The Making of Adrinette / Создавая Адринетт

// Трудные решения и безнадёга с долей утешения. Маринетт охватила паника, и она резко прикрыла его рот ладонью, мешая ему сказать что-то ещё. Всё тело оцепенело, она чувствовала себя оленем, ослеплённым светом фар надвигающейся машины. Она не знала, что ответить. Не могла сказать, что любит его, не тогда, когда изнутри её сжигали те секреты, которые однажды перевернут его жизнь. — Мари, — пробормотал Адриан прямо ей в руку. Улыбнувшись, он попытался отодвинуться от неё. В глазах читались замешательство и радость одновременно. — Всё в порядке? — Да! — Буквально вскрикнула она и мгновенно свободной рукой закрыла уже свой рот. Мысленно она досчитала до пяти и опустила руку от своих губ, повторив свой ответ, но уже значительно тише и спокойнее. — Да, просто немного переутомилась после всего произошедшего. Адриан обеспокоенно взглянул ей прямо в глаза. Она пыталась сохранять спокойствие, не желая показывать свою слабость перед ним. Лицемерие? Возможно. Блондин осторожно дотронулся до её руки, всё также плотно лежащей у него на губах. — Теперь-то мне можно говорить? — Спросил он, мягко проведя ладонью по её запястью. — Ах, да, — звонко произнесла она, резко опустив руку. — Прости. Он не отпустил её от себя, крепко обнимая и прижимая к себе. Маринетт уткнулась в него, постепенно успокаиваясь. Только за сегодня он уже делал это не впервые. Его тепло приятно обволакивало её, а она думала о том, что, вероятно, он даже не подозревает, насколько она ценит его. Ценит его доброту. В костюме и без. Наконец она осмелела достаточно, чтобы поднять взгляд. Она внимательно разглядывала его костюм, и её совершенно не волновало, что их кто-то мог заметить. Ей просто не хотелось, чтобы он уходил; будущее едва ли сулило много хорошего, и ей было страшно думать о том, что может произойти после того, как он узнает всю правду. Ещё хуже будет тогда, когда Адриан узнает о том, что Маринетт скрывала от него эту правду. И теперь нет для неё способа избежать его гнева, учитывая тот путь, который она избрала, согласившись на встречу с Габриэлем за его спиной. Маринетт вздохнула, принимая свою судьбу. Ей оставалось плыть по течению, наслаждаясь любым моментом спокойствия. — Есть какие-то новости об Алье? — спросил он, положив подбородок ей на голову. Ей показалось, что он постепенно начинал мурлыкать. — Как у неё дела? — Она сказала, что всё в порядке. У неё такой прикольный оранжевый гипс, и она ждёт не дождётся, пока все его не подпишут, — с натужной усмешкой ответила Маринетт. Она легко могла представить, во что превратится её гипс после того, как все, кто знаком с неуступчивой журналисткой-супергероиней распишутся на нем. — Ей уже не терпится вернуться в школу. Сказала, что у неё для нас какие-то новости. — Правда, что ли? Уже не могу дождаться. Их окутала ночная тишина, прерываемая лишь шумом редких проезжающих мимо машин, шелестом ветра, да жужжанием насекомых, которые, в поиске сладкого нектара, копошились в цветах на её балконе, добавляя некий особенный шарм в ночную атмосферу. Маринетт улыбнулась, раздумывая, насколько её маленький мир перевернулся благодаря этому парню рядом. Маринетт ещё сильнее прижалась к Адриану, наслаждаясь теплом его рук и приятной тишиной; ощущение, что очень скоро их мир перевернётся вновь. В этот раз не в лучшую сторону. — Слушай, Мари, я хотел извиниться, что не проводил тебя домой после школы, — Адриан прошептал ей на ухо. — Поэтому я подготовил тебе небольшой сюрприз. Надеюсь, он поможет загладить мою вину. — Ты дурашка, ты в курсе? — Ответила она, игриво стукнув его в грудь. С улыбкой Маринетт посмотрела ему в глаза. — Я ведь не какая-то дама в беде. Мне не нужно, чтобы рыцарь на бравом скакуне вечно оберегал меня. — И что теперь? Мне нельзя беспокоится о тебе, моя Леди? За какого кота ты меня вообще принимаешь? — Адриан театрально прижал ладонь к груди, но на его лице была такая самодовольная ухмылка, которая сразу выдавала все его истинные чувства. — За довольно дрянного кота, — парировала она, подмигнув. — Мяу-ч, Жучок. Я-то думал, что я один тут с когтями, — сказал он, поднимая руки и демонстрируя когтистые перчатки. Маринетт тряхнула головой и взяла Адриана за руку. Она заискивающе посмотрела в его глаза. — Ты же знаешь, как сильно я переживаю за тебя? — Прошептала она. — Ты нужен мне, больше всех на свете. — Знаю, Марибаг, — также шёпотом произнёс он. Он наклонился к ней так, что их губы едва не соприкасались, но что-то его остановило. Он также внимательно смотрел ей в глаза. В его взгляде Маринетт видела все вопросы, которые бы он хотел задать, но она прекрасно понимала, что она не осмелится ответить на них. Пока не осмелится. Вероятно, он почувствовал это и одарил её тёплой и такой полной любви улыбкой. Любви к ней. Исключительно к ней. — И ты для меня много значишь. На секунду она выключилась из реальности, борясь с желанием забыть обо всём и просто поцеловать его. И как же сильно ей этого хотелось! Забыться и вновь прильнуть к его губам, не думая о том, что свалилось ей на голову за сегодня. Ей не хотелось думать о тех тайнах, что она не могла рассказать. Оставалось только надеяться, что Габриэль наконец расскажет всё сыну. Расскажет, пока не поздно. Одни мысли о том, что может произойти, когда Габриэль вновь попытается воспользоваться Камнем, пугали её. Можно было лишь надеяться, что её сил будет достаточно, чтобы справиться с последствиями. — Так, Котик, ты что-то говорил про сюрприз? Что за сюрприз? — Сказала она, немного отстранившись от него. Маринетт обратила внимание на рюкзак и деревянную корзинку, стоявшие у его ног. Она сложила руки на груди и с хитрой ухмылкой вопрошающе взглянула на него. — Чего ты удумал? Она звонко рассмеялась, заметив, как щёки Адриана покраснели, что было заметно даже под маской. — Честно скажу, Жучок, это была идея Натали. Она отправила меня за всем этим по магазинам, а потом сказала, что всё это для того, чтобы мы могли провести время вместе. — Он пожал плечами. — Да и к тому же, я же не могу особенно сильно отрицать, что хотел бы позвать тебя на свидание, так? Волна мурашек прокатилась по всему её телу, она внимательно посмотрела в его глаза в поисках ответа на вопрос, который она едва осмелилась задать. — Ты хочешь позвать меня на свидание? — Ну, да… а почему нет? — Ответил он, рукой потирая шею. — Ну, разве что, ты считаешь это дурацкой идеей. Его неуверенность застала Маринетт врасплох. На мгновение она и забыла, что под личностью милого и вечно флиртующего Кота был тот парень, который большую часть жизни считал себя разочарованием для всех вокруг. Она не могла позволить ему вновь чувствовать себя так. Маринетт шагнула ближе к нему и положила ему руку на грудь. Кроме того, она и правда хотела пойти с ним на свидание. Настоящее. — Я согласна, Котик. Буду рада узнать, какого это — пойти на свидание с тобой. — Она наклонилась ближе к нему. Так близко, что могла почувствовать его тёплое дыхание, лишь одного движения было достаточно, чтобы их губы соприкоснулись. Движения не произошло. — Но, сначала, ты не мог бы захватить пару круассанов из моей комнаты? Они уже давненько ждут тебя. Я хотела попросить твоего квами на пару слов. — Моего квами? — Ну да, его зовут Плагг, так? — Она чмокнула его в подбородок. — Пожалуйста, Котик. В одно мгновение он снял трансформацию. Он очень хотел угодить ей, а во взгляде читалась надежда, что она не разочарует его. У неё не было таких намерений, но что-то подсказывало ей, что совсем скоро его мнение насчёт неё кардинально изменится. Отгородившись от этих мыслей, Маринетт жестом направила его внутрь, отправляя Тикки вместе с ним. В последний момент она поймала Плагга за хвост, когда тот пытался улизнуть вместе с ними. — Не так быстро, котёнок, — тихо, но твёрдо произнесла она. — Слушаю тебя, пятнистая, — сказал он, скрестив крошечные лапки на груди и, прищурившись, глядя на Маринетт. — Что ты хочешь услышать от меня? — Серьёзно? Я хочу услышать, почему ты считаешь, что Адриану лучше не знать об отце. А ещё я хочу услышать, как давно ты поддерживаешь связь с квами бабочки. Что, если бы тебя поймали? Ты хоть думал о том, чтобы произошло, если бы Габриэль увидел тебя? Ты же знаешь, что он — Хищная Моль. — Возмущённо произнесла она. Подражая Плаггу, она также сложила руки на груди и бросила ему такой же гневный взгляд. Ей нужны были ответы, и никакие угрызения совести не помешают ей получить их. Плагг рассмеялся так, что на его глазах выступили слёзы. — Я бы попросила, — громко произнесла она, едва сдержавшись от того, чтобы закричать. У этого крошечного кошачьего бога ещё хватало смелости так себя вести. — Это тебе не шутки. — Знаю, — сказал Плагг, постепенно успокаиваясь. Лапами он смахнул слёзы. — Скоро и ты всё узнаешь. А сейчас, почему бы тебе просто не насладиться вечером с Адрианом? Ему бы это точно не повредило. — Ты в курсе, что он возненавидит нас за это? — Взглянув в глаза квами, она заметила в них огромную печаль, но лишь на секунду: квами быстро скрыл все эмоции от неё. — Он ненавидит тайны почти также сильно, как и я, особенно те тайны, которые касаются его. — В курсе. И готов к этому, пятнистая. Она едва ли верила ему, но решила не озвучивать свои мысли и молча направилась в комнату, где обнаружила Адриана, внимательно изучающего её скетчбук. — Разнюхиваешь, значит? — С хитрой ухмылкой спросила она. — Тебе ли не знать, к чему приводит излишнее любопытство, а, Котик? (Отсылка на идиому «Curiosity killed the cat» — Любопытство погубило кота — прим. переводчика) — Прекрасно знаю, но уверен, что оно того стоит, Жучок, — сказал он, опустив взгляд на свежие наброски. — Выглядит просто поразительно, Мари. Иногда я поверить не могу, что знаком с кем-то настолько талантливым. — Льстец, — ответила Маринетт, чувствуя, как краснеют щёки. — Никакой лести, чистая правда, — парировал он. И она не нашла, что ответить, молча наблюдая, как он продолжил разглядывать её наброски. На лице его всплыла искренняя, почти кошачья улыбка. — Я-то думала, ты хотел позвать меня на свидание, — сказала она, не желая признавать поражение. — Такая нетерпеливая, Жучок. Я поражён, — с довольной ухмылкой ответил он. — Ой всё, забудь. Шуруй отсюда, поехавший котяра. Я лучше спать лягу пораньше, — сказала она, театрально взмахивая руками и прогоняя его. Она уже практически вытолкала его на балкон и была готова продолжить, но он внезапно обернулся и взял её за плечи. — Сдаюсь, Мари, сдаюсь. Я буду хорошо себя вести. Честное кошачье. — В подтверждение своих слов, он поднял руку и тише, почти шёпотом добавил. — Ты не передумала идти со мной на свидание? Обещаю, тебе понравится. — А как иначе, — Маринетт прижалась к Адриану, положив руки ему на грудь, она смотрела ему прямо в глаза. — Я знаю, что мне понравится. Ты же со мной. Он, не проронив ни слова, повёл её на балкон. Применив трансформацию, Адриан не мог отвести взгляд от Ледибаг в процессе трансформации. Взяв шест, свободной рукой он подобрал корзинку и рюкзак, после взглянул через плечо на Маринетт и попросил следовать за ним, пообещав, что далеко бежать не придётся. Она без промедления послушалась его и весь путь была рядом с ним. Вскоре они приземлились на ту крышу, к которой уже несколько лет Маринетт даже не смела приближаться. — Я подумал, что можно дать этому месту ещё один шанс, — тихо произнёс Кот. — Пару лет назад всё прошло не очень хорошо, но я надеюсь, что в этот раз удача будет на моей стороне. Она не ответила, зная, что пророни лишнее слово, может не остановится, может ранить его. Всё её тело трясло от желания рассказать ему всю правду, а она лишь молча наблюдала, как он снуёт по крыше взад и вперёд, подготавливая всё необходимое для их свидания. Сердце медленно покрывалось трещинами от того, что ей приходилось скрывать ту правду, которую Адриан имеет право знать. Спрятать все эти чувства и вновь накинуть вуаль храбрости и невинности было непросто. В данной ситуации сделать это было едва ли возможно. Маринетт присела рядом с ним, слушая, как он рассказывает про свои планы и надежды на ближайшее будущее, прекрасно осознавая, что после того, как он всё узнает, сбыться им будет не суждено. Девушка чётко ощущала чувство страха, нависшее над ней. Оно буквально кричало, что после всего он не захочет более видеться с ней. И Маринетт не имела и малейшего понятия, как она будет справляться со знанием того, что он презирает её. Оставалось только надеяться, что его ненависть не будет жить вечно. И она не собиралась тратить это время спокойствия. Всему этому вскоре придёт конец.

***

Пару дней спустя Адриан был на седьмом небе от счастья. Фотосессия в самом разгаре, а ему всё меньше хочется, чтобы она подходила к концу. Никогда ранее он не чувствовал такого прилива энтузиазма, участвуя в фотосессиях для отца. Конечно, он лучше других понимал, что, в первую очередь, Маринетт и стала причиной этой перемены. Её присутствие одновременно успокаивало и воодушевляло: Адриан без каких-либо проблем и споров выполнял каждую просьбу фотографа. Не то, чтобы он всегда спорил, но в этот раз он буквально порхал по площадке, а на его лице была такая лучезарная улыбка, что могла бы посоревноваться со светом солнца в погожий день. Всё время фотосессии для новой кампании отца Адриан не сводил взгляд с Маринетт, где бы она не была. Она часто не замечала этого, знакомясь с командой, работающей на площадке. В первую очередь она представилась фотографу и его помощникам, прекрасно понимая, что ей не следует отвлекать их во время работы. Адриан точно знал ответы на вопросы, которые она задавала всем вокруг и даже почти сожалел, что она не задавала их ему, ведь каждый раз, получая ответ, её глаза загорались ярким и тёплым светом, что он едва мог отвести от неё взгляд. Пообщавшись с фотографом, она по очереди подходила то к постановщикам, то к художникам-визажистам. Наконец она дошла до команды дизайнеров одежды. Каждый ответ на её вопрос она слушала с особым вниманием, даже делала какие-то пометки в своём скетчбуке, стараясь ухватить самые важные детали работы. Адриан едва сдержал смех, когда увидел, как девушки-визажистки усадили Маринетт в его пустующее кресло, решив помочь ей преобразиться, параллельно осыпая советами и отвечая на её вопросы. Он не считал, что ей нужно «преображаться», она нравилась ему такая, какая она есть, но и вступиться за неё он не решился, зная, что если не Маринетт, то он сам пострадает от чрезмерного энтузиазма визажистов. Нет, на сегодня его лицу достаточно макияжных страданий, пускай теперь Маринетт побудет в его шкуре. И, конечно, он верил, что его Леди может запросто сбежать от них, если захочет. — Адриан, золотце моё, сосредоточься пожалуйста, — тихий голос фотографа вернул его в реальность. Адриан резко обернулся и виновато опустил голову, устыдившись тем, что кто-то заметил, как он не спускает глаз с Маринетт. — Она настоящая красавица. Повезло тебе, Адриан, — сказал фотограф, подходя ближе, чтобы сделать несколько фотографий крупным планом. — Не упусти её. Вот мой совет. — Спасибо, Винсент. Я и не собираюсь, — тихо ответил он, его взгляд вновь устремился к Маринетт. Он заметил, как она звонко рассмеялась над какой-то шуткой одного из стилистов. «Ну уж нет. Не упущу. Разве что, конечно, она сама этого захочет». Адриан с улыбкой наблюдал, как девушка, видимо, отлично проводит время. Он был просто и искренне рад за неё. Он заметил её новую причёску. Место косичек, с которыми она пришла на эту фотосессию, теперь занимала красивая высокая причёска, и Адриан подметил, что именно такая причёска очень хорошо будет сочетаться с платьем, которое он выбрал для неё. Хорошенько приглядевшись, Адриан всё же заметил, что часть её волос всё ещё была заплетена в косу, которая также преобразилась: в ней красовались несколько жемчужных заколок. Желание прикоснуться к её волосам буквально распирало его изнутри. И это не говоря о желании помочь ей распустить их, когда они останутся наедине. С её разрешения, конечно. И он не мог дождаться момента, когда увидит её в платье, зная, что оно будет сидеть на ней просто идеально. Адриан только надеялся, что она не будет на него в обиде за то, что он приготовил им неожиданный поход в ресторан после фотосессии. Да и ресторан он уже выбрал. Неплохой ресторан, чего быть в обиде? До него донеслась усмешка. Вероятно, ему следует начать волноваться. Фотограф отвлёк его от этих мыслей, обратившись к девушке. — Маринетт, mon belle*, можете, пожалуйста, подойти к нам? (*Mon belle — Моя прекрасная, фр. — прим. переводчика) Адриан едва не упал на колени, когда Маринетт обернулась и посмотрела ему прямо в глаза. На ногах он удержался лишь благодаря многолетнему опыту работы моделью. Макияж выглядел просто потрясающе, смоки-айс очень хорошо подчёркивал её красивые голубые глаза, практически сводя его с ума. Её слегка подкрашенные губы ничуть не помогали ему сохранять самообладание, никогда он раньше не хотел поцеловать её сильнее, чем сейчас. Он видел и одобрительные взгляды других парней на площадке, что вызывало у него не самые приятные эмоции. «Вот чёрт. Я не доживу до конца фотосессии. Вот и пришла моя смерть. Чертовски красивая смерть, должен заметить», — думал он, пытаясь сосредоточиться хоть на чём-то, что не взорвало бы его изнутри. Едва бы ей понравилось, если бы Адриан всё время ходил рядом, пуская слюни, словно пещерный человек. Вероятно, хуже, если бы он таки поддался своему желанию схватить её и утащить подальше отсюда, подальше от всех других парней. Дай она им хоть шанс, они точно бы попытались увести её. — Месье, вы звали? — сказала она, не отводя глаз с Адриана. И эта улыбка. Такая тёплая и искренняя, что, казалось, весь его небольшой мир крутится вокруг этой улыбки. Маринетт перебросилась парой слов с фотографом, и только тогда Адриан смог прийти в себя. Через мгновение она уже стояла рядом с блондином, всё также улыбаясь ему. Только ему. — Да как ты это делаешь? — Тихо спросил он, стараясь оставаться в сознании и натягивая свою самую лучезарную улыбку. Фотограф приступил к работе, отвлекаться было нельзя. — Делаю что? — Маринетт подняла взгляд на него. — Как ты умудряешься выглядеть так потрясно, — пробормотал он, чувствуя, как щёки вновь начинают медленно заливаться краской. — Кто бы говорил, Котик, — мгновенно парировала она. — Не встречала никого привлекательнее тебя. Адриан почувствовал, как в груди растекается приятное тепло, казалось, он вот-вот замурлычет. Он не осмеливался взглянуть на неё, думая, что не переживёт, если она выкинет ещё что-то подобное. Эта её хитрая, вызывающая почти-даже-не-ухмылка, она хотела, чтобы он флиртовал в ответ. И он старался придумать что-то, но слова совершенно не складывались. Но он знал, чего хочет. Он взял её за руку, переплетая их пальцы вместе. — Повезло тебе, Жучок, — начал Адриан, наклоняясь ближе к ней, их лбы практически соприкасались. Он смотрел Маринетт прямо в глаза. Кажется, фотограф не просил их менять позу, но он и не остановил его, а значит можно продолжать. — Повезло, что я не могу поцеловать тебя прямо сейчас. — Хммм, — с притворным удивлением произнесла она, пододвигаясь ещё ближе, максимально сокращая расстояние между ними. — Так ты удумал поцеловать меня, Котик? — Всегда думаю о том, чтобы поцеловать тебя, моя Леди. Даже не представляешь, насколько часто, — признался он, не чувствуя ни капли стыда. Затвор камеры продолжал неистово щебетать рядом с ними, а губы Маринетт и Адриана едва не соприкасались, когда она сделала ещё одно крошечное движение, оказываясь ещё ближе к нему. Она привстала на цыпочки и пододвинулась к его уху. Адриан немного наклонился, придерживая её за талию, терпение и сила воли были на исходе, он боялся даже дышать, чтобы не совершить какую-нибудь глупость. — Тогда, Котик, у тебя есть все шансы воплотить свои мысли в реальность. — Мари, — на выдохе произнёс он, заметив искры самодовольства в её взгляде. — Ты моей смерти хочешь. Я уверен. Она не отводила взгляд. Расстояние между ними было настолько мало, что он мог чувствовать её разгорячённое дыхание на своих щеках. И как же сильно хотелось поцеловать её прямо сейчас. Адриан держал девушку за талию, борясь с желанием притянуть её ближе и поддаться своим желаниям. — Спасибо, mon belle*, — громко произнёс Винсент, подходя к ним. На его лице была хитрая самодовольная улыбка. — Ты прекрасно справилась, Маринетт. Спасибо, что помогла нашему парню со съёмкой. Подойди к дизайнеру пожалуйста, кажется, он хотел поговорить с тобой о чём-то. Фотограф жестом указал в сторону, где Маринетт ждал дизайнер, и перевёл свой взгляд на Адриана. Он практически добился от блондина тех фотографий, что запрашивал Габриэль для новой кампании. Практически. — Ты невероятно жестокий человек, — тихо сказал Адриан, когда Маринетт удалилась из зоны их слышимости. — Надеюсь, ты в курсе. — Вполне возможно, золотце, но мог бы и спасибо сказать. — Усмехнувшись, ответил Винсент. — Теперь ты ещё на шаг ближе к тому, чтобы окончательно завоевать её. Не упусти свой шанс. Сделав ещё несколько фотографий, он позволил Адриану покинуть площадку, где жар софитов уже был практически невыносим. Адриан вернулся к своему месту. Окутанный прохладой и чувством уединения, он взял в руки костюм, висящий на ширме. Одеваясь, он обращал особое внимание на то, чтобы всё было идеально. Дольше всего он возился с галстуком, зная, что не может оплошать перед ней. Нужно было впечатлить её, и тогда, возможно, она не будет против пойти с ним на это неожиданное свидание. Адриан с трудом боролся с накатившей нервозностью, прекрасно понимая, что также он не мог допустить потерять дар речи рядом с ней. Не сейчас. Блондин почувствовал, как Плагг перебрался из сумки во внутренний карман его пиджака. Внезапно он услышал, как кто-то приглушённо присвистнул. Обернувшись, Адриан заметил Маринетт в том самом платье, и вопрос «в чью честь свист?» отпал сам собой. Она выглядела не просто красиво; она была обезоруживающе прекрасна. Великолепное красное платье длинной чуть пониже колен, сочетающиеся по цвету туфли и идеально подходящие аксессуары. Даже не верилось, что она не ангел, сошедший с небес. Маринетт красиво и грациозно подошла к нему, её улыбка сияла. Сияла для него одного. — Здравствуй, красавчик, — прошептала она, поправляя его галстук, до их ушей донёсся очередной восхищённый свист. — Что празднуем? — Ну, моя Леди, — сказал он с хитрой ухмылкой. — А это сюрприз.

***

— Адриан, я не заслуживаю такого, — прошептала она. От её слов у парня по спине пробежала приятная волна мурашек. Зайдя в ресторан, он обернулся и встретился с заворожённым взглядом темноволосой. Одной рукой он обнял её за талию и прижал ближе к себе, наклоняя голову так, чтобы его губы оказались прямо возле её уха. — Да, ты заслуживаешь гораздо большего, Маринетт, — шёпотом произнёс он. — Я думал, ты это уже поняла. Прежде чем она отвела взгляд, Адриан заметил в её глазах отблеск тоски, печали. Он не мог понять, чем вызвана такая её реакция. Она, конечно, флиртовала с ним, но как-то всегда странно реагировала, когда он пытался говорить с ней о его чувствах. И объяснить, почему она отстранилась, отвела взгляд, Адриан тоже не мог. Разве что его чувства не были взаимны, и тогда бы это многое объяснило. Эта мысль плотно врезалась ему в голову, лишая одновременно способности нормально соображать, спокойно дышать и даже аппетит куда-то стремительно улетучился. Адриан не был уверен, что случится с ним, если это окажется правдой. Всё это время он всё сильнее влюблялся в неё. В обе её личности. Он бы не пережил отказ. — Земля вызывает Кота, — издевательским тоном произнесла она, когда он помог ей присесть за стол. — О чём задумался? — Не поверишь, Жучок, но всё ещё ни о чём плохом. Просто… Задумался. Всё хорошо, не переживай, — сказал он, выдавив из себя лучшую улыбку из тех, на которые был способен, учитывая обстоятельства. Не уровень Кота Нуара, конечно, но он к этому и не стремился. Не в этом состоянии. Несколько долгих секунд она внимательно смотрела на него, после чего опустила взгляд на меню. — И всё же, почему ты выбрал именно этот ресторан? Тут, безусловно, очень мило, но это едва ли в твоём стиле. Больше похоже на стиль твоего отца. — Тут ты, моя Леди, конечно права, — он даже умудрился выдать натужный смешок, она в своём обычном настроении и его мир возвращается на круги своя. — Но это ты ещё не видела танцпол. Это уже в нашем стиле, не находишь? Нам будет, где развернуться. — Ага, так ты притащил меня сюда только затем, чтобы показать всем, какой плохой из меня танцор? — Она подмигнула ему, возвращаясь к меню. Маринетт тихонько щёлкала языком, просматривая блюда, и довольная улыбка озарила её лицо, когда она наконец нашла, что хотела бы заказать. — Не знаю, что ты там задумал, но надеюсь, что ты готов к тому, что тебе придётся помогать меня во всём. У меня, к несчастью, обе ноги — левые. — Ну это мы ещё посмотрим, Жучок, — тихо произнёс он, лёгкая улыбка коснулась уголков его губ, когда он наблюдал за ней и видел, как те едва заметные нотки тоски испаряются из её глаз, на их место пришли спокойствие и искренняя радость. — Как думаешь, у нас есть шанс на танцевальном соревновании в следующем месяце? — Если я смогу нормально попрактиковаться, то почему нет? Ты, например, и так замечательный танцор, так что полдела уже сделано. Прежде чем он успел придумать остроумный ответ, рядом возник официант, но Адриан взглядом дал ей понять, что обязательно вернётся к этому разговору, после того, как официант возьмёт их заказ. Он внимательно слушал, как Маринетт заказывала блюдо из курицы. Она говорила с официантом тоном, в котором ему слышались тонкие нотки флирта. Сердце едва-едва не остановилось, но он с облегчением выдохнул, когда она вновь посмотрела на блондина и уже не сводила взгляд с него. К его радости и неудовольствию официанта. — Так на чём мы остановились? — спросила она, когда официант взял их заказ и с чётко слышимым вздохом удалился. — Ты пыталась убедить меня в том, что я плохой танцор. — С хитрой ухмылкой сказал он. Кот Нуар так и лез из него, Адриан был счастлив, что, хотя она, по какой-то причине, не могла ответить ему взаимностью, она всё равно была с ним. Это помогло ему гораздо больше, чем он вообще мог себе вообразить — она выбрала его. — Кому-то пора снять розовые очки, — Маринетт рассмеялась и покачала головой, погружаясь в воспоминания. — Знаешь, и в тот раз мои навыки оставляли желать лучшего, но мне повезло — у меня был великолепный партнёр. И, будто бы посчитав, что недостаточно сильно потешила его эго, она добавила: — Великолепный со всех сторон его личностей. — Ну что ты, Жучок, ты заставляешь меня краснеть. Она вновь рассмеялась, внимательно смотря в его глаза. — Что же, хорошо, что сообщил, — свет ламп красиво отражался в её голубых глазах. — Буду продолжать в том же духе, посмотрим, смогу ли я заставить тебя краснеть весь вечер. — Чёрт, мне пора научится держать язык за зубами и не говорить тебе об этом, — тихо простонал он, закрывая лицо руками, будто скрывая своё стеснение. На самом деле, конечно, щеки его были вполне нормального оттенка, но и упускать возможность лишний раз пофлиртовать он не собирался. В эту игру могут играть двое, а значит и у него есть шанс заставить её покраснеть. Между ними повисла короткая тишина, и Адриан заметил, как Маринетт любопытно озирается по сторонам в ожидании ужина. В его глазах она была самой настоящей принцессой: причёска, макияж и её тёмно-красное платье лишь укрепляли его в этой уверенности. Он не был уверен, чья идея была добавить украшения, но идея оказалась замечательной. Они подчёркивали её исключительную красоту, добавляя некий шарм. Не то, чтобы ей что-то нужно добавлять, разве что для того, чтобы лишний раз показать, насколько она прекрасна. Показать всем остальным. Адриан и так это знал. — Котик, ты снова пялишься, — прошептала она. Он заметил, как Маринетт поднесла свою руку к его и замерла, словно хотела прикоснуться к нему, но замешкалась. Он решил помочь ей определиться и быстрым движением взял её за руку. Осторожно подтянув её к себе, он мягко поцеловал костяшки её руки. — Правда, моя Леди? — С хитрой ухмылкой ответил он. — Знаешь, ты настолько прекрасна, что мне сложно отвести взгляд. — Ты невыносим, ты в курсе? — Она освободила руку и игриво стукнула его по запястью, он мог легко уклониться от этого удара, но не стал. — Знаешь, иногда мне бывает сложно принять, что мой напарник, так сильно привязанный к кошачьей игре слов, и мой старый друг — один и тот же человек. Но это правда. И, предупреждая твой вопрос, я бы никогда и ни за что не променяла тебя ни на кого другого. Наконец им принесли их заказ, что дало бушующему сердцу Адриана небольшую передышку. Он буквально чувствовал, как его признание в любви буквально рвалось наружу. О, как сильно он хотел возвестить весь мир о своей вечной любви к ней. Бегая по крышам, он бы во всё горло кричал её имя и то, как сильно любит её. Ах как бы хотелось осыпать поцелуями её губы, её щёки, её веки. Целовать все части её прекрасного тела, к каким она бы была готова подпустить его. — Не забыла про встречу с нашей группой завтра? Ну, по проекту. — Спросил он, решив сменить тему. — Не забыла, конечно. Я долго думала над этим, и у меня уже есть пара идей. — Сказала она, проглотив небольшой кусочек курочки. — Честно говоря, у меня всё чешется обсудить их. Адриан напряг уши, чтобы уловить короткий стон удовольствия, который сорвался с её губ, когда она положила в рот очередной кусочек, на секунду даже закрыв глаза, чтобы лучше распробовать вкус. И когда она вновь открыла глаза и внимательно посмотрела на него, Адриан почувствовал резкую сухость в горле. Её большие глубокие голубые глаза, казалось, вот-вот поглотят его. Она широко улыбнулась ему, он не мог припомнить, когда последний раз видел её такой счастливой. — Адриан, ты просто обязан попробовать, — она протянула ему кусочек курицы на вилке. — Это такая вкуснотища. «Определённо хочет моей смерти», — думал он, немного наклоняясь вперёд и принимая её предложение. Она, однако, была права, и ему стоит попросить повара, который работает у них в поместье, приготовить что-то похожее. Может даже тогда, когда Маринетт будет ужинать с ними. Мысли о том, что он вскоре сможет поужинать с отцом и Маринетт, приносили ему радость, он точно знал, что Маринетт его не подведёт. — Я ведь была права, а? — спросила она, не замечая, как Адриан погрузился в размышления. В ответ он лишь кивнул. — Надо поблагодарить твоего отца за то, что он разрешил нам провести встречу по проекту у вас. Я бы организовала всё у себя, но, сам понимаешь, Алье сейчас тяжеловато будет взбираться по лестницам, а у меня дома их немало. Он заметил, как в её глазах вновь промелькнула некоторая досада. Практически инстинктивно он протянул руку к ней, желая успокоить, в очередной раз удивляясь, как спокойно она принимала его поддержку, даже когда он просто брал её за руку. — Мари, не благодари, правда. Не сказал бы, что страдаю от недостатка свободного места. — Он тяжело вздохнул. — Знаешь, я никогда не организовывал ничего подобного. Ты не могла бы мне помочь? Боюсь, что забуду что-нибудь важное, и мы не сможем нормально работать. — Адриан Агрест, ты ведь не бал в Лувре устраиваешь, — Маринетт остановила его, крепче сжав его руку. — Мы же твои друзья. Что бы ты не удумал, мы всегда тебя поддержим. Я думала, ты это уже понял. — Туше, — ответил он, понимая, что она повторила одну из его фраз. — И всё же, если тебе так будет легче: да, я приду пораньше и проверю, как ты подготовился к нашим прожорливым мордам. — Жучок, ты слишком добра к твоему котику. Она довольно хмыкнула, покончив с ужином. — Ну что, Котик, готов показать мне, на что способен? — сказала она, кивнув головой в сторону танцпола. — Всегда готов, моя Леди, — парировал он, вставая с места и протягивая Маринетт руку. И навсегда он запомнит этот вечер. Крепко обняв друг друга, они медленно кружились под спокойную музыку. Спустя некоторое время мелодия сменилась на более быструю, заставляя их двигаться быстрее. Они прекрасно проводили время, смеясь и подшучивая друг над другом, не обходилось и без лёгкого флирта. Оба периодически выдавали всё новые и новые, и всё более забавные танцевальные движения, стараясь просто рассмешить другого. Естественно, Адриан выиграл, выдав практически одновременно лунную походку и танец робота. Звонко рассмеявшись, она признала поражение. И её смех был лучшим трофеем для него, и с каждой секундой он всё сильнее влюблялся в девушку, танцующую рядом. Её улыбка, блеск в её глазах, всё указывало на то, что ещё немного и он окончательно влюбится в нее. Нужно только ещё немного постараться. Так ведь? Он чувствовал, что идёт в правильном направлении, но и давить на неё ему не хотелось. Он мечтал о том, чтобы она полюбила его так, как он полюбил её. Их вечер подходил к концу и к этому времени болели уже не только ноги. Адриан проводил её домой, и они остановились возле входа в ее квартиру, солнце давно зашло и ночной Париж окутала тишина, успокаивая и напоминая им о их встрече всего пару дней назад. — До завтра, Котик, — прошептала она, стараясь не разбудить родителей. Маринетт наклонилась, чтобы на прощание поцеловать его в щёку. В последний момент он повернул голову, намереваясь спросить её о чём-то, но не рассчитал и их губы на секунду соприкоснулись. Адриан резко отстранился, она замерла и шокировано смотрела на него. — Мари, — начал он, слегка наклонившись вперёд. — Позволишь? Секундное замешательство. Наконец она осмелилась и кивнула ему. Он подошёл ещё ближе. Мгновение и их губы соприкоснулись вновь. Он так скучал по этому ощущению и сейчас не собирался отпускать её так быстро. Всю неделю она не слишком подпускала его к себе, а теперь вот так просто согласилась принять его поцелуй. С другой стороны, конечно, он и сам старался не слишком торопить события. Но теперь он просто не мог удержать свои чувства, ведь она была так близко, она целовала его в ответ, сжимая воротник его пиджака и сильнее притягивая его к себе. Нет, он не мог сдержать чувства. И когда их поцелуй подошёл к концу, он прошептал: — Я люблю тебя, Маринетт. Он взглянул на неё: в уголках её глаз он заметил отблеск слёз. И слова, которые сорвались с её губ, разбили его сердце: — Не стоит. Более не проронив ни слова, Маринетт покинула его, скрывшись за дверями квартиры, оставив его в одиночестве на лестнице. Сердце нестерпимо болело, и он не имел ни малейшего представления, как быть с этой болью. С большим трудом, едва осознавая, что происходит вокруг, он спустился вниз и вышел на улицу, где возле тротуара его ждал лимузин. Только благодаря Плаггу и его поддержке он добрался до своей комнаты и смог уснуть. С трудом, но всё же. Проваливаясь в сон, он слышал, как пугающим эхом слова Маринетт звучат в его голове. Они преследовали его, возвращая кошмары, которые, он надеялся, более не вернутся к нему.

***

Состояние Маринетт едва ли было лучше, чем его. Закрыв дверь перед его носом, она медленно опустилась на колени, слёзы стекали по щекам, попадая на платье, оставляя небольшие тёмные следы потёкшей туши. — Тикки, я так больше не могу, — сквозь слёзы проговорила она, из последних сил стараясь контролировать всхлипы, чтобы не разбудить родителей. — Знаю, Маринетт. — сказала квами, выбираясь из сумочки Маринетт и усаживаясь подопечной на плечо, делая всё возможное, чтобы успокоить её. — Я хотела бы помочь тебе. — Я не могу сказать, что люблю его, а я так давно мечтала об этом. Мечтала любить его, Тикки. А что я получаю? Он возненавидит меня, когда узнает правду. — Она смахнула слёзы, тихо простонав, понимая, что, несмотря на её попытки успокоиться, они продолжали течь из её глаз неконтролируемым потоком. Тяжело вздыхая, она поднялась на ноги и постаралась поскорее попасть в свою комнату, стараясь не разбудить родителей. Если бы они увидели её в таком состоянии, то ей было не избежать вопросов, ответов на которые она дать не могла. Попав к себе в комнату, девушка вытащила из сумки телефон, яркий свет отразился в её красноватых от слёз глазах. На экране блокировки стояла её фотография с Адрианом. На секунду Маринетт даже смогла выдавить из себя улыбку, забывая всё то безумие, что происходило вокруг, и вспоминая их безмятежное состояние. Этой фотографии всего год, а сколько всего изменилось за это время. И воспоминания о том дне нахлынули на неё. Хороший ведь был день. Но и они мгновенно улетучились, и на их место пришло разочарование и страх дня сегодняшнего. — Маринетт? — осторожно спросила Тикки, устраиваясь на столе рядом с корзинкой для печенья. — Я больше не могу ему врать, Тик. Это неправильно. У Габриэля и Плагга была целая неделя, они могли бы уже рассказать ему всё. Они должны были, так? — Маринетт нервно металась по комнате взад и вперёд. Она всё не сводила взгляд с экрана блокировки и этой завораживающей улыбки Адриана. Окончательно собравшись с мыслями, она разблокировала телефон и открыла мессенджер. М: [Котик, нам нужно поговорить. Мне нужно, чтобы ты выслушал меня. Я объясню всё, что могу. Всё, что должна. После завтрашней встречи с Нино и Альей.] Несколько долгих минут она упрямо смотрела в экран телефона, ожидая ответа. — Пожалуйста, Маринетт, постарайся уснуть, — настойчиво попросила Тикки, осторожно поглаживая девушку по щеке. — Утром тебе будет легче. Верь мне. И хотя это было спорное заявление, сил протестовать у неё не было. Маринетт разделась, смыла макияж и забралась в кровать, где она, свернувшись в калачик, укуталась в одеяло. Неизвестно, сколько времени прошло прежде, чем она наконец уснула. Вероятно, как минимум пару часов, ведь она совершенно не услышала будильник и лишь благодаря Тикки она смогла проснуться вовремя, чтобы не пропустить её встречу с Хлоей. Она хотела обсудить детали её весеннего модного показа. Тикки настойчиво постукивала по щекам девушки и в конце концов заставила Маринетт подняться. Она раздражённо потёрла глаза кулаками и с трудом поднялась с кровати. Дойдя до ванной, Маринетт поёжилась: в волосах всё ещё были остатки лака, а на лице чувствовался вчерашний макияж, несмотря на её отчаянные попытки смыть его ещё перед сном. — Мари, ты в порядке? — спросила Тикки, когда её подопечная вернулась в комнату. — Бывало и лучше, Тик, — ответила она, а опуская взгляд на телефон. Адриан так и не ответил ей.Тяжело вздохнув, она добавила: — И будет лучше, когда я поговорю с ним. Больше я не собираюсь ему врать. — Я понимаю, — квами согласно кивнула. Маринетт, с небольшой помощью Тикки, уже скоро была готова к выходу. Ей даже удалось превратить своё сонное состояние в нечто менее пугающее. Ей нужно было дойти до отеля отца Хлои, где они договорились встретиться и обсудить детали модного шоу. Она спрятала Тикки в сумочку и, взяв в руки телефон, она заметила мигающий светодиод уведомления. Прикусив губу, Маринетт разблокировала телефон и открыла мессенджер. А: [Что бы там ни было, всё не может быть так плохо, да? Мари, ты можешь рассказать мне всё, что угодно.] Она подумала, что ей следует написать ему что-то в ответ, но сообщение от Хлои отвлекло её от этих размышлений. Вздохнув она переключилась на диалог с ней. Х: [Поторопись, иначе не сможешь нормально пообедать тут.] М: [Уже иду. Скоро буду.] Маринетт торопливо выскочила из комнаты и побежала вниз по лестнице, избежав родителей. Резким движением она открыла входную дверь пекарни и едва не врезалась в очередного посетителя. — Прости, — пробормотала она, пытаясь устоять на ногах и продолжить путь. — Воу, Нетт, где пожар? — спросил Нино, успокаивающе придерживая её за плечи. — Да я опаздываю, — Она сделала шаг в сторону, намереваясь уйти, но резко остановилась. Схватив Нино за руку, Маринетт отвела его в ближайший переулок. — Так, чувачетт*, что стряслось? — спросил он, поправляя кепку и внимательно осматривая её с ног до головы. В его взгляде отчётливо виделось беспокойство. (*Dudette = Dude +Marinette, Чувак + Маринетт — прим. переводчика) Маринетт нерешительно прикусила губу, прежде чем выпалить: — Я знаю что-то о кое-ком, чего знать не должна. И мне кажется, этот кое-кто должен знать это кое-что, но все вокруг утверждают, что я должна держать язык за зубами. Но я хочу рассказать ему всё, Нино, но эту тайну раскрыть я не вправе, она меня не касается. Но если он узнает, что я знала всё и ничего не рассказала ему, он точно будет зол на меня за это. И я знаю, что ему будет больно. Что мне делать, Нино? Рассказать всё или молчать? — Звучит подозрительно похоже на Адриана и его папашу, — задумчиво произнёс Нино, продолжая внимательно смотреть ей в глаза. Она и забыла, как хорошо он разбирался в людях. — Слушай, Нетт, я не знаю, о каких секретах идёт речь, так что не могу сказать, что тебе делать, но, мне кажется, тебе следует всё ему рассказать. Если ты считаешь, что он должен знать, то это вроде как твой долг. Даже если ты считаешь, что эта тайна тебя не касается. — Ты прав. Спасибо, Нино, — Маринетт легонько чмокнула его в щёку и опять обернулась, намереваясь отправиться к отелю. И вновь остановилась, взглянув на парня через плечо. — Пожалуйста, пообещай, что не оставишь его, если он возненавидит меня. Я не хочу, чтобы он остался один, Нино. Нино ответил не сразу, вновь изучая её реакцию, пытаясь понять её эмоции. И она даже не пыталась скрыть то, что чувствует. Он мог отчётливо видеть тоску и беспокойство в её глазах. — Я буду рядом, — кивнул он. — Когда ты собираешься ему всё рассказать? — После нашей встречи. Не уходи далеко. На всякий случай, — сказала она, нервно потирая руки. — После того, что ему придётся узнать, его нельзя оставлять наедине с собой. Нино вновь кивнул. — Договорились, Нетт. Я пригляжу за ним. Она поблагодарила его и побежала к отелю. Уже примерно через пятнадцать минут она сидела рядом с Хлоей: с помощью сил Ледибаг она добралась до неё очень быстро. Хлоя хорошо подготовилась к их встрече, и по ней было видно, что она также была не в настроении на долгие беседы, чему Маринетт была несказанно рада и мысленно поблагодарила блондинку за продуманность. В течение получаса они обсудили все важные моменты, поделились мыслями, разделили обязанности и попрощались, разойдясь по своим делам. Маринетт решила пойти сразу к Адриану, у неё ещё было время перед их встречей, и она могла бы поговорить с ним. Применив трансформацию, Маринетт очень быстро пересекла город и уже вскоре оказалась на территории поместья, приземлившись в открытое окно в комнате Адриана. — И чем я заслужил радость видеть тебя, Жучок? — удивлённо спросил он, сидя за компьютером; на одном из мониторов она заметила открытую главную страницу Ледиблога. — Я подумала, что мы можем поговорить до того, как Алья и Нино доберутся сюда, — тихо произнесла она, присаживаясь на диван. — Ладно, но я буду говорить с Мари или это как-то связано с Ледибаг? — Спросил он, сложив руки на колени. Слегка нахмурившись, он внимательно оглядывал её с ног до головы. — Когда я сказал, что ты можешь рассказать мне всё, что угодно, я говорил серьёзно. — Я не могу… Не должна рассказывать тебе это. Это тайна не касается меня. — Прошептала она, опустив взгляд на свои руки, ожидая, что он ей скажет. Она не могла заставить себя взглянуть ему в глаза, зная, что всё вот-вот изменится. — Но касается меня? Она кивнула. Когда его тёплые руки коснулись её плеч, она испуганно дёрнулась. И как же сильно его прикосновения помогали успокоиться. — Поэтому всю неделю ты не подпускала меня к себе? Она вновь кивнула. — Тогда ты можешь просто рассказать мне всё. Мари, я уже не маленький. Уверен, что я переживу. — Он поцеловал её в висок, продолжая поддерживать и успокаивать. Маринетт отменила трансформацию и посмотрела на него, в её взгляде отчётливо была видна боль и досада. Так ей казалось. Она не могла заставить себя смотреть ему в глаза. — Твой отец не говорил ни о чём в последнее время? — Он причастен? Он обидел тебя? Что он сказал? Или сделал? Сначала она покачала головой, но затем кивнула. — Сказал и сделал. — Так, ага… Значит нам нужно пойти и поговорить с ним. Прямо сейчас. Уверен, тогда всё встанет на свои места, да? — Он взял её за руку и осторожно, но настойчиво повёл её за собой. Его решительность повергла Маринетт в шок, но она не спорила, даже не пыталась остановить его. Адриан вёл её на первый этаж, а она отчётливо чувствовала, как ужас начинает окутывать её, когда они вдвоём оказались у высоких дверей, ведущих в офис Габриэля. И вновь она не позволила себе остановить Адриана. Парень постучал в двери и громко позвал отца, надеясь, что он выделит на него время. Но ответа не последовало. Адриан обернулся и обеспокоенно посмотрел ей в глаза. — Странно. Он всё утро не выходил. Он упоминал, что ему нужно приготовиться к какой-то встрече, но до неё ещё как минимум пара часов. — Может он на кухне? Или у себя в комнате? — Нет, я так не думаю, — пробормотал Адриан, открывая дверь. Он вновь позвал Габриэля. Неприятное чувство опасности охватило Маринетт, пока она пыталась выглянуть из-за спины блондина, чтобы понять, что происходит в комнате. Адриан медленно зашёл в комнату и практически мгновенно опустился на колени рядом с лежащим на полу Габриэлем. Маринетт испуганно ахнула и мгновенно достала телефон. — Вызывай скорую! — выкрикнул Адриан, не спуская взгляд с отца, лежащего без сознания. Маринетт торопливо набрала номер экстренной помощи, но кто-то подошёл к ней сзади и остановил её, резко поймав за руку. Обернувшись, она увидела Натали. Помощница Габриэля медленно покачала головой, в её взгляде была огромная печаль и Маринетт инстинктивно опустила руку. Холодок страха волной пробежал по всему её телу. Маринетт обернулась к Адриану. — Адриан, я не могу. — Глубоко вздохнув, прошептала она. — Я не могу пойти против его воли. — Чего? Что это вообще значит? Маринетт задержала дыхание, следующие её слова разобьют его сердце и разрушат весь его мир. — Он умирает, Адриан. — прошептала она.