JOKER. Драбблы

Натянув капюшон по самые глаза, Артур заворачивает за угол, чтобы увидеть, как легкий темный плащ его цели, словно крыло летучей мыши, мелькает в дверях итальянского ресторана. Он не знает, зачем следит за этим пацаном. Ну, то есть, уже за юношей: мальчик, которого он видел лет с десять назад, возмужал и вырос. На секунду Артур задумывается, а сколько лет прошло на самом деле? Сказать точно трудно: время в Аркхэме безгранично, иногда тянется словно резина, иногда несется вскачь. Унылые были деньки: слепые белые стены, бездушный свет лампы под потолком, бесконечные процедуры. Артур пытался считать, но бросил на третьем месяце, потому что подсчет тоже стал унылой, беспросветной рутиной одинаковых до отвращения суток. Артур морщится, натягивает капюшон почти до носа, поднимает повыше воротник и заходит в ресторан. Оббегает взглядом столики: юноша — Брюс — сидит у окна и ждет кого-то, мелкими глотками пьет воду. Прежде чем его успевают вышвырнуть из ресторана за неподобающий вид, Артур все-таки ныряет за столик в укромном углу — так, чтобы было видно Брюса. Заказывает воду — бессознательно тыкает пальцем в меню, чтобы с удивлением обнаружить, что бутылку ему принесли такую же; хотя, наверное, здесь вся вода такая. Артур делает глоток. Продолжает свои наблюдения. Взгляд Брюса рассеянно скользит по ресторану, то и дело замирая на дверях. Артура он не замечает — и не заметит, потому что это — не в привычках большей части населения Готэма. Артур даже не с толпой сливается — с окружающим пространством. Как хамелеон. Хотя честнее будет — как пустое место. Он ежится и пытается сдержать кашель. Вчера лил дождь, а Брюс долго гулял по улицам города, и Артур промок насквозь. Теперь, видимо, простудился. Сдержаться все-таки не получается, и Артур давится кашлем. Получается слишком громко, и он ежится, стараясь показаться еще менее заметным, чем обычно. И все-таки на звук кашля к нему поворачиваются головы. Голова Брюса — в том числе. Теперь он замечает Артура и смотрит: долгим, нечитаемым взглядом. Затем машет рукой, подзывая официантку, та подходит. Они говорят о чем-то; Брюс встает. Идет к Артуру. Артур на мгновение жмурится и так дергает капюшон, что он, хлипкий и едва держащийся, все-таки отрывается. — Привет, мистер Флек, — слышит он голос Брюса у себя над головой. — Позволишь присоединиться? Что ответить? Что сказать? От одной только мысли подкрадывается паника, а вместе с ней — и приступ смеха. Сдержаться невозможно, и Артур нервически хохочет; зажимать себе рот и прикусывать язык не помогает. Брюс терпеливо ждет. Артур все-таки умудряется кивнуть, хоть смех и не унять. Зачем — сам не знает. Лучше бы притвориться, что его здесь нет, что он вовсе не следил за Брюсом, но теперь это очень даже понятно. — Сталкинг — вещь подсудная, — говорит Брюс меланхолично и чуть вздергивает бровь, когда смех усиливается. — Учти это на будущее: тебя легко засечь. Артур смотрит на него с удивлением и затаенным ужасом. Опять вернулись галлюцинации или это взправду? Вроде нормальные так не реагируют. А нормальный ли Брюс? Вот это — вопрос, который он так и не выяснил. — Ты — тот самый клоун, — продолжает Брюс. — Безумный убийца из моего детства. Артур мотает головой, пытается откреститься от прошлого, но Джокер внутри уже просыпается — и ему интересно. — Я это знаю, — припечатывает Брюс. Артур пытается дышать глубже, но смех опять начинает рваться из горла. Брюс милостиво ждет, когда он наконец-то заткнется, и под его взглядом Артуру становится неуютно. — Мой отец во многом был не прав, — говорит Брюс. — Но это — не повод для убийства. Артур пытается выровнять дыхание, как его учили. Вдох — выдох. Рука сама тянется к карману, где лежит карта из колоды, но пальцы трясутся, и ухватить ее не получается; но Джокер помогает, и рука становится тверже. Он перехватывает карту, сжимает в пальцах и подталкивает Брюсу. — Зачем это мне? Артур дышит и пытается затолкать Джокера обратно. Тот не мешает — только наблюдает. — Их много, — сбивчиво говорит Артур. — Его последователей. Покажи им карту — они тебя не тронут. — Его — или твоих? Артур запинается и выдавливает: — Моих. — Мне не нужна защита. — Нужна, — говорит Артур чуть тверже и пихает «джокер» в руку Брюса с такой настойчивостью, что самому становится страшно. Брюс с сомнением забирает карту. — Спасибо. Подходит официантка. Ставит перед Артуром тарелку ароматных болоньезе, рядом — закуски. Артур едва заметно качает головой, но желудок урчанием выдает его. — Ешь, — говорит Брюс и поднимается из-за стола. Засовывает карту в карман плаща, учтиво кивает и выходит из ресторана. Почти сразу же слышен рев мотора — уезжает. Артур тихо вздыхает и наматывает спагетти на вилку. И решает, что Брюс все-таки не очень нормальный.