Унесённые жизнью

Коля чувствовал, в Клаусе бушевала стихия эмоций, заполняя собой всё вокруг. Его глаза лихорадочно поблёскивали, в темноте, отсвечивая синим, а зрачки расширились, как две огромных пропасти. Вот он хищник, сидит сейчас на нём, готовый в любой момент напасть, вгрызаясь своими клыками в тёплую плоть. Перегрызть глотку, облизнув губы от крови и по-кошаче выгнуться. Коля ухмыльнулся. С вызовом, с азартом, разжигая лишь сильнее пламя страсти и поддаваясь вперёд. "Лучшая защита — это атака" Быстрая, молнеиностная, сладкая. Как выступившая кровь на чужих губах. Он целует, жадно, глубоко, вгрызаясь и не щадя, лишь потом с опозданием, зализывая раны и целуя вновь, мягче, слаще, раскатистей. Подхватывая под бёдра, подменая под себя, наваливаясь и завладевая без остатка. Окатывает россыпью поцелуев, по шее и груди, целуя скулы, щёки и нос. Не может насладиться, не может надышаться, припадая сильнее губами, к мочке, кадыку. А Клаус дёргается, бессильно извиваясь, глядя натравленным зверем. Простыни комкает, вздыхает. Сдаётся. Замирает. Тихий стон испускает, обмякает. Завладел, пересилил. Остаётся лишь любить.

***

Коля проснулся по-ощущениям, где-то посреди ночи, от раздавшегося неожиданного топота и хлопанья двери. Подобное в их семье было делом привычным, пусть и кране раздражающим. Порой после этого русский ещё долго не мог заснуть, ворочаясь и всячески меняя позы. За окном было ещё темно, а часы на прикроватной тумбочке показывали без пяти пять. "Просто замечательно." — про себя простонал Ивушкин, откидываясь обратно на подушку и елозя рукой по постели, в поисках мужа. Но наткнувшись лишь на сборовленое одеяло и призрачное ощущение тепла, Коля вновь соскочил, соннливо озираясь по сторонам. Сладко зевнув, прислушался к звукам квартиры. Тишина, прерываемая мерным тиканьем настенных часов, убаюкивала. "Может в туалет ушёл? Но так громко..." Сколько они уже живут с Клаусом, тот его ещё не разу не будил его своими ночными похождениями. Ни разу за последние 15 лет. Поэтому Колю это немного напрягало и с каждой минутой это "немного" возрастало с прогрессирующей скоростью. Просидев ещё несколько секунд неподвижно, обдумывая случившиеся, Ивушкин резко соскочил с кровати, выбегая из спальни. Нашёлся Клаус в туалете, бледный как смерть, со свисающими на лицо тёмными прядями, и с испареной на лбу. Его руки дрожали, как у заядлого алкоголика, а в глазах поблёскивали слёзы. Немцу явно было плохо, крайне плохо. Он блювал до желчи и тихо шмыгал носом. А Коля мог лишь с тревогой наблюдать, и по окончанию сгребсти его в медвежьи объятия, с трепетом поглаживая по голове и блуждая рассеянным взглядом по плитке туалета. Клаус мелко вздрагивал, цепляясь тонкими пальцами за мужа, словно за последние спасение, и тихо равно дышал, уткнувшись ему в грудь. Повисла мёртвая тишина, и Коля услышал неравномерный стук сердца, то ли его, то ли Клауса. Он не знал сколько они так просидели, пока дверь тихонько не приоткрылась и на них не посмотрела пара обеспокоенных голубых глаз. Маша нервно тря ручку двери туалета, долго не решалась войти, но увидев, сквозь шёлку двери, потерянный взгляд отца, вошла, протягивая стакан воды и пачку таблеток. Молча. Без единого слова. В тот день Коля заснул лишь к шести утра, поглаживая напряжённую спину мужа и шепча ему на ухо, без разбора, всякие глупые нежности.

***

Ответ понятен был уже тогда и даже Маше. А две полоски, его лишь ещё раз подтвердили, доказывая что "незащищённый секс обычно кончается одним и тем же, если кончают куда не надо." Клаус нервно усмехнулся, мысленно обрывая весь этот каламбур и снова выпивая таблетку. Мутило. Мутило от всего, от запаха утреней каши, от зимы и даже немного от Коли, пока он не сходил в душ. Дети скакали вокруг и казалось они кричали ультразвуком. Клаус находился в состоянии полной прострации и старался медитировать, погрузиться в летаргию, всё что угодно лишь бы не сорваться. Бесит. Осознание реальности до него ещё не доходило, оставшись где-то на периферии сознания, но уже медленно и верно угнетая. А ведь он уже не так уж молод, а ведь они не планировали четвёртого ребёнка. И ещё сотню бессмысленных "а ведь" проносящихся, словно ураган, в мыслях Клауса. А ведь нехера не изменишь. А Коля светился от счастья, как маленькое, яркое, веснусшатое солнышко. И наверное именно из-за него, Клаус который раз соглашался завести очередного ребёнка. Ну просто не мог он, да и что таить, не хотел, сопротивляться чарам Ивушкина, вновь поддаваясь им. Коля смотрел на него горящими глазами, целуя ему руки и глупо улыбаясь. А у бывшего штандартенфюрера, даже дыхание спёрло, и он лишь часто моргал уставившись на супруга. — Ты чего? — тихо спросил Ягер, кладя ладонь ему на щёку и нежно поглаживая большим пальцем. — Я просто рад. — его голос казался таким далёким и одновременно таким близким. "Рад" — Тихо шептал в эйфории Клаус, раскатывая на языке слово и словно стараясь наконец поймать ускользающий от него смысл. Рад Коля приблизился, мягко целуя его и накрывая его ладони своими. Рад Этот малыш ещё даже не научился дышать, а ему уже рады, и его уже любят и ждут. Что же может быть лучше? Коля зацеловывал щёки Клауса, особенно нежно проходясь губами по шрамам. —Я тоже рад. Да, пожалуй, им придётся трудно, но кто говорил что будет легко? Да и какие это трудности, если они и так уже пережили всё что только возможно, пройдя через настоящий ад под названием — война? Пройдя через все трудности и выдержав проверку времени, продолжали быть вместе, закрывать глаза на недостатки друг друга. Отношения — самый тяжёлый труд. Труд, требующий нервов, умение уступать, понимать, принимать, сочувствовать...прощать. Требующий осознания всей серьёзности происходящего и свою роль в этом. Ребёнок — это не просто игрушка, это не просто ответственность за маленькую жизнь, это ответственность за его воспитание, образование и мировоззрение. Сколько семей рушилось после рождения первого ребёнка...десятки, а того может и сотни, и важно было справиться, хотя бы для этого же ребёнка. Для его, счастливого будущего в полноценной семье. Они справились. Их отношения выдержали появления сына и серьёзных конфликтов. Выдержали разногласия, переезд, ремонт, своенравное поведения Миши. Поэтому, какие это трудности? Никакие... Временные трудности.