В прозе собственной души

Если бы меня попросили описать нас с тобой парой слов, то красное вино и кресты, твоё недовольное лицо и стыд. Мы с тобой не знакомы, я в твоей жизни аноним, которого ты впустишь за порог лишь при наступлении сумерек. Меня не знаешь, ни разу не слышала и, видимо, кому-то другому звонила, обливаясь слезами. Опасалась сплетен, уничтожая намеренно, что пытались с тобой мы сберечь. Посадила себя в клетку, я зачем-то села рядом и не двигалась с места, будто взяла за бардак в твоей жизни ответственность. Я так сделаю с другими ещё не раз, решив, что в состоянии их от них же самих спасти. Мне тогда было не под силу понять: не по волшебству мы друг к другу притягиваемся, и бабочки здесь совсем не при чём. Ты, как она, родилась в мае, а ещё строга и критична. Мои шутки несмешные и тексты дурацкие; к тебе по телефону ежедневно придиралась мать, ища изъяны. Но ты же будто модель и меня умнее в разы, совершенно не понимая, зачем со мной время теряешь. Тебе нужен тот, на кого кричать можно 24/7; мне необходим хейтер в кровати, чтобы поставить его вскоре раком. Как будто током по рукам нервы, терпеть больше невозможно. Метаешь тарелку в стену, меня покрывая трёхэтажным матом. После будешь ты плакать, тянуться руками. Я тебя не люблю, но обнимаю. Лучше б ты ушла первой, лучше б я свалила сразу. Но мы всё тянули, день за днём не выплёвывая жвачку, что потеряла свой вкус. Я, конечно, никто, но меня ты ревнуешь, за спиной ему набирая поэмы, как тебе плохо. Он приедет с цветами и останется на ночь. Твоя мама, конечно, религиозный фанатик, но её ты боишься. Я хуже всех, и меня она проклинает. Ты, конечно, не согласна, но кольцо наденешь. Он, словно рыцарь, спасёт твою репутацию, на которую, ты удивишься, но всем наплевать. Вы, конечно, через год разведётесь. А я, сняв крестик, уеду с другой, тебе не сказав, куда и насколько.