Пейзаж со звездным разрушителем

— Что значит он будет ждать меня у обеденного зала? — кричала Рей, глядя на голоизображение бабушки, пока Эсли, одна из её фрейлин, расчёсывала ей волосы. — Ровно то, что я сказала, — холодно ответило арктическое сияние из голопроектора. — С каждым днём ваша помолвка всё ближе. Тебе пора привыкать к мысли, что Император Рен станет сопровождать тебя повсюду, моя дорогая. Я не твоя дорогая, Рей очень хотела сказать это старой манипуляторше, ненависть к которой увеличивалась по мере того, как она все больше и больше напоминала себе экспонат, выставленный на продажу Консорциумом. Но вместо этого она промолчала, боясь, что для робкой Эсли услышанное станет слишком сильным ударом. Как только Королева-мать завершила сеанс связи, из гардеробной показалась голова другой фрейлины, Дженасс. Увидев в зеркале, что Рей на неё смотрит, она умоляюще спросила: — Ваша Cветлость, вы точно не хотите переодеться? Может быть, вот это прекрасное черное шелковое платье, отороченное мехом? — Нет, — твердо ответила Рей. — Раз уж ты уговорила меня надеть это зелёное, я не сниму его, пока не соберусь ложиться спать. — Кроме того благодаря вырезу платья, не нужно было носить один из этих проклятых корсетов. Она любила поесть до отвала и давно усвоила трудный урок: нет ничего более неудобного, чем одежда, буквально трещавшая по швам. Дженасс, покорно вздохнув, подошла к Рей и принялась поправлять её макияж. — Знаете, Чуми’Да, мне, кажется, Император Рен не так уж и плох. А что касается внешности, то могло быть и хуже. — Спасибо, что пытаешься меня подбодрить, — сказала Рей. Дженасс хихикнула. — Я серьёзно! Он немного замкнут, но высокий и у него красивые волосы. Верно, Эсли? — Я его боюсь, — вздрогнув, призналась вторая девушка. — Он всегда в чёрном, и этот жуткий шрам... — Он ему только к лицу, — взволнованно заявила Дженасс. — Интересно, где он его получил. Он ведь ситх, да? Эсли понизила голос, прошептав: — Я слышала, что он джедай и что он предал Люка Скайуокера, а ещё уничтожил академию на Явине и... — Не стоит доверять всему, что пишут в Голонете, — усмехнулась Дженасс. — Сомневаюсь, что хоть что-то из этого окажется правдой. — Но это же были «Хроники галактики», — возразила Эсли, завивая непослушные пряди Рей. — А чем тогда объяснить, что Орден джедаев не пришёл на помощь Республике? Уверена, с ними что-то случилось. — Это что-то случилось с ними полвека назад, — заявила Дженасс. — Они были уничтожены Империей Палпатина. А Люка Скайуокера, к твоему сведению, никогда не существовало. Это миф. Рей сидела и восхищалась тому, как капли истины просачиваются из государственных тайн и попадают в массы, изменённые до неузнаваемости в виде сплетен, переполняющих Голонет. Вскоре подобная информация доберется и до членов совета. Но всё же даже в самой низкосортной прессе есть доля правды. — Возможно, Чуми’Да знает больше нашего. Ваша Светлость, вы облетели всю Галактику и почти что джедай. Вы встречали Люка Скайуокера? — застенчиво спросила Эсли. Дженасс избавила Рей от необходимости придумывать правдоподобную ложь. Кашлянув, фрейлина сказала: — Может, мы лучше поговорим о свадьбе? Рей посмотрела на своё отражение в зеркале, желая убедиться, что лицо не выдало её отвращения. Действительно, под слоем румян, щедро наложенных Дженасс, не дрогнул ни один нерв. — Тут не о чем говорить. Он противный. Наверняка получил свой шрам от кого-то, кому надоел его хамский рот. Эсли и Дженасс громко рассмеялись. Рей улыбнулась их дружному смеху. Им было лет по семнадцать-восемнадцать. Они частенько забывали о хороших манерах и иногда вели себя легкомысленно, но рядом с ними Рей могла в полной мере ощутить то, чего была лишена в их возрасте. — Кстати, о его рте, — сказала Дженасс, — он очень даже ничего. — Хватит об этом, — пробормотала Рей, начиная злиться на девушку, поднявшую совершенно неуместную тему. У неё не было ни малейшего желания слушать о губах Кайло Рена. Именно по той причине, по которой о них заговорила Дженасс. Фрейлина замолчала, но её тёмные глаза лучились весельем. — Каково там, за Барьерными Туманами, Ваша Светлость? — спросила она. — Здесь, если нам кто-то нравится, мы оказываем знаки внимания, отправляем любовные послания, держимся за руки, а иногда даже целуемся. Там тоже так? — Не знаю, — ответила Рей. — У меня никогда не было времени для всего этого. — И тут до неё дошло. Сказанное Дженасс не укладывалось в её представление о культуре Хейпса. — Я думала, подавляющая часть браков устроены по расчету. — Да, но есть и по любви, — мечтательно вздохнула Дженасс. — Например, брак двоюродной сестры Эсли, маркизы Севенар. — Они с мужем любили друг друга с самого детства. Эта история похожа на сказку. — Надеюсь, мне тоже повезёт, — сказала Дженасс с наивностью человека, не успевшего познать всех тягот жизни в сердце Консорциума. — И вам, Чуми’Да, с Императором Реном. Он же должен будет вести себя с вами романтично, хотя бы первое время. Поцелуи украдкой и всё такое. Эсли хихикнула, а Рей застонала.

***

По случаю праздничного ужина Морим и другие телохранители Рей были в позолоченных блестящих доспехах и украшенных сапфирами плащах. В отличие от её фрейлин, предвкушающих развлечения, они были мрачны, словно сопровождали её не на банкет, а на похороны. Эсли и Дженасс весело шептались с Ниоби, Вейни и Сейл. Они шли за Рей по мраморным плитам залитых ослепительным светом коридоров дворца. — Смотрю, ты так же счастлива, как и я, майор Эспаро, — заметила Рей. — Простите, Ваша Светлость, — хмыкнула Морим, — но я слышала, что Император Рен плохой человек. Рей задавалась вопросом, говорила ли майор о репутации Кайло в целом или о стычке на Сталсинек IV. И хотя ей предстояло приложить все усилия, чтобы народ Хейпса принял эту помолвку, было приятно слышать, что некоторым его персона казалась столь же неприятной, как и ей, и не все призывали её произвести впечатление на врага. Ко входу в Королевский обеденный зал вела красная ковровая дорожка, освещённая лампами, замаскированными под зажжённые факелы. Таа Чуми, Изольдер и гости уже сидели за столом, так что у открытых дверей оставался только Кайло со своей свитой. Стоя к ней вполоборота, он разговаривал с Даалой. Рядом с ним и Хаксом было ещё трое человек, чьи личности не вызывали сомнений, но она не успела как следует разглядеть их лица, не скрытые сейчас шлемами, потому что в следующий миг Кайло обернулся к ней. «Он не в черном», – эта мысль была первой и единственной в её голове, когда она увидела, во что он одет. Сияние ламп-факелов усиливало контраст между темно-синим фраком с обшитым золотой нитью воротником, и белой рубашкой под ним. Синие узкие брюки плотно облегали его бедра и длинные ноги. Он смерил её взглядом, с обычным для него, надменным выражением лица, лишь отчасти смягчаемым густыми волосами, ниспадающими тёмными живописными волнами, излучая самодовольство и уверенность в себе. Позади Рей, одна из фрейлин – кажется, её звали Вейни – не сдержала нервного смеха. Кто-то из четверых подруг толкнул её, и они, в соответствии с этикетом, встали, образовав полукруг, в центре которого находились Кайло и Рей, замершая перед ним. «Уф», – подумала она, глядя в его глаза, из-за освещения казавшиеся светло-карими и какими-то менее жёсткими, чем всегда, но по-прежнему пронзительными: «Я должна поклониться или сделать реверанс? Но императрицы не кланяются, хотя я ещё не императрица, а Чуми’Да, которая может делать реверанс только перед Королевой-матерью. И теоретически мы равны...» Он развеял её сомнения, протянув руку. Сказались месяцы обучения хорошим манерам, и она автоматически взяла его под локоть, изо всех сил стараясь не обращать внимания на то, насколько тепло и уютно было её пальцам, придерживающим его рукав. — Готова? — спросил он шёпотом, отдавшимся эхом где-то внутри её позвоночника. Не доверяя своему голосу, Рей кивнула, и он повёл её сквозь дверной проем к потокам света и музыки, в зал, наполненный огромным количеством людей в самых разнообразных сверкающих одеждах. А она могла думать лишь о том, чтобы подгибающиеся ноги её не подвели.

***

Иные улицы, когда-либо виденные Кайло, были короче этого стола, тянущегося через весь обеденный зал. Он был накрыт белоснежной скатертью со множеством цветочных букетов в хрустальных вазах, инкрустированных драгоценными камнями бокалов и фарфоровых тарелок с серебряными приборами. Обитые сиреневым бархатом стулья выглядели так, словно были сделаны из чистого золота. Сидящие за столом люди одновременно поднялись, приветствуя Императора и Чуми’Ду, конечно, за исключением Королевы-матери, внимательно наблюдающей со своего места во главе стола за тем, как подобострастный сопровождающий ведёт их к двум свободным стульям, которые, как с некоторой тревогой заметил Кайло, стояли рядом друг с другом, да ещё и в центре стола. На протяжении всего ужина он будет отрезан от Даалы, Хакса и верных Рыцарей, окружённый со всех сторон народом Хейпса. Не стоило приходить на это мероприятие. Посмотрев на пальцы Рей, вцепившиеся в его рукав, пока они шли к своим местам, он неожиданно понял, что она нервничает. И никакая тушь, кто бы её не наносил, а уж тем более, одна из тех девчонок, что сейчас смотрели на них из коридора, не могла скрыть страх в её карих глазах. — Ещё не поздно сбежать, — сказал он ей — Я на каблуках, — вздохнула она. — Так вот почему ты стала выше. А я-то думал, ты просто подросла. — Не всем под силу вырасти в волосатых гигантов, — фыркнула она, тряхнув головой, отчего каштановые волосы выпали из-под серебряной диадемы и блестящей волной разметались по плечам. В этот момент она была так очаровательна, что он невольно улыбнулся. Струнный квартет в углу зала заиграл новую мелодию. Под переливчатые звуки хейпсианской лютни Рей заняла свое место, а за ней и Кайло, чья рука внезапно лишилась тепла её прикосновения. Гости сели, и праздничный ужин начался. Кулинарные изыски относились к той части культуры народа её отца, к которой у неё не было никаких претензий. Для девушки, в течение четырнадцати лет питавшейся вег-мясом и хлебом, а позже, будучи в Сопротивлении, питательным, но не вкусным военным рационом, любые блюда Хейпса были одинаково потрясающи и восхитительны. К сожалению, из-за некоторых обстоятельств, Рей не могла в полной мере насладиться сегодняшним ужином. Обстоятельств в виде сидящего рядом Кайло, и всех присутствующих за столом, неотрывно глядящих на них, словно коршуны на добычу. Вся еда казалась на вкус пресной, точно песок пустыни: и жаркое из птицы с гарниром из сладкого лука, и филе ягненка с горохом и мятой, и пирог с сочной начинкой из фруктов и сыра. Естественно, сыграло роль и то, что на её долю выпало представить Кайло гостям, теперь же эти лорды и леди приставали к ним с расспросами, в которых отчётливо сквозило недовольство их обручением. — До меня дошли слухи, что вы, Ваше Величество, познакомились с Её Светлостью ещё до падения Республики, — промурлыкала рыжеволосая герцогиня Верисия Гални. — Не могли бы вы раскрыть нам подробности. Рей затаила дыхание. Все за столом знали об этом событии – если не в деталях, то в общих чертах. Они просто хотели смутить Кайло. Он медленно дожевал кусок пирога, очевидно, обдумывая ответ, и сказал: — Три года назад, когда я участвовал в операции по сбору информации, я узнал о чувствительной к Силе девушке, живущей на одной из отдаленных планет. Я пытался уговорить её присоединиться к Первому Ордену, но не добился успеха. Рей бы посмеялась над формулировкой, которую он подобрал для описания тех событий, но заметила, как при упоминании Силы несколько взглядов метнулись к клеткам с исаламири, развешанным по стенам обеденного зала. Они боятся, подумала она, вспоминая первые дни во дворце, когда Таа Чуми попросила её спрятать лазерный меч и воздержатся от использования своих способностей. Они боятся нас. Она поймала себя на мысли, что объединила себя и Кайло Рена в одно целое. Нет, это неправильно. Она могла выйти за него замуж, но никогда не будет с ним заодно. «Звёзды, неужели я выйду за него замуж?» Она снова почувствовала подступающую панику, как тогда, когда бежала по узким тропам Кельвинова ущелья на Джакку, но только сейчас этот страх был в разы сильнее, потому что сидевший на соседнем стуле Кайло, в своем темно-синем костюме, казался чересчур привлекательным. — А что привело вас на Сталсинек IV, Ваше Величество? — спросил Джобал Феара, полный стареющий лорд с планеты Водан. — Тоже собирали информацию? — Скажем так, у меня было дело к вашей наследнице, — сухо ответил Кайло. — Судя по тому, что она всё-таки с вами, так или иначе, это принесло пользу. Он напомнил им, что Кира Ка Дьо была найдена благодаря ему. Что в некотором смысле являлось правдой, однако это ни в коей мере не умаляло его вины. Поэтому Рей была на стороне графини Ракшеш с планеты Хартерра, заявившей во всеуслышание: — Вы вторглись на нашу территорию, разрушили храм, убили двадцать солдат и украли истребитель, Император Рен! Как мы можем после этого доверять Первому Ордену? — Я не раскаиваюсь в своих действиях, поскольку у меня в то время не было выхода. Смысл нашего договора заключается в том, чтобы предотвратить подобные конфликты в будущем, и заверяю вас, графиня, я не откажусь ни от одного из его пунктов. Рей почувствовала, что гости выжидающе смотрят на нее, и поняла, что от её следующих слов зависит, как пройдет этот вечер: будут ли они относиться к Кайло, как к врагу, или, как к возможному союзнику. Но она не знала, что сказать. Здравый смысл диктовал, что она должна выступать за объединение с Первым Орденом, но какая из неё Чуми’Да, если она готова безропотно подчиниться навязанному браку? «Спаси своих друзей. Спаси народ отца, который является и твоим народом тоже», – кричал внутренний голос не в силах заглушить предательское: «Спаси себя, Рей с Джакку». — Жаркое просто божественное! — выпалила она. — Прошу прощения, Ваша Милость? — спросил лорд Феара в полном замешательстве. — Жаркое, — повторила Рей чуть тише. — Шеф-повар превзошел сам себя. Герцогиня Гални нарушила напряженную атмосферу, нанизав на вилку кусочек упомянутого блюда. — Да, — медленно сказала она, попробовав, — Действительно очень вкусно. — Чудесно, — вторила ей двоюродная сестра Эсли, маркиза Севенар, молодая стройная женщина с миндалевидными глазами и огненно-рыжими волосами. Она обернулась к графине Ракшеш, — Не ошибусь, если скажу, что такая прекрасная птица могла быть выращена только на Хартерре, я права, моя леди? Пожилая грозная женщина на мгновение застыла, поражённая и в большей степени раздражённая тем, что разговор повернул в совсем другую сторону, но правила поведения гласили, что следует ответить на вопрос.  — Всё верно, моя дорогая маркиза. Хартерра славится тем, что является поставщиком этой породы к столу Её Величества. Это один из наших главных товаров на экспорт и уступает только лунному камню. Кудрявый голубоглазый мужчина, муж маркизы, едва заметно кивнул жене. Вероятно, та толкнула его под столом, и сказал: — Я подумываю приобрести себе рудник. Может быть, графиня Ракшеш даст мне пару ценных советов? Когда разговор плавно перешёл к горнодобывающей промышленности, Рей сделала мысленную пометку поблагодарить чету Севенар. Кайло вытер рот салфеткой, но она успела заметить изогнутые в улыбке губы и слегка неровные белые зубы. Он что, смеётся? Вздернутая бровь, когда он бросил взгляд на неё, не оставила сомнений. Он смеялся над ней из-за дурацкого разговора про жаркое. Вот чёрт. Рей, закипая от гнева, оторвалась от супа-пюре, твёрдо решив не смотреть на него. Она продолжала беседу, краем уха слыша, как Демора АльГрей, справа от Кайло знакомит его с другими дворянами. Все было спокойно. Дальше по столу сидели мрачные Хакс, Даала и рыцари. Они ни с кем не общались, но пока что не поливали гостей вином. Рей расслабилась. Кайло наклонился к ней. — Моя леди, не соизволите ли вы поделиться своим мнением непревзойдённого кулинарного эксперта об этом куске жареной курицы? — Очень смешно, — проворчала она. — Это означает, что кусок в моей тарелке далеко не так божественен, как в твоей? — Просто ты оскверняешь всё к чему притрагиваешься. Он издал придушенный звук, похожий на тот, что она слышала в саду. Интересно, как выглядит его искренняя улыбка и как звучит радостный смех. Становится ли при этом его лицо похожим на лица его родителей. — Ваша Светлость, вы останетесь с нами после свадьбы? — отвлек её от размышлений голос Верисии. — Или уедете в столицу Первого Ордена? Рей выпрямила спину и отвернулась от Кайло. — Да, я остаюсь, леди Гални, — ответила она и услышала прокатившийся по залу вздох облегчения. Её сердце немного оттаяло. Она так и не стала своей среди этих высокородных, разодетых по последней моде, коварных и хитрых людей, но они верили, что она их будущая королева и никогда не предаст их. Это было трогательно. Ну почти. — Помню, когда вы родились, — сказал лорд Феара с любовью, словно считал её своей внучкой, — Весь день звонили колокола. У меня ужасно разболелась голова, но никто и не подумал покинуть Та’аЧуми’Дан, а праздничное пиршество перешло на улицы города. — Рождение наследницы всегда радостное событие, — сказала Демора. — Хотя, возможно, Его Высочество другого мнения. Все рассмеялись. Рей посмотрела на принца, беседующего с Тейном и её бабушкой и не подозревающего, что стал темой для обсуждения. — Что делал мой отец в тот день? — Он носился, как петух, увидевший человека с топором, — фыркнула графиня Ракшеш. — Роды были трудными, а твоя мать настаивала, чтобы они проходили естественным путем, как принято у её народа. Принц Изольдер был так взволнован, что пригрозил бросить врача в темницу, если тот немедленно не достанет ребенка. — Я сказал ему: Ваше Высочество, успокойтесь, не хотите ли выпить? — произнёс лорд Феара. — Знаете, что он мне ответил? Что отправит меня в темницу вместе с врачом! Они снова засмеялись. Вскоре к ним присоединилась Рей, представившая, как её добродушный отец приказывает Королевским гвардейцам арестовать ни в чем не повинных людей. Она откинула голову на спинку стула и долго не могла успокоиться, пока не заметила, что на неё смотрит Кайло. Смотрит так, как будто никогда раньше не видел. Он казался совершенно ошеломлённым. — Чего уставился? — прошипела она тихо, предварительно убедившись, что остальные всё ещё посмеиваются и ничего не замечают. — Да так, — он тряхнул головой, будто прогоняя наваждение. А затем... сделал нечто странное. Он снял перчатку и дотронулся до её руки. Это никак не могло быть случайным прикосновением, но он отдернул пальцы так быстро, как если бы обжёгся. Пока Рей пыталась понять, что это было, он уже надел перчатку и как ни в чем не бывало вернулся к еде.

***

Кайло никогда не нравились подобные мероприятия. В детстве, когда Лея и Хан ещё притворялись нормальной, счастливой семьёй, мать иногда приводила его на заседания Сената. Он был слабым, худеньким мальчиком, как теперь вспоминал об этом с презрением, состоявшим, казалось, из одних ушей и локтей, окруженный со всех сторон толпами людей, не стеснявшихся насмехаться над его внешностью и происхождением, называя сыном контрабандиста. Закрыв глаза, он слышал их оскорбления, как будто это было только вчера. И несмотря на то, что он давно уже взрослый и научился защищать себя от нападок, он не мог дождаться момента, когда сможет уединиться в своих покоях. Глядя на людей за столом, он размышлял о том, что все они, за исключением его свиты – и то насчёт Хакса он сомневался, не задумываясь ни на секунду, отдали бы приказ своим телохранителям убить его, если бы были уверены, что это сойдёт им с рук. Но они ели, пили и оживлённо болтали, и ему приходилось подыгрывать, потому что именно так поступают политики. Бен Соло боялся вырасти таким, как отец. Вероятно, ему стоило больше опасаться быть политиком, как его мать. Его отвлекла Рей, смеющаяся над рассказом лорда Феара. По какой-то причине он думал, что её смех должен звучать величественно, под стать её платью и обстановке, но он был живым, милым и малость грубоватым. Кайло не мог оторваться от ее карих, цвета бренди, глаз, светящихся внутренним светом переполнявшего её веселья. Нет, Рей не одна из них. Она не стала бы нанимать убийцу или просить кого-то его убить. Она сделала бы это сама, думал он. Потому что она самый искренний человек в этой комнате. На ближайший к выходу конец стола упала тень, а затем зал охватила тишина. Демора, рассказывавшая забавную историю, произошедшую с ней в начале карьеры, замерла на полуслове, увидев что-то слева от Кайло. Он повернул голову в том же направлении, что и она – и все остальные. У дверей стоял высокий мужчина в одежде, уместной разве что в одной из тех кантин, в которых любят собираться пираты и охотники за головами: чёрной кожаной куртке и штанах с металлическими заклёпками, сапогах до колен и плаще, на широком поясе висели два бластера в кобуре. Ему было чуть больше двадцати, черные волосы растрёпаны, а сверкающие от гнева фиолетовые глаза внимательно изучают зал. Кайло и Рей не понимали что происходит, они могли только догадываться, что появление юноши не сулит ничего хорошего, судя по тревоге, читающейся на лицах окружающих. — Кто это? — спросила Рей надтреснутым шепотом, будто извиняясь за то, что нарушила гробовую тишину. — Беда, — взволнованно ответила Севенар. — Племянник леди Деморы, Алисон Грей из кадетского училища. — Он ненавидит Первый Орден, — добавила Верисия, покосившись на Кайло, который казался совершенно спокойным, но лишь потому, что умел скрывать свои эмоции. — У меня плохое предчувствие.