего отца.       — Лианмин и Ренси? — эхом повторил удивленный Джеонг Джеонг. — Я слышал, лорд Лианмин уехал на ежегодный отдых на Угольный остров…       Буми покачал головой.       — Его дом стоит пустой, и никто в доках не видел, чтобы он покидал столицу. Его летний дом на Угольном острове до сих пор заколочен. А что касается Ренси, то предположительно он слег с сильнейшей простудой, но к нему не вызвали ни одного доктора. И это не объясняет, почему окровавленный труп его лев-собаки видели распластанным возле его двери рано утром, как раз перед тем, как какой-то неизвестный мужчина не из числа слуг Ренси убрал тело.       И Джеонг Джеонг, и Пакку в тревоге уставились на Буми, а потом Пакку выпалил:       — Это было в сообщении, полученном тобой вчера утром? Ты говорил, что это новости от твоего совета по экспорту геммамита!       — О, об этом там тоже было! И лучше бы дела в этом сезоне поскорее пошли в гору, или снова придется переводить Флопси на диету «ешь, что попалось». В любом случае, очень хорошо, что ты убрался оттуда, Джеонг Джеонг. Разумеется, теперь за тобой охотится отряд смерти, но по пути сюда мы уже проредили для тебя троих. Теперь, когда ты ушел, посмотрим, можно ли использовать твой пример, чтобы вдохновить больше офицеров дезертировать из армии Народа Огня. А что касается введения нового члена Белого Лотоса в военный совет, я думаю о том, чтобы рекрутировать бывшего принца и генерала Айро.       Пакку подавился собственным языком, а Джеонг Джеонг выплюнул:       — Айро? Дракона Запада? Ты хочешь превратить Дракона Запада в силу, выступающую за мир и восстановление равновесия в мире?! У тебя правда булыжники вместо мозгов… и вместо яиц заодно!       — Ну-ну, господа, — поцыкал языком Буми, — вам правда надо больше верить в своего Великого Лотоса. И в мои источники. Я опираюсь на авторитетное мнение одного гуру, который сказал, что Айро путешествовал в Мир Духов в попытке вернуть своего мертвого сына, и этот опыт сильно изменил его. Дракон утратил пыл к завоеваниям и теперь идеально подходит для планов, что я на него строю.       Джеонг Джеонг уставился на него и скептически спросил:       — Ты правда собираешься попытаться завербовать его в качестве шпиона, как завербовал меня? Просто без приглашения выскочишь в его доме и объявишь: «Вступай в Белый Лотос, у нас есть печеньки!» Когда он испепелит тебя молниями на месте, не говори, что я не предупреждал!       Усмешка Буми стала невероятно широкой и ещё более маньячной.       — О-о-о, я сделаю гораздо лучше! Ты не поверишь, какие у меня планы на Айро! И вот почему я вам ничего не расскажу. Скоро сами всё узнаете. А тем временем давайте вернемся к тебе и твоей ситуации.       — Ты хочешь распространить слухи обо мне, чтобы вдохновить других офицеров на дезертирство? — спросил Джеонг Джеонг. — Время от времени я могу устраивать стратегические «появления», чтобы доказать, что возможно пережить дезертирство.       — И не только. Я хочу, чтобы ты начал набирать армию дезертиров!       — Ты серьезно? О чем это я, ты никогда не бываешь серьезным.       — Разумеется, нет! Будь я серьезным, уже лежал бы в могиле! Но на самом деле ты спрашиваешь, надежная ли это стратегия. И я верю, что она будет надежна с помощью Белого Лотоса. Мы все знаем, как только разойдется весть, что ты принимаешь к себе других дезертиров, Озай попытается подослать шпионов, чтобы перерезать тебе горло. Но ты будешь принимать только тех дезертиров, которых дотошно проверят и одобрят члены Белого Лотоса. Мы не станем принимать их в орден до того, как отправим к тебе, ты сам придешь к решению, когда подольше понаблюдаешь за ними и поймешь, можно ли доверить им наш секрет. Но наши люди проверят их намеренья с помощью небольшого допроса с применением кактусового сока и дадут им знак одобрения, если они пройдут, ну или путешествие к ближайшей могиле, если нет. Затем мы или сообщим тебе об их приходе, или пошлем весть, где их можно найти, чтобы привести на твою базу.       После секундного колебания Джеонг Джеонг согласно кивнул.       — Похоже на хорошую стратегию. Особенно та часть, где меня заранее известят об их прибытии: я никогда не любил сюрпризы.

00oo00oo00oo00oo00

      Да, Джеонг Джеонг не любил сюрпризы. И вот почему он не был счастлив, когда в его лагерь явились незваные гости.       Всё началось с того, что один из дозорных ворвался в его палатку и, задыхаясь, выпалил:       — Аватар прибыл к нашему лагерю! Это он, ошибки быть не может: он приехал на летающем бизоне и доказал, что умеет покорять воздух! Но вы никогда не поверите, кого он переманил на нашу сторону перед тем, как прилететь к нам!       А когда Джеонг Джеонг вышел на маленькую полянку, где ожидали Аватар и его летающий бизон, одним из первых, кого он увидел, был бывший кронпринц и отставной генерал Айро, который, посмеиваясь, крутил между пальцами кость с лотосом.       — Итак, Аватар переманил тебя на нашу сторону, да? — саркастически спросил Джеонг Джеонг нынешнего Великого Лотоса, которому Буми лично передал этот титул практически одновременно с принятием в орден. (Потребовались ещё две тайных встречи Мастеров Белого Лотоса, прежде чем Джеонг Джеонг наконец-то перестал считать Буми не только сумасшедшим, но и набравшимся кактусового сока во время принятия этого решения).       — Это было самым простым объяснением, — пожав плечами, ответил Айро, а потом повернулся и указал налево, туда, где с напряженным выражением на покрытом шрамом лице стоял подросток с малышом на руках. — Могу я представить тебе моего племянника Зуко и моего внука Тэйджи?       — Внук? — выпалил генерал-дезертир, чувствуя, как брови уползли к линии волос. Он знал, что принц Лу Тен умер, не оставив потомства, а принц Зуко едва ли был достаточно взрослым… так? Пепел Агни, в последний раз, когда он мельком видел королевскую семью во время собрания во дворце, принц Зуко был маленьким, шепелявым мальчиком, следующим за своей мамой! Джеонг Джеонг слышал об Агни Кай три года назад, так что это объясняло шрам на лице принца, но когда тот маленький мальчик превратился в такого подтянутого молодого человека?! Да ещё и стал отцом ребенка, о котором надо заботиться…       Внезапно Джеонг Джеонг почувствовал себя очень старым. (И это ему тоже не нравилось).       — Приемный, — объяснил Айро, пока его племянник скованно поклонился, хотя это никак не отразилось на чувствах Джеонг Джеонга в этот момент. — И, разумеется, Аватара Аанга из Воздушных Кочевников и его спутников Сокку и Катару из Южного Племени Воды.       — Приятно встретить Аватара, вернувшегося в мир после долгого отсутствия, — произнес Джеонг Джеонг, поклонившись мальчику в одеждах Воздушного Кочевника. — Как и знакомство с теми, кто посвятил себя окончанию этой войны и восстановлению равновесия в мире.       — Приятно познакомиться, — сказал Аватар, широко улыбнулся и поклонился. Поклон был исполнен в стиле, который Джеонг Джеонг прежде видел только в старых свитках, а точнее, в инструкциях Созина для вооруженных сил, как заметить беглого покорителя воздуха, пытающегося укрыться среди мирного населения.       — Заходите в наш лагерь, поговорим за чаем и угощением, — со вздохом пригласил Джеонг Джеонг, зная, чего от него ждут. Гости согласились, и пока они шли четверть мили через лес до лагеря, дезертир постоянно разглядывал их краем глаза, наблюдая за походкой и манерой держать себя, чтобы получить представление об их способностях и отношении.       Принц Зуко определенно являлся покорителем огня, но и обладал навыками мечника. Он знал, как пользоваться клинками, которые нес. И, что странно, сейчас, шагая среди незнакомцев, его движения говорили, что он скорее воспользуется клинками, чем покорением в случае возникновения беды. И молодой человек определенно был готов к неприятностям, или, точнее говоря, к неприятностям в отношении ребенка на его руках. Джеонг Джеонг был уверен, что усыновление не обошлось без истории, и притом невеселой.       Мальчик из Племени Воды — как же его звали? Сокка? Не покоритель и совершенно зеленый воин, но подает надежды. Он двигался скорее как охотник, чем как солдат, но знал, где его оружие, и держался на расстоянии вытянутой руки от ближайшего члена его группы. Хорошая оценка ситуации, а учитывая, кто был вторым мальчиком, с которым он путешествовал, такая осторожность была скорее похвальна, чем вызывала осуждение.       Девочка из Племени Воды — потом надо будет ещё раз спросить её имя — явно являлась покорительницей воды, и столь же явно — самоучкой. Её движения выглядели неряшливо по сравнению с движениями Пакку и ещё нескольких покорителей воды, встреченных Джеонг Джеонгом в Ордене Белого Лотоса. И она тоже настороженно относилась к окружавшим её солдатам, но, в отличие от своего брата, не столь настороженно по отношению к Айро и его племяннику. Генерал-дезертир спросил себя, как долго они были союзниками. Девочка скорее волновалась за них, а не из-за них. А-а, вон тот её взгляд показал, что тревога главным образом концентрировалась на ребенке, а не на самих членах королевской семьи. Но, очевидно, она считала, что малыш в достаточной безопасности в руках принца. Что же за история здесь крылась?       Аватар был покорителем воздуха до мозга костей. Мальчик мог бы служить моделью для иллюстраций и описаний стоек и движений из тех старых свитков, что приказал распространять Хозяин Огня Созин. И, возможно, у него были кое-какие познания в покорении воды… но явно не мастерского уровня, и столь же явно он ничего не знал о Земле и Огне — его движениям недоставало строгой дисциплины, необходимой для овладения этими элементами. И слишком уж он доверял незнакомцам! Джеонг Джеонг почти чувствовал следующую ловушку, караулящую Аватара за горизонтом, ждущую, когда это дитя беспечно запрыгнет в неё. И это тот, на кого мировые лидеры возлагали все свои надежды?! Если этот мальчик не наберется знаний об устройстве мира и не научится дисциплине, необходимой для покорения всех элементов, и не сделает этого очень-очень быстро, они все обречены…

00oo00oo00oo00oo00

Зуко по-прежнему чувствовал, что его голова голая и неправильная без веса и успокаивающего покачивания хвоста феникса, но в данный момент это было наименьшей из его проблем. Всё то время, что они проходили через лагерь дезертиров Джеонг Джеонга, его сердце выскакивало из груди. Строя планы побега с корабля, дядя раз за разом говорил ему, что все они, включая Тэйджи, будут в безопасности с Джеонг Джеонгом; что он достаточно встречался с бывшим генералом Народа Огня, чтобы знать, что тот не верит в суеверия, и что дезертир не позволит никому в своем лагере причинить вред ребенку. Но Зуко слишком хорошо знал, что есть граница того, насколько лидер контролирует своих людей, не переходя к крайним и жестоким тактикам, которые не одобрит ни один истинный предводитель. Пусть у Джеонг Джеонга не было проблем с глазами Тэйджи, но что насчёт остальных дезертиров в лагере? Окажутся ли они все разумными людьми, как лейтенант Джи и полковник Шину, или суеверными дураками, как Тадао, и доставят им кучу хлопот?       Рассевшись с чашками чая (посредственного в сравнении с дядиным) и рисовыми шариками (пресными и чуть подсохшими; внезапно Зуко осознал, что на самом деле станет скучать по стряпне Чу Си), дядя принялся рассказывать историю нахождения Тэйджи, пока Зуко сидел с сыном на руках и притворялся, что полностью спокоен, а вовсе не на грани того, чтобы схватиться за мечи и пробиваться к летающему бизону при первых признаках опасности. Однако судя по проницательному взгляду, которым одарил его Джеонг Джеонг, бывший генерал не обманулся его позой, пусть и не собирался это комментировать.       Даже скрыв некоторые связанные с Тэйджи события, такие как злополучное столкновение с пиратами, Айро всё равно потребовалось почти двадцать минут, чтобы дойти до того момента, когда они получили тот жуткий свиток от отц… от Озая, резко поправил себя Зуко, а его дядя продолжил:       — Тогда мы поняли, что наш спектакль с притворной поимкой Аватара более невозможно продолжать. Что далее оставаться на борту «Вани» — значит накликать на себя беду в виде подосланных Озаем убийц или бунта со стороны членов экипажа, сохранивших верность Хозяину Огня, а не своему славному капитану и принцу.       Зуко отчетливо видел, как Сокка одними губами произнес «спектакль, да?» своей сестре, которая в ответ закатила глаза, и ему стало стыдно. Дяде не следовало так искажать правду, чтобы представить своего племянника в лучшем свете перед незнакомцами. Если бы для него всё действительно было спектаклем, если бы он не был так долго и так слепо верен человеку, под внешностью которого скрывался настоящий монстр! Если бы он понял правду, как только его обожгли и изгнали, и помог бы Аватару с самой первой встречи, вместо того, чтобы охотиться и пытаться поймать…       Но в таком случае он бы никогда не нашел своего сына. Не преследуй он ранее увиденного летающего бизона в ночь после спасения дяди… не пройди он возле оврага в нужный момент, не услышь он детский плач там, где детей и близко не должно было быть, Тэйджи умер бы от голода рядом с трупом своей мамы. Зуко содрогнулся от одной мысли и чуть крепче обнял Тэйджи.       После того, как дядя объяснил, как они нашли и формально объединились с Аватаром, то закончил словами:       — И вот мы здесь. Джеонг Джеонг, мы с моим племянником вынуждены положиться на тебя, что ты дашь нам приют, где мы сможем остановиться и растить Тэйджи, пока Аватар не будет готов изучать покорение огня.       — И вы его получите, — ответил Джеонг Джеонг и кивнул головой, прежде чем встать на ноги. К удивлению Зуко, он не попросил посмотреть на глаза Тэйджи, как делали все те, кто слышали историю. Вместо этого мужчина обернулся к небольшому отряду своих бойцов и приказал. — Разберите самое маленькое из хранилищ и временно сложите всё содержимое под брезент. Та хижина станет временным жилищем для королевских особ и их ребенка, пока им не построят дом получше.       К облегчению Зуко, четверо мужчин просто отдали салют и ушли исполнять приказ, не протестуя против укрывательства ребенка-ведьмы. Солдаты, присутствовавшие при изложении истории, бросили несколько любопытных взглядов в его с Тэйджи сторону, но принц не почувствовал страха или враждебности. Никто из них вообще не протестовал! Может быть, Тэйджи действительно будет здесь в безопасности…

00oo00oo00oo00oo00oo00

      Аанг радовался, что Зуко, его дядя и малыш нашли безопасное прибежище, и ещё более радовался тому, что теперь они были союзниками и познакомили его с целой группой людей из Народа Огня, выступавших против войны! Приятно было знать, что Мудрец Огня Шию не являлся единственным исключением, что сегодня в Народе Огня ещё оставалось много хороших людей, как его старый друг Кузон.       …Ну, ладно, строго говоря, все эти люди были изгнанниками из Народа Огня, но всё равно доказывали его мнение, что в каждом народе есть хорошие люди! За те несколько раз, что он спорил с Соккой и Катарой после спасения из айсберга, их споры о людях из Народа Огня были хуже всего. Поскольку их мама была убита солдатами Народа Огня, а отец оставил их обоих, чтобы помогать Царству Земли против Народа Огня, брат и сестра склонялись к мысли, что весь Народ Огня полон жутких монстров, которым нравится сжигать людей заживо веселья ради.       Аангу пришлось признать, что за исключением Мудреца Огня Шию, практически все из Народа Огня, кого они встречали до сих пор, вели себя ужасно. Но он надеялся, что заключение союза с Зуко и его семьей, встреча с Джеонг Джеонгом и его солдатами покажут Сокке и Катаре, как они были неправы, причесав всех в Народе Огня под одну гребенку.       Теперь, когда у Зуко и его семьи было безопасное пристанище, Аангу и его друзьям пора было двигаться в путь, в Северное Племя Воды, чтобы учиться покорять воду… хотя Аанг вроде как надеялся на то, что Джеонг Джеонг пригласит его и его друзей остаться на ужин. Катара готовила хорошо, но почти не использовала специи, к которым привык Аанг, и они день за днем ели одно и то же. Вот здорово, если бы местные солдаты устроили в их честь пир, как на острове Киоши, но с острыми блюдами, которые он в прежние времена ел вместе с его старым другом Кузоном!       — Благодарю за твою щедрость, Джеонг Джеонг, — ответил Айро второму старику, тоже встал на ноги и величественно поклонился. — Приятно быть уверенным, что сегодня у нас будет крыша над головой! И нам понадобится лишь несколько весьма доступных вещей, чтобы превратить хижину в подходящий дом для нас и малыша Тэйджи. Племянник, возможно, ты мог бы остаться здесь с Тэйджи и разложить наши немногочисленные пожитки в хижине, как только её приготовят, пока я схожу в ближайшую колонию и добуду некоторые вещи.       Поскольку Аанг сидел очень близко к Зуко, то услышал, как тот пробормотал себе под нос «предлог сходить по магазинам», а потом вслух добавил:       — Дядя, возможно, для всех будет лучше, если ты не пойдешь в колонию сегодня или в ближайшее время. Что если тебя узнают? Может пока и нет розыскных плакатов с твоим изображением, но они появятся, как только станет известно, что мы сделали. И мы не хотим, чтобы кто-то увидел те плакаты, вспомнил, что видел твоё лицо в городе, и дал отрядам смерти отц… Озая стартовую точку для поисков.       — Но только в том случае, если увидят его лицо, — вмешался дружелюбный мужичок, который ранее представился Аангу как Чей, бывший капитан армии Народа Огня, эксперт-подрывник и второй человек, успешно дезертировавший после генеральского примера. — Никто ничего не увидит, если он наденет фестивальную маску, да? И я готов поспорить, что сейчас торговцы продают дюжины масок для фестиваля Дней Огня, длящегося всю неделю.       — Фестиваль Дней Огня? — навострил уши Аанг, внезапно преисполнившись надеждой. Фестиваль — это куда лучше, чем праздничный ужин!       — Конечно! Плакат с объявлением о празднике размещен на доске объявлений у въезда в город, — весело объяснил Чей. — Там сказано, что будут всевозможные развлечения: жонглеры, фокусники, кукольные представления, мастера покорения огня и множество культурных выставок, напоминающих колонистам о жизни в Народе Огня! Мы с парой других парней собираемся взять маски и пойти туда, посмотреть парочку представлений и, может быть, достать немного огненных хлопьев.       Почти против воли Зуко оживился и эхом повторил «огненные хлопья?», но Аанг не особо уделял ему внимание. Вместо этого он повернулся к Сокке и Катаре.       — Ребята, вы должны пойти со мной на фестиваль! — с восторгом сказал он им. — Вам надо это увидеть. Увидеть, что люди из Народа Огня тоже любят отдыхать и веселиться, как и все в мире!

00oo00oo00oo00oo00

      Зуко испытывал нехорошее чувство в желудке, слушая, как Аватар убеждает своих компаньонов пойти с ним на фестиваль. Сначала люди из Племени Воды колебались, сказав, что им действительно надо ехать дальше, и Зуко про себя согласился с ними. Аватару нужно было как можно быстрее выучить все элементы, и ему нельзя было попадаться прямо посреди колонии! Но затем дядя присоединился к Аватару, убеждая их пойти, сказав, что им надо увидеть, что Народ Огня мог создавать красоту и счастье, а не только войну и агрессию, и Зуко молча застонал от отчаяния. При желании дядя Айро мог уговорить кого угодно и на что угодно.       Не прошло и пяти минут, как пятеро отправились в колонию: дядя — за покупками (то, что он угостится фестивальной едой и насладится зрелищами было понятно без слов), Чей, солдат Джеонг Джеонга — чтобы показать, где найти магазины с нужными Айро товарами, а Аватар и его друзья — просто повеселиться. Перед уходом Айро заметил взгляд Зуко и весело сказал:       — Не волнуйся ты так, племянник! Мы все наденем маски, так что никто не узнает, кто мы такие. Мы будем соблюдать осторожность, чтобы не привлекать внимания… и, да, я принесу тебе огненных хлопьев!       — Ладно, — с некоторым смущением пробормотал Зуко, а потом помог Тэйджи помахать на прощание дедушке.       Вскоре после их ухода пришли люди Джеонг Джеонга и доложили, что разобрали хижину-хранилище, так что Зуко взял Тэйджи и их переметные сумки с вещами и отправился превращать хижину в нечто, напоминающее дом. Не потребовалось много времени, чтобы разложить спальные мешки и те несколько вещей, что они смогли взять с собой: несколько смен одежды для каждого, портреты Чеунга, набор для чистки и смазки дао-мечей, камешек в виде сердца от Мэй, несколько игрушек Тэйджи и любимый дядин чайный набор.       Зуко не удержался от невеселого вздоха, глядя на то, что осталось от их прежних жизней, и посмотрел на незнакомые соломенные стены жилища, которое отныне будет им домом. Внезапно он обнаружил, что отчаянно скучает не только по виду знамени Народа Огня, свисающего вдоль стены в его каюте, но и по старым стальным надстройкам, с которых это знамя свисало. Затем он насмешливо фыркнул, подумав, что скажи ему кто-нибудь три года назад — или даже три месяца назад — что придет день, когда он будет скучать по старому ржавому корыту…       Но он скучал не только по кораблю, но и по экипажу. Лейтенант Джи, Минг-Хоа, Джобэн, Таозу, Джиро, Тэцуко, Шенг… Пепел, он немного скучал даже по тому суеверному дураку Тадао! Три месяца назад он никогда бы не поверил, что станет скучать хоть по одному из них. Но после усыновления Тэйджи отношение экипажа к нему сильно изменилось. Они больше уважали его, на самом деле уважали его, а не только его титул, а некоторые, кажется, даже искренне привязались к нему! Ему было тошно, холодно и тяжело от того, что пришлось солгать и бросить их.       Затем Тэйджи заворковал и помахал деревянным драконом-курильницей для благовоний, которую он превратил в первую игрушку своего сына. Зуко выдавил на лице улыбку, взял игрушку и сделал вид, что та летает и выдыхает огонь для Тэйджи, пока ходунок радостно взвизгивал и хлопал в ладоши.       По крайней мере, он до сих пор мог создавать небольшие язычки пламени, чтобы делать вид, будто крошечный дракон выдыхает огонь. Скорее всего, именно это нравилось Тэйджи больше всего. Но Зуко очень-очень надеялся, что дядя прав по поводу того, что случилось с его покорением, и как это исправить! Даже играя с сыном, его разум продолжал возвращаться к тому разговору с дядей Айро, сразу после получения отц… Озаева письма с приказом убить Тэйджи и отправить голову ребенка в столицу в качестве доказательства.

00oo00oo00oo00oo00

      Дядя Айро настоял, что надо сделать чай перед тем, как обсуждать письмо и имеющийся у них выбор, так что Зуко ждал, пока дядя заваривал чай в своей каюте. Но принц не стоял на месте, а просмотрел свои вещи и вещи Тэйджи, решая, что он мог взять с собой для бегства в Царство Земли, а что придется оставить здесь. Он мог взять не столь уж многое, учитывая, что придется нести ещё и сына, да шагать дни напролет. И чем больше вещей он положит в мешок, тем более привлекательной целью он станет для бандитов на дорогах. Так что придется обойтись лишь самым необходимым, несколькими сменами одежды, его оружием… и парочкой игрушек — ему надо что-то, чтобы веселить и развлекать своего сына в пути.       К тому времени, как дядя вернулся с чайным подносом, Зуко упаковал и положил на кровать заплечный мешок. Увидев вещи, Айро приподнял бровь, но не велел распаковывать и возвращать всё по местам. Вместо этого старик жестом велел Зуко сесть за стол напротив него.       Дядя разлил чай, и они оба потягивали горячий напиток, хотя Зуко мог бы пить моторное масло и не заметить. Он до сих пор был взбудоражен письмом и занят мыслями о бегстве во имя спасения жизни сына. Сделав первый глоток, Айро поставил чашку и сказал ровным голосом:       — Принц Зуко, теперь, когда ты прочитал письмо и его проклятый приказ… ты согласишься со мной, что Хозяин Огня Озай — да, твой отец и мой младший брат — что Озай — монстр в человеческом обличье?       Когда к Зуко вернулась способность мыслить, он оцепенело подумал: «Так вот каково, когда в тебя бьет молния?» Потому что волна шока, пробежавшая по нему при словах дяди, ощущалась как обжигающий канал, прошедший от ушей в мозг, вниз по позвоночнику и через его ноги и ступни. Если бы в этот миг кто-то поднял и отодвинул его парализованное тело в сторону, он был уверен, что на плитах палубы остались бы опаленные отметины.       Когда ему вновь удалось заставить легкие работать, а потом губы, а потом — потребовалось две попытки — его голосовые связки, Зуко прошептал:       — Да.       Айро мрачно улыбнулся.       — Хорошо. Потому что я ждал почти три года, чтобы сказать это, с того самого дня, когда он вынудил тебя сражаться с ним на Агни Кай. Теперь, когда мы согласились по этому вопросу, ты согласен, что мужчина, достаточно жестокий и бессердечный, чтобы приказать своему собственному сыну совершить подобное зверство, — и он вытащил свиток из рукава и бросил на стол, пришлепнув раскрытой ладонью и прожигая документ взглядом, словно пробравшегося на борт змеепаука, — не может обладать мудростью и состраданием, которые хороший правитель должен проявлять к своим людям, а значит, не должен править целым народом?       Зуко замерз, как внутри, так и снаружи. Он не мог пошевелить и мускулом, глядя на дядю и внезапно чувствуя жуткий холод внутри, даже холоднее, чем на Южном полюсе. Его дядя говорил о свержении Хозяина Огня. Он говорил о государственной измене.       И он был прав. Зуко чувствовал до мозга своих промерзших костей, что Айро был прав, и что его отец… что Озай не должен занимать трон.       Зуко сделал глубокий, дрожащий вздох, склонил голову и выдавил.       — Н-не должен.       …Вот, эти слова делали его предателем вместе с Айро. Что бы ни случилось дальше, он не позволит своему дяде страдать в одиночку.       Дядя Айро кивнул и послал ему мрачную полуулыбку одобрения за его слова. Странно, но улыбка полностью пропала, когда Зуко продолжил говорить.       — Вместо него Хозяином Огня должен быть ты.       Дядя покачал головой.       — Были времена, когда я потребовал бы корону по праву первородства… но те дни прошли, и теперь я куда более умудрен. — Старик вновь поднял чашку и продолжил. — Если я когда и воссяду на Огненный Трон, принц Зуко, то только в качестве временного регента, пока ты не будешь готов вернуться к своим королевским обязанностям, — и дядя многозначительно посмотрел на него.       — Я-я? — выпалил Зуко. — Но, дядя, я не могу быть Хозяином Огня! Я… я потерял покорение!       Айро чуть не выронил чашку, затем аккуратно поставил её на стол и потребовал:       — Объясни.       — Хотелось бы! Всё, что я мог придумать — это знак Агни, который забрал моё покорение. Ну, почти полностью, оно осталось, но совсем слабое. И оно исчезло именно потому, что я никак не смогу бросить вызов отцу без него. Агни решил устранить все сомнения в том, что я не подхожу для трона, — несчастным голосом закончил Зуко.       — И когда ты потерял своё покорение, если оно действительно пропало? — спросил Айро, приподняв бровь. — Потому что на днях ты поставил прекрасный огненный щит, когда мы не дали Джао забрать у нас Тэйджи.       — Я правда не знаю, когда именно это произошло. Я знаю только, что перед самым прибытием почтового ястреба я разминался для спарринга, и… всё, что я смог сделать — вот это! — и он повернул руку ладонью вверх. Он пожелал создать пламя ровно двенадцать дюймов высотой, но всё, что вышло — маленький огонек, достойный скорее фитиля свечи, не больше первой попытки ребенка-покорителя огня.       — Хм-м-м-м… — Айро рассматривал пламя на его ладони, потом приподнял кустистую бровь и спросил. — Скажи, племянник, о чем ты думал перед тем, как начать разминку?       Сбитый с толку вопросом, Зуко ответил честно:       — Я думал, что выдался по-настоящему хороший день: корабль исправно работает, Тэйджи хорошо себя ведет и даже выучил несколько новых слов тем утром, и нам представилась новая возможность поймать Аватара! …Точнее, была такая возможность, — подавленно закончил он. Теперь единственный способ, которым он сможет схватить того покорителя воздуха, если Аватар увидит, что стало с его покорением, и умрет от смеха.       — Ясно. Посмотрим, как долго ты сможешь поддерживать огонек, пока я буду думать, что могло вызвать эту проблему, — сказал дядя, встал и начал мерить шагами комнату. Зуко послушно поддерживал свечной огонек, в то же время наблюдая за дядей и страшась позволить себе надеяться…       И вдруг Айро остановился перед иллюминатором и нахмурился от того, что увидел на горизонте.       — Корабль Джао возвращается. Вероятно, чтобы забрать у нас Тэйджи.       — Что?! — Зуко вскочил на ноги, а крошечный огонек в его руке резко взметнулся вверх и превратился в обжигающий факел почти три фута высотой, опаливший потолок его каюты.       Зуко ошарашено уставился на огонь, а его дядя сказал с хитрой улыбкой:       — Я солгал. А ты сделал именно то, что я ожидал, при мысли, что кто-то угрожает твоему сыну. Твоё покорение не исчезло, племянник, весь твой потенциал остался при тебе, а возможно, и увеличился. Но тебе придется найти новый источник топлива для твоего покорения огня теперь, когда ты узнал, как быть счастливым вместо постоянной злости.       Дядя снова уселся за столик и продолжил:       — Но эти наставления подождут, ибо есть вопросы, требующие первоочередного обсуждения. Пока просто поверь моим словам, что ты воистину обладаешь достаточным покорением огня, чтобы считаться претендентом на трон. И для того чтобы забрать трон у Озая, наш лучший выход — заключить союз с Аватаром.       — Заключить союз… что?!

00oo00oo00oo00oo00

      Зуко резко вынырнул из воспоминаний из-за мокрого, чмокающего звука и ни с чем не сравнимого аромата — Тэйджи снова испачкал подгузник. Зуко вздохнул, отложил игрушечного дракона и вытащил необходимые для смены подгузника вещи, одновременно бормоча под нос:       — Так и непонятно, что вызывает понос. По крайней мере, у тебя нет обезвоживания.       Он быстро очистил попку сына и надел новый подгузник, а потом с гримасой бросил грязный на небольшую кучку других испачканных подгузников, ожидающих стирки. Он не горел желанием, но чем скорее он этим займется, тем лучше — осталось всего три свежих подгузника.       Может быть, дядя Айро сможет уговорить прачечную службу этого лагеря дезертиров взяться за дополнительную работу по стирке подгузников? Дядя сказал, что не сможет воспользоваться своим статусом Великого Лотоса, — и от этого у Зуко до сих пор шла кругом голова, от идеи о том, что на самом деле его дядя являлся главой тайной организации, имеющей членов во всех народах! Но дядя сказал, что эта информация должна оставаться в тайне, потому что большинство людей в этом лагере не были членами организации, а просто обычными солдатами и матросами, решившими навсегда оставить прежние жизни, чем убивать людей по приказу Хозяина Огня. Но даже если дядя не мог пользоваться своим тайным рангом, а Зуко настоятельно посоветовали не пытаться использовать свой королевский титул вовсе, может быть, Айро мог пустить в ход свой золотой язык и убедить служащих в лагере взяться за дополнительную работу.

00oo00oo00oo00oo00

      — Ну, вот, маски для всех! — весело воскликнул Чей, выйдя из колонии на маленькую полянку чуть в стороне от главной дороги, где ждали Аватар, генерал Айро и дети из Племени Воды, и показал, что он им приобрел.       Все поблагодарили Чея, дети быстро натянули фестивальные маски, а потом девочка из Племени Воды по какой-то причине поменяла маску Аватара и маску своего соплеменника. Генерал Айро, посмеиваясь, завязал свою маску, а потом широким жестом указал на подножие холма и лежащую там деревню.       — Идемте, друзья мои, хорошая еда и веселье ожидают нас!

00oo00oo00oo00oo00

      Чуть менее двух часов спустя Чей, Аватар и генерал Айро рядком стояли перед хмурым Джеонг Джеонгом и закрывшим лицо рукой принцем Зуко и пытались объяснить, что именно пошло не так.       — Это вроде как моя вина, — с глуповатой улыбкой объяснил Аватар. — Понимаете, этот актер-покоритель огня вывел Катару на сцену, чтобы она помогла ему в постановке номера, но когда он крикнул, что теряет контроль над его огненным драконом, я вроде как… запаниковал и подумал, что её обожгут, и я сдул дракона покорением. Тут толпа меня узнала, и мы побежали. И когда мы пробегали мимо генерала Айро и Чея, которые делали покупки, я не подумал и крикнул им бежать, потому что за нами гнались стражники.       — Вероятно, было бы мудрее изобразить полное незнакомство с Аватаром и непонимание его слов, а затем найти новые маски, — с тяжелым вздохом признал Айро. — Но вместо этого сперва Чей, а потом и я тоже побежали. Придется с прискорбием признать, теперь всем известно, что Аватар приобрел новых спутников, а не только двух людей из Племени Воды, о которых знали раньше.       — Но всё же мы выбрались благодаря летающему бизону Аватара! — настоял Чей. — И я взорвал склад с фейерверками, чтобы отвлечь их и не дать преследовать нас. Мы не полетели сразу в этом направлении, так что лагерь должен быть в безопасности.       — Но пока мы все забирались на Аппу, наши преследователи подошли слишком близко. Как раз когда летающий бизон поднимался в воздух, одному покорителю огня повезло нанести удар по нижней части хвоста, — с сожалением доложил генерал.       — Ожог несильный, но сейчас Аппе очень больно, а полет только ухудшает рану. Ему не следует летать несколько дней, пока рана не заживет, — настойчиво сказал Аватар, закончив глуповатым:       — Так что… если вы не против, мы можем остаться у вас, пока он не поправится?

00oo00oo00oo00oo00

      Лагерь дезертиров не мог выделить им хижину, но Аанг заверил, что это не проблема: у них была палатка и припасы, чтобы при необходимости разбить собственный лагерь. Затем Аанг вернулся на полянку за пределами лагеря, где Аппа лежал на боку, постанывая от боли, а Катара наносила мазь от ожогов на нижнюю часть его хвоста. (Что хорошо в лагере, полном людей из Народа Огня, которые являются союзниками, так это то, что у них под рукой всегда полно мази от ожогов).       — Нам разрешили остаться, пока Аппа не поправится, но нам придется самим найти способ кормить его. Они не держат комодоносорогов или гиппокоров, так что у них нет соломы для Аппы, — сообщил им Аанг с волнением на лице и утешающее погладил широкий нос своего приятеля.       — Быть беде, если он не сможет летать и самостоятельно питаться, как обычно, — согласился Сокка.       — Может, мы сможем попросить какого-нибудь солдата сходить в город и купить для нас соломы? — с надеждой спросила Катара. — У нас осталось немного денег из того кошеля, что дали нам монахини из аббатства.       — Оставь монеты на потом, я прослежу, чтобы вашему бизону достали соломы, — сказал кто-то прямо за спиной у Аанга, который удивленно подскочил, развернулся и увидел генерала Айро. Как такой старый и толстый человек мог так тихо двигаться?       Генерал продолжил:       — В конце концов, в него бы не попали и не обожгли, если бы вы не ждали несколько секунд, пока я заберусь в седло.       — Спасибо, генерал, — с некоторой настороженностью ответил Сокка. Аанг знал, что его друг до сих пор не доверял покорителям огня, пусть даже сейчас те стали союзниками.       — Пожалуйста, зовите меня Айро, — попросил старик, а потом протянул руку и тоже погладил нос Аппы. — Просто отдыхай и поправляйся, благородный небесный скакун. Мы проследим, чтобы о тебе хорошо позаботились.       И точно, ещё до захода солнца генерал послал солдата, который купил им не только три тюка сена, но и корзину капусты с корзиной яблок заодно. И когда Аппа высказал свою благодарность и радостно облизал Айро, даже стоя покрытым с ног до головы бизоньей слюной, генерал лишь посмеялся и сказал, что всё равно собирался принять ванну. По твердому убеждению Аанга, если случившееся не доказывало, что Айро — хороший человек, тогда ничто и никогда этого не докажет!       Солдаты позволили им поужинать вместе с ними. Еда была не такой вкусной, как на фестивале, но перемена по сравнению с их обычными ужинами всё равно была приятной. (Хотя когда Катара начала хмуриться, Аанг поторопился сообщить ей, что её готовка по-прежнему великолепна! Просто время от времени приятно поесть что-нибудь другое).       Было немного странно, но не в плохом смысле, что в кои-то веки Аанг не был центром внимания на празднике. На него бросали достаточно много любопытных взглядов, но гораздо больше внимания люди уделяли малышу принца Зуко, Тэйджи, и всем тем ухищрениям, к которым прибегал принц, пытаясь убедить ребенка съесть овощи.       — Ням-ням, Тэйджи! Разве тебе не нравится бок чой***? Давай, открывай ворота сарая, чтобы комодоносорог втянул повозку… Ну же, открой рот, тебе понравится, обещаю! Разве ты не хочешь вырасти большим и сильным? Ой-ой, Тэйджи, ложка борется со мной! Видишь? Еда хочет убежать от тебя, ешь поскорее, пока она не сбежала!       Катара положила подбородок на руку и наблюдала с явным удовольствием, а Сокка придвинулся к Аангу и прошептал с ироничной улыбкой:       — Трудно поверить, что этот тот же злобный козел, что преследовал нас от самого Южного полюса, да?       — Ага, — согласился Аанг, хотя его улыбка вышла несколько печальной. Он вспомнил нескольких старейшин из храма, тех, кто присматривали за маленькими Зефирами и точно так же вели себя, когда убеждали новых малышей, привезенных от монахинь Восточного и Западного храмов, есть их еду. Он до сих пор скучал по храмам, и в особенности по монаху Гиацо, так скучал…       Но вспоминать добрые времена и грустить, что они ушли навсегда, ни к чему не приведет… и, кроме того, он не хотел, чтобы Катара снова начала за него волноваться. Вместо того чтобы смотреть назад, он должен смотреть вперед, на то, что надо будет сделать в будущем. Он должен овладеть всеми элементами, сразиться с Хозяином Огня и закончить войну! И пока они пробудут здесь несколько дней, чтобы дать Аппе время отдохнуть и поправиться, пока он находится в одном лагере с мастерами покорения огня, ему выпал хороший шанс начать изучать покорение огня.

00oo00oo00oo00oo00

      Зуко немного разочаровался в лагере бывших солдат, хотя вслух он этого не сказал. На борту корабля люди практически строились в очередь ради привилегии посидеть с Тэйджи в детской, но здесь всего двое подошли к нему и вызвались посидеть с ребенком несколько часов, чтобы можно было заняться другими делами, например тренировкой по покорению огня с его дядей. И всё же два помощника в присмотре за Тэйджи — лучше, чем ни одного.       Разумеется, стоило убедиться, что помощники хорошо справляются с детьми в целом и с Тэйджи в частности. Он придирчиво допросил двух добровольцев о том, что те знают об уходе за детьми, а так же расспросил Джеонг Джеонга об их характерах и происхождении. А потом, поскольку дядя был куда лучшим дипломатом, позволил дяде Айро сообщить первому добровольцу, экс-капитану Чею, что хотя они и ценили его предложение, но пока не готовы оставить малыша Тэйджи с ним наедине. Сперва им надо будет несколько раз понаблюдать, как Чей справляется с заданием.       У Чея было доброе сердце, говорят, одно время он был чертовски хорошим капитаном, заботился о своих людях куда лучше большинства других офицеров, разделявших сходную страсть и талант к взрывам. Но непосредственно перед дезертирством шесть лет назад его мозг стал яичницей от взрывчатки, плохо установленной его подчиненным и сдетонировавшей в непосредственной близости. Даже шесть лет спустя, как Зуко тихо сообщил другой экс-солдат:       — Ну, временами он становится немного рассеянным.       Внимание Чея начинало неожиданно блуждать, он забывал следить за тем, что говорит другим, и… Он старался изо всех сил, и все в лагере уважали его за это, но ему нельзя больше доверять важные обязанности или важную информацию. Зуко просто не мог доверить Чею заботу о своем активном, склонном попадать в беду ходунке в течение нескольких часов.       Куда больше принцу повезло со вторым добровольцем, Комори, добродушным человеком двадцати с небольшим лет, ранее служившим капралом в 92-ой дивизии, а потом решившим дезертировать, но не участвовать в сжигании аббатства, полного невооруженных монахов. Комори сказал, что никогда не слышал о суеверии, связанном с разноцветными глазами, пока сам Зуко не поднял эту тему. Но даже если бы слышал, то не поверил бы в ведьм, и в любом случае ребенок был слишком мал, чтобы представлять для кого-то угрозу. Ещё Комори добавил, что у него есть младшие брат и сестра, оставшиеся в колонии Юшу, и что он не только играл с ними, но и кормил и менял обоим подгузники, когда те были малышами, и вообще был ответственным подростком.       Джеонг Джеонг хорошо отрекомендовал характер молодого человека и тихо добавил, что Комори был одним из двенадцати людей в лагере, которых он считал достаточно достойными доверия, и достаточно незаметными, чтобы стать членами Белого Лотоса. Затем Комори доказал, что до сих пор помнил, как эффективно менять подгузник, когда Тэйджи наделал в штаны прямо во время личного собеседования. (И бывший капрал порекомендовал средство для прекращения поноса, которое его матушка готовила, смешивая рис и пепельные бананы).       Так что на следующее утро Комори пришел в их маленькую хижину, чтобы присматривать за Тэйджи большую часть дня. Зуко убедился, что молодой человек знает, где лежат грызунки и чистые подгузники, и в какое одеяло Тэйджи любит заворачиваться для дневного сна.       — Единственные игрушки, что мы принесли с собой, — эта мягкая панда, которую он сейчас держит в руках, и этот деревянный дракон. Вообще-то, это курильница для благовоний, но игрушка из неё вышла куда лучше. Тэйджи любит, когда дракона поднимают и заставляют летать по воздуху и выдыхать пламя. Но только очень маленькое пламя, и держите игрушку подальше от малыша, когда будете так делать! Он ещё слишком мал, чтобы понимать опасность огня, — объяснил Зуко.       Комори иронично улыбнулся и сказал:       — Боюсь, с выдыханием огня драконом придется подождать до вашего возвращения, Ваше Высочество. Я не покоритель огня.       — О, ничего страшного, тогда пусть он просто летает. И малыш может сам играть с драконом, но если начнет грызть крылья, немедленно дайте ему грызунок. — Затем принц поднял и обнял Тэйджи, напоследок пробормотав:       — Слушайся Комори, хорошо, маленький солдат? Я вернусь после того, как ты поспишь.       Затем Зуко оставил их и вышел из хижины, немного поежившись от холодного утреннего воздуха, поскольку на нем были только его тренировочная туника без рукавов и штаны, а тонкий, как бумага, слой волос, который дядя называл «персиковым пушком», и которым начал обрастать его скальп, ничуть не грел его голову. Но скоро он согреется, напомнил себе принц, и направился туда, где ждал его дядя, чтобы возобновить тренировки.       Вчера вечером дядя нашел полянку далеко за пределами лагеря и назначил это место в качестве тренировочной площадки, сказав, что желает вести их уроки в уединении и без шансов на то, что их потревожат. Учитывая, каким позором станет новость, что принц Народа Огня в данный момент испытывает трудности даже с базовыми формами покорения, Зуко с готовностью согласился держать это место в секрете и убедился, что за ним никто не идет. Но как раз перед выходом на полянку, за последним рядом деревьев, он услышал, как дядин голос строго произнес:       — Мальчик ещё не готов!       Однако когда принц вышел на поляну и огляделся, то увидел только дядю, сидевшего в позе для медитации с закрытыми глазами и хмурой гримасой на лице. Больше никого не было видно. Зуко склонил голову набок и внимательно прислушался, но не услышал звуков убегающих шагов.       — С кем ты говорил, дядя? И к чему я не готов?       Дядя Айро открыл глаза и некоторое время, моргая, смотрел на него, а потом натужно улыбнулся.       — Вообще-то, племянник, сейчас я говорил не о тебе… и сейчас не время обсуждать этот вопрос. Мы здесь, чтобы помочь тебе найти лучшее топливо для твоего покорения огня. И после того, как ты ещё раз продемонстрируешь мне, что овладел всеми основами, мы начнем твою настоящую продвинутую подготовку. Включая некоторые движения и техники, которые не знает никто в Народе Огня! Но для начала присядь, — и он указал на землю прямо перед собой.       Когда Зуко сел, дядя сказал светским тоном:       — Скажи мне, племянник, что, по-твоему, изменилось в тебе за два последних месяца?       Зуко пожал плечами. Разве ответ не очевиден?       — Я стал отцом.       Айро кивнул.       — Да, совершенно верно. А что ещё?       — …Я больше не охочусь за Аватаром?       — И снова верно. И ты больше не хмуришься, не кривишься, не гримасничаешь и не используешь другие выражения гнева и раздражения практически каждую секунду бодрствования. Вместо этого, племянник, ты улыбаешься. Разумеется, не постоянно, но по нескольку раз за день. О, время от времени у тебя бывают приступы плохого настроения, как и у меня. Но до того как ты стал отцом Тэйджи, я временами волновался, что ты полностью забыл, как радоваться жизни, а не гневаться на неё. Но теперь ты радуешься ей, за исключением последних двух дней… и за исключением того, какой эффект это изменение оказало на твое покорение.       — Так значит, то, что произошло в моей каюте, когда ты упомянул Джао, не было случайным стечением обстоятельств? Я могу по-настоящему покорять огонь, только когда я злюсь? Но дядя, ты всегда улыбаешься, смеешься и всё такое, и всё же являешься мастером покорения огня.       — Потому что источник моего огня — не гнев или ярость. Да, я знаю, чему тебя учили твои первые инструкторы по покорению огня, что наш огонь питается агрессией, гневом, яростью и другими деструктивными эмоциями. Этому учат инструкторы по покорению огня, и не только королевскую семью, а всю страну, начиная с правления Созина… и все они ошибаются. И причиняют великий вред нашей стране своими учениями, — Айро сильно нахмурился. — Не говоря уже об остальном мире.       — И что служит топливом для твоего огня, дядя?       — Сама жизнь, племянник. Жизнь и радость от жизни. Огонь горит, да, но он ещё и согревает. В холодную ночь люди собираются возле огня ради тепла, а также чтобы насладиться танцем пламени. И есть величайший огонь из всех, Агни, — Айро поднял голову и указал на небо. — Без солнца наш мир умрет в холоде и тьме. Огонь — это Жизнь, Зуко! Ты слышал, как я говорил эти слова раньше, но, наверное, сейчас ты готов действительно их понять.       Айро продолжил.       — Менее двух месяцев назад твоей миссией в жизни — тем, что управляло каждым твоим действием и каждым моментом бодрствования — была охота за Аватаром. А за этой миссией стоял… великий гнев. Гнев, на который у тебя было полное право, племянник, ибо твой отец обошелся с тобой самым жестоким образом, предал те любовь и верность, что ты испытывал к нему, а потом отбросил тебя в сторону и дал практически невыполнимое задание, как условие возвращения. Но ты отказывался принять это, потому что сделать так — значит потерять всю надежду когда-либо вернуться домой. А без надежды ты, скорее всего, никогда не пережил бы тех лет вынужденного изгнания. Почти целых три года тягот, которые сломали бы менее сильного человека, Зуко, уверяю тебя в этом.       Затем в твоей жизни появился Тэйджи и начал учить тебя, что есть куда более важные вещи, чем одобрение Озая. Когда мы только нашли малыша, я предположил, что дух-кирин избрал тебя в качестве его опекуна, потому что ты мог научить его, что нет позора в том, чтобы жить с неподходящими друг другу чертами лица. Но, думаю, в первую очередь, это малыш научил этому тебя. Он уже показал тебе, что можно проявлять заботу о других, как он показал всему экипажу, что ты — нечто большее, чем «Королевская Заноза», как они прозвали тебя, отвергая твоё руководство.       При упоминании об экипаже, который пришлось оставить, сердце Зуко болезненно дернулось, но дядя ещё не закончил.       — Чем учить тебя напрямую, он скорее помог тебе понять самому, что стиль родительской заботы Озая не только жесткий, но и жестокий и совершенно не подходит для ребенка. И Тэйджи помог тебе понять, что твоя ценность гораздо выше того, что думает о тебе Озай, гораздо больше твоего положения и титула принца Народа Огня. Что твоя ценность не определяется твоим покорением огня, как бы ни настаивали Мудрецы Огня на том, что правитель Народа Огня должен быть мастером покорения огня! Но уверяю тебя ещё раз, твои нынешние сложности с покорением пройдут, как только ты найдешь свой новый фокус и обратишь его в топливо для твоего огня.       Айро сунул руку в маленький мешок, который принес с собой, и вытащил свечу, зажег её и поставил перед Зуко.       — Теперь медитируй. Начни, как обычно: почувствуй сердце пламени свечи и дыши вместе с ним, затем сфокусируйся на внутреннем огне. Посмотри, откуда он исходит, а точнее, откуда он исходил.       Зуко послушно принял базовую позу для медитации, закрыл глаза и почувствовал огонь свечи. Нашел крошечное «сердцебиение» в свечном пламени и медленно подстроил его под собственные сердцебиение и дыхание. Даже не открывая глаз, он знал, что огонек свечи теперь поднимался и опадал в такт с его ровным дыханием. Затем он заглянул внутрь, в свой собственный огонь, в своё собственное сердце…       Дядя был прав. Ярость, гнев и ненависть к себе, которые так долго управляли им, почти полностью исчезли, оставив несколько болезненных холмиков там, где прежде стояла огромная гора. И он абсолютно не желал её возвращения даже ценой потери покорения огня. Но… но как же он мог превратить своё новообретенное счастье и то, что его породило, в топливо для своего огня? Он не мог понять как, не видел способа…       Дядя тихо произнес:       — Зуко, открой глаза.       Он открыл и ахнул. Дядя отодвинулся назад и теперь сидел в десяти футах, но всё ещё лицом к нему, и создавал огненные скульптуры. Одна из наиболее продвинутых техник покорения огня, которую Зуко много раз пробовал, но никогда не добивался успеха. Техника требовала не просто создания и направления огня, но и формирования его в различные фигуры, ограниченные лишь волей и воображением создателя. Как и в любом другом аспекте покорения огня, его дядя был мастером. И теперь Айро сидел, складывая и изгибая руки, создавая огненный шар, который отрастил конечности, потом голову, а потом обзавелся и чертами лица… и это был Тэйджи! Невиданное мастерство: дядя даже охладил маленький участок пламени, чтобы придать огненному малышу глаза разного цвета!       Огненный Тэйджи помахал ему рукой и принялся бегать и прыгать по воздуху над ними, танцуя по кругу и беззвучно смеясь от радости…       И он увидел. Он понял.       Зуко засмеялся и заплакал, а потом вытянул руки вперед…       Он потянулся своей чи, он толкнул своим сердцем, и длинные всполохи огня поднялись от его руки и превратились в грубо очерченную человеческую фигуру, огненного Зуко, который взял на руки и обнял огненного Тэйджи, окружив своего сына теплом и заботой.       Как будто с большого расстояния Зуко услышал слова дяди:       — Молодец, племянник!       А потом разглядел огненного Айро, который возник возле пары и с потрескиванием-смешком пощекотал Тэйджи под подбородком. Огненный Зуко отвел от сына одну руку и обнял огненного Айро, втянув его в круг.       Огонь — это Жизнь. Огонь — это Верность. Огонь — это Любовь.

00oo00oo00oo00oo00

      На следующее утро, после завтрака Аанг пошел искать Айро, но парень, присматривающий за Тэйджи в их хижине, сказал, что оба принца ушли куда-то для тренировок, но он не знал, куда, только то, что их не будет несколько часов. Поскольку он будет здесь всего несколько дней, то чем терять время на их поиски или ждать их возвращения, Аанг пошел в хижину другого человека, который тоже обладал званием мастера покорения огня, и попросил Джеонг Джеонга научить его покорять огонь.       Сначала Джеонг Джеонг наотрез отказался, причем вел себя странно и злобно: сперва сравнил Аанга с рыбой в реке (и это была странная часть), а потом обвинил Аанга в том, что ему не хватает дисциплины для овладения даже водой и землей, не говоря уже об огне. Но потом посреди его разглагольствования… что-то изменилось. Аанг не был полностью уверен, что именно произошло, но следующее, что он услышал, как Джеонг Джеонг согласился:       — Да, я обучу его.       При этом он выглядел вовсе не радостно. Но, эй, нерадостный учитель — лучше, чем никакого!

00oo00oo00oo00oo00

      Ранним полднем Айро и его мокрый от пота, измученный, но счастливо улыбающийся племянник вернулись в лагерь с чувством плодотворно проведенной тренировки. Айро начал тренировку, устроив Зуко тест по всем базовым приемам покорения огня, и почти при каждом движении принц удивлялся и радовался, видя, что его огонь стал куда сильнее, чем прежде. Хотя Айро не видел здесь ничего удивительного: в отличие от Азулы, Зуко никогда не был агрессивным ребенком, всегда с большей охотой охранял и защищал, а не атаковал, и оттого его природа изначально вступала в противоречие с учениями дворцовых инструкторов.       Провозгласив базовые навыки усвоенными, они сделали короткий перерыв, чтобы Зуко мог с жадностью наглотаться воды из принесенного Айро меха, и чтобы Айро мог рассказать племяннику о городе Воинов Солнца, о том, как он выучил движения Танцующего Дракона, и для кого он исполнил этот танец, прежде чем его сочли достойным и обучили большему.       Зуко преисполнился радости, узнав, что драконы существовали до сих пор, и что его дядя не убил последнего! Зуко даже поинтересовался, нельзя ли убедить Аватара отвезти их в город Воинов Солнца, чтобы показать сыну истинных первых покорителей огня. Айро с сожалением сообщил, что придется подождать до победы в войне; до тех пор, когда они победят Хозяина Огня и положат конец декрету Созина, повлекшего за собой убийство стольких драконов, и когда небеса их родины станут безопасны, и драконы смогут вновь вернуться туда. А тем временем Зуко был готов выучить движения Танцующего Дракона.       Айро несколько часов гонял племянника, заставляя разучивать Танцующего Дракона и другие техники… включая технику, которую не знала ни одна живая душа; технику, которую Айро создал сам для перенаправления молнии. Теперь, когда Зуко противостоял своему отцу и сестре, ему было жизненно важно немедленно выучить эту технику, сделать её второй натурой задолго до того, как он столкнется с ними и послушными им молниями.       — А что насчет создания собственных молний? Я готов изучить их? — с жадностью спросил Зуко.       Айро покачал головой и ответил:       — Возможно, но сегодня я тебя учить этому не буду. По двум причинам. Первая и самая важная — нет тихого способа тренировать покорение молнии. Взрывы от удара молнии привлекут внимание всех в радиусе слышимости, вспышки могут увидеть, а жизнь наших гостеприимных хозяев сильно зависит от секретности. Мы не можем позволить привлекать внимание к себе или к ним. Тренировки с молниями придется отложить до грозы, или, ещё лучше, пока нам не представится возможность оставить Тэйджи на несколько дней, а самим уйти из лагеря подальше вглубь материка, где не будет случайных наблюдателей.       Зуко нахмурился, но кивнул.       — Разумно. Но ты сказал, что причин две. Какая вторая?       — Вторая причина в том, что молния — это чистое выражение покорения огня, без агрессии. Оно не питается яростью или эмоциями, как прочее покорение огня, и поэтому некоторые называют молнию хладнокровным огнем. Она настолько же точна, насколько смертоносна, и исполнение этой техники требует спокойного разума. И пускай ты добился огромного прогресса за последние несколько недель, но я не верю, что ты, племянник, обрел мир с самим собой, — и Айро знающе посмотрел на Зуко. — Твоё решение противостоять отцу и заключить союз с Аватаром для окончания войны слишком новое, слишком свежая рана в твоем сердце. Внутри тебя до сих пор царит смятение.       Помолчав несколько секунд и не отрывая глаз от земли, Зуко неохотно согласился.       — Я знаю, что перед нашим отъездом ты объяснил мне необходимость восстановить равновесие в мире, и почему нам так важно работать с Аватаром для свержения моего отц… Озая, но… это противоречит всему, чему меня учили с тех пор, как я достаточно подрос, чтобы учиться. Даже тому, чему ты учил меня до того, как отбыл на Осаду Ба Синг Се!       — Уроки, о которых я теперь жалею, — с тяжелым вздохом согласился Айро. — Но я не могу изменить прошлое, мы можем только смотреть в будущее и исполнять нашу роль в его формировании. А теперь давай ещё раз потренируем технику перенаправления молнии. Ты должен изучить её настолько досконально, чтобы исполнять механически. В миг, когда она тебе по-настоящему понадобится, ты не должен колебаться! Прими стойку снова.       Они отрабатывали и тренировались, а потом тренировались снова, пока Айро не заметил, что у Зуко под кожей начали подрагивать мускулы, и объявил конец сегодняшней тренировки до того, как племянник рухнет от изнеможения. Но к тому времени Зуко по-настоящему овладел основами и Танцующим Драконом, а его техника перенаправления молнии выглядела гладкой и безупречной. Его племяннику ещё предстояло пройти долгий путь, прежде чем он будет по-настоящему готов противостоять Озаю или Азуле в битве, но теперь у него был хотя бы небольшой шанс пережить такую встречу.       Итак, они вернулись в лагерь усталые, но счастливые… или, по крайней мере, Айро был счастлив, пока не услышал от Чея, что Аватар начал тренировать покорение огня с Джеонг Джеонгом.       Чей считал это замечательной новостью, но Айро-то знал лучше. Бросив настороженный взгляд туда, где Аватар стоял в позе лошади на речном валуне, обратив лицо к солнцу, Великий Лотос прошел мимо, зашел в хижину Джеонг Джеонга и требовательно спросил второго мастера:       — Зачем ты учишь Аватара покорению огня, когда он ещё не овладел покорением воды? Он даже отдаленно не готов изучать Огонь!       — Ты думаешь, я этого не знаю?! — прорычал Джеонг Джеонг с одновременно сердитым и взволнованным видом. — Моим первым ответом ему было «нет»! Но когда Аватар Року появляется и затаскивает тебя в Мир Духов для лекции, а потом требует обучить его нынешнее воплощение, что бы ты ответил?       — Я бы ответил «он не готов», и я так и сделал! — проворчал Айро, обжигая гневным взглядом отброшенный полог двери так, словно оттуда выскочит Аватар Року, чтобы выслушать лекцию, которую он заслужил. Следовало знать, что Року не удовольствуется ответом Айро и обратится к единственному другому мастеру покорения огня, находящемуся под рукой, который никогда прежде не бывал в Мире Духов, и которого, соответственно, будет проще подавить и запугать, чтобы получить согласие. Как он нетерпелив, требуя, чтобы нынешнее воплощение Аватара изучило то, к чему мальчик ещё не был готов… теперь он знал, от кого Зуко досталась его нетерпеливость!       С другой стороны, нельзя отрицать тот факт, что комета Созина вернется в конце следующего лета, менее чем через год. И если к тому времени Аватар не победит и не лишит трона Хозяина Огня, то у Айро не было ни малейших сомнений в том, что Озай использует возвращение кометы и её эффект на покорителей огня, чтобы стереть с лица земли ещё один народ — скорее всего, Северное Племя Воды, поскольку Южное Племя Воды уже было практически уничтожено — а также завоевать то, что осталось от свободного мира. И чтобы у них был хотя бы малейший шанс на победу над Озаем до того, как он уничтожит тот мир, что они знали, Аватару нужно изучить три оставшихся элемента менее чем за год.       Был ещё тот факт, что Аватар, пусть ещё и ребенок, смог заработать свои татуировки, которыми до уничтожения Воздушных Кочевников отмечали мастера покорения воздуха. Это означало, что ему было двенадцать или даже меньше, когда он овладел своим родным элементом. Айро знал историю последних пяти Аватаров, и никто из них не достиг мастерства над родным элементом до шестнадцатого дня рождения.       Аанг явно был одаренным ребенком в том, что касалось покорения. Возможно, он был настолько талантлив, что действительно мог овладеть элементами вне принятого порядка Цикла Аватара! Поэтому Айро решил не перечить авторитету Джеонг Джеонга и не прекращать обучение Аватара покорению огня, а позволить мальчику учиться и посмотреть, что из этого выйдет.

00oo00oo00oo00oo00

      Ничего хорошего не вышло.       Джеонг Джеонг приложил все силы, чтобы научить Аватара дисциплине, необходимой для покорения огня, прежде чем переходить непосредственно к покорению огня. Но ученик не усвоил этот урок вовремя.       Вернувшись с очередной частной тренировочной сессии, Зуко и Айро прибыли как раз вовремя, чтобы увидеть, как чуть дальше Аанг стоял на берегу реки и игрался с огнем, который он явно не полностью контролировал.       — Ой-ёй, — буркнул Зуко, а Айро нахмурился и вытянул вперед руку и чи, желая взять пламя под своё управление, прежде чем оно выйдет из-под контроля. Но они находились в тридцати ярдах, за пределами досягаемости даже мастера покорения огня. Они побежали ближе…       Однако Катара первой потянулась к Аангу, который беспечно послал в её сторону огненную волну. Они слышали её крик, полный боли и страха.       Сокка тоже находился поблизости и сразу набросился на Аватара, разозлившись на мальчика, который обжег его сестру, но у Зуко и Айро был куда больший опыт со связанными с огнем несчастными случаями, поэтому они четко знали приоритеты.       — Заведи её в воду, чтобы охладить ожоги, а я принесу мазь и бинты! — приказал Айро племяннику и побежал к самой большой из хижин-складов, где хранились лагерные медицинские припасы.

00oo00oo00oo00oo00

      «Больно. Духи, как же больно!»       Катара инстинктивно побежала прочь от Аанга, но не могла убежать от своей боли.       Затем инстинкт велел ей бежать к воде, к реке, текущей справа. Но когда она свернула в этом направлении, то подняла голову и увидела… покорителя огня! Принц Зуко бежал по берегу реки, направляясь прямо к ней, он обожжет её ещё сильнее! Она вскрикнула и бросилась в сторону, в лес, продираясь вслепую сквозь густой кустарник. Ей надо убежать, спрятаться…       Но тут покоритель огня вломился в лес вслед за ней, крича:       — Не беги! Проклятье, я пытаюсь помочь!       А потом он поймал её, потащил её назад, обхватив руками за талию, и не выпускал, как бы сильно она ни колотила его руками, пиналась и кричала. Он лишь крепче прижал её, крича:       — Хватит драться со мной, Ко тебя побери! Я же сказал, что хочу помочь!       А потом он сделал кое-что безумное для покорителя огня: сунул её под мышку и внес прямо в реку! Он тащил её, пока вода не достигла его пояса, а потом поставил её на ноги перед собой, лицом к течению, которое почти достигало её груди, продолжая держать руками за талию и стоя у неё за спиной. И всё это время он говорил:       — Холодная вода поможет твоим ожогам, охладит их и не позволит ожогам ухудшиться. Ты покорительница воды, как ты можешь этого не знать?! Просто держи руки под водой, пока не придет дядя с мазью от ожогов. Как твои лицо и грудь? Огонь попал ещё куда-то? — и он резко развернул её в своей железной хватке и принялся внимательно осматривать лицо. И Катара в шоке поняла, что он действительно выглядел встревоженным.       — Я не вижу никаких красных отметин, может быть, твои руки полностью блокировали волну… но если чувствуешь хоть малейшую боль или жжение, немедленно опусти эту часть тела в воду, ясно? — он снова развернул её и положил руки ей на спину. Принц продолжил говорить, или, скорее, бормотать. — Не волнуйся, я не дам течению унести тебя. Если у тебя обожжено лицо, тогда опускай его в воду на тридцать секунд, ты же сможешь задержать дыхание на такое время? Даю слово, дядя Айро уже спешит сюда с мазью и бинтами. С тобой всё будет хорошо, Катана… нет, там звук «р», ты Катара, да? Прости, я не всегда хорошо запоминаю имена. Просто держи все, что обожжено, в этой очень холодной воде, пока не вернется дядя Айро. Он уже скоро…       Вода действительно помогла, охлаждая её бедные руки… и Зуко очень ей помог. Она не думала, что ему есть дело до кого-то, кроме его сына Тэйджи, но… он правда был хорошим человеком! Катара чувствовала одновременно и облегчение, и стыд из-за своей недавней реакции. Но чем извиняться за то, как вела себя перед тем, как он затащил её в воду, она решила сконцентрироваться на охлаждении ожогов на руках.       Её… её покалывающих руках. Она опустила взгляд и широко раскрыла глаза, увидев свои покалывающие, сияющие пальцы…       Зуко продолжал нервно бормотать у неё за спиной, сначала о том, что шрамы останутся минимальные, а временами шрамов не остается вообще, и, может быть, она из числа счастливчиков, но она прервала его и вытащила руки из воды. Свечение исчезло, как только ладони вынырнули на воздух, но…       — Ожоги… исцелились!       — Нет, это просто наступил шок. Не вытаскивай руки из воды, опусти назад, пока не придет дядя! — приказал ей Зуко. — Руки в воду, сейчас!       В обычной ситуации она бы возмутилась, что он отдает ей приказы, но услышав тревогу в его голосе, Катара послушно опустила руки в воду, и он продолжил:       — Ещё несколько минут, пока дядя не придет, и тогда мы оба выберемся из этой проклятой холодной воды, согреемся и обсохнем. Не волнуйся, мы знаем, как обращаться с теми, кто впал в шок!       — Вероятно, к этому моменту они действительно исцелились, — раздался чей-то голос справа, и Катара повернулась и увидела Джеонг Джеонга, стоявшего на берегу реки и смотревшего на них. — Покажи нам свои руки, дитя.       Катара вновь вытащила руки и на этот раз подняла их достаточно высоко, чтобы Зуко тоже мог видеть.       — Они засветились, всего на минуту… а теперь они исцелились!       Охрипший шепот Зуко раздался у неё за плечом.       — Как ты это сделала?       — У тебя есть способности целителя, — просто ответил Джеонг Джеонг и жестом велел им выйти из воды. Зуко тут же обхватил Катару рукой за талию и вытянул её за собой, с плеском пробравшись сквозь воду, пока они, до нитки мокрые, не встали на берегу рядом с мастером покорения огня. При других обстоятельствах Катара воспротивилась бы тому, чтобы её таскали, как мешок риса, когда она больше не была полубезумна от боли, но в тот момент она была слишком ошеломлена.       Как только они выбрались из реки, Джеонг Джеонг сказал:       — Великие покорители Племен Воды иногда обладают такой способностью. — Мастер грустно заглянул ей в глаза и добавил. — Я всегда хотел получить такой дар, как у тебя. Быть свободным от этого огненного проклятья.       — Огненное проклятье? — пробормотал Зуко, но Катара не обратила на него внимания и напомнила старшему:       — Но вы великий мастер! У вас есть сила, которая никогда не будет доступна мне.       Джеонг Джеонг печально вздохнул.       — Вода дает исцеление и жизнь, но огонь приносит только разрушение и боль. Он заставляет тех из нас, кто обременен его прикосновением, идти по лезвию бритвы между человечностью и зверством. В итоге, нас разрывает на части.       Зуко неловко прочистил горло.       — Простите, со всем должным уважением к такому прославленному мастеру покорения огня, я…       Но что бы он ни собирался сказать, его прервали. Вода, из которой они только что выбрались, расцвела факелами пламени.       Джеонг Джеонг немедленно принял защитную стойку покорения и разбил волну пламени, которая катилась на них троих, пока Катара с Зуко вихрем развернулись, чтобы посмотреть, кто напал. Три речных катера Народа Огня шли вверх по течению, направляясь прямо к ним!       Джеонг Джеонг с нажимом произнес:       — Идите к своим друзьям или семьям и бегите!       Катару не пришлось просить дважды. Но когда она убегала, то услышала, как Зуко начал говорить, но Джеонг Джеонг резко прервал:       — У тебя есть сын, которому ты нужен! Беги и не возвращайся, или вас всех уничтожат. Торопись!

00oo00oo00oo00oo00

      Когда Джеонг Джеонг вышел из хижины как раз после того, как Аанг обжег его сестру, и велел им уходить, Сокку не пришлось просить дважды. Всё равно он не хотел оставаться в лагере, полном покорителей огня, потому что его терзало предчувствие, что что-то подобное может произойти! Теперь, когда хвост Аппы поджил за несколько дней, пора было оставить все эти огненнонародные дела позади и взять курс на Северное Племя Воды. Он знал, что потом Аангу придется вернуться сюда для обучения, когда он будет на самом деле готов изучать покорение огня, но Сокка был бы счастлив, если бы не встретил ни одного покорителя огня до конца своей жизни.       Он не заметил, куда убежала Катара, поэтому решил сначала собрать вещи, а потом идти искать её и выяснять, как сильно она пострадала. Особенно учитывая то, что он никогда не изучал, как обрабатывать ожоги, кроме как облепить их снегом, которого здесь не было, будь всё проклято! Оставалось надеяться, что Катара применит свою магию и сделает себе немного снега покорением.       Он седлал Аппу и загружал тюки, когда Катара вернулась, с ног до головы мокрая и запыхавшаяся, но она больше не кричала и не плакала.       — Катара! Ты в порядке? — взволнованно спросил Сокка.       — Я в порядке, но надо выбираться отсюда! Где Аанг? — спросила она с видом, куда более взволнованным, чем у него.       Его беспокоило, что, даже получив ожог, Катара больше переживала за Аанга, чем за себя. Сокка молча указал большим пальцем в направлении хижины старого мастера покорения огня на островке посреди реки, куда Аанг ушел прятать свой позор. Катара вбежала в хижину… и менее минуты спустя Аанг выбежал наружу и быстро побежал вниз по реке.       Катара припустила за ним, но Сокка резко окликнул её.       — Катара, пусть бежит! Ты сказала, что нам надо убираться отсюда, так? Так что помоги закончить сборы, а потом пойдем за ним!       Прикусив от волнения губу, Катара резко кивнула и подчинилась.       Им потребовалась ещё пара минут, чтобы всё упаковать. Наконец Сокка позволил своему разъяренному вниманию перейти с «собирайся и вали» на «врежь каждому попавшемуся на глаза покорителю огня» за то, что его сестру обожгли. И тут он услышал шум, доносящийся со всех концов лагеря, и понял, что не только они собирались и в спешке убегали. Так делали все!

00oo00oo00oo00oo00

      Когда сразу после прибытия им устроили короткую экскурсию по лагерю, Айро сообщили, что в той большой хижине-складе хранились все бинты и медицинские припасы, но он не заглядывал внутрь, чтобы посмотреть, как там всё организовано. Открыв дверь, чтобы найти необходимую Катаре мазь от ожогов, Айро отшатнулся при виде содержимого хижины, разбросанного там и тут по полуразвалившимся полкам. Что за бардак! Если за последние месяцы хоть кто-то пытался привести в порядок этот хаос, то он съест собственные сандалии. Кого Джеонг Джеонг назначил лагерным интендантом? Кто бы им ни был, его следовало немедленно снять с должности!       Но с наведением дисциплины в лагере придется подождать, Катара нуждалась в мази от ожогов прямо сейчас, поэтому он принялся рыться в этом хаосе, разбрасывая по сторонам корзины и ящики в поисках медицинских припасов. И пока он не нашел нужный ящик и не вышел на солнечный свет, то не заметил, что за пределами хижины тоже творился хаос. Солдаты Джеонг Джеонга забегали в свои жилища, выбегали с перекинутыми через плечо вещмешками и скрывались в джунглях… Кто-то отдал команду «Отступаем!»       Подхватив подмышку корзину с медицинскими средствами, Айро мысленно извинился перед девочкой из Племени Воды и понадеялся, что Зуко поможет ей оставаться спокойной и проследит, чтобы её ожоги оставались в холодной воде ещё на несколько минут. С нормальной медицинской помощью придется подождать, потому что прямо сейчас главнее было увериться в безопасности его внука и немногих оставшихся у них вещей. Айро побежал прямо к их маленькой хижине на другой стороне лагеря.       Но когда он добрался туда, хижина оказалась пуста. Тэйджи исчез! И только одна из переметных сумок осталась лежать на полу, вторая переметная сумка со всеми детскими припасами также пропала.       Несколько секунд спустя примчался Зуко, от которого валили клубы пара. Увидев пустую хижину, принц побелел как погребальная простыня.       — Не паникуй, Зуко, — с нажимом произнес Айро, поспешно прижав ладонь ко рту племянника. — И не зови сына! Мешок с вещами Тэйджи тоже пропал, и это означает, что тот, кто за ним присматривал, подумал о благополучии ребенка при эвакуации. Комори не знал, вернемся ли мы вовремя, до прибытия тех сил, что атакуют лагерь, поэтому он поступил наиболее разумным образом и забрал Тэйджи с собой в безопасное место.       — Но где это безопасное место? — прошипел Зуко, отбросив дядину ладонь. В его широко раскрытых глазах плескался испуг. — Где они сейчас?!

00oo00oo00oo00oo00

      Если лагерь обнаружат, не сражайтесь. Бегите. Не вступайте в сражение с вашими бывшими братьями по оружию, если есть другой выход. Держите мешки с самыми необходимыми припасами упакованными и наготове. Если раздастся команда «Отступаем», то бегите, рассейтесь по лесу, уйдите как минимум на три часа ходьбы от лагеря и скрывайтесь минимум два дня. Не отправляйтесь к резервному лагерю пока не убедитесь, что за вами не следят.       Эти слова вбили в голову Комори, как только он пришел в лагерь дезертиров, и теперь он их вспомнил, пока убегал в лес с двумя перекинутыми через плечо мешками и чужим ребенком в руках… и всё это время он лыбился, как идиот, и притворялся ради спокойствия ребенка, что они просто играют в новую игру.       — Прятки, прятки! Ладно, ш-ш-ш, теперь мы будем тихими-тихими, — шептал он с натянутой улыбкой и прижатым к губам пальцем, пока маленький Тэйджи хихикал и копировал его движения.       Комори надеялся, что малыш сохранит тишину достаточно долго, чтобы они успели убраться восвояси. Он надеялся, что принцам рассказали о местонахождении резервного лагеря. И он очень сильно надеялся, что они не подожгут его при встрече за, по сути дела, похищение их ребенка. Но с решением этой проблемы придется подождать, может быть, даже очень долго подождать. Сначала ему надо выбраться самому и вынести ребенка в безопасное место.       Выбравшись за пределы лагеря, Комори остановился, выудил карту и компас из мешка с припасами первой необходимости и принялся размышлять над своими возможностями. Когда в прошлом году их запасной лагерь был поставлен под угрозу, потому что армия возвела поблизости новый гарнизон, Джеонг Джеонг выбрал новое место. Новый лагерь не был отмечен кружком на карте по причинам безопасности, но Комори помнил, где это — четыре дня пути вглубь материка на восток-юго-восток. А с ребенком на руках будет не меньше шести дней. В его мешке лежало съестных припасов всего на три дня, ему понадобится больше еды, хотя бы для ребенка.       Сразу после того, как Мастер Джеонг Джеонг в тайне посвятил его в Орден Белого Лотоса, он познакомил его с живущим неподалеку колонистом, который тоже входил в орден. Этот старик помогал укрывать дезертиров и определял, можно ли доверить им знание о действиях Джеонг Джеонга. Этот человек содержал маленькую картофельартишоковую ферму недалеко от ворот колонии, и Комори не сомневался, что он выручит их с едой и припасами если и не из человеческого великодушия, то хотя бы потому, что Тэйджи являлся приемным внуком Великого Лотоса.       Подойти настолько близко к колонии сейчас сопряжено с особым риском, потому что лагерь дезертиров перестал быть просто рассказываемым в таверне слухом. Комори не думал, что выпустят розыскные плакаты с его изображением, но любой незнакомец будет встречен с повышенной подозрительностью. Однако ему приходилось думать о благополучии малыша, они нуждались как минимум в еде. И можно снизить риск поимки, если затаиться в лесу до заката и проскользнуть на ферму под покровом ночи.       Если подождать до наступления ночи, то, возможно, всё, о чем ему придется волноваться, — это летучие мышеволки, да утконос-медведи, которые могут встретиться между лагерем и колонией. И если повезет, все крупные животные испугаются шума битвы на реке — Комори быстро взмолился Агни за Мастера Джеонг Джеонга — и найдут для охоты и рысканья местечко потише. Итак, где бы залечь до наступления темноты?       Залечь… отличная идея! В последнем патруле по западному периметру Комори заметил овраг, созданный ветрами и водой за многие десятилетия. Не особо глубокий овражек, вероятно, всего десять футов вниз, а веревка в его вещмешке была более двадцати футов. Если он спустится по веревке вместе с ребенком, то можно будет укрыться на дне оврага вне поля зрения тех, кто станет обыскивать лес, если, конечно, они не знают об овраге и не станут там смотреть.       Чтобы спрятаться в овраге, придется пройти в сторону звуков битвы, но цель их пути всё равно не видна с реки, будучи более чем в двадцати ярдах от берега. Всё должно быть в порядке.       — Идем, Тэйджи, давай найдем укромное местечко. Помни, мы ведем себя тихо-тихо, — прошептал Комори, ещё раз сверился с картой, спрятал её и отправился в путь.

00oo00oo00oo00oo00

      — Джеонг Джеонг сказал, у тебя нет выдержки, — поддразнил Аанг адмирала Джао, прежде чем спрыгнуть с носа уже горящего речного катера в воду. Затем он использовал немногие познания в покорении воды, которые придумал вместе с Катарой, и быстро проплыл вверх по течению, всего за несколько секунд выйдя из радиуса поражения огненного шара. Теперь Джао ни за что не поймает его, не после того, как поджег все три свои лодки… Аанг вынырнул на поверхность и радостно прокричал вниз по течению:       — Приятной прогулки домой!       — Аанг, идем! — закричал Сокка откуда-то неподалеку, и Аанг развернулся и увидел Аппу с Соккой и Катарой на спине. Мальчик выбрался из воды, запрыгнул в седло, и с веселым «Хип-хип!» они взмыли в воздух.       Затем он вспомнил.       — Стойте! Где Джеонг Джеонг?       — Исчез, — мрачно ответил Сокка. — Как и все остальные.       — Надеюсь, малыш Тэйджи и его семья в порядке, — встревожено добавила Катара. Сидевший на бортике седла Момо застрекотал так, словно тоже волновался.       — Те Огненные парни знали, что делали, когда эвакуировались. Вероятно, у них есть заранее назначенный резервный лагерь, как наше племя организует летний лагерь, — ободрил Сокка сестру, пока Аанг указал Аппе курс и перепорхнул обратно в седло. — Если они будут держаться вместе, то с ними всё будет в порядке.       Катара не выглядела убежденной, но когда Аппа начал набирать высоту, она видимо взяла себя в руки и решила, что от таких переживаний толку нет, и пора сконцентрироваться на других вещах. Например на:       — Аанг, ты обжегся!       «Что?»       Аанг посмотрел вниз и понял, что она права: его рукав порвался и обгорел, а кожа внизу сильно покраснела. От волнения он даже этого не заметил, но теперь, когда ему указали, рана начала болеть по-настоящему.       — Давай помогу, — предложила Катара, открыла бурдюк с водой и обернула воду вокруг руки. И вода засветилась белым лунным светом!       Катара приложила руку и светящуюся воду к худшему из ожогов, и вода не просто охладила кожу… а излечила её!       — Ого! Хорошая вода, — вот и всё, что додумался сказать Аанг.       Сокка удивился не меньше, чем он.       — И когда ты научилась так делать?       Катара пожала плечами и слегка улыбнулась.       — Думаю, я всегда знала.       — О… — и тут на лицо Сокки наползла гримаса, и он сердито посмотрел на неё. — Что ж, тогда спасибо за всю оказанную тобой первую помощь за долгие годы, — каждое его слово источало сарказм. — Например, когда я упал в куст терновой ежевики, и за тот раз, когда я…       Но что бы ни собирался сказать Сокка, его прервал Момо, который вдруг снова застрекотал, повернулся мордой в сторону леса и навострил уши… а потом в тревоге ошатнулся назад.       — А? В чем дело, Момо? — спросил Аанг.       Сокка замолчал и вместе с Катарой повернулся к летающему лемуру. Чуткие уши зверька уже не раз спасали им шкуры, но что он услышал сейчас? Затем они перевели взгляд с Момо на Аппу, у которого был большой опыт слышать сквозь свист ветра. Аанг напряг слух…

00oo00oo00oo00oo00

      Кто-то умрет за это! Его речные катера уничтожены, его солдаты рассеяны, а Аватар не только сбежал от него, но и выставил посмешищем в глазах его подчиненных! Джао практически ослеп от унижения и ярости, когда крикнул нескольким солдатам, которых заприметил на берегу реки:       — Возвращаемся в колонию, и на быстром марше!       Пробежка выйдет как минимум в восемь миль, да ещё в полной броне, но никто не посмел оспаривать его приказ, не говоря уже о том, чтобы не подчиниться. Солдаты просто повернулись и побежали вниз по реке. Джао последовал куда более медленным шагом, шипя от ярости на каждом шагу.       Менее чем через минуту его войско убежало достаточно далеко вперед, чтобы больше не попадать в радиус его видимости и даже слышимости. Джао это устраивало: последнее, чего ему хотелось прямо сейчас — это видеть их поглядывания и слышать их шепот о том, что Аватар заставил его сделать…       Кто-то умрет за это! Он на ходу запустил огненный шар в реку, подняв клубы пара и несколько мертвых рыбешек, но это ничуть не утолило его ярость.       Но тут он замер на месте и повернулся к востоку. Неужели он сейчас услышал?..

00oo00oo00oo00oo00

      Следующие несколько дней будут жуткими, Айро уже предвидел это. С Зуко будет также невозможно находиться рядом, как с комодоносорогом с больным зубом — или скорее, с полудюжиной больных зубов. И так будет, пока его племянник вновь не возьмет на руки живого и здорового Тэйджи.       — Мы встретимся со знакомым мне агентом Белого Лотоса, живущим за воротами колонии, и отправим сообщение по всей сети, чтобы все искали Комори и Тэйджи, — уже в третий раз прошептал Айро своему всё ещё взволнованному племяннику, пока они тайком пробирались на запад через лес, высматривая солдат Джао. Если, конечно, Джао возглавлял те речные катера, которые заметил Зуко перед тем, как Джеонг Джеонг велел ему бежать. — И если повезет, агент так же будет знать местонахождение нового резервного лагеря, выбранного Джеонг Джеонгом, так что мы… м-мф! — его прервала ладонь Зуко, прижатая к его рту.       Айро не протестовал и не сопротивлялся внезапной хватке, потому что знал, что это означает: чуткие уши Зуко уловили нечто на самой границе слышимости, гораздо более далёкой, чем у старых и поврежденных войной ушей Айро. Отставной генерал молча стоял и ждал…       А потом внезапно обнаружил, что стоит один, поскольку Зуко рванул вперед на полной скорости и бежал, абсолютно не соблюдая тишину. Сердце Айро обвалилось в груди, и старик немедленно бросился следом, хотя племянник обогнал его и оставил далеко позади за несколько секунд.       Спеша изо всех сил, у Айро не осталось дыхания на проклятия, когда он приблизился достаточно и, наконец, услышал то, что слышал Зуко…

00oo00oo00oo00oo00

      Этот парень ни в какую не переставал кричать! Всё было прекрасно, по всем признакам Тэйджи наслаждался их маленьким лесным приключением, пока Комори не соскользнул с ним в овраг. И ведь они даже мягко приземлились! Но через пять секунд после спуска ребенок начал плакать, кричать от ужаса и звать «Мама-а-а! Папа-а-а!» во всю силу своих маленьких легких. А также в панике дергать за всё, до чего мог достать, и кусать Комори каждый раз, как он пытался зажать малышу рот!       Комори слышал, что некоторые люди боятся высоты, но никогда прежде не слышал о боязни глубины! И уж точно не у маленьких детей. Что не так с этим ребенком? Но прямо сейчас всё это не имело значения, важно было как можно быстрее выбраться из этого оврага, пока крики Тэйджи не привлекли к их укрытию солдат!       — Ладно, парень, мы выбираемся наверх, видишь? Просто потерпи, и мы через минуту будем в лесу, хорошо? — и он сунул малыша обратно в перевязь и принялся карабкаться по веревке, которую закрепил и спустил в овраг перед тем, как соскользнуть по склону.       Никогда в жизни он не взбирался так быстро, да ещё и с грузом. Его старый сержант-тренер гордился бы им за то, что вскарабкался наверх менее чем за четыре секунды.       — Ладно, мы выбрались из дыры, так что, пожалуйста, заткнись, — прошипел Комори и снова закрыл Тэйджи рот. Слава духам, на этот раз парень послушался и перестал сопротивляться, хотя горькие слезы продолжали катиться по его маленьким щекам.       При виде этих полных страдания глаз Комори почувствовал себя ужасно, поэтому, направившись со своим драгоценным грузом в южном направлении вдоль лисеоленьей тропы, потратил немного дыхания на то, чтобы пробормотать:       — Мне очень жаль, что так сильно напугал тебя. Я не знал, что у тебя проблема с оврагами. И мне жаль, что я не могу отнести тебя к твоему папе прямо сейчас, но…       Он резко осекся, когда огненный шар отсек их, пролетев в воздухе на расстоянии каких-то шести футов. О, пепел, это принц пришел за ним, думая, что он украл Тэйджи…       А потом покоритель огня вышел из-за дерева на видное место, и всё оказалось Куда Хуже. Какой-то офицер, которого Комори никогда прежде не видел, высокоранговый, судя по золотым нашивкам на воротнике… и ожесточенная усмешка на обрамленном бакенбардами лице офицера обещала Смерть ему и младенцу.       Его пика осталась в лагере, потому что он не мог нести её, два мешка, а заодно и ребенка. Всё, что было у Комори из оружия, — стандартный армейский нож. Уже когда Комори быстро посадил Тэйджи на землю у себя за спиной и вытянул оружие, он знал, что обречен… но он должен был попытаться!

00oo00oo00oo00oo00

      — ЗА-А ЧЕ-Е-Е-Е-ЕСТЬ!

00oo00oo00oo00oo00

      Хорошо было спустить немного ярости на этого дезертира. Джао с презрением отпихнул ногой в сторону всё ещё дымящийся труп и посмотрел на ребенка, которого дезертир защищал. Вопящий сопляк попытался убежать, но сделал лишь несколько шагов, прежде чем споткнулся о торчащий корень и со всего маху растянулся на земле.       За свою карьеру Джао не раз приказывал своим солдатам уничтожать целые семьи, но никогда собственноручно не убивал младенцев своим собственным покорением. Он обнаружил, что мешкает…       Такое колебание было недостойно адмирала, снискавшего милость Хозяина Огня Озая! И в любом случае, убить будет милосерднее: сопляк не сможет выжить в лесу в одиночку, так что лучше быстрая смерть от огня, чем медленная — от голода и жажды. Он использует самый горячий огненный шар, чтобы смерть пришла побыстрее.       Джао приготовил огненный шар для сопляка, когда тот повернулся на земле и посмотрел на него широко раскрытыми, полными ужаса глазами…       Глазами разного цвета, один — карий, и один — синий! Неужели это был щенок принца Зуко?       — ТЭЙДЖИ-И!       Это стало ответом для Джао и его единственным предупреждением, прежде чем в него ударил огненный шар. Джао едва успел превратить собственный огненный шар в огненный щит, чтобы блокировать и поглотить удар. Чтобы едва-едва поглотить его, поскольку сила чи, вложенная в удар, заставила адмирала отступить на несколько шагов.       И прежде чем Джао успел опомниться, изгнанный принц вылетел из подлеска, перепрыгнул через недомерка и напал на него!

00oo00oo00oo00oo00

      Убить Джао убить его он ранил моего малыша пытался убить моего мальчика УБИТЬ ЕГО НЕМЕДЛЕННО!

00oo00oo00oo00oo00

      Всего два месяца назад Джао встретился с принцем Зуко в Агни Кай. Он твердо знал, с чем он имел дело: с наглым юнцом, с подростком, у которого куда больше бахвальства, чем умения, и у которого кишка тонка, чтобы убить.       Это было тогда. Для Зуко с тех пор всё изменилось. Он стал отцом. Отцом, чей сын кричал от боли и ужаса…       Джао внезапно осознал, что на этот раз он сражается с демоном. С демоном, потому что такое количество чистой ярости невозможно вместить в невысокую юношескую форму! Зуко набросился на него с огнем, почти добела раскаленным возле его кулаков, и удары сыпались столь быстро и сильно, что крепкий взрослый мужчина, мастер покорения огня, был вынужден перейти в оборону. У Джао не было шанса начать наступление и атаковать в ответ — он был слишком занят тем, чтобы остаться в живых.       Всего два месяца назад, распростершись на земле и с зависшим в дюймах от его лица пылающим кулаком, Джао насмехался над Зуко, прошипев: «Бей!» Но тогда он знал, что принц не ударит.       На этот раз, даже стоя на ногах, Джао запел по-другому.       — Нет! Стой! — и он лихорадочно попятился назад, подальше от впавшего в ярость принца. — Я не хотел… Стой! Я-я сдаюсь! Я сда-а-А-А-АГ!       …и огненный демон пробил его защиту и набросился на него…       И всадил раскаленный добела огненный клинок прямо ему в горло.       Его глотка сгорела первой, и Джао не мог выть в агонии, пока его мир погружался в огонь.

00oo00oo00oo00oo00

      Они направили Аппу на звук детского плача, но лес был слишком густым, чтобы летающий бизон мог приземлиться. Аанг схватил свой посох, вручил поводья Сокке и нырнул вниз, чтобы найти источник перепуганных воплей, пока друзья посадят Аппу на речной берег неподалеку.       Затем вопли смолкли… но это не означало, что малышу больше не грозила беда. Аанг продолжал искать, вглядываясь сквозь древесный полог. И тут он услышал, как чуть южнее кто-то со взрослым голосом начал кричать… и крик оборвался воплем, а вторым звуком, несомненно, был огненный взрыв! С сердцем, выскакивающим из груди, Аанг направился прямо на юг.       А потом прямо под ним принц Зуко прокричал имя сына. О, обезьяньи перья, Катара была права: Тэйджи грозила опасность!       Лесной полог оказался слишком густым — ничего не видно! Аанг сложил планер и нырнул сквозь листья, надеясь, что не ударится о толстую ветку по пути вниз. К счастью для него, он только немного поцарапался о мелкие сучки и листья, и ему удалось остановить падение в шести футах от земли и плавно опуститься оставшееся расстояние. Как только ноги коснулись земли, он пустился бежать, направляясь прямо на звуки детского плача и огненного сражения.       Он выбежал на место боя как раз вовремя, чтобы увидеть, как Джао в панике отступает от разъяренного Зуко, бормоча:       — Нет! Стой! Я не хотел… Стой! Я-я сдаюсь!       И как раз вовремя, чтобы полными ужаса глазами увидеть, как Зуко всё равно убил Джао.       Дымящийся труп Джао рухнул на землю, а Зуко стоял над ним с тяжело вздымающейся грудью и дымящимися кулаками.       Аанг прошептал:       — Зуко… что ты наделал?!       Зуко вихрем развернулся при звуке его голоса, а потом принялся дико оглядываться вокруг и звать:       — Тэйджи! Где Тэйджи?!       Малыш снова начал кричать «Папа!», и Аанг с удивлением посмотрел вниз. Тэйджи лежал почти у него под ногами! Повезло, что он случайно не наступил на малыша. Аанг быстро поднял плачущего ходунка и осмотрел в поисках ран: лицо было поцарапано и испачкано, словно ребенок упал носом в землю, и одна ручка выглядела очень красной, как если бы его обжег случайный огненный шар во время драки…       Во время убийства…       — Отдай его мне! — потребовал Зуко, подступая ближе.       Аанг бросил на него сердитый взгляд и спросил:       — Зачем? Чтобы ты смог ранить его ещё сильнее?       Покоритель огня замер на месте с выражением шока на лице, поэтому Аанг гневно продолжил:       — Я видел, Зуко, и слышал собственными ушами. Джао пытался уйти от тебя, пытался сдаться, но ты всё равно убил его! Ты намеренно убил его! И что насчет него? — и он указал на второй труп на маленькой полянке, на парня с обугленной дырой вместо груди. — Его ты тоже убил? Ты убийца, Зуко! — и Аанг прижал малыша к себе, защищая. — Ты не подходишь на роль отца!

00oo00oo00oo00oo00

      Краснолицый, фыркающий, задыхающийся и чувствующий себя так, будто молотом стучащее сердце вот-вот выскочит из груди от такой пробежки — ему правда надо сбрасывать вес! — Айро наконец-то догнал своего племянника как раз вовремя, чтобы услышать, как Аватар сказал…       Сказал, вероятно, самую жестокую вещь, которую в этот момент можно было сказать Зуко. Что он не достоин быть родителем для Тэйджи. Айро испытал сильнейшее искушение отвесить этому покоряющему воздух засранцу подзатыльник, выдернуть малыша из его рук, а затем пнуть под зад так, чтобы в воздух улетел. Будь это кто другой, но не Аватар, с которым им нужно поддерживать союз…       Айро едва сдержался, подошел и встал вровень с Аватаром, чтобы осмотреть сцену. Два трупа лежали вдоль тропы. Один — на земле перед Аангом (бедняга Комори, да упокоит Агни его дух), а второй — в нескольких футах в стороне и сразу за спиной его племянника (Джао, туда ему и дорога). Тэйджи выл и истекал кровью в руках Аватара, но на первый взгляд раны выглядели незначительными. И всё же Айро воспользовался возможностью и сказал Аватару:       — Вот *уф-ф*, дай мне обработать *уф-ф* обработать его раны.       Как Айро и предполагал, мальчишка-покоритель воздуха сохранил привычку подчиняться старшим, если они действовали в успокаивающей манере, и немедленно, без всяких колебаний, передал Тэйджи. И тут же возмущенно вскрикнул «Эй!», когда с ребенком на руках Айро прошагал мимо него и прямо к Зуко, сказав настолько спокойно, насколько позволяло сбитое дыхание:       — Вот, *уф-ф* племянник, успокой его, пока *уф-ф* пока я достану нужные лекарства.       Какая удача, что он потратил несколько секунд на то, чтобы высыпать всё содержимое той корзины с медицинскими припасами в их переметную сумку перед тем, как покинуть лагерь.       Зуко взял Тэйджи на руки, хотя и очень неуверенно, словно боялся, что одно его прикосновение причинит малышу вред. Но когда Тэйджи обхватил его руками за шею, Зуко почти что всхлипнул и прижал мальчика к себе, потершись не покрытой шрамом щекой о пушистую копну волос, а потом начал успокаивающе гладить Тэйджи спинку.       Айро повернулся к скривившемуся покорителю воздуха и твердо заявил:       — Неправильно *уф-ф* так внезапно осуждать людей, Аватар, даже *уф-ф* даже не выслушав полную историю об их предполагаемых злодеяниях. *уф-ф* Так почему бы тебе не рассказать мне, что по-твоему случилось, а потом Зуко сможет объяснить… э-э?       Слева от себя он уловил уголком глаза яркое движущееся свечение.       Айро повернул голову и увидел кирина. Нет, духа-кирина, и почти наверняка это был тот самый, что присутствовал при нахождении Тэйджи! Айро открыл рот, чтобы объявить о присутствии духа тем, кто не мог видеть его, и в смятении замер, когда ему в голову пришла одна мысль. Что если кирин согласен с Аватаром Аангом, что убийство Джао каким-то образом сделало Зуко неподходящим родителем, и дух пришел сообщить, кому отныне быть отцом Тэйджи?       Айро наблюдал, как дух-кирин быстро проскакал через маленькую полянку прямо к Аватару, который по-прежнему с гневом смотрел на отставного генерала и Зуко и явно не замечал присутствия духа…       А потом кирин наклонил голову и вонзил свои сверкающие рога прямо в грудь мальчишки.       Примечания переводчика:       * Wúgū — в переводе с китайского «невинный».       ** gennamite — тот самый кристалл, который разрастался и поглощал всё вокруг, а так же конфета, как мы помним.       ***Бок чой — разновидность китайской капусты.       Ну и личные замечания по ходу чтения:       «Отряд смерти» перевела я, а так хотелось написать «зондеркоманда». Но стилистика, стилистика… эх.       Зефир, если что, это западный ветер, а не пирожное :)       Когда Зуко «возобновил свои тренировки». «Боже, ну сколько же можно раз за разом проходить первый уровень!» — голосом страдающего геймера со стажем воскликнула я.       Позволю себе не согласиться с Аангом, что «нерадостный учитель — лучше, чем никакой». Учиться у нерадостного учителя, который хочет поскорее отвести урок и скрыться от ученика — то ещё удовольствие. При этом нерадостный учитель видит каждую ошибку и со всей своей нарадостностью тыкает в неё носом. А то ещё и вымещает своё нерадостное настроение на ученике. Не-не, Аанг, лучше бы тебе оставить нерадостного учителя там, где он есть, пока радостным не станет. Или хотя бы спокойным.       О, так вот как выглядят органы опеки в Мире Аватара! Вполне себе по-европейски, Аанг!       После этой главы у меня появилось новое ругательство для творящего высокоморальные тупости Аанга: «забодай тебя кирин!» Уже готовлю это выражения для комментариев для будущего комикса *щелчок пополненного арсенала*       А ещё у меня вопрос мнения по поводу точности перевода названия. В английском всё ловко: Denounced. Но при переводе появляются две ветви трактовки (и обе верны в контексте главы): 1) расторгнуть договор, соглашение (в том смысле, что Аанг признает Зуко негодным родителем) и 2) обвинять, осуждать, изобличать (собственно, этот вариант и использован). Я голову сломала, пытаясь их совместить, но ничего не придумала.       С тоской предчувствую ещё годовой перерыв Т_Т и зависание на остром клиффхангере.