Пейзаж со звездным разрушителем

В обычных обстоятельствах, Кайло бы уже невзлюбил губернатора сектора Факир, но в это утро не нашлось было никого, кого бы он ненавидел больше. Клермур был еще более мерзкой копией генерала Хакса: чуть за тридцать, напыщенный, болтливый, вечно говоривший в нос человек, который время от времени заходился в хриплом табачном кашле, пока бубнил о пограничных укреплениях в рукаве Бакчоу. У Кайло не было выбора, кроме как слушать его и других региональных губернаторов, присутствовавших на встрече, хотя наверняка были и гораздо более приятные способы начать день. Например, развалившись в постели с Рей. Хотя, судя по времени на хронометре, на который Кайло украдкой посматривал, она, вероятно, сейчас уже встала и завтракает... Поскольку он сидел спиной к дверям и пытался выслушать отчет Клермура, он не заметил Митаку, зашедшего в комнату. Он обернулся только когда лейтенант обратился к нему тихим, настойчивым голосом. — Ваше Величество, из скопления Хейпс прибыл корабль. Лорд Алисон Грей и Дуча Лайрелосс Илири сейчас находятся с Императрицей. Кайло жестом попросил Клермура продолжить, отчасти для того, чтобы не нарушать ход совещания, но в большей степени для того, чтобы их с Митакой сложнее было подслушать. — Почему мне не сообщили в момент, когда они высадились в Цитадели? — тихо спросил он. — Вы были недоступны по комлинку, сэр, и они настаивали, что вопрос срочный, — ответил побледневший Митака. Кайло закипал. Да, он отключил свой комлинк перед совещанием, но это не давало Алисону Грею никакого права врываться на его территорию без предупреждения. Наверное, это была инстинктивная реакция, обостренная сильной неприязнью к хейпсианской аристократии, поэтому он заставил себя немного остыть. Кроме того, было что-то еще в этом нервном подергивании Митаки. — Что случилось? — наконец спросил Кайло. Митака понизил голос почти до шепота, едва слышного на фоне краткого изложения Клермуром оптимизированных оборонительных стратегий. — Ранее этим утром хейпсианский флагман «‎‎Звездный Дом» был уничтожен взрывом через десять минут после отлета с планеты Галлинор, — сердце Кайло замерло задолго до того, как Митака продолжил, — все находившиеся на тот момент люди на корабле, включая Таа Чуме и принца Изольдер погибли. Лорд Грей и Дуча Илири прибыли сюда, чтобы сообщить новости... и вернуть Императрицу Ка Дьо в Скопление Хейпс для ее восхождения на престол в качестве Королевы-матери.

***

Клермур замолчал, и все взгляды устремились к Кайло Рену, когда он резко поднялся на ноги. И прежде чем кто-либо успел спросить, в чем дело, Император вышел из комнаты, а лейтенант Митака следовал за ним по пятам. — Что это было? — раздраженно воскликнул Клермур. Толт Госулар, губернатор сектора Варвенна, сидевший ближе всего к Кайло Рену, скучающе пожал плечами. — Что-то случилось на Хейпсе. Клермур закатил глаза. — В последнее время все время что-то случается на Хейпсе.

***

Она была в своих покоях. Кайло следовал на зов ее Силы, и каждый гулкий рев боли, который она издавала, проходил через его собственную систему. Он едва осознавал, что Митака и его рыцари следуют за ним, или что офицеры и сотрудники суетливо убираются с его пути, пока он прорывается через металлический лабиринт Цитадели, он не замечал телохранителей Рей, стоящих на страже ее комнат. Двое из них молча двинулись с каменными лицами, чтобы преградить ему путь. Кайло почувствовал, как его рыцари ощетинились позади него, и понял, не глядя, что они тянутся к оружию, но он вскинул руку в безмолвном жесте, приказывающим им отступить. Рей теперь была правительницей всего Скопления Хейпс, а также последним живущим членом королевского дома. Было ясно, что ее народ не станет рисковать. Сосредоточив взгляд на двух охранниках перед собой, Кайло спокойно снял свой световой меч с пояса и передал его Митаке, двигаясь размеренно и медленно. Только тогда они отступили в сторону, чтобы пропустить его, но только его. Рей повернулась к нему лицом, как только он вошел в ее покои. Она стояла у окон, жалюзи были едва приоткрыты, погружая спальню в легкий полумрак. Ее глаза были наполнены непролитыми слезами – он сразу увидел, что она изо всех сил пытается держать себя в руках перед Алисоном, Лайрелосс и фрейлинами. Кайло замер на месте, столкнувшись с невыразимой скорбью на ее лице – той же скорбью, что разрывала его каждый день после базы «Старкиллер», хотя он не имел на нее никакого права. Он не знал, что делать и что говорить. И поэтому он опустился на одно колено. Его взгляд был устремлен на лицо Рей, обрамленное приглушенным сиянием пробравшегося в комнату утреннего света. Кайло склонил голову в беспомощном почтении. Перед Той, Которой Не Было Равных. — Кира Ка Чуми, — прошептал Кайло. Тяжесть нового титула навалилась на всех в тихой комнате. — Моя армия – твоя, Эренеда. «Для мести, для завоевания, для всего, чего бы ты захотела. Я подниму их на твою защиту, я буду стоять за твоей спиной, чтобы мир никогда не настиг нас». Она была не одна, даже если Вселенная и настаивала на том, чтобы попытаться сделать ее одинокой. — Оставьте нас, — сказала Рей присутствующим хейпсианам, ее тон был на удивление сдержанным, но глаза не отрывались от лица Кайло. Только когда они остались одни, она позволила своим тонким плечам опуститься, и слезы наконец хлынули по ее щекам. — Мне плевать на армию, — отрезала она, и последние остатки самообладания улетучились, — Мне плевать, что теперь я Королева-мать. Я не хочу, чтобы ты вставал на колени. Я просто... — она сглотнула, спрятав лицо в своих руках. Черное платье с открытыми плечами, которое она носила, придавало ее силуэту ауру элегантного отчаяния, — Пожалуйста, Бен, — она потерла ладонями свое лицо, — просто будь со мной... За то мгновение, что Кайло приблизился к ней, Рей охватила новая волна слез. Он обнял ее, желая, чтобы смог впитать ее горе – взять на себя ее боль, чтобы ей не пришлось ее чувствовать. Ее пальцы сжимали его тунику, когда она наклонилась к нему, будто он был единственным, что держало ее в вертикальном положении. — В последний раз, когда я говорила с отцом, я была ярости, — всхлипнула Рей, признание было приглушено грудью Кайло, — Я так и не смогла сказать ему... сказать ему, что я л... любила его, — она запнулась на этом простом слове, словно пораженная тем, как произнесенное в подходящий момент слово могло изменить все в ее сознании, — Я не знала, что это будет последний раз... как я могла знать, что... Кайло тут же вспомнил. Не о собственном отце, а о Лее, и о том, как он в последний раз говорил с ней, всего за несколько дней до роковой ночи, когда он уничтожил храм Люка. Она спросила его, как у него дела, улыбка была усталой, но полной надежды, отливающей голубоватым голографическим светом. Он все еще страдал от публичного признания, что Дарт Вейдер был его дедом, его ответы были немногословными, и он прервал связь прежде, чем Лея успела попрощаться. С тех пор прошло много, много лет. Что бы он изменил, если бы знал, что будет дальше? Рей вздрогнула, вернув его в настоящий момент. — И м... моя бабушка, — захныкала она так надломленно, что сердце Кайло сжалось, — Она была ужасной, но... но теперь у меня больше нет семьи... Снова. Невысказанное чувство боли эхом разнеслось по комнате. Снова никакой семьи. — Я твоя семья, — сказал Кайло, прежде чем он успел подумать. Рей моргнула, глядя на него покрасневшими карими глазами, но он закрыл свои, смущенный собственной смелостью, и прижался лбом к ее лбу, когда его следующие слова вырвались грубым шепотом рядом с ее мокрой щекой, — Ты моя жена. Я могу быть твоей семьей. «Мы можем начать все сначала. Мы не совершим тех же ошибок». Рей заплакала еще сильнее, и с тянущим вниз ощущением в животе Кайло понял, что он сделал только хуже. «Хотя, чему удивляться?» – спросил его внутренний голос. «Ты жалкая замена всему, что она потеряла». Но теперь он уже ничего не мог сделать, кроме как держать ее в своих объятиях столько, сколько она бы позволила ему. И она позволяла, пока не иссякли все ее слезы.

***

Был почти полдень, когда Кайло покинул покои Рей. Митака умело организовал для Алисона и Лайрелосс небольшой стол с закусками и напитками в одной из комнат для совещаний, пока те ждут. Кайло понял, насколько эти люди были взволнованы, когда заметил, что они обошли скромный выбор чая и соков, перейдя сразу к спиртному. Алисон мрачно поднял бокал, когда он вошел в комнату. — Как она, Император Рен? — спросила Лайрелосс, когда Кайло сел рядом с ней. — Она спит, — коротко ответил он. Рей плакала до изнеможения, и он лежал с ней в постели, пока она не отключилась, прерывисто бормоча даже в бессознательном состоянии. Он не хотел оставлять ее там одну, свернувшуюся под одеялом в траурном платье, с размазанным макияжем и растрепанными волосами, но ему нужно было поговорить с хейпсианцами. Нужно было составить план. — Когда Ее Величество проснется, — медленно произнесла Лайрелосс, — Лорд Грей и я должны отвезти ее обратно ко двору. В Хейпсе сейчас неспокойно. Ее следует короновать как можно скорее, чтобы избежать любых осложнений, которые могут возникнуть из-за затянувшегося вакуума во власти. Как бы он ни был взбешен вездесущим облаком политических махинаций, нависшим над всем, даже над горестной потерей Рей, Кайло понимал, что Дуча Илири была права. — Я сам отвезу Рей обратно в Скопление Хейпс, — прорычал он, — На моем дредноуте, под охраной моих войск. Алисон открыл рот, словно собираясь поспорить, но Лайрелосс урезонила его одним только взглядом. — Согласна с Вами, Император, — признала она, — грядут смутные времена. Консорциум должен видеть, что новая Королева-мать находится в сильной позиции. — И чтобы сохранить эту позицию, со всеми ее врагами нужно немедленно разобраться, — добавил Кайло, а его мысли лихорадочно метались, — Первый Орден лично возьмет на себя расследование уничтожения «Звездного Дома». Я считаю, что это печальное событие можно было предотвратить, если бы Консорциум поймал всех без исключения членов Совета Наследия. Очевидно, что это работа тех, кто сумел спрятаться в тени. Теперь, когда моя жена готовится к коронации, ее жизнь находится под прицелом. Я не стану рисковать. Лайрелосс поджала губы. — Этот вопрос не в вашей юрисдикции. Скопление Хейпс по-прежнему суверенно. Вам придется обсудить это с самой Кирой Ка Чуми, Император Рен. — Мы непременно это обсудим, — заявил Кайло, прищурившись. Было странно слышать, как Рей называют Королевой-матерью. Это было словно напоминание, что теперь он женат на самой могущественной женщине во всем Консорциуме Хейпс. Женщине, которую он будет защищать до последнего вздоха. Странно, как некоторые вещи могут ощущаться так легко и уверенно, словно были прописной истиной. Алисон нескромно опустошил большую часть бутылки с бренди. Невозможно было сказать, было ли его кислое выражение лица вызвано выпитым алкоголем или перспективой вторжения Первого Ордена в Консорциум Хейпс. — Мы должны отправляться как можно скорее, — сказал он Лайрелосс. — У нас есть еще пара часов, — ответила ему Лайрелосс к большому удивлению Кайло, учитывая ее практичную натуру. Однако вскоре ее рассуждения стали ясны, когда она продолжила, — Ее Величеству нужно перегруппироваться. Отдохнуть. Ей понадобится вся ее стойкость для того, что ждет ее впереди.

***

Рей проснулась опустошенной. Внутри словно был свинцовый груз, тянущий вниз каждый дюйм ее тела. Ее горло слепилось в один огромный сухой ком, а глаза опухли. В затылке нарастала мигрень. Она чувствовала себя дерьмово. Она не могла найти никакого утешения, даже в воспоминаниях о неловких, но милых попытках Кайло. «Я могу быть твоей семьей» – он сказал это так нежно и искренне. Если бы он только знал, насколько это невозможно в их нынешней ситуации, когда все основано на лжи и уловках. — Я должна сказать ему. Рей произнесла эти слова вслух в тихую комнату, где никого кроме нее не было. Услышав их, она наконец осознала их смысл, заставив новый курс действий закрепиться в ее сознании. Теперь ей было на чем сосредоточиться помимо смерти ее отца. В ее разбитом состоянии больше не могло быть места для сомнений. Она расскажет ему, она расскажет Бену, и он поможет ей, и вместе они победят зло, нависшее над Галактикой. Он был ее последней надеждой. В дверь осторожно постучали. Рей села и открыла ее усталым взмахом руки. Лицо вошедшей Дженасс было таким же прекрасным, как прохладные лесные сумерки, погруженные в задумчивость. — Эренеда, — обратилась к ней младшая фрейлина, и желудок Рей невольно сжался от беспокойства, — Я понимаю, что сейчас неподходящее время, но вчера вечером вы поручили мне и Ниоби кое-что... В общем, мы узнали то, что вы просили. Рей внезапно снова захотелось разрыдаться. Это не могло быть чем-то хорошим, не тогда, когда ее фрейлина стоит перед ней с потемневшими от страха и беспокойства глазами. Но слез не осталось. Она была измотана и поэтому просто ждала, когда Дженасс продолжит. — Прошло достаточно времени, прежде чем офицеры окончательно напились и стали говорить более свободно между собой и с нами, стало легче подслушивать и выяснять детали, — сказала Дженасс, — Указ об усилении безопасности – один из личных проектов генерала Хакса, получивший прямое одобрение Сноука. Ожидается, что император Рен подпишет его со дня на день. Он... по сути делает честным и законным то, что Первый Орден делал для подавления всех попыток мятежа, и призван реализовать эти контрмеры в более широких масштабах, — она сглотнула, а затем начала загибать пальцы, — Приостановка права на суд для подозреваемых в мятеже. Определение мятежника расширено и включает в себя сочувствующих и наблюдателей, которые не сообщают надлежащим органам о любой деятельности или присутствии мятежников. Акты мятежа, включающие критику правительства любыми средствами и отсутствие надлежащего отношения ко всем представителям Первого Ордена. Несовершеннолетние могут быть арестованы в соответствии с законом, снижающим возраст уголовной ответственности. Политика выжженной земли для миров, подозреваемых в пособничестве или укрывательстве любого члена Сопротивления. И, наконец, смертная казнь для всех обвиняемых в мятеже. Несколько долгих мгновений Рей тупо смотрела куда-то за плечо Дженасс. Правда заключалась в том, что Рей едва ли была удивлена. Она всегда знала, что Первый Орден не остановится, пока не получит абсолютный контроль над Галактикой – против этого боролось все Сопротивление, в том числе и Рей, приняв мантию джедая. Они хотели не допустить этого. И, судя по всему, Кайло свернул обсуждение этого указа на том злополучном утреннем совете именно из-за ее присутствия. Вот только был еще один последний проблеск надежды. И Рей не собиралась растрачивать эту возможность. — Я поговорю с Б... с Императором, — тихо сказала она Дженасс, — Этого нельзя допустить. Я заставлю его рассуждать здраво. — Как скажете, Ваше Величество, — Дженасс кивнула. Было что-то еще в ее глазах, когда она сделала реверанс и вышла из комнаты – что-то, что вызвало у Рей подозрение, будто бы фрейлина ее жалеет. Это терзало ее гордость, проникая глубоко под кожу, как особенно острый шип. Это чувство сохранялось и полчаса спустя, когда она отправилась на поиски мужа. Рей постучала в дверь его кабинета, и Кайло впустил ее, рассеянно нависая над кучей документов, разбросанных по всему столу. Она остановилась как вкопанная, когда их взгляды встретились. Мягкий свет уходящего дня просачивался сквозь окно, падая рваными тенями на волосы Кайло и его бледное лицо. Может быть, это Сила пыталась предупредить ее, а может быть – это была обычная человеческая интуиция, похожая на то, как бывалые мусорщики на Джакку могли предсказать погодный шторм тем же днем. Что бы это ни было, Рей посмотрела на него и в голове мелькнула мысль, что она больше никогда не увидит своего мужа. — Бен, — голос чуть дрогнул, пропитанный страхом и надеждой, — нам нужно поговорить.

***

Кайло приводил в порядок свои дела, готовясь к очередному отсутствию в столице. Хотя высшее командование было бы не в восторге, он рассчитывал успокоить их, закончив как можно больше работы до отъезда. Тем не менее, он не задумываясь бросил все, чуть только Рей вошла в его кабинет. На ней все еще было то черное платье, но она, очевидно, попыталась привести себя в порядок: бледное лицо в веснушках было вымыто, а волосы причесаны. Еще одна теплая волна прокатилась по всему телу, когда он встал и подошел к Рей. — Что случилось? Рей отступила. Она либо отвергала его, либо ей просто было необходимо пространство. Она ведь хотела обсудить что-то? Прежде чем Кайло успел об этом подумать, Рей снова заговорила. —Я знаю об Указе об усилении безопасности. Он замер. Всего на пару секунд, но это была резкая перемена в его настроении. Он знал и боялся того дня, когда она все узнает, но теперь и понятия не имел, что делать. — Как ты узнала? — Это имеет значение? — Ее глаза сверкнули. — Да, — Его кулаки сжались. — Хорошо, — она прикусила губу, а затем продолжила, — Ты не хотел обсуждать это, пока я была там, на совете, поэтому я послала своих фрейлин выяснить для меня детали вчера на бале. Твои офицеры определенно более откровенны, чем ты. Первой реакцией Кайло была ярость от того, что она делала это за его спиной. Затем ее быстро затмил стыд: в конце концов, он делал то же самое, и именно из-за его трусости у них был этот трудный разговор в день, когда вся ее семья погибла. — Тебе следовало спросить об этом меня. Жаль, что ты не сделала этого, — произнес он самым мягким тоном, на который только был способен, — Я планировал дождаться подходящего момента, чтобы обсудить этот вопрос. — Для такого нет подходящего момента, — сказала Рей, — Я всегда буду против этого, несмотря ни на что. Бен... — Она схватила его за руки, повернувшись к нему с искренним, умоляющим выражением, — Ты не можешь сделать этого. Это безумие. — Это обеспечит безопасность и мир во всей Галактике, — ответил он словами Сноука, когда указ еще был на ранней стадии обсуждений, — невиновным нечего бояться. — Как вы вычислите невиновных, если даже справедливого суда дать не в состоянии? — возразила Рей, — О каком мире может идти речь, если вы сравняете с землей целые планеты? Как люди могут чувствовать себя в безопасности, когда над их головами постоянно висит угроза смерти? — Ты преувеличиваешь, — процедил Кайло сквозь стиснутые зубы, заставляя себя быть терпеливым, быть мягким, потому что Рей всегда заслуживала только мягкости, — Указ призван залатать трещины в нашей безопасности и ограничить движение Сопротивления. Я отложил его ратификацию, чтобы дать людям время привыкнуть к тому, как действует Первый Орден. Дать им возможность отказаться от преданности предателям, едва они увидят, как улучшилась система под руководством постреспубликанского руководства. Я не подпишу этот закон, если не посчитаю, что Галактика к нему готова. Но я думаю, что она готова, Рей. Ее тонкие пальцы сжали его рукава. — Если ты действительно веришь, что Галактика готова подчиниться тотальному авторитарному правлению, — медленно произнесла она, — то почему Сопротивление все еще на свободе? Кайло вырвался из ее хватки и уязвленный попытался отвернуться, но она не позволила ему это сделать. — Бен, послушай меня, — умоляла она его, — Всегда найдутся те, кто думает, что все может измениться к лучшему. Такова уж сущность людей. Если ты ратифицируешь этот указ, ты узаконишь убийство тысяч таких людей. Может не сейчас и не в ближайшие пару лет, но это произойдет. — Тогда это произойдет, — холодно сказал Кайло, — ради всеобщего блага. Сопротивление уже убили Дизру... — Нет никаких доказательств! — Кто еще это мог быть? — он возразил, и это заставило ее сжать губы, не имея ответа на заданный вопрос, — Ты считаешь, я должен просто отмахнуться от этого? Все мои офицеры будут убиты один за другим, потому что я был слишком слаб, чтобы поступить правильно? — Это неправильно, — Рей снова готова была разрыдаться, и гнев Кайло тут же поутих, ведь она снова плакала из-за него. Он всегда заставлял ее плакать, — Я понимаю, что многие из Высшего командования и даже Сноук хотят немедленного принятия указа, но ты – Император, Бен. Ты не должен подчиняться чьим-либо требованиям. — Кроме твоих, я полагаю? — не удержался он от резкого ответа, потому что Рей задела его за живое. Рей яростно покачала головой. — Я ничего не требую. Я только прошу, чтобы ты хорошенько подумал об этом, чтобы ты принял во внимание и мое мнение. Чтобы мы работали вместе, как ты и обещал. Я... я смогу выиграть время и сделаю это по всем правилам – подам официальную апелляцию вместе с теми, что я уже составила по другим проектам. Я могу сделать больше встречных предложений... — Уже слишком поздно, — Кайло отошел, вернувшись к своему столу. — Нет, это не так, — запротестовала Рей, преследуя его, — Ты можешь отложить ратификацию, как ты это сделал с Указом о терраформировании и предложением о снижении возраста уголовной ответственности... — Я больше не могу откладывать ратификацию ни одного из них, — прервал ее Кайло, в его голосе слышалась горечь и поражение. Он сел, ссутулившись, полный сожаления, истощения и отчаяния от того, что сейчас должно было произойти. Рей резко остановилась, глядя на него сверху вниз через стол. — Что ты имеешь в виду? — Он чувствовал зарождение ее паники и растущее чувство страха, исходящих от ее Силовой подписи. Рей знала, что он собирался сказать. — Убийство Дизры полностью перетряхнуло умы Верховного командования. Даже самые умеренные во взглядах хотят быть уверены в силе Первого Ордена в Галактике – в наших силах реструктурировать ее и сохранить контроль. Сноук хочет, чтобы все эти законы были реализованы как можно скорее. Если бы я попытался притормозить их, у меня не было бы ни его поддержки, ни поддержки большинства из командования, — Кайло беспомощно, но решительно посмотрел на жену, — Я собираюсь сегодня же подписать все три указа, Рей. Мне жаль.

***

Время, казалось, замерло. Момент, застывший в свете уходящего дня и звенящий в ушах последними словами Кайло. Рей чувствовала, что начинает терять сознание, не в силах выдержать еще один сокрушительный удар за день. Ей нужно было сосредоточиться, пока она еще в здравом уме. Было еще одно, что она могла сделать, все еще был способ спасти их. Она могла рассказать Кайло о Сопротивлении. Если правда когда-нибудь выйдет наружу, что Консорциум почти год укрывал силы генерала Органы, не было никаких сомнений, что в соответствии с Указом об усилении безопасности альянс рухнет, и Первый Орден будет жаждать крови хейпсианцев. Возможно, она даже сможет уговорить его на свой смутный, совершенно непродуманный план по победе над Сноуком... Но на кону стояло так много жизней. Могла ли она действительно рискнуть всем, основываясь на своем «а что, если?», на том, что существовало только между ними двумя? Несмотря на стойкость его преданности, он оставался нестабильным во всех других аспектах. Прошло не так много времени с тех пор, как он пообещал ей свою преданность и обнимал ее, пока она скорбела по близким. Но разве не он только что буквально плюнул в лицо последней рушащейся надежде? — Есть мужчины, — сказала Дженасс, — чьи сердца словно пустыня. Вырастет в итоге что-нибудь из побега в пустыне или нет, зависит только от мужчины. Как долго Рей сможет нести это бремя, когда на ее плечах и так слишком много всего? Она вспомнила жалость в глазах Дженасс и обнаружила, что с каждой секундой, пока она стояла там и смотрела на мужа, пока новый поток слез выжидательно собирался у края ее век, она чувствовала все больше ярости. Ярости за то, как она могла быть таким жалким и плаксивым существом, умоляющего мужчину образумиться. Она прибыла на Корусант в поисках Бена Соло, но ее инстинкты всегда были верны. Бен Соло всегда будет просто еще одним сном. Был лишь Кайло Рен, единственный выживший. Рей расправила плечи. Она сделала свой выбор. — Понятно, — наконец сказала она, спокойно и мрачно, — В таком случае, я закончила. Мне пора собираться. — Я полечу с тобой, — сказал Кайло, — Мы возьмем Ересиарх и его полный военный состав... — Нет, — прорычала Рей, — Ты остаешься здесь, чтобы подписать свои драгоценные указы. Он вздрогнул. — Я понимаю, что ты сердишься, но тогда возьми мой дредноут или хотя бы часть моих солдат. Это небезопасно... — Нет, — повторила она. — Рей, — на секунду Кайло показалось, что он вот-вот снова поднимется из-за стола, но замер, когда ее глаза предостерегающе сузились. Она наблюдала, как его правая рука дрогнула, словно он собирался протянуть ее в безмолвной мольбе, но потом передумал и положил руки в перчатках на стол, — Ты не можешь... — Наоборот, — сказала Рей, и только тогда она позволила ледяной ярости просочиться в ее голос, — Я могу делать все, что захочу. Я — Королева-мать Консорциума Хейпс. И с этими словами она развернулась на каблуках, направившись прочь из его кабинета. Она почти оглянулась, но сумела остановить себя в последнюю секунду. Победа почему-то оказалась на вкус ужасно соленой.