Пейзаж со звездным разрушителем

После обеда Императрица Первого Ордена лежала на полу в своей комнате, уже без короны, неудобного платья и туфель, окружённая датападами. Рей потребовалось всего 5 секунд, чтобы отказаться от формальной одежды в пользу туники и леггинсов, и целый час, чтобы переодеться. Сначала она хотела лечь на мягкую, удобную кровать, но передумала, решив, что в таком случае изучение законов плавно перейдет в послеобеденный сон, а у неё было много работы. Следовало научиться излагать свои мысли официальным языком. Конечно, в течении последних месяцев Рей провела немало времени за чтением документов, но этого было достаточно только для того, чтобы понимать термины, а чтобы её доводы звучали хоть сколь-нибудь убедительно, необходимо подкрепить их массой исследований. Для этого ей понадобилось аж четыре датапада, которые проецировали четыре разных документа, и пятый датапад для заметок. Минуты незаметно перетекали в часы, а она всё продолжала писать. Рей поддерживала мысль, что её усилия помогут многим народам, а кроме того, работа позволяла отвлечься от воспоминаний о совете и последовавшим за ним не менее ужасном обеде. Теперь, когда она успокоилась, до неё окончательно дошло то, о чём кричал муж. Фактически, он велел ей убираться обратно на Хейпс, потому что она ему мешала, а после заявил, что её обществу предпочтет общество Сноука. Опять же фактически, но именно это он имел в виду. Если на родине Рей была никому не нужна, то и здесь тоже. Неужели ей на роду написано быть одинокой? Нет, лучше не думать об этом сейчас, потому что такие мысли делали её злой и агрессивной, совершенно не настроенной на сотрудничество, а она обещала. На карту поставлена не только её гордость, но и благополучие жителей Империи, её Империи, поскольку, несмотря на взаимоотношения с Кайло и его офицерами, Рей оставалась Императрицей. Во время чтения очередного до абсурдности сухого отчёта о состоянии тюрем, она обнаружила, что думает о последней повестке дня на утреннем совете. О пункте, который к большому удивлению присутствующих, Кайло отложил, и у неё были все основания думать, что он сделал это, понимая, что она наверняка будет возражать. Рей открыла новую вкладку на экране и ввела в строку поиска «Указ об усилении гарнизонов»… и ничего не нашла. Ни среди перечней утверждённых Империей указов, ни среди ещё не утверждённых, ни среди прочей документации Первого Ордена, во всяком случае, той, к которой у неё был доступ. Несколько секунд она напряжённо размышляла, стоит ли взломать личные данные Кайло, но в конце концов отказалась от этой затеи. Ведь есть и другие источники информации. Рей поднялась с пола и заглянула в соседнюю комнату, где фрейлины оживлённо обсуждали план бала и составляли меню для гостей. — Ниоби, Дженасс, можно вас на минутку?

***

Сноук не злился на него, что было очень странно. Когда Кайло вошёл в тронный зал на Превосходстве, в Силе не ощущалось ни злобы, ни угрозы, ни малейшего намёка на разочарование. Вместо этого Сноук спокойно сидел на своём троне и наблюдал за его приближением с хитрым прищуром. — В последнее время твоя жизнь была насыщена событиями, мой дорогой ученик, — сказал он после того, как Кайло опустился перед ним на колени. — Тебе даже пришлось покинуть мирные переговоры на Тер-Аббис, чтобы спасти свою боевую подругу. Рей была более чем способна спасти себя сама, но он не хотел заострять на этом внимание Сноука. — Да, повелитель. Её похитили… — Не нужно ничего объяснять, — Сноук снисходительно махнул рукой. — Ты сделал то, что велел тебе долг, а остальное сделала адмирал Даала. Всё закончилось хорошо. Я не виню тебя за желание защитить… богатства и военную мощь Империи. При этих словах Кайло напрягся. — Меня интересует другое. То, что произошло на заседании совета сегодня утром. Ах, вот оно что. Как быстро ему донесли. — Говорят, что одна дерзкая Чуми’да возомнила себя главной. Хорошо, что ты быстро её разбудил. Теперь она будет знать своё место. Возможно, из тебя всё же получится сделать настоящего мужчину. — Как я и предполагал, у нас разные идеалы, — ответил Кайло. К своему большому сожалению, он окончательно убедился в этом за обедом. После того через что они прошли вместе, он понял, что они совершенно не понимают друг друга. — Но мы договорились работать сообща. — Ты предложил ей выдвинуть встречное предложение, — усмехнулся Сноук. — Никогда бы не подумал, что ты знаешь, как обращаться с женщинами, умеешь говорить им то, чего они хотят слышать. Подавив желание сжать кулаки — Сноук слишком хорошо знал этот жест, Кайло уставился в пол. Тем временем существо на троне задумчиво разглядывало его и, видимо, наконец решило, что пора перейти к главному. — Надеюсь, протесты жены не помешают тебе на следующем заседании принять законы, которые должны были быть приняты сегодня, особенно указ об усилении гарнизонов? Впереди у тебя много работы, и это единственная причина, почему я воздержусь от подробного обсуждения твоих ошибок. А теперь расскажи мне о том, чего ты добился на своей должности за время правления, мой молодой Император. Вздрогнув от столь неожиданной смены темы, Кайло подробно изложил о введенных им новых законах, о моральном состоянии войск, о продолжающихся поисках Сопротивления и обо всём, кроме Рей. Он предпочёл бы быть сейчас с ней, целовать её, даже, чёрт возьми, спорить. Лишь находясь в этом чёрно-красном тронном зале, он понял, чего лишил себя, променяв время с ней на встречу со своим господином. Сноук не уловил его мыслей. Как и в тот раз, Кайло почувствовал, что его что-то охраняет. Что-то или кто-то. У него не было сил размышлять о природе этого феномена, но как бы там ни было, он был благодарен за это. После окончания отчёта Сноук удовлетворённо кивнул и отпустил его. Кайло был слегка озадачен тем, что его отпустили вот так просто. Если не считать нескольких снисходительных замечаний, старик, казалось, был им доволен и необычно весел. Это означало, что, может быть, Кайло всё-таки прошёл своё последнее испытание, но он не станет об этом спрашивать, он покинет Превосходство и Неизвестные регионы, он вернётся на Корусант подальше отсюда и попросит прощения у Рей… — Погоди минутку. Кайло замер на полпути к двери, приготовившись к неизбежному. — Расслабься, я хочу напомнить тебе о хаттах. Ты слишком строг с ними, и это может стоить нам ценного союза. Оставь их в покое, Император Рен. Это приказ!

***

«Бесшумный» совершил посадку на планете, окутанной прохладой ночи, ионные двигатели тихо гудели над океаном жилых высоток. Ни одного горящего светом окна, никакого движения на улицах. Это выглядело даже сюрреалистично: город-призрак, простирающийся на сотни километров к горизонту в лунном свете. Посадка на одну из верхних платформ башни в Цитадели, освещенную ярко-красными и оранжевыми маяками, была трудной. Кайло был слишком взбешен, чтобы утруждать себя тонкостями грамотной посадки корабля. Вырвавшись из кабины, он буквально влетел в двери здания, когда позади него истребитель начал медленно опускаться в ангарный отсек. К тому времени, как он добрался до жилого корпуса, его гнев уже достиг точки кипения, а эмоции превратились в болезненное месиво, бурлящее прямо под кожей, словно литры горячей смолы. — Ты марионетка, только зовешься Император, — выпалила Рей в их первую брачную ночь. На его столе стоял полный кувшин с водой и сияющий чистотой стакан. Кайло поднял кувшин и, после некоторого раздумья, длившегося всего три секунды, швырнул его в стену, где он разбился с громким звоном, а вода и острые осколки стеклянного кувшина разлились повсюду. И все же этого было недостаточно. Тьма внутри него пылала, взывала к большим безумствам и разрушениям. Прошло совсем немного времени, прежде чем он отправил в стену и пустой стакан. Больше. Его рука метнулась к поясу, где блеснула рукоять светового меча. Все, что последовало за этим, было окрашено в красный. Гул светового меча заполнял воздух вокруг, когда он оставлял глубокие порезы на полу и стенах, когда он разрубал письменный стол и голопроектор, когда он разбивал оконные стекла. Он сделал все для Сноука. Что он получил взамен, с чем остался? «Беспомощность, слабость. Мертвого отца.» Подчиненных, которые тут же отвернулись бы от него, скажи Сноук хоть слово. Жену, которой он дал лишь пустые обещания, иначе Сноук уничтожит и ее. Просто титул Императора, который ничего не значил. Дверь, та, что вела в коридор, соединяющий их с Рей спальни, распахнулась. Закрытый некогда замок отскочил, разрушенный Силой. Она стояла там, на пороге, одетая в коричневые леггинсы и простую серую тунику, держа наготове активированный световой меч, напевающий звучную симфонию беспорядочной песне его собственного клинка. Они уставились друг на друга поверх шипения разбитых схем голопроектора и обломков мебели. Время будто бы остановилось, это могло стать их новой битвой, как во время их последнего столкновения за две разные воинствующие стороны. — Я подумала, что на тебя напали. — Рей погасила свой меч, вернув его на свой пояс. — Или что-то в этом роде. — Или что-то в этом роде... — издалека услышал Кайло свой голос. Он вдруг подумал о том, как он, должно быть, выглядит сейчас для нее: красное лицо, дикий горящий взгляд, вокруг неузнаваемые обломки всего, что раньше наполняло его спальню. Чувство стыда начало медленно подниматься в его груди, как мерзкая желчь. Еще его очень беспокоило то, что если она вдруг начнет отчитывать его за это, он мог бы просто наброситься на нее, не осознавая происходящего. Он мог бы поступить также, прояви она к нему сострадание. Рей шагнула в комнату, ее взгляд был настороженным, когда она протянула руку в сторону окна, чтобы с помощью Силы задернуть занавески, препятствуя проникновению потока холодного воздуха сквозь разбитые стекла. — Прекрасное время для ремонта. Кайло опустил голову. Настала его очередь деактивировать свой световой меч, а затем бросить его на кровать – единственный предмет мебели, избежавший его гнева. — Я тебя разбудил? Рей кивнула. — Все к лучшему. Я заснула на полу, так что ты, скорее всего, спас мою спину от жуткой боли ближе к утру. — Что ты делала на полу? — Занималась исследованием... — она переступила с ноги на ногу. — Мне нужно было закончить составлять документы, которые я собираюсь представить для обсуждения. Хороший человек признался бы во всем. Признал правоту Рей о том, что его власть исходила только от Сноука. Ради честности он отбросил бы свой страх потерять ее. Кайло не был хорошим человеком. И, несмотря на то, что он обещал ей быть лучше, когда они утром после маскарада лежали, завернутые в простыни, у него не хватило сил даже попытаться. «Он был слабым и глупым, как его...» Кайло встряхнул головой, освобождая ее от паутины мыслей, пытаясь затолкнуть все обратно в глубокий омут его памяти. — Моя встреча прошла не так гладко, как я ожидал, — сказал он Рей, и, прежде чем она смогла бы вытянуть из него детали, добавил, — В совокупности с событиями сегодняшнего утра. Что ж, я надеюсь, что завтрашний день будет лучше. — Да, я тоже на это надеюсь. — Смягчившиеся черты ее лица почти заставили его почувствовать себя виноватым. Ее пристальный взгляд скользнул по нему, и он понял, что она осматривает его на предмет наличия травм, будто бы ему нужно было еще раз напомнить о его беспомощности и о том, насколько сильно он увял во власти Сноука. Как в прошлом, так и в будущем, он будет позволять своему хозяину делать с ним все, что угодно, потому что, как уже было сказано, Сноук был всем, что было у Кайло. Все остальное – его брак и его правление были исключительно доброй волей Верховного Лидера. Кайло не хотел жалости Рей. Все, чего он хотел прямо здесь и сейчас, так это почувствовать, что хоть что-то контролирует. — Иди сюда, — хрипло сказал он. Она подняла бровь, но не пошевелилась. Сначала это показалось ему еще одним ошеломляющим унижением, но, прежде чем он смог оправиться от этого, она подтолкнула их непостоянную, дремлющую связь также, как он прошлой ночью. Разница заключалась в том, что она направляла через Силу свои мысли, а не воспоминания. Она не отвергала его. Она знала, чего он хотел, в чем нуждался. Ты можешь получить это, сказала она, в том неосязаемом месте, которое существовало исключительно для них двоих, но на моих условиях. — Чуми'да... — Его голос надломился. — Пожалуйста. Рей осторожно приблизилась к нему, изучая его лицо своими карими глазами. Именно страх перед тем, что она могла там увидеть, заставил Кайло нетерпеливо зарычать и быстро сократить расстояние между ними, притянув ее к себе и наклонившись к ее губам в грубом поцелуе. Она открылась ему с нежностью, которой он не заслуживал. Дикий цветок, склонившийся перед его бурей ярости, тоски и смятения, ее левая рука гладила его покрытую шрамами щеку, в то время как правая мягко провела пальцами по его волосам. Именно эта нежность стала для него последней каплей. Не вкус ее мягких губ, не плавный изгиб ее спины, который он обводил своими руками, плавно продвигаясь ближе к бедрам, а нежность. Обхватив ее ягодицы, он почувствовал дрожащий вздох на своих губах и языке. Прошло совсем немного времени, прежде чем он толкнул ее на кровать, нависая над ней, пока стягивал верхнюю часть своего облачения, а она наблюдала за ним с расширенными зрачками. Рей на коленях сидела на матрасе, ожидая его так же, как в их первую брачную ночь, только на этот раз ее кожа горела от возбуждения, а соски явственно проступали сквозь тонкую ткань туники. «Я бы сжег все дотла, если бы мог», – с горечью подумал Кайло, прежде чем смог остановиться. «Я бы все разрушил ради этого.» Если бы я только мог сделать это и все еще быть с тобой. Волосы Рей были собраны в тот же пучок, что и утром, хотя прическа казалась растрепанной после сна на полу. Кайло пытался разобрать эту сложную конструкцию, как только присоединился к ней на кровати, прижимая ее тело к простыням и осыпая ее губы, шею, ключицы еще более грубыми, кусающими поцелуями. Он был так напорист и ненасытен, что она позволила ему взять инициативу в свои руки, позволила ему стянуть с ее бедер леггинсы и нижнее белье, спустить ее тунику до живота, обнажая маленькие и совершенные груди над собранной тканью, все еще удерживаемой на месте поясом. Рукоять ее меча сверкнула холодным металлом в тусклом свете, и это всколыхнуло в его голове давно забытые фантазии, которые несколько раз являлись ему в те раздираемые войной годы, когда он, спотыкаясь, возвращался в свои покои после того, как она победила его в бою и дала ускользнуть. — Мусорщица отвлекает тебя, — вспомнил он слова Сноука, сказанные с презрением. — Я жду, когда ты наконец возьмешь себя в руки, прежде чем я буду уверен в том, что ты больше не нуждаешься в моей опеке. — Рот Верховного Лидера искривился в усмешке. — Чего бы я только не отдал за ученика, не сделанного из плоти и крови. Те дни будто бы остались в той, другой жизни. Будто бы все это происходило с кем-то другим. Раньше все это было скрыто в далеком и темном, первобытном уголке сознания Кайло, который внезапно выплыл на свет в ответ на этот образ Рей из прошлого, который он так хорошо запомнил. Он мечтал взять ее вот так, когда они только вдвоем, разъяренный, мстительный и полностью поглощенный своими эмоциями. В оцепенении от странного сочетания вспышки фантазии из прошлого и настоящего момента, он схватил жену за запястья, прижимая ее руки к простыням над головой. Рей была явно не впечатлена этим, но в то же время на лице читалось любопытство. Она не сопротивлялась. Это все, что было нужно Кайло, прежде чем он прильнул к ее груди, посасывая ее соски, пока она едва не задохнулась и не выгнулась под ним, запястья напряглись в его хватке, но, к счастью, не вырывались. Кайло перемещался от одной груди к другой каждый раз, когда она вскрикивала, когда ее мышцы напрягались до предела, и это была единственная милость, которую он мог ей позволить в данный момент. Вскоре ее раскрасневшееся тело начало извиваться еще сильнее, обхватывая ногами его бедра в отважной попытке потереться о выпуклость в брюках, ее желание горело пламенем сквозь потоки Силы. Кайло почувствовал странное торжество. Несмотря на все его недостатки как лидера и как ученика, причем неважно, кто что говорил или во что верил, в этом он был хорош. Заставляя Рей метаться в постели, заставляя ее хотеть его больше всего остального. Это было своего рода удовлетворение. Он поднял голову от ее груди, свободная рука скользнула вниз, чтобы мягко прочертить влажный круг между ее ног. Удивленный вскрик Рей при первом прикосновении перешел в стон, когда он быстро скользнул двумя пальцами внутрь нее, мягко прижимая их к стенкам. — Перевернись, — его приказ был произнесен низким, хриплым шепотом ей на ухо. — Встань на четвереньки. Вот оно, снова. Тот же самый взгляд, промелькнувший на ее лице. Тем не менее, она прикусила губу, и любопытство взяло верх. Смешанное чувство благодарности и неверия, которое он, скорее всего до конца своей жизни будет ассоциировать именно с ней, вспыхнуло в груди Кайло, как сверхновая, когда его жена, его сильная, храбрая, красивая жена сделала, как ей было велено. «Только для тебя», – подумала Рей, когда пальцы Кайло выскользнули из нее, и она перевернулась, встав на четвереньки и позволив ему положить подушку между ее бедрами и кроватью. «Я бы сделала это только для тебя». Теперь, лишенная защиты его большого тела, прижатого к ней, она дрожала от холодного ночного воздуха, который просачивался через разбитые окна, несмотря на занавески. Она уставилась на изголовье кровати, краем глаза осматривая обломки в его комнате и прислушиваясь, как он расстегивает застежки на штанах. Он нуждался в этом, и она охотно дала ему желаемое, но потом пружины кровати заскрипели, когда он наклонился вперед, а его горячее дыхание коснулось ее влагалища. Пришлось признать, что во всем этом есть что-то приятное и для нее. Рей со стоном опустилась на локти, когда ее муж принялся ласкать ее, а его огромная рука крепко сжала ягодицу. Сейчас он был небрежен и безжалостен, и это было как раз то, что ей было нужно после мучительного и сладкого ожидания во время его грубой прелюдии. Все внутри нее напряглось в ожидании приближающегося, словно большая волна, оргазма, грозящегося обрушиться на нее сквозь море черного шелка простыней. Внезапно Кайло отстранился, прежде чем эта волна смогла настигнуть Рей. Она моргнула. — Как ты смеешь... — начала она, вытягивая шею, чтобы посмотреть на него через плечо, но конец фразы превратился в ничто, когда он воткнул в нее свой член, едва дав ей возможность привыкнуть к его размеру, прежде чем начал двигаться. Это было так странно, не иметь возможности смотреть ему прямо в глаза. Не иметь возможности поцеловать его и почувствовать стук его сердца, пока он ускорял свой темп внутри нее. Однако, в каком-то смысле все было совсем по-другому. Кайло чередовал глубокое и грубое проникновение с более медленными, чувственными движениями, время от времени наклоняясь, чтобы поцеловать ее спину, находя вдоль позвоночника особенно чувствительные места, о которых она узнала в ту ночь, когда исцелила его в этой самой комнате. Пока он все глубже и глубже проникал в нее, ее возбужденная грудь колыхалась взад и вперед, задевая чувствительными сосками простынь, пока ее набухший клитор цеплялся за края подушки, ее внезапно начал охватывать оргазм, который был настолько ослепительным и внезапным, что ее громкий вскрик тут же был заглушен сжатой в кулак ладонью. Едва Кайло почувствовал, как она сжалась вокруг него, он перестал проявлять нежность, а его пальцы вцепились в пояс на ее талии, используя его, чтобы снова и снова насаживать ее на свой член. Несмотря на состояние блаженства, Рей все же не смогла сдержать приподнявшуюся бровь от того, с какой решимостью он начал действовать, и одно воспоминание всплыло из затуманенных похотью глубин ее сознания. «Ты думал обо мне даже раньше? Когда мы все еще были...?» — спросила она, и он кивнул, опьяненный бренди, его темный взгляд казался меланхоличным и честным, хотя и слегка расфокусированным. — Бен, — прошептала Рей, задыхаясь от каждого толчка Кайло. — Ты... Э-э... Фантазировал об этом раньше? Его толчки замедлились. Это и стало ответом, которого она ждала. Рей хихикнула. Этот звук сорвался с ее губ, как капельки света и легкости, таких желанных после всех тяжелых событий этого долгого дня. За ее спиной послышалось раздраженное бормотание Кайло, которое внезапно оборвалось с его смачным шлепком по ее заднице. Рей вздрогнула. Это было совсем не больно или, скорее, было чувствительно для того, чтобы продлить удовольствие, которое она сейчас испытывала. Сочный аккорд в ее симфонии блаженства. Она снова хихикнула. На этот раз он шлепнул ее немного сильнее, хотя и поспешил нежно накрыть покрасневшую кожу своей ладонью. Рей зарылась лицом в простыни, подавляя восторженный визг, когда она изо всех сил прижималась задницей к его бедрам. Кайло моментально подхватил ее настроение, добавив еще пару легких шлепков, пока продолжал глубоко насаживать ее на свой член. Туника сбилась на талии, а рукоять меча холодила кожу. «Мне это нравится», туманно подумала Рей, когда ее хихиканье вскоре сменилось прерывистыми, судорожными вдохами от будоражащей смеси удовольствия и дикого возбуждения, а веки затрепетали, когда ее рука скользнула вниз, очерчивая круги по разгоряченной вокруг клитора плоти. «Мне нравится открывать для себя что-то новое вместе с тобой, мне нравится быть игривой с тобой...» «Я люблю...» Клитор запульсировал под ее дрожащими кончиками пальцев. Она кончила снова, когда член ее мужа задрожал от подступающего оргазма. Его горячее дыхание касалось ее затылка, и наполовину сформировавшаяся мысль растворилась в эфире. Кайло отпустил ее, как только тело Рей обмякло под ним. Ее второй оргазм был дикой вспышкой, растекающейся в Силе. Он перевернул ее на спину, продолжая нависать над ней. Рей моргнула, взгляд казался затуманенным и по-кошачьи сонным, но с озорным блеском в карих глазах. — Ты, жёнушка, — прорычал он, яростно сжав одной рукой простыни у ее руки, — зараза, призванная свести меня с ума. Ответная улыбка Рей была выражением чистого блаженства. Низкий стон застрял у него в горле, когда его сперма брызнула на ее обнаженную грудь, жемчужные крупные капли на ее золотистой коже. Последние несколько капель упали на ее ключицы, но даже чисто похотливое удовольствие от этого действия, отметить ее как свою, не могло заглушить сардоническую, ненавидящую себя мысль о том, что, по крайней мере, он сдержал хотя бы одно обещание. Она протянула свои руки к нему, открывая объятия, и он обрушился на нее сверху, совершенно измученный, прижимаясь разгоряченным лбом к ее лбу еще несколько долгих минут, пока ее пальцы обнимали его за шею. Кайло замер, ни о чем не думая и просто вдыхая аромат ее тела, пока стук крови в ушах постепенно не исчез, растворяясь в благословенной тишине. Прошло некоторое время, прежде чем они нарушили молчание, ее голос был сонным, но нежным и довольным, когда она уткнулась носом в его ухо. — Спасибо за новое жемчужное ожерелье. Кайло закрыл глаза, приглушая тихий, хриплый смех в изгибе ее шеи. И он позволил себе поверить, пусть только на мгновение, что все их проблемы можно решить.

***

На борту крейсера «Рэддус» в конференц-зале Лея Органа рассматривала лица лидеров Среднего Кольца, составляющих последнюю группу, с которой ей предстояло встретиться. — Я знаю, что Республика подвела многих из вас, — сказала Лея, силуэт которой вырисовывался на фоне тернистого лабиринта быстро движущихся астероидов, сверкающих в темноте. — Знаю, что вы устали от войны. Но в такой огромной галактике, как наша, с таким количеством разнообразных культур и систем верований, кто вправе решать, чей голос заслуживают того, чтобы его услышали, а чей нет? Да, сейчас все складывается хорошо для некоторых из вас. Но что произойдет, когда все изменится к худшему? Что произойдет, если Империя решит, что ваш голос больше не имеет значения? Каковы ваши варианты, куда вы будете бежать? Она сделала паузу, чтобы дать им осмыслить это, затем продолжила более твердым, более сильным голосом. Голосом, который выиграл множество дебатов в залах Сената. — Вы вспоминаете о коррупции в Республике, ее неэффективности. Вспомните и то, что во времена Республики коррумпированные чиновники могли быть арестованы или отстранены от должности, и что законы могли быть изменены или отменены голосованием. Это не та политика, которая в данный момент проводится Первым Орденом. Некоторые из вас поддерживают действия императора и впечатлены его способностями, но даже самые способные политики не живут вечно. Разве вы можете быть уверены, что его наследник окажется таким же выдающимся? Не получится ли так, что ваши дети и внуки будут страдать во времена правления следующего императора? В долгосрочной перспективе демократия всегда будет единственным способом, чтобы двигаться вперед, чтобы привлечь власть имущих к ответственности перед людьми, которым они служат. Поверьте мне, когда я прошу вас встать рядом со мной, рядом с нами, — она указала на офицеров Сопротивления, собравшихся вокруг нее. — Вы окажетесь на правильной стороне, которая борется ради светлого будущего вас и ваших семей. Еще одна пауза, пока Лея оглядывалась вокруг, пытаясь определить, кого ее речь вдохновила, а кого нужно было убедить. — Я знаю, что вы устали от войны, — повторила она, ее взгляд задержался на более старых и знакомых лицах в собравшейся толпе, — Но это именно то, на что рассчитывает Первый Орден. Что вы устали, и что вам больше нечем ответить. Что вас столько раз сбивали с ног, что вы не способны подняться. Что ж, я прошу вас доказать, как сильно они ошибаются. Я прошу вас дать свободе еще один шанс. Я прошу вас не позволить тьме опуститься на галактику. Не тогда, когда еще осталась искра надежды. Лидеры Среднего Кольца выходили из конференц-зала, испытывая смешанные чувства, некоторые были серьезны и задумчивы, другие приглушенно шептались между собой. Когда последний из них ушел, Эмилин Холдо подошла к Лее. — Думаешь, ты их убедила? — В любом случае, сейчас это не имеет значения, — коротко ответила Лея. — Мы атакуем через семь дней.

***

В каюте Хакса на крейсере «Добивающий» мерцала в голубоватом свете голограмма фигуры, закутанной в капюшон – его осведомителя из Хейпса, который в данный момент обдумывал изложенный Хаксом план, слегка склонив голову набок. — Я не до конца понимаю свою выгоду от этой авантюры, — фигура наконец прервала молчание. — Как часть Империи, Скопление Хейпс, естественно, будет подчиняться нашим законам, — объяснил Хакс. — Эти законы будут включать в себя и удобный для аристократии выбор нового лидера всего Консорциума. — То есть марионеточное правительство? — Галактика слишком огромна для одиночного правления. И вы будете способны открыто осуществлять свою деятельность внутри Консорциума. — Прошу меня простить за излишний скептицизм, — протянула фигура, — но похоже, что это наш единственный выход, поскольку большая часть Совета Наследия мертва, скрывается или находится за решеткой. Что ж, прекрасно, я сделаю это. И... Также я собираюсь отправить вам кое-что занятное на случай, если здесь что-то пойдет не так. Не утруждайте себя попытками взломать файл, он защищен последовательностью удаленного дешифрования, которую сможет активировать только ваша покорная слуга. — И что это? — спросил Хакс. — Терпение, генерал. — фигура погрозила ему тонким пальцем. — Вспомните о манерах истинного джентльмена и позвольте леди сохранить свои секреты в тайне.