Разбитое зеркало

Цинхэ Не. Первые несколько дней Лань Чжань и, что удивительно, Цзян Чэн провели в библиотеке клана Не. Одной лишь найденной информации, о каком-то там зеркале, оказалось недостаточно, ведь найти сей артефакт не предвещалось возможным — Глава Клана Не не появлялся уже больше недели, а спросить у кого-то ещё они не могли. Младший господин, Не Хуайсан, отвечал лишь: — Я не знаю, я ничегошеньки не знаю. Спросите дагэ. На что Цзян Чэн бранил его, а тот начинал тараторить заученную фразу с ещё большим рвением. Лань Чжань же молчал, оставаясь все таким же внешне хладнокровным и отстранённым — глава Цзян уже стал сомневаться, что эта ледышка чувствует хоть что-то к его брату. Десять дней спустя, Глава Не вернулся. К сожалению не самостоятельно — тот был в бессознательном состоянии, постоянно бредил и температурил. Лучшие врачи Цинхэ Не так и не смогли выяснить причину, а узнать, где находится зеркало, теперь было невозможно. Даже Не Хуайсан перестал появляться, пропадая в покоях брата дни и ночи напролёт. С каждым днём Лань Ванцзи становился всё мрачнее. Он больше не виделся с Вэй Ином во снах. Все что он видел во сне — это лишь непроглядная тьма, ведущая в бездну отчаяния и боли. Бар. Другой мир. — И как мы это сделаем? — Хэ Су расхаживала по залу небольшого темного бара из стороны в сторону, пока Вэй Ин сидел за барной стойкой, потягивая свой любимый виски. — Я вот не понимаю! Как? Мне собрать всех людей и обшарить каждый угол этого города? Но нам подвластен лишь тринадцатый район! — Мне подвластен. — Твердо проговорил Усянь. Пожалуй, сегодня он впервые был настолько спокоен: он мирно спал, сходил в душ, позавтракал и даже почистил оружие. Он не истерил и не бил зеркала, даже провинившийся в провале задания подчинённый не получил ничего, кроме: «Чтобы такого больше не было». Что это? Апатия? Смирение? А может у него появился план? Хэ Су не знала, и это жутко её раздражало. С прихода того старика прошло два дня, а они даже и не пытались отыскать лазейки или саму женщину. Как вообще она выглядит? Вопросов с каждой минутой становилось больше, а ответа на них не было, да и вряд-ли будут. Вот только по Вэй Ину было незаметно даже и тени сомнения, что он ее найдет. Словно он точно знал, где искать женщину. Абсолютное спокойствие. — Нет, ты скажи, что ты опять задумал?! Я не собираюсь опять сидеть с твоим, истекающим кровью, телом. Я ещё с прошлого раза седая! — Не преувеличивай. — фыркнул Вэй Ин, вновь отпивая из бокала и вообще не слишком реагируя на эмоциональные всплески подруги. — Как была огненно-рыжей, так и осталась. Вообще не понимаю, почему у тебя такой цвет волос. — Мы уже столько лет вместе, а ты спрашиваешь об этом сейчас? Серьезно? — Чем дольше девушка говорила, тем больше злилась. Конечно же, злилась она на спокойствие Усяня. Ей было плевать, если умрет она, но не плевать, что дорогой ей человек потеряет шанс на возвращение к жизни, просто потому что уже два часа сидит и пьет виски, вместо разрабатывания плана. — Вэй Усянь! Когда ты уже станешь серьезным?! — Вообще-то, я сейчас очень серьёзен. Я на полном серьёзе выпил полбутылки виски. И на полном серьёзе иду к себе прямо сейчас. Пожалуй, это была последняя капля за эти дни, поэтому следующие, что услышал Усянь — это отборная ругань, что не часто слетала с уст девушки, та предпочитала сразу прирезать противника, чем втирать ему, какой же тот мудак. Дверь хлопнула и та просто ушла, чтобы сделать дело уже по-своему. — Прости, но тебе точно не понравится, что я хочу сделать… Вечер того же дня. Вэй Ин сидел на крыше высокого здания, в кругу из собственной крови, которой он писал магические символы. Он впервые решился попробовать что-то сам, без помощи Хэ Су. Скорее всего, он грандиозно облажается, но выбора не было. Вернее был, но Усянь никогда не станет подвергать жизнь Хэ Су опасности. А значит остаётся лишь жертвовать собой. Какова будет цена — он не знал, но знал, что это все, что он мог сейчас сделать, учитывая сроки. Сам он умирать тоже не собирался, но уверенности в этом было слишком мало, да и что ему терять, если вскоре он так и так отправится на круг перерождения, утащив за собой Хэ Су и любимого Лань Чжаня, которому ещё жить и жить. Вэй Ин достал тот самый клубок. Они с Лань Чжанем долго проговорили тогда, и о клубке в том числе. Так что Усянь немного представлял что его ждёт и как же призвать хранительницу сего чудесного артефакта. Вновь брызнула кровь, окрашивая серебристые нити в алый, что казался особенно темным в свете полной луны. Полнолуние. Идеальное время, чтобы достучаться до богини. Каждая ниточка постепенно меняла цвет, и вот, когда уже от серебристого цвета не осталось ничего, Вэй Ин уложил клубок у своих ног, одновременно перевязывая израненную руку, куском ткани, что предусмотрительно прихватил с собой. Та в скором времени пропиталась влагой, начиная медленно сочится из повязки, но это не важно. Главное сейчас — это прочитать заклинание, что он придумал сам. Долго и муторно, подбирая правильные слова, он вспоминал всё, что знал о богине Луны. И вот теперь был уверен в себе. С губ слетели слова, а веки смежились, стараясь сосредоточиться и вложить все духовные силы, что у него были. Лань Чжань хорошо постарался, совсем не жадничал, и теперь Вэй Ин снова чувствовал, как меридианы, словно полные реки постепенно пустели и иссыхали под напором заклинания. Казалось, что душу выжигают пожаром: было жарко, и немного страшно. Страшно, что сейчас он истратит все на одну единственную попытку и та провалится, а второго шанса не будет. Страшно, что в попытке всё исправить, он вновь потеряет себя и уже не факт, что его кто-то спасёт: Хэ Су рядом нет, а Лань Чжань не придет. Теперь уж точно. Клубок засветился, освещая взволнованное лицо кровавым светом, как тогда на горе Луанъцзань. Земля мелко задрожала, слышалось дребезжание мелких камушков о бетонную крышу высотного здания. Вэй Ин всё слышал, но продолжал читать заклинание, не открывая век, стискивая штаны на коленях, до треска, натянувшейся ткани. Послышался стук копыт, а после цоканье каблуков. Откуда тут копыта? Вэй Ин распахнул глаза, как только с губ сорвалось последнее слово и вперил взгляд в фигуру юной девы, что стояла прямо перед ним, взирая на него нечитаемым, но каким-то грустным с поволокой взглядом миндалевидных глаз. Хрупкая фигура девушки, ее тонкие руки и слегка вьющиеся волосы цвета ночи говорили, что она безобидна, но… Всегда есть но. Вэй Ин не дурак и тут сразу было понятно, что обмануться очень просто. Она склонила голову в бок, после оседая напротив мужчины в похожей позе и складывая руки на коленях. Оба молчали и просто смотрели друг на друга. Вэй Ин решил заговорить первым: — Вы… — Чшшш, — девушка приложила палец к губам, не позволяя тому закончить, а яркие глаза, цвета стали, или луны, скользнули по фигуре мужчины вниз, останавливаясь на клубке у его ног. Девушка вздёрнула бровь. — Откуда это у тебя? — Мне дал это возлюбленный. — Какой смысл врать? Вэй Ин решил быть честным, и не утаивать вообще ничего. — Вот как… — очень медленно, пропевая гласные ответила девушка. Кажется, ее звали Чан Э, но Вэй Ин уже не был уверен в своей памяти, да и когда она вообще у него была. — Простите, что призвал Вас, мне нужна ваша помощь… — Чшшш, — вновь послышалось в ответ. Девушка взяла в руки клубок, любовно осматривая его, а после провела над ним рукой и вот нити уже снова были серебряными, переливаясь в свете ночи. — Как давно я его не видела, а он все так же прекрасен, — она приложила клубок к щеке, на секунду прикрывая глаза, словно тот ее грел. Сейчас она была похожа на кошку, что ластится к ноге, но Вэй Ин все равно оставался настороже. Кто знает этих богов? — Госпожа Чан Э? — М? — приоткрыв один глаз, промурчала та. — Вы мне поможете? Лёгкая аура безмятежности вновь улетучилась, а клубок вернулся на место — в центр круга у ног Усяня. Девушка стала выглядеть холодно и отстраненно, словно у них тут деловые переговоры. — Я давно утратила своего возлюбленного, так что никакая я не госпожа, скорее дева. И останусь ей до скончания веков. — На лице у нее отразилась грустная улыбка из-за чего Усянь невольно улыбнулся в ответ. — Простите… — Чшшш, это не твоя вина, за что тут извиняться?! Так что ты хотел, смертный юноша, вернее даже, мертвый юноша. Не думала, что мертвые тоже чего-то желают. Последний раз у меня просили, дай подумать, — девушка приложила указательный палец к виску, чуть надавливая на него, словно пытаясь так вытащить воспоминания, — когда я сделала этот клубок. Точно. И вот меня зовут снова и снова я вижу клубок. Какое интересное совпадение. — Это не совпадение. — Вот как? Что ж, тогда я выслушаю тебя. Они провели за беседой полночи и вскоре уже близился рассвет, и Луна с небосвода должна была уступить свой пьедестал Солнцу. Поговорив так ещё немного, Вэй Ин смог узнать всё, что он хотел, и даже больше. Богиня оказалась интересной рассказчицей и внимательной слушательницей. С тех пор, как она покинула любимого ради Небесного Дворца, ее ничего не радовало, а поговорить было не с кем и вот теперь, она с радостью изливала душу, а под конец и вовсе считала Усяня своим другом, хоть и не доверяла ему в начале. — Так значит, ее зовут Инь Ху и я действительно найду ее там, где Вы сказали? — Вэй Ин уже не верил, что сможет это сделать, но, кажется, смог. — Зачем мне тебе лгать? Я следила за этой парочкой, что не смогла воссоединиться даже с моей помощью. Это…горько. — девушка приобрела вид совсем юной и капризной девы, это умиляло. — Хорошо. Я понял! — Усянь сложил руки в почтительном жесте, совершая поклон, которые Богиня приняла. — Ну хватит. Всё. Мне уже пора. Вновь послышался шорох одежд и цокот каблучков по бетонной крыше, а вскоре и стук копыт, Вэй Ин все ещё был в поклоне, мысленно благодаря всех богов, что послали ему такую удачу. Через час он уже снова был в баре, набирая номер телефона. — Хэ Су? Я нашёл. Приезжай.