220 вольт

Последние часы перед выступлением Чонин провёл будто в коме. Он плохо осознавал, что происходило, где он находился и с кем. Чонин двигался на автопилоте, в своей голове постоянно повторяя отдельные элементы танца, который он должен был представить на сцене. Сехун пытался достучаться до него, заставить поесть и попить, но попытки раз за разом проваливались. Чем ближе становилось выступление, тем глубже Чонин проваливался в свой собственный мир, в котором значение имел только танец. Очнулся Чонин внезапно и даже болезненно. До выступления ещё оставалось время, и он с Кристи, а также другие танцоры из их команды спускались вниз по узкой лесенке, освободив сцену для других участников. Погружённый в свои мысли Чонин не заметил даже, что лесенка уже закончилась, закономерно оступился и едва не полетел вперёд, но был вовремя подхвачен и поставлен на ноги. - Спасибо, - машинально пробормотал Чонин, сделал глубокий вдох и замер, как кролик перед удавом. Он узнал запах, узнал тепло и силу рук, которые его поддерживали, и так растерялся, что не нашёлся, что и сказать. - Вы в порядке? - голос он тоже узнал, но он сейчас звучал официально и холодно, как будто его не узнали. Или не знали вовсе. - Я… - Чонин моргнул. – Я… Да, в порядке. - Отлично, - ощущение тёплых сильных рук пропало, Чонин снова остался один, и это одиночество внезапно больно ударило по оголённым нервам, стегнуло по спине, как плеть жестокого надсмотрщика. - Я… - Чонин попытался было привлечь к себе внимание, но увидел только затылок Чунмёна, который удалялся с кем-то в противоположную сторону. – Сехун! – Чонин наконец начал осознавать реальность. – Эй! - Ты чего орёшь? – Сехун всё это время болтался неподалёку. У него не было соло, поэтому чувствовал себя он куда спокойнее и увереннее. - Он меня не узнал! - Кто? – искренне поразился Сехун. - Чунмён! Он помог мне устоять на ногах, а потом отошёл с таким видом, как будто впервые меня увидел! – запальчиво рассказывал Чонин. – Что я ему сделал? Я же сказал, что последний день буду заниматься, я не мог позвонить… - Да перестань ты орать, - Сехун даже рот ему рукой закрыл. – Ты вообще соображаешь сейчас хоть что-нибудь? - Я? - А кто ещё? Ты посмотри, где ты находишься! Это пространство за сценой, здесь кругом чужие глаза и уши. Ты думаешь, никто тебя не видит? Так вот, ты ошибаешься. И даже с этого момента, где он поймал тебя возле лестницы, будут фотографии. И если бы он заговорил с тобой, как обычно говорит, всё стало бы очевидно, - Сехун закатил глаза. – Неужели ты не понимаешь, что он опять прикрыл твою задницу? - Прикрыл? - Да начни же ты думать! – Сехун встряхнул его за плечи. – Представь, если выйдут статьи, что у вас что-то есть. А потом ты уйдёшь в его компанию… - Да не тряси ты меня! – Чонин вывернулся. - А ты не психуй. Ты так чудесно думал о своём выступлении, вот и думай дальше, - Сехун тяжело вздохнул. – Я и не думал, что ты такой нервный. - А сам? - Я в порядке, - Сехун оглянулся, а потом придвинулся к Чонину почти вплотную, зашептал ему на ухо: - Кёнсу заберёт меня вечером после выступления. - Тебе повезло, - Чонин покосился на него. – Зачем ты мне это рассказываешь? - Просто так, - Сехун чуть смутился. – Если тебя это напрягает, я не буду рассказывать. Ты давно мог бы сказать. - Меня сейчас всё напрягает, - признался Чонин. – Я не могу так… Он же мог предупредить, как мне надо себя вести. А если бы… - Обошлось же, - Сехун отодвинулся. – Давай, скоро уже всё начнётся. Чонин кивнул. Он глубоко подышал, заставил себя успокоиться, и снова сосредоточился на танце, который ему предстояло показать. Он надеялся, что Чунмён увидит его и сможет оценить, каков Чонин на сцене. Кристи перехватила его у дверей гримёрной и затащила в какое-то помещение, по всей видимости, подсобное. - Котёночек, - Кристи прижала Чонина к стене и попыталась поцеловать. - Кристи, - Чонин отшатнулся, ушёл от прикосновения, а потом и вовсе вывернулся, отступил на несколько шагов. – Мы же договорились! - Конечно, - она улыбнулась так приторно, что у Чонина свело зубы от сладости. – Конечно, мы договорились, котичек. - Тогда что мы здесь делаем? - А настроиться на выступление? Разве тебе не хочется хорошо выступить? – Кристи приблизилась снова, положила ладони с длинными ногтями Чонину на грудь. - Хочется, - Чонин вздохнул. - Не хочешь напоследок? – ладонь Кристи скользнула по голому животу Чонина вниз, за ремень брюк. - Нет! – Чонин едва не взвизгнул, откинул от себя руку Кристи и отступил назад, упёрся в стену за своей спиной. – Кристи, не трогай меня, пожалуйста! - А то что? Закричишь? - А если и закричу? – Чонин огляделся по сторонам, но в тёмной подсобке ничего толком не было видно, он сунул руку в карман и на ощупь включил запись на своём телефоне. - Тогда можешь забыть о дебюте, - холодно заметила Кристи, и вся её приторность исчезла в один миг. – Газетные заголовки будут просто невероятными. Стажёр напал на звезду. Попытка изнасилования на международной церемонии награждения… - Ты не посмеешь, - полузадушенно пробормотал Чонин. - Я не посмею? – искренне удивилась Кристи. – А кто мне помешает? Ты, что ли? Защитников у тебя в компании нет, я проверяла. Ты никто и звать никак. И единственная причина, почему ты до сих пор не вылетел, это потому, что мне нравится твоё тело. Хотя в постели ты, конечно, так себе, но это всё равно лучше, чем те, кто там был до тебя. Кстати, как думаешь, я понравлюсь твоей мамочке? У такого сладкого котичка наверняка очень любящая мамочка? Да-да, я помню ту бешеную суку и шавку… Я уже подготовила иск, - Кристи снова улыбнулась. – А когда твоя мамаша будет сидеть в суде, я расскажу, как трахала её сыночка. Или… Нет, знаешь, я сделаю лучше, - Кристи облизала губы. – Я расскажу, что ты заставил меня с тобой спать. Я же бедная девочка, как я могу сама кого-то принудить к сексу… - Что вы здесь делаете? – дверь подсобки распахнулась, и на пороге показался Чжан Исин. – Опять ты за старое? – он ловко накрутил волосы Кристи на руку и вытащил её из тесной комнатки. – Я же тебя предупреждал! - И что ты мне сделаешь? – Кристи выкрутилась, отскочила на шаг, чудом устояв на своих шпильках. – Ты думаешь, тебе всё можно? - Мне можно, - хореограф улыбнулся гаденькой улыбкой. – А тебе бы я посоветовал заткнуться и идти готовиться к выступлению. - Пошёл ты! – Кристи резко развернулась и через секунду исчезла из коридора, оставив Чонина на растерзание Чжан Исину. - А с тобой… - Я не хотел, - Чонин позволил себе перебить. Его трясло от злости и ненависти, в первую очередь, к себе самому. Как он мог? Как он мог подобное допустить? – Я не собирался ничего с ней делать! Она вообще мне не нравится! - Молчать! - Ещё чего! – Чонин вспыхнул. – Она угрожала моей маме! - Что? – Чжан Исин опешил. – Маме? - Вы думаете, я сошёл с ума? – Чонин наступал, вынуждая Чжан Исина пятиться назад. – Я бы такое не выдумал. Она сказала, что обвинит меня в изнасиловании. И что подаст иск на мою маму! Не многовато ли за то, что я просто не хочу больше быть её тренажёром для секса? - Тише, не ори, - вполне человечным тоном заметил Чжан Исин, и это подействовало на Чонина даже более эффективно, чем ведро воды, вылитое на голову. – Я тебя услышал, - Чжан Исин вздохнул. – Я подумаю, что тут можно сделать. - Я хочу уйти из компании, - признался Чонин. - А деньги? - Да плевать, - Чонин махнул рукой. – Я уже говорил с родителями, мы заплатим, - Чонин посмотрел на хореографа другими глазами. – Я выступлю сегодня – и уйду. А вы… Вы не такая сволочь, да, как кажитесь? - Я кажусь сволочью? – Чжан Исин хмыкнул и на удивление не разозлился. – Да, пожалуй, ты прав, - он потёр лоб. – Но иначе там не выжить. Или ты сволочь и идёшь по головам, или идут по тебе. - А почему вы не уйдёте? - Куда? – он невесело засмеялся. – Ты думаешь, за мной большая очередь стоит? Я хотел сменить компанию уже не раз и не два, на всякие собеседования ходил, с руководством встречался. Но в моих услугах не заинтересованы. - Потому что вы ставите не танцы, а какое-то порно, - Чонин решил быть честным до конца. - Я ставлю такие танцы, которые подходят номерам тех, с кем я работаю, - Чжан Исин вздохнул. – Так, Чонин, времени в обрез. Хватит откровенничать, иди готовься, я прослежу, чтобы вне сцены она была подальше от тебя. Но имей в виду, если хочешь выжить, беги отсюда как можно дальше. - Я завтра же пойду к руководству, чтобы обсудить условия увольнения и выплаты неустойки, - пообещал Чонин. - Не думал, что скажу это, но это правильно. Всё, давай, удачи тебе! - Спасибо, - Чонин прошмыгнул мимо хореографа и рванул в гримёрную. Там толпились взволнованные и нервные танцоры, в тысячный раз поправлялись сценические костюмы и причёски, оттачивались движения, которые и так были вбиты в подкорку до автоматизма. - Где ты был? – зашипел на Чонина Сехун. – Нам выходить вот-вот… - Я уже готов, - Чонин наконец выключил запись и спрятал телефон среди своих вещей. Эта запись могла стать его единственным оружием, если вдруг Кристи взбрело бы в голову воплотить свою угрозу в жизнь. Чонин заставил себя мыслить хладнокровно. Сейчас ему нужно было собраться и выйти на сцену, и танцевать с Кристи так, словно она была самой желанной женщиной на свете. Потому что это выступление было его официальным дебютом, его шансом заявить миру о себе как о перспективном и одарённом танцоре. Он должен был показать, чему научился, должен был произвести впечатление, понравиться и запомниться. Он должен был убедить Чунмёна, что тот не ошибся. Подумав о Чунмёне, Чонин слегка приуныл. Всё же, Чунмён слишком сильно на него действовал, слишком болезненно. Чонин хотел его одобрения, его похвалы, хотя бы тёплого прикосновения, но из последних воспоминаний у Чонина остался только сухой тон и всякое отсутствие заинтересованности. Чтобы хоть чем-то занять руки, Чонин сунул их в карманы своего пиджака и вздрогнул, нащупав пальцами что-то тонкое и металлическое. Спешно вытянув руку, Чонин поднёс к глазам изящную цепочку сложного плетения, украшенную затейливым длинным кулоном. Откуда это украшение, явно очень дорогое, вообще взялось в его кармане? Не Кристи же его подложила! И явно не Чжан Исин, тот вообще к нему не приближался. Сехуну тоже незачем было делать ему такие подарки, у него для этого был До Кёнсу. Откуда же? Чонина осенило. Когда он падал с лесенки, а Чунмён его подхватил, удержал за пояс. Чонин чувствовал движение рук по своим бокам. Наверняка тогда цепочка и оказалась в его кармане. У Чонина не было иного способа проверить свою догадку, поэтому он просто откопал свой телефон, схватил его и спешно набрал сообщение: «Спасибо». «Пусть она принесёт тебе удачу сегодня. И придаст сил, раз я сам не могу этого сделать. Я буду смотреть на тебя вместе со всем миром». Чонин крепко зажмурился. Как он вообще мог сомневаться. Чунмён действительно его любил, защищал и оберегал всеми доступными способами. Он постоянно думал о том, как было бы лучше для Чонина, в то время как Чонин действовал импульсивно, под действием эмоций и порывов. Отдышавшись, Чонин застегнул цепочку на шее, поправил её и одними губами прошептал своему отражению: - Он тебя любит! - Вперёд! – Сехун неожиданно оказался сзади, хлопнул его по плечу. – Наша очередь. Готов? Я что-то боюсь пиздец как… - Я тоже боюсь, - соврал Чонин, который внезапно перестал бояться вовсе. Найдя в своём кармане подарок Чунмёна, он словно успокоился внутри, ощутил себя защищённым. В таком состоянии он мог свернуть горы, повернуть вспять реки и даже заставить землю крутиться быстрее. Он чувствовал себя сильным и уверенным, чувствовал себя на своём месте. У сцены, на которую он собирался выйти сейчас, просто не было шансов устоять. Чонин собирался покорить её и весь мир. Три минуты выступления пролетели так быстро, что Чонин даже опомниться не успел. Вот он поднимался по лесенке, чтобы выйти на ярко освещённое пространство, а вот уже спускался вниз с другой стороны. Кристи двигалась перед ним, но он даже не замечал её, всё ещё погружённый в атмосферу выступления. - Молодец, - Чжан Исин выхватил его из толпы, вытащил к себе и оглядел с головы до ног, как будто впервые увидел. – Ты хорошо справился. - Спасибо, - Чонин встряхнул головой, словно включился. – Всё уже? - Всё, - хореограф кивнул. – Но уезжать пока нельзя, потом ещё нужно будет выйти всем на сцену на финальный поклон, а это ещё часа через полтора. Посидите в гримёрке, я скажу менеджерам, чтобы вам принесли поесть. Только с костюмами осторожно… - Спасибо, - Чонин ещё раз поблагодарил, поклонился даже и шмыгнул в гримёрку раньше, чем хореограф успел его остановить. - Смотри, уже фанкамы есть, - Сехун тут же поймал его за рукав и утащил в дальний угол. К ним тут же присоединилась Йерим, но сейчас Чонин был только этому рад. Ему хотелось немного перевести дух, а компания друзей идеально для этого подходила. – Да смотри же ты, - Сехун буквально в лицо ему ткнул телефоном. – Вот! Смотри! - Я смотрю, - Чонин перехватил телефон. Смотреть на себя со стороны было странно и непривычно, но Чонин не мог оторваться. Он оценивал каждое своё движение, каждую позу, каждый жест. – Так странно. - Что странно? - Непривычно на себя смотреть, - Чонин запустил видео с самого начала. – Кажется, что это кто-то другой… - Кристи ошибается так часто, - заметила Йерим, ткнув пальцем в экран телефона. – И вот здесь, смотри… - А что я мог? – Чонин пожал плечами. – Я вообще не слишком присматривался, что она там делала. - Это и видно, - Йерим хмыкнула. – Вы как будто два разных танца танцуете, - она забрала у Чонина телефон, принялась искать другие видео. – Ты на неё совсем не смотришь. - Спасибо, я насмотрелся, - Чонин вздохнул, откинул голову на стену и закрыл глаза. – Я хочу домой. - И я, - согласился Сехун, пристроив голову Чонину на плечо. – Сейчас бы на диван к телевизору… И поесть что-нибудь. - Поесть вроде принести должны, - Чонин вздохнул. – Я завтра пойду обсуждать разрыв контракта. Не хочу больше… - Завтра? – Йерим вскинулась, уставилась на Чонина во все глаза, но тот даже не пошевелился. - Я устал от этого, - он махнул рукой. - От чего ты устал? – Йерим поморщилась. – От сольного номера? От выступления? От того, что тебе в задницу дули всю дорогу? - Слушай, - Чонин открыл глаза и сел прямо, стряхнул Сехуна с плеча и посмотрел на Йерим: - когда ты обнаружишь свою юбку на ушах, а в заднице у тебя будет двигаться чей-то член, ты меня вспомнишь. А пока ты вольна думать обо мне всё, что угодно. - Да пошёл ты! – Йерим вскочила и бросилась вон из гримёрки. - Зря ты так, - заметил Сехун. – Мог бы и нормально ответить. - Могла бы и подумать, что никто здесь никому просто так не дует. За всё надо платить, - Чонин снова прикрыл глаза. – Я очень устал.