Пейзаж со звездным разрушителем

— Ну и? — требовательно воскликнула Синтиса после того, как прошло несколько секунд, а её связанная пленница так и не отреагировала должным образом. — Как тебе это? — Губы леди Варлесс сжались в тонкую, нетерпеливую линию, но Рей упрямо хранила молчание. — Говори! — Приказ разнёсся по всему домику на пронзительной ноте, и в наступившей после этого тишине было слышно потрескивание огня в очаге. «Обойдешься», – подумала Рей. «Несмотря ни на что, я твоя Чуми’Да, и ты не можешь мне приказывать». Также она, конечно же, обозвала Синтису всеми грязными словами, когда-либо услышанными в голонете, от торговцев на заставе Ниима, от мусорщиков в Бесплодных землях, от пьяных хамов в кантинах, от солдат на базах Сопротивления, и прокляла её на базике, хаттском, тидоспик, эвоки и на всех известных ей языках галактики, получив безмерное удовольствие от осознания того, что она знает столько отборных ругательств, сколько эти хорошенькие ушки не услышали бы и за всю жизнь. К сожалению, только про себя, потому что, во-первых, большинство типично хейпсианских ссор происходило путём обмена «любезными колкостями», на которые у Рей никогда не хватало терпения, а других слов высокородная особа просто бы не оценила; во-вторых, и это было самым важным, Синтиса могла выйти из себя и совершить какой-нибудь необдуманный поступок, а Рей ещё нужно найти способ, как распутать узлы на ногах так, чтобы этого никто не увидел. Она уже наловчилась резать веревки бритвенно-острым украшением обручального кольца, но не могла делать это на виду. — Достаточно, леди Варлесс, — объявила Гални. — У нас нет времени на этот спектакль. И это говорила женщина, которая минуту назад выбила чашку из чужих рук? Рей едва сдержала смех. Кайло был прав, та серьёзность, с какой благородные леди изображали из себя светских дам, действительно казалась до смешного нелепой. Раньше она находила их ужимки забавными — даже милыми, но сейчас ненавидела весь этот фарс. — Я хочу, чтобы она знала, — прошипела Синтиса, обращаясь к Гални, но при этом не отрывая взгляда своих ледяных голубоватых глаз от лица Рей, — чтобы она поняла, что у неё за семья и какую женщину она называет бабушкой и королевой, — с каждым словом её голос становился всё громче и походил на визг. — Я хочу, чтобы она осознала, что у неё, как и у меня, никого нет. — Зачем? Будете плакаться друг у друга на плече? — вздохнула Верисия. — Я бы предпочла побыстрее закончить с этим делом. Где яд? В тот момент, когда Рей уже собиралась вырваться из своих пут и заставить Синтису и всех, до кого сможет дотянуться, пожалеть о том, что они родились на свет, мимо двери прошёл солдат Совета Наследия. Это спасло её от необдуманного поступка, хотя сам солдат был бы неприятно удивлён, узнав об этом. Высокий, но крепкий мужчина в красных с серебристым доспехах Осенней Крепости, вооружённый бластерной винтовкой, он с кем-то разговаривал через комлинк, что навело Рей на мысль – она понятия не имеет, сколько человек охраняют охотничий домик. — А что с Илейн Сато? — спросила она, лихорадочно придумывая новый план спасения. — Вы сдержали обещание? Её освободили? — Естественно, нет, — Синтиса озадаченно сморщила тонкую бровь. — Она пыталась обокрасть Дом Варлесс. Я не могла оставить это безнаказанным. Рей не думала, что может ненавидеть кого-то сильнее, чем она уже ненавидела, но оказалось это не так. — Значит, она томилась все пятнадцать лет в этом аду, если не больше, только за то, что хотела спасти свою семью, взяв несколько камушков, которых у вас не счесть? — Признаюсь, удивлена, — ответила Синтиса. — Ты беспокоишься о судьбе какой-то неизвестной тебе женщины, когда тебя саму вот-вот убьют. — Тот факт, что ты не можешь меня понять, — тихо сказала Рей, — лишь доказывает, насколько мы разные. Синтиса сжала руки в кулаки и открыла рот, подбирая резкие слова, но Тейн заговорил первым: — Леди Варлесс, Чуми’Да тянет время. Её союзники наверняка уже обнаружили, что она пропала, и организовали поиски. Мы должны убить её и замести следы до того, как нас найдут. — Он прав, — сказала Верисия, потеряв последние остатки терпения. — Если вы хотите дать ей яд, делайте это скорее. Строгий тон Гални, должно быть, дал Синтисе понять, что её товарищи по заговору не намерены больше ждать, поэтому она не стала спорить, а подошла к камину и взяла с полки шкатулку из халцедона, мягко сияющую в отсветах пламени. На её крышке были выгравированы… Рей прищурилась и разглядела очертания, знакомые по иллюстрациям энциклопедии опасных растений Хейпса, которую читала в Рифовой крепости. Она провела много дней, пытаясь запомнить симптомы отравления ядами. Шип чёрного паслёна и лепестки забвения. Верисия открыла шкатулку и с видом знатока осмотрела содержимое, затем перевела взгляд на Рей. — Это же яд кадаши! Пары капель должно было хватить. — Пути Силы неисповедимы, — пробормотал Тейн, обратив на себя внимание присутствующих, чем и воспользовалась пленница, быстро развязав верёвки на ногах. — Что вы на меня уставились? Я слышал эту джедайскую поговорку когда-то в детстве, — он пожал плечами. — Как бы то ни было, даже Сила не спасёт её, если я введу всю дозу, — сказала Верисия. — Правда, это будет довольно болезненная смерть. — Уверена, Чуми’Де не привыкать к боли, — глубокомысленно произнесла Синтиса. — Она жила на опасной планете, на которой люди умирают каждый день, словно крысы. Рей с замиранием сердца наблюдала за тем, как Гални, вытащив из шкатулки маленький флакон и шприц со зловеще блеснувшей иглой, набрала темную изумрудно-зелёную жидкость. Она действовала так ловко и умело, как если бы делала это миллион раз, что, вероятно, было недалеко от истины. Рей напряглась, чувствуя нервную дрожь. Сейчас или никогда. Ей придётся убить этих дворян так, чтобы они не успели позвать на помощь, и осознание того, что на ней всё ещё тяжёлое длинное платье со множеством складок, путавшееся в ногах, не упрощало её задачу. Сначала убить Синтису, Гални, потом Тейна, забрать меч и выскочить наружу. Хорошо бы метель ещё не кончилась, а солдаты, увидев её, застыли бы от удивления. Это поможет выиграть несколько секунд, чтобы скрыться в лесу. Синтиса поставила шкатулку на журнальный столик, и они вдвоём с Тейном завороженно смотрели, как Верисия приближается к Рей со шприцем в руке. — Мне очень жаль, ваша светлость, — сказала герцогиня, подойдя к кровати. Она впервые обратилась к пленнице, до этого женщина делала вид, что её не замечает. — Я всегда снисходительно относилась к тебе и твоим маленьким грязным секретам, и будь у меня выбор, я бы предпочла более гуманный способ убрать тебя с дороги, но, как видишь, иного пути нет, — она изящно наклонилась и расстегнула воротник пурпурного платья. — Ты же хейпсианка, ты должна меня понять. — Я не с Хейпса! — рявкнула Рей. — Разве? — улыбнулась Верисия. Нежно поглаживая её шею, она нащупала яремную вену. За мгновение до того, как кончик иглы вошел под кожу, Рей сбросила верёвки, схватила её за запястье руки, в которой та держала шприц, и, выкрутив, вонзила в плоть убийцы. Когда яд прожег ей вены, Верисия открыла рот в леденящем душу крике и рухнула на пол. Не теряя ни секунды, Рей вскочила на ноги и набросилась на Синтису, застывшую в шоке, но не успела она до неё добраться, как Бид Тейн выхватил маленький бластер, до сих пор неприметно лежавший у него в кармане. «Черт, надо было убрать его первым», – подумала Рей, когда он спустил курок. Она попыталась увернуться, но на таком близком расстоянии это было невозможно, к тому же тело всё ещё плохо подчинялось после полученной дозы, и заряд попал ей в бок, едва не задев жизненно важные органы. То, что произошло дальше, не поддавалось описанию. Снаружи послышались крики на хейпсианском языке и звуки бластерных выстрелов. — Убей её! Убей немедленно! — завизжала Синтиса, в ужасе глядя на дверь. Рей шагнула к Тейну, намереваясь отнять у него оружие, но, почувствовав острую боль в боку, пошатнулась и упала. Она прижала руку к ране — кровь уже просочилась сквозь слои платья — и села. Как оказалось, только для того, чтобы увидеть дуло бластерного пистолета, нацеленное ей в лоб. Внезапно часть пола, заскрежетав, отъехала в сторону, и из открывшегося люка вылезли Алисон, Кенталь и Боэтия.

***

Инкари поначалу думал, что это завывает вьюга, но когда охранники, патрулировавшие лес вокруг охотничьего домика, встрепенулись и побежали к хижине, понял, что это был крик. Последовала перестрелка, он и несколько солдат бросились на подмогу, но не успели они далеко уйти, как прямо перед ними с деревьев спрыгнули фигуры в черных доспехах и шлемах. Их было всего пятеро, но они сражались как целая армия, а их странное оружие косило товарищей Инкари один за другим. Бластерные заряды были бессильны, поскольку чёрные призраки либо уклонялись от них, либо останавливали в полёте и перенаправляли обратно в солдат. Нападавшие двигались молниеносно и били без промаха. Вскоре молодой охранник растерял всю свою юношескую храбрость и пустился наутек. Несмотря на то, что он присягнул на верность Домам Варлесс и Феара, он не хотел умирать в этой снежной пустыне от рук неуловимых призраков с волшебным оружием. Нет, он не струсил и не бежал с поля боя, он отступал, вызывая подкрепление. Однако на короткой волне ему отвечали лишь статические помехи. В конце концов, Инкари выронил комлинк, обо что-то споткнувшись. По инерции он пробежал еще несколько шагов, прежде чем до него дошло, что это был труп одного из солдат. Форму Осенней крепости припорошило снегом, поэтому он его не заметил. Пока парень испуганно озирался, из-за дерева вышел человек в чёрном плаще. Вздрогнув, Инкари отшатнулся и упал, поскользнувшись на мокром снегу. С пронзительным шипением, от которого в жилах стыла кровь, в руках мужчины вспыхнуло тройное лезвие красных пламенных лучей. — Уже уходишь? — спросил смутно знакомый голос, и лежавший на спине солдат заставил себя оторвать взгляд от алого острия и взглянул на бледное, покрытое шрамами лицо. Это был Император.

***

Мальчик по имени Бен Соло был замкнут, вспыльчив, обидчив и быстро выходил из себя. К великому сожалению своего дяди, он не подходил для того, чтобы стать джедаем. Мужчина, называвший себя Кайло Рен, имел столь же скверный характер, разница была лишь в том, что теперь его никто не смог бы остановить. Солдат скрючился на снегу в позе эмбриона и кричал от боли, пока Кайло извлекал информацию из его разума. Этот парень, Ксиарр Инкари, добровольно вступил во взвод, который был сформирован по приказу Синтисы специально для патрулирования в горах этой ночью. Именно он обыскивал Рей, беспомощную и беззащитную. Возможно, Кайло бы пощадил юношу, если бы не увидел в его воспоминаниях, как тот, подняв юбки его жены, любовался красивыми ногами, пока лапал её за ягодицы в поисках светового меча. На мгновение он даже задумался, не воспользоваться ли тем, что его никто не видит, а девушка находится без сознания. — Я тебя уничтожу! — прорычал Кайло, задыхаясь от гнева. Он едва мог различить человека сквозь пелену ярости, затмившую его взгляд. Тёмная сторона, подпитываемая чисто звериным инстинктом собственника, бушевала, требуя расправы. Вытянув свободную руку, он швырнул солдата в ближайшее дерево. Не дав ему опомниться, подошёл и ударил в челюсть тяжелым кулаком, почувствовав как трещат кости. Кайло мог бы растянуть удовольствие, избивая солдата до смерти, но у него не было времени. Нужно было как можно скорее найти Рей, а потому он прикончил его, отрезав голову ударом меча.

***

«Не сейчас», – Рей умоляла себя не падать в обморок. «Это можно сделать и позже». Только страх за жизнь друзей заставлял её оставаться в сознании. Алисон и Кенталь загнали Тейна в угол и, скрутив ему руки, вырвали бластер. Боэтия схватилась в рукопашной с Синтисой, и теперь женщины катались по полу. Оказавшись рядом с дверью, Боэтия умудрилась взмахом руки сбросить с полки меч вместе с несколькими статуэтками, очень дорогими на вид, и подтолкнуть его к Рей, которая тут же подхватила рукоять. Под звон бьющегося фарфора дверь распахнулась, и в комнату ввалились солдаты в серебристо-красной униформе. — Милорд, дамы, вам нужно немедленно уходить отсюда! — крикнул вошедший последним, вглядываясь в заснеженный лес. — Туннелем кто-то воспользовался… — обернувшись и увидев сцену побоища, он осёкся. Вспоминая эти события в будущем, Рей испытывала искреннее сочувствие к несчастным охранникам. Должно быть, увиденное потрясло их до глубины души. Верисия Гални лежала мертвая на полу, сквозь её бледно-серую кожу проступали почерневшие вены; Чуми’да Консорциума Хейпс сидела рядом с ней и зажимала кровоточащую рану; Синтису Варлесс, леди Осенней крепости, душила неизвестная женщина в белом костюме, Бид Тейн пытался дать отпор Алисону Грею и Проциону Кенталю, лордам Следа змеи и Штормовой крепости. Они не знали, кого поддержать, свою госпожу или наследницу престола. Это было вопросом выше понимания рядового солдата, но, в конце концов, долг чести победил, и один из них решил помочь Синтисе, второй — Тейну, а третий всё ещё стоял в дверях, раздумывая, стоит ли открыть огонь по Рей. Поднявшись на ноги, Рей активировала меч. Без Силы было труднее сбалансировать энергию фокусирующего кристалла, но клинок сиял так же ярко, как обычно, и резал ничуть не хуже. В этом она убедилась, когда развернулась и рассекла клетку исаламири пополам. У неё не было времени пожалеть ни в чём не повинное создание, которое находилось внутри, так как солдат, целившийся в неё, всё же нажал на курок. Сработал инстинкт, выработанный за два года войны, и Рей, вытянув руку, с помощью снова обретенной Силы остановила бластерные заряды в сантиметре от своего тела. Кожей она чувствовала их жар и нерастраченную вибрирующую мощь. Она изменила их направление и отправила в солдата у двери и тех, кто прибежал к нему на помощь. Её отвлек крик Синтисы, впрочем, скоро прервавшийся, когда Боэтия нокаутировала её ударом Силы. Оказавшийся в безвыходном положении, без помощи союзников и солдат, Бид Тейн впал в отчаяние, и это заставило его совершить ошибку. Ему удалось вырваться из захвата Алисона и Кенталя, но вместо того, чтобы попытаться бежать, он с фанатичным блеском в глазах кинулся к Рей с небольшим кривым ножом, что прятал в рукаве. Это был неравный бой, и он быстро закончился. Хотя Рей была близка к потере сознания — её и без того ослабленное состояние усугублялось количеством энергии, потребовавшейся для управления бластерными зарядами — длина её светового посоха превосходила длину кинжала. Скрипнув зубами от боли, она вытянула руку с оружием и пронзила грудь Тейна серебристо-белым лучом. Он умер ещё до того, как нож выпал из его разжавшихся пальцев, а обмякшее тело с грохотом рухнуло на пол. И в тот момент в дверном проеме Рей увидела своего мужа. Он только что прикончил последнего охранника из группы солдат Совета Наследия, решивших сокрушить его численностью. С рычанием Кайло оттолкнул труп и заглянул в хижину. Их взгляды встретились, и они одновременно погасили свои клинки. Забыв обо всём на свете, Рей выбежала из хижины ему навстречу. Он тяжело дышал, тёмные волосы падали на влажный от пота лоб. Позади Кайло рыцари Рен убирали окровавленное оружие в ножны, ветер трепал их плащи. Хотя она и запретила ему брать на Хейпс Меридию и Мефалу, Рей была рада видеть и их, и Клавикуса, и Хирсина, и Джигалака, потому что Кайло привел их, чтобы спасти ее. Мужчина, за которого она вышла замуж, часто принимал необдуманные решения и знал об этом и о том, что ему не обойтись без чужой помощи. «О чём я думаю?» – отругала себя Рей. Вместо того, чтобы сказать ему всё, что хотела, она стояла и любовалась мужем. От потери крови мысли путались, перед глазами начало темнеть. Должно быть, Кайло заметил её смертельную бледность и поспешил навстречу, перешагивая через трупы, лежавшие в снегу. Он такой высокий, думала она, подняв голову, чтобы видеть его лицо. Его изучающий взгляд заставил её остановиться в одном шаге от него. По мере того, как он разглядывал её: синяк от пощечины Синтисы и кровь на платье, Рей видела, что в нём вновь закипает ярость, ещё не остывшая после окончания боя, грозя полностью поглотить его разум. Надеясь его успокоить, она взяла Кайло за руки и попросила: — Исцели меня. В течение нескольких мгновений ей казалось, что уже поздно, она уже чувствовала исходящую от него колючую тьму, но ему удалось взять под контроль свои эмоции, и, когда он ответил, его голос лишь слегка дрожал от напряжения. Тем не менее, в словах слышалась нежность: — Хорошо, как только мы доберемся до Ересиарха, я вылечу тебя, и мы вместе полетим на Корусант. — Нет! — воскликнула Рей, из последних сил сжав его руки, — мне необходимо на Хейпс, поговорить с Таа Чуми. — Кайло хотел было возразить, но она умоляюще взглянула ему в глаза: — Это очень важно, Бен, цъяр'е, пожалуйста… — рыдания сдавили ей горло, не позволив продолжить. Кайло неохотно кивнул, исходившая от него тёмная энергия уменьшилась, усмиренная тем, как она его назвала. Удовлетворившись этим, Рей позволила усталости унести её в забвение, которое давно ждало её, чтобы заключить в свои безмятежные объятия.

***

Он подхватил её начавшее оседать тело, взяв на руки, как когда-то в другом лесу, правда, теперь она казалась тяжелее из-за объёмных бархатных юбок и множества украшений. Из хижины вышли Боэтия, Кенталь и Грей. Недовольный появлением последнего, Кайло хотел было позлорадствовать по поводу багрового, опухшего носа Алисона, но тот ухмыльнулся и поднял два пальца в шутливом приветствии, и от злости, накатившей с новой силой, у него перехватило дыхание. — Боэтия, почему ты никогда не надевала этот костюм? Он тебе так идёт, — сказал Клавикус. — Я только что прикончила четырёх человек и не против убить ещё одного, — ответила она и поклонилась Кайло: — Лорд Рен, я не выполнила свой долг. — Поговорим об этом позже, — отрезал он. — Доложи пилоту шаттла, пусть посадит его здесь.  — Мы уже возвращаемся? — обиженно спросила Меридия. Даже сквозь шлем в её голосе было слышно недовольство.  — Нет, сначала мы нанесем визит вежливости королеве Консорциума, которому она будет не рада, и, возможно, нам придётся отбиваться от её охраны.  — В таком случае, почему бы нам не убраться отсюда, пока нас никто не видел? — озадаченно спросил Джигалак. Кайло взглянул на потерявшую сознание женщину у него на руках и сглотнул ком, образовавшийся в горле при виде ее бледного, покрытого синяками лица: — Это приказ Императрицы.