Пейзаж со звездным разрушителем

Дверь открылась и из комнаты вышли улыбающиеся фрейлины Рей, чёртовы подростки действительно улыбались, что разительно отличало их от разодетых в шёлка и бриллианты придворных дам, холодных, надменных и чем-то смахивающих на голодных акул. — Её светлость готова вас принять, Ваше Величество, — сказала Дженасс и беззастенчиво рассмеялась над тем, как двусмысленно прозвучали слова, её подруги подхватили смех, и они удалились по коридору в шуршании юбок. Кайло раздражённо вздохнул. Он медленно подошёл к двери спальни, всё ещё не веря, что это не бред больного воображения. Первоначально, план был таков: Рей покидала бальный зал, а через некоторое время назначенные свидетели сопровождали его в её покои. Однако Лайрелосс предложила им уйти с ужина пораньше, пока гости заняты едой и не интересуются были ли свидетели вообще. Но, как бы то ни было, им предстояло провести ночь в одной комнате, и предвкушение этого заставляло воздух вокруг него ощутимо потрескивать от волнения, передающегося Силе. Конечно, он бы предпочел провести с ней всю ночь, занимаясь сексом, но наедине. И теперь, стоя у самой двери, его терзали сомнения. Что если он выдаст себя, и Рей догадается о его желаниях и истинных чувствах? Поскольку правда заключалась в том, что Кайло начал думать о ней гораздо раньше, чем увидел накрашенную и в облегающих фигуру платьях. В какой-то момент, во время войны, между их редкими, но напряжёнными встречами, его стала мучить мысль, что произойдет, если весь её пылающий в глазах огонь перейдёт в другой вид страсти. Будет ли она такой же яростной в постели, будет ли так же самозабвенно отдаваться его поцелуям и ласкам? Мечты, в которых ему было стыдно признаться себе самому и которые он старался скрыть от Сноука, хотя боялся, что мастер давно подозревает об этом. Через несколько недель после встречи с Рей на Сталсинек IV, Кайло впервые в жизни посетил бордель — одно из скромных и недорогих заведений, предпочитаемых офицерами Первого Ордена. Это случилось примерно тогда, когда он стал медитировать с мечом Скайуокера, резонирующим с осколком света, не дающим полностью перейти на темную сторону, что приводило его в отчаяние. Это и было одной из причин, побудивших Кайло пойти в бордель, он полагал, что плотские утехи помогут окончательно избавиться от света, оставшегося в глубине души. Второй причиной послужила его одержимость Рей, из-за которой он не мог сосредоточиться, отчего ненавидел её ещё сильнее, как и за то, что она, сама того не ведая, вынудила отступиться от правил. Выбранная им куртизанка, хоть и была жадной до денег, но каштановыми волосами и большими карими глазами напоминала Рей, и он искал подобных всякий раз, когда появлялась потребность и возможность. Но сейчас все иначе. Это его брачная ночь. С Рей. Собравшись с духом, он постучал, и дверь распахнулась, будто сама по себе, видимо, открытая Силой. Шторы на окнах были задернуты, не пуская свет яркой ночи внутрь, но приглушённо-светящихся панелей вдоль стен было достаточно, чтобы увидеть типично женскую спальню с огромной кроватью под балдахином и девушку, так часто преследовавшую его во снах. У Кайло перехватило дыхание. На Рей была надета ночная рубашка из самой тонкой и прозрачной ткани, что ему доводилось видеть. Она обтягивала каждый дюйм её стройного тела, поблескивая на гладких бедрах, и, звёзды, под ней ничего не было. Едва тронутая загаром кожа просвечивала сквозь сетчатый материал, лишь кое-где покрытый розово-голубым кружевом: стилизованные изображения двух фениксов, частично скрывали груди, а их длинные хвосты переплетались ниже живота в доблестной попытке добавить скромности. Она сидела на кровати, волосы заплетены в косу, перекинутую через плечо и спускающуюся на правую грудь, руки сложены на коленях, похожая на богиню и жертву одновременно, и смотрела на него… Взглядом, не предвещающим ничего хорошего. — Ну, как я тебе? — спросила Рей, — Скажи что-нибудь, — и залилась краской, что сделало её лицо, лишённое макияжа, ещё привлекательнее. — Неплохо, — все, что удалось Кайло выдавить из себя. Он перешагнул порог спальни, внезапно смутившись за свой внешний вид. Мятая рубашка с закатанными рукавами и простые черные штаны, слишком большой нос и рот, асимметричные скулы. Чтобы на что-нибудь отвлечься и перестать на неё пялиться, он огляделся в поисках того, на чём он будет спать. Тут был диванчик, узкий и вычурный, настолько короткий, что на нём можно было только сидеть. Значит, на полу, с досадой подумал он. — Мне потребуется второе одеяло. — Что? — спросила Рей, обескураженная его словами. Он обернулся на неё и испытал чувство дежавю. В ночь после банкета она зашла в его комнату и с тем же выражением лица задала тот же вопрос. Тогда у него появилась надежда, что она тоже находит его привлекательным, но Сноук убедил его, что это была лишь игра с целью подчинить его волю. Однако сейчас, когда Кайло узнал её поближе, он понял, что играть на публику ей совершенно не свойственно. Этим вечером в шаттле она не заметила, что он смотрит на её грудь, и только что ясно дала понять, что стыдится своей откровенной одежды. Если бы она действительно хотела его соблазнить, как говорил Сноук, она бы так не поступила. — Извини, — она тряхнула головой, будто пытаясь избавиться от оцепенения, — я очень устала. — Ещё одно одеяло, — повторил Кайло. — А, ты об этом, — она виновато опустила глаза. — Я… совсем забыла. В последние дни у меня было столько дел: совещания, репетиции, уроки. Прости. — Ладно, все в порядке, — сказал он. Человек, который всего пару дней назад обматерил адмирала за то, что тот предоставил неразборчивый и неполный отчёт. Рей прикусила губу, чем только распалила чрезмерное воображение Кайло. — Мы можем спать на одной кровати. Она большая, так что места хватит. Мне всё равно. «А мне нет», — подумал он, и в этот момент она развернулась на коленях и переместилась к другому краю кровати, откинувшись на позолоченное изголовье. Его взору открылись длинные ноги под прозрачной тканью, сильные икры и изящные лодыжки, и он забыл о чём думал. Будто в одном из своих снов, Кайло лёг, подражая её позе. Он задел её плечо, и электрический разряд пробежал от места их соприкосновения. Он откатился подальше, чувствуя под собой пружинящий матрас. Поначалу так казалось намного лучше, потому что он не видел её лица, но вскоре понял, что ошибся. Отсюда были видны её бесподобные ноги и бедра. Как часто он представлял их обнажёнными, закинутыми ему на спину… Едва войдя и увидев Рей, он почувствовал возбуждение. Теперь же его эрекция наверняка стала заметной. Этого ещё не хватало. Он в спешке прикрылся концом одеяла. «Беседа», — подумал он, нужно срочно отвлечь её болтовней, чтобы она не придала значения этому быстрому движению. — Ты говорила, что была занята уроками. Какими, если не секрет? — Политика, — пожала плечами Рей, — точнее политические заморочки Королевы-матери. Она ответила на твой вопрос, нужно задать ещё. Не важно, что сейчас не самое подходящее время и место для обсуждений политики — в кровати, он в одежде, она практически без, и оба избегают смотреть друг на друга. — Тебе не нравятся методы Таа Чуми? Мне они кажутся весьма эффективными. — Тебе не понять. Ты, как она, любишь все контролировать. — По-твоему, лучше, когда у власти много людей, которые постоянно ругаются и ничего не делают? — не сдержался Кайло, её фраза задела его за живое. — Демократия в прошлом. Порядок превыше всего. Ты должна это понять, потому что ты не только моя Императрица, но и будущая королева. — Я не буду диктатором, — тихо, но яростно сказала Рей. — Ты тоже держишь людей в страхе. У неё уже были неприятности из-за этого, и, запомни мои слова, тебя постигнет та же участь, если не будешь осторожен. — А ты, как я погляжу знаешь толк в осторожности, — хмыкнул Кайло, раздосадованный, что разговор свернул в этом направлении, его возбуждение сменилось гневом. — Прячешься за свой статус и думаешь, как устроить мятеж? Она повернулась к нему лицом и посмотрела в глаза. — Ты угрожаешь мне? — спросила она спокойно, констатируя факт. Он собирался её отвлечь, а не драться. Темнота, жившая в нем и уже выпустившая когти, отступила. В полумраке комнаты, Рей казалась такой уязвимой, что он сразу вспомнил данное её отцу обещание позаботиться о ней. У Кайло было много недостатков, но он всегда держал своё слово. — Может, поговорим о чем-нибудь другом? — предложил он. — Давай, — согласилась Рей.

***

️ Встреча с верховным командованием Сопротивления, прошедшая на крейсере «Нинка», принадлежащим вице-адмиралу Эмилин Холдо превратилась в сущий кошмар из хаотичных обвинений и припоминаний старых, но незабытых обид. К утру, кое-как придя к согласию по общим вопросам, Лея возвращалась на Сталсинек IV на корабле, который последние месяцы служил ей домом. Зная, что мнение брата имеет вес, особенно среди ветеранов повстанцев, она сумела уговорить Люка сопровождать её, вместо того, чтобы, как обычно, медитировать в белом храме. Они сидели рядом, глядя на звёзды сквозь смотровое окно, размышляя над предложением, выдвинутым одним из радикально настроенных офицеров и поддержанным большинством — атаковать флагман Императора до того, как он покинет кластер Хейпс. Лея решила промолчать, рассудив, что Холдо напомнит им, что ещё слишком рано раскрывать себя, и что, благодаря технологии субгиперпространственных двигателей, Первый Орден разгромит их в мгновение ока, и их главная угроза — Сноук, которого Сопротивление сможет вычислить при помощи Рей. — Откуда нам знать, что хейпсианцы не предадут нас? — воскликнул кто-то. Тогда-то и вмешалась Лея. — Из-за Рей. Королева-мать не рискнёт потерять наследницу. Прежде чем начать наступление, любое наступление, нужно подождать, пока Рей станет известно, где Сноук. — Знаю, о чем ты думаешь, — серьезно сказал Люк. — Или надеешься. Что Бена можно вернуть. — Это бы, конечно, сильно облегчило жизнь, — вздохнула Лея, — Но маловероятно. Однако, увидев их свадьбу, думаю, Рей по силам оказать на него положительное влияние. — Я тоже, — признался Люк. — Но, признаться, меня мучает совесть, я взвалил на неё эту ношу, хотя сам во всем виноват. — Мы оба виноваты, — она взяла брата за руку. — Возможно, ещё не поздно всё исправить. А почему ты не рассказал Рей о том, что произошло в ночь, когда был разрушен храм? — Ученик должен доверять своему учителю, — сказал он после долгого молчания, не отрывая глаз от созвездий за окном. — Я боялся разочаровать её, но в последнее время, я все чаще думаю, что, скрывая правду, я ещё больше не достоин доверия. Лея сжала его руку. — Когда ты сказал мне, я была в ярости. — Помню, — Люк потёр щетину на подбородке, куда она ударила его два года назад. — Вспоминаю об этом каждый раз, когда идёт дождь. — Я не должна была отсылать Бена, но я, как и ты, боялась его тьмы, и ещё мне следовало рассказать ему о его деде. А теперь мы повторяем те же ошибки с Рей. Поговори с ней. — Поговорю. Они замолчали, и сидели в тишине, пока не показался Сталсинек IV, сияя синими и зелёными красками. Люк неожиданно усмехнулся, и Лея удивлённо взглянула на него. — Видела, какое лицо было у Бена после того, как Рей его поцеловала? — сказал он, посмеиваясь. — Как будто его оглушили из бластера. — Он покачал головой и добавил с любовью в голосе, — Ох, уж эти дети.

***

Голопроектор, который Кайло призвал на кровать, гудел у неё на коленях, запуская учебную программу из республиканских архивов. Несколько крестокрылов, крейсеров и TIE-истребителей, впереди два имперских Эскортных фрегата Небулон-Б. Время от времени ещё один фрегат исчезал в гиперпространстве и возвращался с новой партией истребителей на борту, и они сразу же начинали атаковать медицинский корабль альянса. Поскольку это был республиканский симулятор, ИИ имперских кораблей ограничивался простейшими действиями. Кайло и Рей решили отложить споры и поиграть в эту игру. — Смотри, если поменять местами крестокрылы и TIE, они окажутся вне зоны огня, — сказал Кайло. — Но тогда они будут открыты с тыла, — Рей отобрала у него управление. — А тот фрегат продолжит доставлять пополнение. — Пока она говорила вспыхивающие крестики обозначали сбитые ею корабли противника. — Но сейчас на каждый крестокрыл приходится по два истребителя и три бомбардировщика. — Словно в доказательство его слов, один из крестокрылов взорвался. — Все, что мы испробовали ранее привело к быстрому поражению, — заметила она. Они играли уже около часа после долгого и неловкого спора о политике, что каким-то непостижимым образом привёл к тому, что она сказала, что было гораздо проще разобраться, как устроены тактические симуляторы на Джакку, чем понять образ мыслей дворян Хейпса. Он наклонился, почти касаясь её коленей, чтобы увидеть изображение на голопроекторе целиком. Прядь черных волос упала ему на глаза, и у Рей трепыхнулось сердце от того, как голубоватый свет экрана очерчивает линии его лица. — Если каждый крестокрыл снимет лазерными пушками два истребителя, — TIE подмигнули и исчезли, — а потом выстрелит протонной торпедой во фрегат в тот момент, когда он выгружает следующих… — Осторожно, волна, — предупредила она. — Да, я вижу, — ответил Кайло, разворачивая крестокрыл. Рей моргнула, удивляясь. Она впервые слышала от него слово да. Взорвав последний имперский бомбардировщик, он победно ухмыльнулся, чем напомнил ей Хана. В центре экрана появилось поздравление. Игра окончена. Медицинский корабль совершил гиперпрыжок. Довольный собой, он откинулся на спинку кровати, улыбаясь детской, мальчишеской улыбкой. Рей выключила голопроектор и отправила его на столик в углу комнаты, затем придвинулась к Кайло, разглядывая его руки, открытые закатанными рукавами. Занятая по горло на протяжении всей недели, она действительно совершенно забыла про второе одеяло. Она перевела взгляд на его лицо: тёмные глаза, тянущийся по щеке шрам, чувственные губы. — Зачем ты это сделал? — спросила она, потому что человек в её постели не был похож на чудовище, которым был на самом деле. — Зачем ты убил своего отца? Его лицо тотчас окаменело. Он отвернулся и попытался отодвинуться от нее, но Рей ему не позволила, крепко схватив за запястье. Он замер, словно настороженный зверь. — Нет, — решительно сказала она, — Ты не уйдешь от ответа. Хан любил тебя, а ты его убил. Почему? За что ты его ненавидел? — Я вовсе не ненавидел его, — Кайло говорил так, будто ему было стыдно за то, что он не мог испытывать ненависти к отцу. — Я уже тебе говорил об этом. Хан Соло был моим испытанием, убив его, я доказал, что пойду на все, ради блага галактики… — Ты хочешь сказать, ради Сноука! — выпалила Рей. — Ты его марионетка, только зовешься Император. Она попала в цель, Кайло обернулся и прорычал ей в лицо: — Я не единственный, кому пришлось вступить в брак по чужой воле, Чуми’Да. — Мне пришлось это сделать, чтобы спасти своих друзей от тебя, Первого Ордена и… — она осеклась, когда до неё дошёл смысл его фразы, — Значит, Сноук приказал тебе жениться на мне?! — её разум напряжённо работал. Зачем Верховному Лидеру потребовалась их свадьба? Чтобы узнать, где скрывается Сопротивление? Конечно, её друзья никогда не были в безопасности, но теперь они подвергаются ещё большему риску, чем когда-либо раньше. Кайло практически трясло от ярости, потому что он понял, что случайно выдал секретную информацию, но он не оттолкнул её, как она ожидала, а сказал: — Хватит, давай поговорим о чем-нибудь ещё. — Ты мой муж, — ощетинилась она, — Ты не можешь указывать мне о чём говорить, а о чем нет. — Ты моя жена, — ответил он, — Ты должна меня слушаться! — Только не на Хейпсе! Здесь мужья подчиняются жёнам. Моё слово для тебя закон! — Звёзды, она тоже злилась. Потоки Силы поднимали мелкие предметы в воздух, балдахин пошёл рябью, будто от порыва ветра. — Знаешь, мне тебя даже жаль, — протянула Рей. — Наверно, несладко иметь двух господ. — Заткнись! — заорал он, приблизившись настолько, что едва не задел её нос своим. — Заткнись, или… — Или что? Что ты сделаешь, Император Рен? Кайло рванулся вперёд, в его глазах горела такая дикая, необузданная ярость, что ей показалось, что он собирается разорвать ей горло. Но он поцеловал её. Не целомудренно, как она целовала его у алтаря, едва касаясь его губ, и не нежно, как он ответил ей тогда, и она не раз вспоминала это на протяжении ночи, но грубо и настойчиво. Он впился в её губы так жадно и требовательно, что в ней проснулся инстинкт, помогавший выжить все эти годы. Её правая рука все ещё держала его за запястье, а левая — взметнулась для удара, по крайней мере, Рей думала, что для удара. Но вместо этого она, проведя ладонью по его лицу, вцепилась в чисто выбритую челюсть. Кайло опустил руки ей на плечи, скользя пальцами по шее, ткнулся языком в плотно сжатые губы. Другой инстинкт, не имевший ничего общего с предыдущим, заставил её приоткрыть рот. Чем он незамедлительно воспользовался, ворвавшись внутрь с низким, утробным рычанием. Это был страстный, пылкий поцелуй — и от Кайло Рена трудно было ждать другого — наполняющий жилы огнем, заставляющий сердце вырываться из груди, а желудок ухнуть вниз. И она действительно упала, распластавшись спиной на простынях под весом громадного тела, обвив руками его шею и растворяясь в тепле его губ и прикосновений. Рей не знала, что поцелуи могут быть такими. Конечно, она видела обнимающиеся парочки, но никто никогда не говорил ей, каково это чувствовать чей-то язык своим собственным, чьи-то зубы, кусающие нижнюю губу, и руки, исследующие грудь. Какая-то крохотная часть сознания, не потерявшая способность мыслить, пыталась понять, как, чёрт возьми, очередная ссора закончилась его языком, пытающимся проникнуть в её горло, но и эта часть скоро отключилась, сметенная ощущением пальцев, обосновавшихся на её правой груди, и твердости, прижившейся к животу. Он продолжал терзать её рот поцелуем, словно желая отомстить за все горести и разочарования войны и последних нескольких недель. Она задохнулась, когда он просунул палец сквозь сетчатый материал её пеньюара и дотронулся до затвердевшего соска. Кайло проворчал нечто непонятное, от звука его голоса между ног стало жарко и влажно. «Ещё», — думала она умоляюще, одной рукой царапая ему спину, а другой неловко перебирая волосы: «Мне нужно больше. Я хочу узнать каково это, почувствовать тебя везде.» Кайло прервал поцелуй и спустился губами к шее, сжимая её сосок почти до боли. Рей открыла глаза — и когда она успела их закрыть? — вид балдахина, расшитого золотыми полумесяцами и звёздами, которые она разглядывала каждую ночь, засыпая, вернул её к реальности, напомнил, кто она и с кем. Она не должна этого сделать. Они не должны. Это будет концом всего. — Стоп, — она ударила его по плечу, — Рен остановись. Он оторвался от её шеи и посмотрел в глаза, изумлённо и даже немного обиженно. Потом, видимо, к нему тоже вернулся здравый смысл, и он откатился к краю кровати, чуть не упав на пол. Рей завернулась в одеяло и посмотрела на Кайло. Он тяжело дышал, губы слегка припухли, а волосы торчали во все стороны в том месте, где она разлохматила их. Казалось, каждая клеточка её тела восстала против неё, она сжала бёдра в тщетной попытке утихомирить пульсирующее жжение. Мысли лихорадочно и хаотично метались в голове. Мужчина, которому она едва не отдалась, был монстром, чудовищем, невольно ставшим её союзником, которого она рано или поздно предаст, ненавидящим и ненавистным мужем. Слишком много подобных мыслей осаждали её, а губы ещё помнили его поцелуй. — Я передумала. — Просто чудо, что её голос звучал ровно и ни капли не дрогнул, чему Рей была очень рада. — Ты спишь на полу.