Full circle

      На восемьдесят девятой своей жизни они снова, наконец-то, Гарри Поттер и Том Риддл (Лорд Волдеморт).       - Ах ты ж мудак, - прошипел Том после убийства Лили Поттер, опуская свои глаза на Гарри Поттера. Воспоминания вернулись без всяких привет, как дела, и все, что он мог сделать - это опустить палочку и ущипнуть себя за переносицу. Он столько раз переживал подобное, что более не беспокоился из-за этого.       - Прости за это, - поморщился он, глядя на младенца в колыбели.       Гарри Поттер ответил ему настолько невозмутимым взглядом, насколько ребенок его возраста мог.       - Все не так, как я запомнил! Она загораживала тебя собой, - сказал Темный Лорд почти защищаясь, и Гарри закатил глаза.       Гарри поднял руки в универсальном детском жесте «возьми меня, блять, на руки», и теперь уже Том закатил их.       - Я клянусь богом, Поттер: если ты блеванешь или обмочишься на меня, я-       - Джеймс! - отчаянный крик прозвучал с нижнего этажа, и оба повернули головы в его направлении. Затем они глянули друг на друга и кивнули в согласии.       - Верно, пора идти.       И не прошло и секунды после того, как Том аппарировал их прочь, как в детскую ворвался Сириус Блэк, чтобы увидеть остывающий труп Лили.       А теперь как это все началось:       Гарри Поттер (первый раз) прожил полноценную и в основном мирную жизнь. Он был аврором какое-то время, что было, ну, нормально. Но как только его драгоценная Лили Луна пошла в Хогвартс, он тихо уволился и поступил на должность профессора по Защите. Он преподавал в течение добрых двух десятилетий, прежде чем уехать вместе с Джинни в мировое турне, возвратясь только после рождения их третьего внука. Затем он спокойно умер, окруженный друзьями и семьей, доказывая, что да, драконья оспа может убить даже старого доброго Гарри Поттера.       Можно сказать, что его жизнь после Волдеморта была довольно... скучной.       Но когда он обнаружил себя на Призрачном Кингс-Кроссе после своего последнего вздоха, он был абсолютно сбит с толку, даже не особо понимая, чем... конкретно. Затем он увидел Тома Риддла - выглядевшего совершенно по-человечески и целым - раздражающе сидевшего на единственной скамейке, и сказал первое, что пришло ему в голову:       - Что тут бл-       - Как раз вовремя, чтобы... - начал зло Том как раз перед тем, как все стало белым.       Следующая вещь, которую Гарри осознал, было его бытие как двадцатидвухлетнего Александра Бейкера, только что пересекшегося взглядом с девятнадцатилетним Уильямом Терренсом и переполненного воспоминаниями о своей жизни как Гарри Поттера. Уильям так же был менее, чем доволен.       - Поттер, - прошипел Уильям... Или нет, Том. - Что ты сделал?       - Что заставляет тебя думать, что это моя вина?! - возмущенно выплюнул Александр/Гарри.       - Это всегда твоя вина!       Они упорно отказывались взаимодействовать друг с другом в течение, примерно, четырех жизней после этого и честно могли бы продолжить, если бы не определенное вмешательство.       - Смотрите, - фигура в темном плаще с капюшоном звучала почти раздраженно, - ваши души связаны между собой, окей? Поэтому вы оба будете ждать друг друга каждый раз, когда один умрет, затем переродитесь в хренегознает где и когда, а после неизбежно встретитесь снова, восстановив свои воспоминания прошлых жизней.       - Но почему? - Гарри не хныкал, правда.       Фигура пожала плечами:       - Как я и сказал, вы соулмейты.       - Это отвратительно, - уныло заключил Том, и Гарри почувствовал себя одновременно обиженым и в согласии.       - Обвиняйте Дары или Смерть! Но серьезно, ты, - указал он на Тома, - ты тот, кто сделал его хоркруксом на более, чем десять лет. А ты, - перевел свой палец на Гарри, - тот, кто стал Повелителем Смерти. Так что технически вы двое сами себя закопали.       - Что за дерь-       - Ох, посмотрите на время, пока!       И чертов белый свет. Снова.       На их одиннадцатой жизни они наконец решили быть взрослыми людьми и поговорить. Тот факт, что в десятой жизни Гарри и Том были отцом и сыном соответственно (и это не было травмирующим опытом для них обоих), являлся одним из переломных моментов.       К восемнадцатому перерождению они стали почти друзьями (оба были девушками, учащимися в пансионе только для девочек, и они правили этим местом железным кулаком).       С номера двадцать пять они стали спать друг с другом тогда, когда разница в возрасте не была слишком большой, чтобы заставить их чувствовать дискомфорт или получить тюремный срок (на двадцать девятой Гарри позволил Тому, в его тридцатитрехлетней инкарнации, забрать девственность своего шестнадцатилетнего тела, что почти привело к смерти Тома через пули его очень взбешенного отца).       В двадцатой, тридцать седьмой и пятьдесятой жизни они были кровными родственниками (однажды как сироты, один раз как дети трудящейся на трех работах матери и один раз как часть большой любящей семьи, больше похожей на Уизли).       На тридцать четвертой, тридцать девятой, сорок второй, сорок шестой, пятьдесят восьмой, пятьдесят девятой, шестьдесят третьей, шестьдесят пятой, шестьдесят шестой, семьдесят первой, семьдесят третьей, восьмидесятой и восемьдесят четвертой они даже были женаты. Иногда из-за удобства, иногда из-за необходимости, но еще больше, как ни странно, из искренней привязанности: бог знает, более дюжины жизней, когда они не могли даже посмотреть друг на друга, но...       Эта выглядящая почти бесконечной череда возрождений была их новым настоящим. Прыгая в разные точки времени, как разные люди каждую реинкарнацию, но всегда, неизменно, предназначеные встретиться. Это было...       Что ж, это меняет людей. И, возможно, привило им несколько извращенное чувство юмора, потому что в последнее время им действительно нравилось издеваться над окружающими. Из принципа. (Просто постоянно жить своей жизнью быстро становилось скучным).       Жизнь номер восемьдесят девять? Как Гарри Поттер и Лорд Волдеморт? О, они собирались выдоить из этого все, чего оно могло стоить.       Ежедневный Пророк, 1 ноября 1981:

Темный Лорд мертв?

Последний отпор Поттеров

      И на 2 ноября:

Гарри Поттер: Мальчик, Который Выжил!

      Находясь в частном коттедже во Франции, Том фыркнул в свой чай. Чтобы Дамблдор не думал сделать, это должно было быть интересным. Гарри, по крайней мере, собирался получить от этого удовольствие.       Говоря о его хоркруксах...