The Making of Adrinette / Создавая Адринетт

// Конец лета; первый школьный день. Полуденное солнце приятным теплом согревало Габриэля, мирно отдыхающего в одном из шезлонгов. С его балкона открывался отличный вид на пляж. Будучи в приподнятом расположении духа, он даже мог себе представить, как Адриан задорно плещется на волнах, наслаждаясь жизнью и молодостью. У него впереди целая жизнь. Казалось, вечность прошла с его собственного совершеннолетия. С улыбкой он задумчиво потирал рукава своего пиджака. Он не знал ещё, насколько серьёзно он болен. Оставалось только надеяться, что его время ещё не вышло. Ещё немного времени. Оно безвозвратно утекало сквозь пальцы, и он не мог позволить себе тратить его впустую. Планы нужно было воплотить в жизнь. «Пока есть время, — думал он, наблюдая за волнами, накатывающими на пляж, — я должен успеть». Габриэль вздрогнул от мысли о том, сколько ещё всего ему нужно было успеть. Лишь бы хватило времени. Он не мог и не собирался позволять себе не довести свои планы до конца. — Ещё хоть день, — прошептал он в пустоту. Всё, о чём он просил. Ещё день. Вскоре до его ушей донёсся мерный стук каблуков Натали. Уже через минуту она вошла в их общую комнату. — Вы готовы? Вылет через два часа, — сказала она, облокотившись на дверной проём. Он с улыбкой взглянул на неё и лишь кивнул в ответ. Его взгляд зацепился за её ноги, облачённые в джинсы, и свободную рубашку. Он не мог припомнить, когда в последний раз видел её такой расслабленной и спокойной. Габриэль всё также ощущал висевший в воздухе вопрос, особенно после последнего приступа, так неожиданно настигшего его. Но Натали не озвучивала его, она знала, что рано или поздно он сам все ей расскажет. Такой уровень доверия поражал его. Из всех людей, окружавших его, он менее всего ожидал, что именно она останется рядом и будет доверять ему. Особенно после того, как она узнала о том, что он делал и на что был способен все те годы. — А где Адриан? Он уже собран? — спросил он, жестом указывая на свои колени. Края его губ тронула лёгкая улыбка, когда она, ни сказав не слова, присела к нему на ноги. С милой улыбкой она положила руки ему на плечи и крепко обняла его. Она наклонилась к нему и поцеловала его заросшую щёку. Появившаяся в последнее время дрожь в руках мешала ему нормально бриться. Но Натали никогда не упрекала его в этом. Она даже напрямую сказал ему, что её это не беспокоит, когда они в объятиях друг друга лежали на кровати. — Он в магазине сувениров. Всё никак не может выбрать подарки для друзей. — Натали положила голову ему на плечо, — Думаю, он ищет что-то особенное для Маринетт. Он, очевидно, соскучился по ней за эти несколько недель. — Ну, Маринетт и правда особенная. — Тихо произнёс Габриэль. — Мне ли не знать. Я встретил только двух человек за свою жизнь, которые были такими же удивительным, как она. Щекой он уткнулся в волосы Натали. Бросая взгляд на пляж, он думал о том, что едва ли ему удастся ещё хоть раз увидеть этот пейзаж. Мысли о том, как Адриан ищет подарок для Маринетт, возродили столько воспоминаний о прошедших месяцах. Ему сложно поверить, что больше, чем два месяца, уже прошло с того дня, как Маринетт воинственно ворвалась к нему в офис, требуя от него измениться и сделать хоть что-то. Её храбрый поступок изменил его. Он разбудил в нём чувства, которые он считал давно забытыми. Потерянными. Она вернула его в чувства, когда он уже был на краю. Открыла ему глаза на тот мир, который он создал своими руками и с помощью Камня чудес. И мир этот ему не понравился. — Месье Ренуар отмечал, что она крайне талантлива и трудолюбива. Он довольно частенько видел её последнее время, — сказала Натали. — Он считает, что, когда придёт время, она может запросто работать у нас. Кажется, он упоминал, что хочет обучить её. — Я на это и рассчитывал, — тихо произнёс Габриэль. — Поэтому я и дал Маринетт его визитку перед отъездом. У меня было предчувствие, что он увидит в ней то, что вижу я. — Знаете, Адриан не особо заинтересован модельным бизнесом, — заходя издалека, сказала Натали, медленно поднимая взгляд. — Вы уже думали, кто займёт ваше место в компании, когда придёт время? В её взгляде он уловил отблеск какого-то неясного ему чувства, идеи, но она быстро скрыла свои эмоции. Габриэль не мог с точностью сказать, что он видел в её взгляде. Что-то между печалью и тоской с примесью упрямства. Он понимал, что Натали посвятила себя компании. Она заслужила награду за все те годы безразличия с его стороны. Конечно, он не всегда был таким, но он вывалил на неё больше плохого, чем был готов признать. — Конечно, я раздумывал над преемником. — Габриэль кивнул. — Но я пока не готов разглашать свои мысли. Доверяешь мне? — Едва. — Сказала она, вставая на ноги. Она протянула ему руку. — Но вы на верном пути. Пойдёмте, нам нужно закончить сборы, если мы не хотим опоздать на самолёт. Габриэль медленно поднялся на ноги. В нём ещё были силы. Для семьи, для работы, для всего Парижа. Он всё ещё оставался тем суперзлодеем, хотя, конечно, он взял долгий перерыв в несколько месяцев. Он практически гордился собой, за стольким приходилось следить. Он убедился в этом только сильнее, когда перед поездкой у него был короткий разговор с Нууру. По мере возможностей он сам собирал нужную информацию, и ему уже не терпелось вернуться домой. Он не хотел упустить тот последний шанс, та возможность изменить будущее, изменить тот путь, по которому он шёл все эти годы, и стать тем человеком, каким хотела его видеть Эмили. Стать тем, в ком так сильно нуждались Адриан и Натали. И, в глубине души, он знал, что именно таким он должен быть. Также он знал, что он способен на это. Он взглянул на Натали, разбирающуюся с багажом. Его сердце забилось быстрее, каждым ударом причиняя боль. Его планы едва ли улучшат её отношения с ней. Он уже однажды всё испортил, но она смогла простить его. Может и сейчас она простит его? Придётся рискнуть, чтобы узнать. Но без этого никак. — Габриэль? Он испуганно поднял глаза и наткнулся на её хмурый взгляд. Этот взгляд не сулил для него ничего хорошего. В нём таилось предупреждение, что он ходит по очень тонкому льду. Снова. Ему бы следовало предостеречься и постараться не облажаться. Пока не поздно. — Да, дорогая? — только и сказал он, сохраняя максимально безэмоциональное выражение лица. Она внимательно посмотрела на него. Пришлось очень постараться, чтобы не выдать свои эмоции. Габриэль прекрасно понимал: выдаст эмоции — выдаст себя, и она всё узнает. И если она всё узнает, она уйдёт. Он не мог потерять её. Она слишком многое для него значила. Лучше бы ей пока не знать его планы. Пока. Она бы не поняла. Натали тряхнула головой и вернулась к работе, вскоре выполнив её. С губ Габриеля сорвался вздох облегчения: она не стала дальше развивать свои подозрения. Он решил воспользоваться представленной возможностью и проверить, насколько он ещё способен выполнять бытовые задачи. Из нескольких чемоданов он выбрал самый лёгкий по виду и некоторое время подержал его в руках. Его ослабленное состояние не позволяло ему большего, оставалось только надеяться, что он успеет воплотить свой план в жизнь. — Пойдём? — Габриэль открыл дверь и жестом указал ей, чтобы она шла вперёд. Найдя взглядом Лоуренса, который в этот момент проходил мимо их комнаты, он также жестом указал на их багаж и на дверь комнаты, точно зная, что тот и без слов поймёт его. Он никогда не сомневался в выборе телохранителя для Адриана; Габриэль знал, что всегда мог положиться на него, несмотря на то, что не всегда показывал, как он на самом деле к нему относится. — Адриан уже внизу, месье. Переписывается с «другом», — сказал Лоуренс, на последнем слове указывая в воздухе кавычки. Натали и Габриэль усмехнулись, эта шутка уже стала расхожей между ними, Натали совсем недавно рассказала ему о об отношении Адриана к Маринетт. Как же мало Адриан на самом деле понимал свои чувства к той девушке, что, конечно, несколько беспокоило. Габриэль с улыбкой припомнил, как и сам становился самой настоящей размазней при одном упоминании Эмили. Даже сейчас, рядом с Натали, он не всегда мог держать все свои чувства под контролем. Вскоре все были готовы и вышли к лимузину, который арендовал Габриэль. Адриан встретил их у входа в здание, в руках он держал свои покупки. Парень буквально светился от счастья; за время в Италии он значительно загорел, и его практически распирало от желания скорее вернуться домой. Габриэль едва ли мог припомнить, когда он последний раз видел сына таким счастливым. И, как его отец, он не был слишком горд собой. Путь до аэропорта, также, как и перелёт, прошли без каких-либо проблем. Но, несмотря на то, что перелёт был достаточно короток, Габриэль чувствовал, как тело начало ощутимо ломить от долгого, как ему казалось, сидения без движения. Нога начала подрагивать и неметь. И как бы он не старался скрыть своё состояние, с каждой минутой было сложнее продолжать делать вид, будто всё хорошо. Вскоре он почувствовал на себе внимательный взгляд Адриана. — Отец, ты в порядке? — Просто рад вернуться домой, — с трудом улыбнувшись, ответил Габриэль, хотя эта натянутая улыбка едва ли выглядела хоть сколько-то убедительно. — Расскажи мне, что ты купил в подарок друзьям. Отвлечение сработало, и Адриан с довольной улыбкой начал копаться среди сувениров, которые он прикупил для Нино, Альи, Хлои и, что заставило его попотеть, для Маринетт. Габриэль не без удовольствия заметил, что больше всего сувениров он купил именно для Маринетт. Адриан с энтузиазмом рассказал ему о каждом приобретённом подарке, после чего между ними ненадолго повисла тишина. — Рад вернуться в школу, сын? — собравшись с мыслями, спросил Габриэль. — Конечно, — Адриан кивнул. — Школа подходит к концу, и не могу сказать, что я рад скорому расставанию с друзьями, но я готов к тому, что ждёт меня в будущем. Да и впереди целый год, и я хочу по полной насладиться им. Конечно, если ты не против, отец. Последние слова сына неприятно укололи его прямо в сердце. — Сын, это твой год, и ты волен распоряжаться им по своему усмотрению. — Габриэль взглянул в яркие, полные надежды, изумрудные глаза Адриана, и как же сильно сын был похож на Эмили. — Если мне нужна будет твоя помощь, ты будешь заранее знать об этом. — Спасибо, пап, — парень повернулся в сторону и пару минут смотрел в иллюминатор, волосы спадали на лицо так, что Габриэль не видел, через какой ураган мыслей проходит Адриан. Спустя несколько минут он обернулся и, не поднимая взгляда, обратился к Габриэлю. — Это всё ведь не из-за Маринетт и совсем не из-за Натали, так? — пробормотал он. — Что-то не так, я прав? Можешь не говорить мне, что, но, пожалуйста, просто скажи, что я не сошёл с ума. Слова Адриана повергли его в шок, и он словно потерял дар речи, поэтому он просто молча положил руку на плечо сына. Ни Адриан, ни Габриэль до конца полёта не проронили ни слова. Эта тишина сохранилась и пока они ехали в поместье. Габриэль, конечно, несколько раз пытался выдавить из себя хоть слово, но слова не складывались, а горло словно онемело. И Агрест старший вовсе не удивился, когда Адриан, сославшись на усталость, отправился в свою комнату, хотя Габриэль прекрасно понимал, что сыну не повредит пробежка по крышам. Может, если ему повезёт, даже встреча с одной парижской супергероиней. Пожелав сыну доброй ночи, Габриэль отправил его ко сну, прекрасно понимая и намерения своего сына, и также его нужду во встрече с Леди своего сердца. С хитрой ухмылкой он подумал, что и самому бы ему не помешала «встреча» с дамой своего сердца, и отправился на поиски Натали, надеясь найти ей раньше, чем она попытается сбежать домой. Несмотря на усталость, у него были на неё планы. Всё поместье в их распоряжении, и он не собирался упускать эту возможность. Всё остальное может подождать до завтра.

***

— Вот! Готово, — гордо объявила Маринетт, проделав финальные стежки на ткани. — Это последний заказ, Тикки. — Вау, а я-то думала, что тебе сегодня придётся засидеться допоздна, — сказала квами, подлетая к манекену и внимательно приглядываясь к работе Маринетт; её большие голубые глаза буквально светились от гордости. — Я переживала, что ты слишком много работаешь последнее время. — Знаю, Тикки, я не хотела, чтобы ты волновалась, — победное настроение Маринетт испарилось, когда в глазах квами она, помимо всего прочего, увидела беспокойство. — В любом случае, работа окончена. Я так рада наконец вернуться в школу и к друзьям. Маринетт перевела взгляд на небольшую шкатулку, где она хранила деньги, которые получала за выполненные заказы, рядом был небольшой листочек, куда она записывала выполненные работы вместе с суммой, которую получила за них. Довольная собой, Маринетт записала последние заказы, которые ей предстояло доставить в следующие несколько дней. — Мы свободны. Ну, по крайней мере, пока что. Теперь я могу себе позволить брать не все заказы подряд. — Маринетт жестом подозвала Тикки к себе и аккуратно погладила квами по голове. — Спасибо, что ты всегда рядом. Ты такой хороший друг, Тикки. — Знаю, и не забывай об этом, — гордо объявила Тикки, сложив лапки. Уже через секунду её напускная гордость сменилась на звонкий смех. Квами было открыла рот, чтобы сказать ещё что-то, но громкий писк телефона прервал её. — Что-то мне подсказывает… — Начала Тикки, подлетая к телефону, лежащему на кровати Маринетт. — Ага, так я и думала. — Не начинай, — предупредила её Маринетт, прибираясь на рабочем столе. — Я обещала ему, что мы обязательно встретимся сразу, как только он доберётся домой. Не хочется его разочаровать. — На секунду замолчав, она добавила почти шёпотом. — Я соскучилась по нему. — Я знаю, Мари, но ты поступила правильно. Он провёл время с отцом. Я правда очень горжусь тобой. — Спасибо, Тикки, — тихо произнесла она. Оглянувшись вокруг, Маринетт применила трансформацию, с улыбкой наблюдая, как Тикки пропала в её серьгах. Уже через секунду она стояла в своём костюме, который за эти годы жизни Ледибаг стал ей родным. В несколько ловких движений Маринетт выбралась на улицу и, взмахнув йо-йо, отправилась по направлению к Эйфелевой башни, где Ледибаг ждал её Кот. Добравшись до их обычного места на верхушке башни, Маринетт наткнулась на удручающее одиночество. Может он передумал? Она прекрасно понимала, что перелёт его утомил и ему нужно было спокойно отдохнуть дома, но это не значило, что она не расстроится, если не увидит его сегодня. К счастью, негромкий звук глухого удара прозвучал прямо у неё за спиной и вывел её из этих грустных дум. — Как интересно, не ожидал я в таком месте наткнуться на такого прекрасного Жучка. Видимо, удача сегодня на моей стороне. Ледибаг резко обернулась на месте. Кот стоял перед ней, хитро ухмыляясь. Он подмигнул ей и успел лишь негромко пискнуть, когда она резким движением набросилась на него и заключила в свои объятия. Оправившись, он обнял её в ответ, крепко прижимая к себе в ответ на такое горячее приветствие. — О-оу, мой Жучок так сильно соскучился? — Прошептал он ей на ухо, вызывая волну приятных мурашек. Подождав мгновение, он также тихо добавил: — И я по тебе соскучился. Очень. Она заметила перемену в его голосе. Это беспокоило её. Девушка немного отстранилась, внимательно вглядываясь в его глаза. За эти годы она изучила его вдоль и поперёк. И она знала, что что-то не так. — Что случилось, Котик? — тихо спросила она. В ответ он лишь покачал головой и крепче прижал её к себе. Маринетт не стала противится, зная, что нужна ему. Она не собиралась лишать его этого момента близости. Их окружал шум ветра, и ни Ледибаг, ни Кот не знали, что сказать, чтобы прервать повисшее молчание — они просто наслаждались моментом. До них периодически доносились то случайные гудки машин, то отзвуки сигнализаций. — Я… Я принёс камеру. Ты же хотела увидеть фотографии, да? — Парень достал небольшую коробочку из кармана. На его лице она чётко видела досаду, но также она давно знала, что не стоит давить на него, если он не хочет говорить. Когда будет готов, он обязательно всё расскажет. Ей просто нужно было набраться терпения. — Хотела, да — с тихим вздохом и грустной улыбкой сказала она. — Я прикупил тебе кое-что в подарок, но я не хотел повредить его при транспортировке, — пожал плечами он. — Могу принести завтра, если хочешь. Ну, или когда тебе будет удобнее. «Вот и набралась терпения». — думала она, пока в ней закипало недовольство. Если её раздражала его фальшивая ухмылка, то его голос выводил её до дрожи в руках. Она не могла терпеть более. — Выкладывай, Котик. — Сказала она, ткнув пальцем ему в грудь. — Я не шучу. — Леди, у меня всё в порядке. — Ты врёшь. И не думай, что я не знаю, когда ты врёшь мне, Агрест, — сказала она, сложив руки на груди, она буквально струилась упрямством и решительностью. Она не собиралась всё так просто отпустить, прекрасно понимая, что во время поездки произошло что-то такое, что расстроило его. Она внимательно посмотрела ему в глаза и тихо добавила: — Кот, пожалуйста. Я ошибалась, я причиняла тебе боль, но, пожалуйста, доверься мне. Скажи мне, что не так? — Тебе этого не исправить, моя Леди. Забудь об этом. — Кот сделал шаг назад, опуская руки и разрывая объятие. — Ты поссорился с отцом? Покачал головой. Нет. — Он обидел тебя? Снова нет. — Он не обращал на тебя внимание? Также. Та же реакция. Нет. — Тогда что? Что случилось? Не может же быть всё так плохо? — Только произнеся это, она пожалела о сказанном. Сразу она вспомнила, в каком состоянии был Габриэль, когда она пришла к нему два месяца назад. Всё это начало складываться в довольно логичную цепочку. Отблеск печали в его глазах заставил её инстинктивно шагнуть к нему, протягивая руки вперёд. — Оу. Маринетт прижала его к себе так, чтобы руками она могла спокойно поглаживать его по голове. Запустив пальцы в его локоны, она пыталась успокоить его, чувствуя, как крепко его руки сжали её талию. Его тело слегка подрагивало, признавая, что в его мире появился страх, с которым справиться будет не так просто, как с обычной акумой. Она даже уже не знала, сколько времени они простояли в объятиях друг друга. Маринетт не хотела отпускать его и просто терпеливо ждала, когда он найдёт в себе силы говорить. — Его будто подменили, Мари, — его голос дрожал, ему сложно было справится с эмоциями. Немного отстранившись от неё, Адриан взглянул ей прямо в глаза. — Я не знаю, что и думать, правда. Из головы всё не выходят мысли, что всё это лето — просто очень длинный сон. И, если это так, я не уверен, что хочу просыпаться. — Ну, я была бы не против забыть кое-что об этом лете, — с улыбкой сказала она, надеясь, что это как-то поможет ему. — Нашу ссору, например. Не слишком волшебное воспоминание. — Согласен, но теперь у меня есть ты. — Он крепче прижал её к себе. — И ты даже не представляешь, как много для меня это значит. — Поверь, представляю, — тихо ответила она, так тихо, что слова затерялись в шуме ветра, и даже он едва ли мог услышать её. Спустя пару минут Адриан осторожно отодвинулся от неё. — Ты считаешь, что с моим отцом что-то не так? — спросил он, посмотрев ей в глаза. Маринетт задумалась, не будучи уверенной, как он поступит, если она скажет правду. Ее клятва не лгать Адриану, в конце концов, взяла над ней верх. — Я не уверена на все сто, но да, я так считаю. Прости, Адриан, я хотела бы соврать и сказать тебе, что с ним всё хорошо. — Нет, — ответил он, поцеловав её в лоб. Его голос всё также немного подрагивал. — Спасибо за честность. Я знал, что ты не стала бы врать мне. — Всегда пожалуйста, Котик, — сказала она, положив голову ему на грудь, стараясь успокоить. Ни один из них не стремился разрывать объятия; обоим хотелось, чтобы этот вечер не прекращался. Ни Адриан, ни Маринетт не упоминали те фотографии, которые обещал показать парень. Это подождёт. Приближалась ночь и улицы заметно пустели, а Адриан так и продолжал держать её в своих объятиях. Подняв взгляд, она наткнулась на его поразительные зелёные глаза. Даже несмотря на маску, Маринетт была уверена, что он видит, как покраснели её щёки. — Прости, я кажется немного отключилась, — прошептала она. — Всё хорошо, Жучок. Кажется, я тоже немного выпал из реальности. Может всё на сегодня? Пойдём домой? Несмотря на свои слова, он, казалось, вовсе не торопился отпускать её, продолжая крепко держать её за талию. — Если хочешь, можем пойти ко мне. Можешь остаться с ночёвкой, мои родители не будут против. Он посмотрел на неё с такой милой, но с такой одновременно печальной улыбкой. — Спасибо за предложение, — Адриан покачал головой. — Но мне нужно домой, я ведь даже ещё не разобрал багаж, да и к школе ещё нужно подготовиться. Она кивнула и первой разомкнула их объятия. Взмахнув йо-йо, она зацепила его за крышу ближайшего здания. — Тогда увидимся завтра, да, котик? Выспись хорошенько. — Прежде чем покинуть башню, она подошла к нему и поцеловала в щёку. — Ты мне нужен. — Так точно, моя Леди! Я не подведу тебя, — сказал он, доставая шест и приготовившись к прыжку. — До завтра. В один длинный прыжок он перемахнул на дальнее здание. Она наблюдала за ним, пока тот не скрылся из вида. — До завтра, mon Chaton. (мой Котик — фр.) Вернувшись домой, она устало упала на кровать, трансформация спала практически мгновенно. Девушка нашла взглядом фотографию Адриана, висящую на стене прямо перед ней. Удобнее устроившись на подушке, она продолжала разглядывать его фото. — Я люблю тебя, — устало прошептала она. Сон практически мгновенно одолел её.

***

Адриан осторожно, стараясь не потревожить хрупкую тишину, пробрался в свою комнату. Несмотря на то, что в его комнате было полно дорогущих устройств, которые более чем успешно производили звук, по сути, для него на этом их функционал и заканчивался. Он уже даже жалел, что не согласился переночевать у Маринетт. В таком случае, она, по крайней мере, была бы рядом. И если бы повезло, то он бы спал в обнимку с ней. Вероятно, сложновато было бы уместиться вдвоём на её маленькой кровати, но его бы это не беспокоило. Она была бы рядом. Адриан тихо снял трансформацию, и уже через секунду перед его лицом парил крошечный квами, капризно сообщая ему, что тот умирает от голода и что, вообще-то, ему следовало бы и покормить его перед тем, как сбегать к своей возлюбленной. — Ты же знаешь, пацан, у тебя будут проблемы, если я буду недоедать, — Продолжил жаловаться Плагг, проглатывая один крупный кусок Камамбера за другим. — Обращайся со мной нормально, я же не виноват, что ты соскучился по своей подружке. Я, вообще-то, бог. — Плагг, не сейчас, — парень присел на край постели и зарылся лицом в ладони, размышляя над всем произошедшим. Он был так рад видеть её, даже учитывая, что он, как ему казалось, всё испортил своими дурацкими переживаниями. С тихим стоном он упал на спину, раскинув руки. А потом её образ встал перед глазами Адриана, и он застонал громче. — Чёрт, какая же она красивая, — пробормотал он скорее себе, чем Плаггу. — Ну, пацан, а то я не знаю. Ты всегда говорил так про Ледибаг. — Это была не Ледибаг. Ну, вернее не совсем. Я говорил про Маринетт. Она была так прекрасна сегодня, и что сделал я? Вместо того, чтобы насладиться временем с ней, я опять свёл всё к своим проблемам, — очередной стон сорвался с его губ. Руками он нервно потёр глаза. — Да как мне вообще завоевать её сердце, если я каждый раз показываю свою слабость? Чёрт, она такая стойкая и сильная. Ей, наверное, кажется, что я просто какой-то слабак. — Ага, как скажешь, я ушел, — ответил Плагг, набрав полные лапы сыра и явно показав намерение скрыться от надоедливого подопечного. — Плагг, я серьёзно. Мне нужна помощь. — Блондин выпрямился и ближе пододвинулся к своему квами. — Ну же, пожалуйста, мне нужен совет. — У тебя же есть тот пацан ди-джей, посоветуйся с ним, — съязвил Плагг. — Почему сразу я? Парень с улыбкой внимательно посмотрел на Плагга. Это сейчас тот жаловался, но Адриан прекрасно знал, как можно легко подкупить этого крошечного кошачьего бога. — В следующем месяце я закажу тебе в два раза больше Камамбера, если ты мне поможешь. Честно. Плагг задумался, внимательно рассматривая Адриана. Тихо вздохнув, квами согласился. — Ура! Ты не пожалеешь, что помог мне завоевать Маринетт. — Объявил Адриан, его настроение улучшалось с каждой секундой. — Ну же, нам надо хорошенько продумать следующий шаг. — Нет. Такой простой отказ ввёл Адриана в ступор. Он медленно повернул голову и внимательно посмотрел на квами в полной уверенности, что он просто неправильно его понял. Плагг замолчал и продолжил лишь после того, как был уверен, что его подопечный внимательно его слушает. — Так, — начал Плагг, развивая свою мысль. — В первую очередь тебе нужно выспаться. Иди в душ, а потом сразу спать. Тебе, пацан, завтра, вообще-то, в школу. Или ты забыл? — Да, ты прав, — усмехнувшись, ответил Адриан, зная, что не сможет переспорить квами. — Спасибо, Плагг. Не смея ослушаться кошачьего бога, Адриан вскоре вышел из душа, закутавшись в полотенце. Выбирая из множества пижам, подаренных отцом, он, как и всегда, остановился на том, который не имел отношения к Габриэлю. Найдя то, что искал, он вытащил пижаму, которую ему однажды сшила Маринетт. Ему не было дело до того, что она была ему мала и значительно износилась. Он будет хранить её рядом до тех пор, пока последняя нить не порвётся и оставит его голым. Так или иначе, это подарок. Подарок дорогого ему человека. — Может надо бы попросить её сшить мне новую пижаму, — пробормотал он. Адриан обратил внимание, что только за последние несколько месяцев прибавил пару сантиметров в росте. Едва ли у неё бы нашлось время на это, Адриан прекрасно знал, как занята она была всё лето. Он даже начал переживать, чтобы этот завал не заставил её ненавидеть своё дело. Мари, конечно, делилась фотографиями своих работ, но чаще она просила его делиться своими впечатлениями, чем торопилась рассказывать о своих. Эта мысль ударила его словно молния, заставляя его замереть, широко раскрыв глаза. Он нервно взглянул на Плагга. Неужели Адриан стал настолько эгоистичен? Он правда заставил всех друзей считать, что весь мир крутится вокруг него? Да что он, вообще, за человек после этого? Он медленно лёг на кровать, нервно теребя волосы и прокручивая в голове их вечер, проведённый на Эйфелевой башне. Они же планировали посмотреть фотографии с его поездки. И он так сильно хотел, чтобы она их увидела, но он опять всё испортил и перетянул одеяло на себя, заставляя её вновь погрузиться в его проблемы. — Ложись спать, Адриан, — сказал Плагг, отвлекая его от этих мыслей. — Я почти слышу, как ты дрожишь. Всё будет хорошо, пацан. Поверь мне. Парень кивнул, хотя был почти уверен, что Плагг не видит его. Забравшись под одеяло, он кинул взгляд через плечо и улыбнулся, обратив внимание на фотографию, стоящую на столе. На ней были все его друзья и Маринетт, стоявшая в его объятиях, она улыбалась, глядя в камеру и густо покраснев. — Спокойной ночи, Мари, — прошептал он, переворачиваясь на другой бок и закрывая глаза. — Сладких снов, моя принцесса. Он быстро провалился в сон, а перед глазами у него была прекрасная девушка с иссиня-чёрными волосами, заплетёнными в хвостики, и выразительными голубыми глазами. Ему снилось, как он крепко обнимает её, как он на ухо шепчет ей, что искренне любит её, и как она отвечает ему взаимностью и он, от переизбытка чувств, целует её, дабы закрепить то обещание любви, которое они дали друг другу. И сон продолжался, укрепляя его в этом чувстве эйфории и спокойствия, которого ему так не хватало в реальной жизни. Он хотел, чтобы этот сон стал явью, стал явью с Маринетт. И как многие хорошие сны, этот закончился на самом интересном. Его разбудил голос Плагга, требующего ещё Камамбера и угрожающего разломать всё, что под попадётся ему под лапы. — Вставай уже, герой-любовник, — издевательским тоном начал квами. — В школу опоздаешь. Ты же не хочешь упустить шанс увидеться со своей подружкой? — Да ты чего такой надоедливый? — хрипло спросил Адриан, запуская в квами подушкой. — Не сплю я! Не сплю. — Вижу. Бросив взгляд на экран телефона, Адриан резко подскочил с кровати и побежал в ванную. Не хватало ещё опоздать в первый же день. За пять минут Адриан закончил то, что обычно занимало у него почти час: ему пришлось пропустить большую часть утренних процедур, которые отец и, в общем-то, все остальные считали обязательными для него, если он хотел быть моделью. Быстрым движением он открыл дверь и наткнулся на удивлённый взгляд отца, стоящего прямо перед ним. Он намеревался постучаться, но лишь неловко взмахнул кулаком в воздухе. Вернувшись в реальность, Габриэль опустил руку обратно на трость. — Хотел увидеться, пока ты не ушёл, — Габриэль отошёл от двери, позволяя сыну пройти. — Если ты не против, конечно. — Если хочешь, можешь и поехать со мной. Увидишь моих друзей. — Адриан улыбнулся, оглядывая своего отца с ног до головы. — Спасибо за предложение, но, пожалуй, в другой раз. Думается, что большинство молодых парней стесняются своих отцов. И я знаю, что у тебя это стеснение более чем оправдано. — Нет, отец, хватит, — тихо произнёс Адриан. Обида и даже злость вновь вернулись к нему. — Я и без напоминаний знаю, что ты был далеко не лучшим отцом, но так ничего не изменишь, поэтому я прошу тебя, перестань. — Адриан… — Начало было Габриэль, но сын прервал его. — Нет, отец. Я так больше не могу. Это ужасно раздражает. Тебе никогда не было дела до моих чувств, а теперь я постоянно слышу от тебя эти самоуничижительные ремарки. Я понимаю тебя, я сам так делаю, но, скажу честно, я устал от этого. Не хочу быть таким. Я хочу, чтобы мы оба стремились стать лучше. Мы должны перестать принижать друг друга и самих себя. Поэтому, пожалуйста, хватит. Адриан взмахнул рукой, делая акцент на своих словах, и быстрым шагом направился вниз по лестнице, вспомнив, что опаздывает. — Ты прав, сын. Я постараюсь стать лучше, — Габриэль инстинктивно протянул руку, можно было бы подумать, что ему не противны любые прикосновения. В этот раз Адриан не позволил себе мешкать. Обернувшись, он крепко обнял отца. — Так же, как и я, пап. Он практически мгновенно разомкнул объятия и поспешил в школу, пообещав, что они смогут провести время вместе после занятий. Адриан не видел грусть и гордость в глазах отца. Он был слишком занят мыслями о том, чтобы не опоздать в школу и, если повезёт, провести хоть несколько минут с друзьями. Заметь бы он взгляд Габриэля, пропустил бы свой первый день, а этого Габриэль хотелось в последнюю очередь. Нет, это даже к лучшему.

***

 — Мари, мы тут, — Алья подозвала Маринетт, которая быстрым шагом направлялась ко входу в школу, взглядом попутно выискивая знакомый лимузин. — Привет, Алья. Ого, Нино, ты так похорошел, — сказала Маринетт, походя к друзьям, которые стояли возле школы, крепко обняв друг друга. — Что за дела, Маринетт? Найди себе своего парня, — сказала Алья, оглядываясь вокруг. — Где наше Солнышко? Вот к нему приставай. — Ещё не приехал, — ответила она, прикусывая губу. Её взгляд цеплялся за каждое лицо, знакомое или нет. Вскоре прозвенел звонок, официально обозначая старт первого школьного дня в году. — Пойдём, Нетт. Подождём его в классе, — Нино взял её за руку и настойчиво повёл ко входу, в его глазах читалось понимание. С улыбкой он добавил, — Он придёт. Я уверен. Она кивнула и последовала за друзьями в кабинет, который в течение их выпускного года и будет их классной комнатой. Парты внутри располагались полукругом, как на стадионе. Алья жестом указала на парту, которую они с Нино заняли, также указывая на другую, стоящую в первом ряду, для Маринетт и Адриана, если тот решит заявиться. Маринетт заняла своё место и уткнулась в часы, которые висели над доской. Последние пару минут перед началом урока она вовсе не могла отвести взгляд от медленно ползущих стрелок циферблата, мысленно подготавливая себя к звонку и началу учебного дня, как вдруг она услышала чьи-то быстрые шаги за дверью. Повернувшись, она с удивлением обнаружила, как в класс буквально ввалилось то самое Солнышко. В процессе своего отчаянного бега он едва не выронил рюкзак. — Я тут, — запыхавшись, произнёс он. — Пришёл. Весь класс обратил внимание на триумфальное появление Адриана Агреста, до его ушей донеслись несколько смешков. Маринетт не смеялась. Она лишь внимательно смотрела на него. Он пришёл. Она даже не услышала толком, как Нино сказал Адриану поскорее сесть на своё место, не хватало ему ещё получить нагоняй в первый же учебный день. Она видела лишь ту улыбку, с которой Адриан поблагодарил Нино, увидела, как он сел рядом. Наконец, он посмотрел ей в глаза и, не отводя взгляд, сел рядом. — Привет, — шёпотом сказал он, пододвинув стул ближе к ней. — Привет, — ответила она. его голос казался ей неузнаваемым, так сильно чувства кипели в ней и, казалось, между ними. Они не могли отвести взгляд друг от друга и медленно пододвигались всё ближе и ближе друг другу. Их идеальный момент разрушился едва начавшись, когда в класс зашёл учитель, заставив Маринетт и Адриана буквально отскочить в стороны. — Ребята, поздравляю вас с началом вашего выпускного года, — начал преподаватель, переходя к обязательным объявлениям, которые каждый из них слышал в начале каждого года, что вызвало лишь недовольные стоны аудитории, вынужденной в миллионный раз выслушивать правила школы. Вскоре, однако, учитель перешёл к интересным объявлениям, показывая несколько буклетов. — В этом году у нас предусмотрены несколько кампаний по сбору денег, в которых вы можете поучаствовать. Участия в любой кампании будет достаточно, чтобы пройти порог участия в общественно-полезных работах в этом году. Хорошенько подумайте и до конца недели дайте мне знать, что вы выбрали. Преподаватель передал буклеты на парту к Маринетт и Адриану, жестом показывая, чтобы те передали их другим. Маринетт внимательно изучила список, её сразу заинтересовали два пункта. Первый был о большом танцевальном соревновании с целью сбора средств для нескольких стран, пострадавших от сильных природных пожаров, многие пострадали от распространения огня. Другой включал в себя модное шоу, цель сбора средств для которого ещё не была окончательно утверждена, хотя некоторые варианты были также представлены. Маринетт подняла руку и попросила записать её волонтёром на модное шоу, добавив, что была бы не против курировать весь процесс. Кроме неё, только Хлоя подняла руку и присоединилась к ней, кивнув однокласснице и предложив помощь в закупке всего необходимого. Все в классе буквально ахнули, заставляя Маринетт поднять взгляд и оторваться от бумаг. Она почувствовала на себе взгляды почти всех одноклассников. В конце концов она поняла, что никто не ожидал подобных взаимоотношений между бывшими соперницами. С надеждой помочь Хлое увериться в её намерениях стать лучше, Маринетт улыбнулась ей. — Можем встретиться на выходных? Обсудим с чего можно начать. Хлоя кивнула, её лицо озарила благодарная улыбка. Маринетт вернулась к буклету, продолжая лениво изучать его в ожидании звонка. — Мари, слушай, — прошептал ей на ухо Адриан, стараясь не привлекать особого внимания. Безуспешно. Маринетт почувствовала на себе несколько любопытных взглядов. — Да-да? — Также тихо отреагировала она. — Ты удивительная, Мари. — сказал он; осторожно, так, чтобы одноклассники не заметили, Адриан взял её за руку под партой. — Я не устану это повторять. Так вот, твоё шоу будет только весной, но я знаю, что и всю осень ты будешь занята подготовкой… Краем глаза она заметила, как другая рука Адриана медленно тянется к его шее, показывая, как сильно парень нервничал. — Да, скорее всего, но, знаешь, у меня всегда найдётся время для друзей и других дел, — сказала она, после добавив, при этом понизив голос так, что сама едва слышала себя. — Не беспокойся, Котик. Наши патрули никуда не денутся. — М-Мари, это замечательно, — Адриан покраснел, и в речи появились запинки. Выглядело это чертовски мило. — В-вобщем-то, я хотел попросить тебя поучаствовать со мной в другой компании, как раз осенью. В этот раз была её очередь краснеть. — Что у тебя на уме? — Соревнование по танцам? — Он машинально потирал её руку, оставляя тусклый красный след на её бледноватой коже. — Е-если ты не согласишься, я пойму, просто я подумал, что это было бы весело, нет? Это не бал, конечно, но вспомни тот наш танец, вышло вроде неплохо? Н-нет? Маринетт улыбнулась и положила руку ему на губы, останавливая его, пока тот не скатился в нервное бормотание. — Я тоже думала об этом. Если ты хочешь, я только за. Думаю, из нас выйдет убойная команда. Она подмигнула ему, и кто-то из класса буквально закашлялся от удивления. Маринетт невозмутимо протянула ему свою руку. — Будешь моим партнёром? — Всегда. Было решено. Они обратились к учителю, попросившись записать их на предстоящее танцевальное соревнование, улыбнувшись друг другу и слушая, как восхищённо перешёптываются одноклассники, обсуждая их отношения. Маринетт была готова поклясться, что слышала что-то про «сошлись, как в море корабли». Или что-то похожее. Но эти ремарки её вовсе не беспокоили. Она взглянула на Адриана и увидела такую же счастливую улыбку, как и до этого. Прозвенел звонок, и он с удовольствием помог ей встать со стула. Первый урок закончился, а Маринетт всё продолжала думать о том прогрессе в отношениях, которого они достигли и как Маринетт и Адриан, и как Ледибаг и Кот Нуар. Оставалось только надеяться, что их отношения не перестанут развиваться. У неё были сны, которые она очень бы хотела воплотить в реальность. Сны, мысли о которых не отступали, даже когда она пыталась сохранять терпение. Её оптимизм никуда не делся и лишь усилился, когда они вместе с Адрианом отправились в ближайшее кафе на обед. За милым столиком они общались обо всём подряд и обсуждали, чем можно заняться после уроков. И в самом деле, в её голове их будущее казалось достаточно многообещающим. Маринетт лишь укрепилась в этой мысли, когда они, держась за руки, вместе вернулись в школу. Оставалось только надеяться, что ничто не разрушит их идиллию, но что-то подсказывало Маринетт, что удача не вечно будет на их стороне.