Выбирая свой путь

— Здравствуйте, Ваше Высочество, — почтительно поклонилась Сэлия подошедшему к ней статному нолдо. Куруфин держался горделиво, как и все принцы, но именно сейчас выглядел не столько серьезным, сколько угрожающим. Лазурная рубаха распахнутая у ворота и коричневые штаны из мягкой кожи, равно как и отсутствие каких-либо украшений и оружия, давали понять, что срочные вести оторвали мужчину от отдыха. Откуда же столь холодный блеск в глазах, ведь наконец спасен старший брат?.. Девушке становилось не по себе. Следующая фраза ничуть не добавила спокойствия: — У тебя есть время для небольшой прогулки? — Да, разумеется, — невероятным усилием сохраненным спокойным тоном произнесла Сэлия, глядя на переносицу феаноринга. Посмотрела бы в глаза — голос точно дрогнул бы. — Тогда прогуляемся вдоль озера. Мне нужно кое-что с тобой обсудить… — получив утвердительный кивок — а могло ли быть иначе?.. — Куруфин жестом велел спутнице идти следом. Казалось, что дорога заняла несколько часов, а не минут. В голове Сэлии все это время вертелись два вопроса: о чем поговорить и почему не в лагере? Ответов, равно как и дельных мыслей, у пока не было. Поскольку убегать от Куруфина в эльфийском лагере или кишащем орками лесу было крайне нелогично и безрассудно, оставалось следовать за нолдо в гробовой тишине. Принц перекинулся парой слов с конюшим, стоило им дойти до стойл, вывел своего темно-серого коня и небольшую черную лошадку, нетерпеливо переминавшуюся с ноги на ногу. Очаровательные животные: холеные, мускулы мягко перекатываются под лоснящимися шкурами, глаза умные: сразу видно, насколько крепка связь зверей и их наездников. Лошади следовали за Курво без малейшего понукания с его стороны. Вскоре эльф и человек оказались у глубоких, густо-синих вод Митрима. Холодный ветер освежил, разогнал ядовитый туман страха и сомнений, опутавший разум. Было тихо, только ветер шелестел листвой деревьев, холодный коготь полумесяца завис в небе, поддернутом легкой дымкой облаков. Спешившись, Куруфин подошел к Сэлии, держащей свою лошадь под уздцы. — Можешь отпустить. Кони никуда не убегут. — Так что Вы хотели, Ваше Высочество? — стараясь говорить все также спокойно и не выдать страха, спросила девушка, следуя совету — или, скорее, повинуясь приказу — и делая пару шагов в сторону от лошади. И от принца. — Поговорить, — произнес Атаринкэ, пристально глядя на спутницу. — Видишь ли, ни я, ни кто-либо из моих братьев, ни наш народ не видел подобных вам троим. Вы не из квенди и не из майар, при этом идеально говорите на квенья. Ваши вещи, что я успел увидеть, не похожи ни на что, виденное мной прежде. Эти материалы, формы… они иные. И да, Глоранейлу по моей инициативе было приказано переговорить с тобой. Уверен, ты догадалась об этом. Как он сказал, ты держалась вполне естественно, и он не уловил лжи. Я же не так легковерен. Я желаю знать правду. Что вы за существа? Откуда вы и с какой целью прибыли в наш лагерь на самом деле? — Лорд Куруфинвэ, как я понимаю, от итогов нашего разговора зависят наши дальнейшие жизни… — полувопросительно произнесла Сэлия в странной задумчивости. — Именно. — Что ж, — нервозность отступила, эмоции словно заледенели под этим пронзительным взглядом. А может ей просто надоело бояться. — Прежде чем я начну, могу ли я просить у Вас одну услугу? — Все зависит от того, в чем заключается услуга, — нолдо подозрительно сощурил холодные серые глаза, сиявшие, словно звезды. — Чем бы не закончился этот разговор, я прошу вас об одном: Хорвекс и Леоли не должны пострадать. Они еще дети и мало о чем знают. Я не хочу, чтобы пролилась их кровь. Пусть мы родичи лишь по отцу, они дороги мне и я обязана заботиться о них. На самом деле эта просьба имела исключительно практичный характер. Куруфинвэ должен думать, что младшие брат и сестра Сэлии дороже, чем собственная жизнь. Если вспомнить резню, которую учинили нолдор над тэлери в Альквалондэ, то за жизни мелких можно было опасаться, а еще можно было сыграть на струнах заботы о родне. Добавить себе благородства никогда лишним не будет. Эта идея пришла к девице совершенно спонтанно, но показалась неплохой. Она, конечно, дорожила своими младшими братом и сестрой и могла ради них пойти на определенный риск, но себя девушка любила не в пример больше. Куруфина подобная просьба не удивила, по крайней мере внешне. Лик его оставался невозмутим и холоден: в первую очередь его явно интересовали ответы на собственные вопросы. — Не могу предположить по какой причине ты решила, что кто-то из нас может навредить беззащитным детям, — ровно проговорил мужчина, скрещивая руки на груди. Сэлия заметила серебряное кольцо тонкой работы на одном из длинных пальцев эльфа, блеснувшее в свете луны. — Их никто не тронет, даю слово. «Вы еще и не такое сотворите, сыны Феанора…», — подумалось девушке, но вслух она сказала иное. — Благодарю Вас, Ваше Высочество, я отвечу Вам на все вопросы. Мы не дикари и не варвары, да: у нас был свой язык, своя письменность, свои произведения искусства… Меня, как старшего ребенка, готовили ко многим… неожиданностям. Каждый в моей семье мог держать в руках оружие. Мы, как могли, жили в мире, ни с кем не воюя и не переходя границы своих земель. На текущий момент наше поселение прекратило свое существование: никого, кроме нас троих, не осталось. Мы забрали с собой некоторые вещи и ушли. После продолжительного путешествия вы нас нашли. Зачем мы пришли в ваш лагерь? Нам нужно было убежище от орков, и, кроме того, вы нас пригласили. Кто мы? Трое людей атани, ибо мы вторые, прибывшие после Вашего народа. Вот только как мы попали сюда — не меньшая загадка и для нас. Мы бежали, а после нас внезапно какая-то сила выбросила на ту самую поляну. Никогда не слышала о подобном прежде. Я понимаю, что сейчас неспокойные времена и Враг может напасть в любой момент, но мы вам не противники и не замышляем ничего дурного. Все, чего мы хотим, так это жить, — Сэлия закончила свою речь, мысленно моля богов о помощи. — Допустим, — медленно произнес Куруфин после длительного молчания. — Я поверю тебе. Но раз уж зашел такой разговор, то что лично ты планируешь делать, живя в нашем лагере? — Благодарю Вас за доверие, Ваше Высочество, — почтительно выдохнула девица, внутренне радуясь, что удалось избежать осложнений. На этот раз. Внутренне она не сомневалась, что подробный рассказ о троице у нее потребуют еще не раз и не два. Сейчас-то история состоит из белых пятен и сшита не менее белыми нитками. — Я просила Глоранейла обучить меня читать и писать на квенья, он согласился. В дальнейшем надеюсь научить этому и брата с сестрой. Кроме того, хотелось бы научиться сражаться. Азы мы знаем, но работа предстоит большая, особенно в такие опасные времена. Кроме того, хотелось бы приносить какую-либо помощь. Не слишком радостно быть нахлебниками. — И научиться сражаться… — повторил нолдо. — Обратись к Амбримору, он научит тебя сражаться. — Еще раз благодарю Вас! — после секундного ступора выпалила Сэлия. — Не сочтите за наглость, но можно один вопрос? — Что еще? — раздраженно спросил феаноринг, собравшийся было с неприличной легкостью взлететь на спину коня. — Как себя чувствует Ваш брат? — собравшись с духом, девушка выдала вопрос почти скороговоркой. — Откуда ты знаешь, что он мой брат? — опять начал допрос Курво, развернувшись и выгнув смоляную бровь. — Весь лагерь говорил о том, что сын Нолофинвэ Финдэкано спас с пиков Тангородрима старшего сына Фэанаро Нэльяфинвэ Майтимо, — отрапортовала Сэлия, только по стойке «Смирно!» встать да честь отдать не хватало. Несколько секунд Куруфин молчал, сжав челюсти и отведя взор в сторону. Девушке показалось, что он о чем-то думает, взвешивает в голове, стоит вообще отвечать ей или нет. Это было личным, делом семьи. — Плохо, — наконец сказал он резко. — Лекари не знают, выкарабкается он или нет. Все решится в ближайшие дни, — принц снова замолк, а затем скомандовал. — Возвращаемся в лагерь. Никто не должен знать о нашем разговоре. — Никто не узнает, — эхом откликнулась Селия, сэдлая лошадь. Через несколько минут девушка уже стояла на крыльце своего нового дома. Тихо отворив дверь, она вошла внутрь и прокралась к комнате младших. Увидев силуэты Хорвекса и Леоли, мирно спящих на кровати, старшая тихо улыбнулась и лишь после этого ушла к себе. Пока они были в безопасности.