В прозе собственной души

Я так долго искала тебя в толпе, чтобы, увидев, замереть от восхищения. Писала письма, ударяя по клавишам, тщательно подбирая слова, чтобы меня не поняла ты превратно. Если честно, меня запугали в школьных стенах. Стеснялась своих чувств, выражать их — тем более. Мы все должны были быть схожи, а меня бы тогда точно забуллили. Я опускала глаза, когда проходила ты мимо, оборачиваясь тебе после вслед. Знала наизусть твоё расписание, бесконечно путешествуя по этажам и длинным коридорам. За столом одноклассницы обсуждали парней, а я всё смотрела на твою улыбку, пока стыл и так уже холодный обед. Правда, не понимала сути происходящего, ведь мне раньше никто не нравился. Читала статьи, смотрела фильмы, погружаясь в страх быть распятой. Изучала твою страницу, наполняясь любимыми тобою вещами. Мне казалось, что ты тогда, буквально, собрала меня по частям, но твоя скромность заметила: «Ты сама всё открыла в себе, моё присутствие лишь помогло сделать это раньше». Мы пропадали в кабинете психолога, пропуская уроки; сидели напротив, ты ждала моих слов, но я невольно терялась в потоке фраз. Пока молчала, ты от волнения сточила карандаш, оставив лишь малый отрезок, что нельзя было удержать в руках. «Я не такая», — как приговор совсем не себе. Следующим утром, заходя в здание, мне казалось, что все всё знают, что ты с каждым поголовно поделилась секретом, но продолжала упрямо и нагло смотреть мне в глаза. Между нами тишина среди редких переписок. Между нами понимание среди тысячи лишних слов, в которых нет правды. Их бесконечное пустословие просто фон для нас, и не более. Я не выполняла половину задания, чтобы увидеть тебя на пересдаче, где ты просто сидела, хлопая красивыми глазками и давая понять: «Вообще не понимаю эту математику». Я не понимаю жизнь, но знаю тебя уже больше её трети. Слышала массу неприятных вещей о тебе, твои подруги мне не нравились вовсе, твоё платье всё короче, всё выше каблук, ты на них стала безумно похожа, уехала и будто исчезла. Без тебя в городе тихо и холодно. Я отвыкала, стирала из памяти, будто что было, уже совсем не считалось. Твой лайк — моё сообщение. Логично было быть ближе к тебе, но поезд унёс меня гораздо дальше. В сложные периоды набирала тебе снова послания, ты слушала внимательно, пытаясь разложить ситуацию по полочкам, и позже призналась: «Оказывается, я такая». Ты всё чаще пропадала в клубах, я же в потоке людей становилась похожей на своих друзей. Нас с тобой занесло, и больше не вернуться назад, где развязно не трогали нас чужие руки, где мы не совершали что-то из ряда вон выходящее. Мы в край потерялись, став ещё больше похожими. «У тебя кто-то есть? Хотя, наверное, это не моё дело». Не знаю. Возможно, твоё, и всегда им было. Спаси меня от меня. Пусть зима, наконец, из сердца уйдёт и не вернётся назад. На экскаваторе вверх ты встанешь на ступень выше, вниз — опустишь ниже меня, чтобы быть на одном уровне. Я в голос смеюсь, ты покачиваешь головой. Не надела каблуки, чтобы сегодня не быть похожей на своих подруг. Мы откликались на одно имя и смеялись, что и их зовут одинаково. Ты всё достигнутое бросала, летела к ней, чтобы услышать отказ. Я уезжала к своей, чтобы увидеть в последний раз. Ты промолчала, чтобы не беспокоить впустую. Я написала крайний «привет», чтобы исчезнуть ещё на год. Ты рисовала на холсте красоту, я марала листы грязной правдой. Запрятавшись в четырёх стенах, не желала впускать никого. Ты живёшь внутри светлым воспоминанием, но какой фильм мы сегодня обсудим, мой друг?