Согреваясь

пламя Руки Танджиро выглядят на удивление опрятно и ухоженно. Мозоли от долгих и упорных тренировок почти не видны, некоторые можно только нащупать. Либо Танджиро просто привык к ним и перестал замечать в какой-то момент. После долгого перерыва деревянная катана в руках ощущается немного непривычно. Пара пробных взмахов разбивают воздух и неуверенность Камадо, возвращая его в знакомое течение. Он кружится в воздухе, ловко перепрыгивая с камня на камень, словно сражаясь с невидимым врагом. Пение птиц и шум листвы перестают существовать. Танджиро слабит лишь ветер, создаваемый им самим. Не замечает он и приближение пламенного столпа. Лишь услышав треск веток, Танджиро оборачивается и инстинктивно бросается в сторону шума. Он приземляется в метре от Ренгоку. И лишь подняв взгляд он понимает, что чуть не замахнулся на него. — Похвально, — улыбается Ренгоку, раскрывая руки для объятий. И Танджиро, замешкавшись на пару секунд, утыкается в плечо Кёджуро. Странное чувство от щеки до кончиков пальцев ног растекается по его телу, — только будь здесь не я, а демон, добром бы такое не закончилось. — Простите, — неуверенно шепчет Танджиро. — Проси не прощения, а помощи, мальчик мой, — рука Ренгоку касается волос Камадо, перебирая пряди пальцами. Танджиро кажется, что ещё немного, и он не сможет покинуть эти объятия никогда. От одного присутствия Ренгоку на его душе становится тепло, а от тактильного контакта Танджиро и вовсе расцветает. — И правда, — соглашается он. — Тогда отложи эту деревянную катану, — Кёджуро убирает руки, и Танджиро нехотя отрывается от него. Ещё бы секунду... — Ренгоку-сан, мы будем сражаться по-настоящему? — осторожно спрашивает Камадо. — Когда ты оказался передо мной, ты ведь думал, что я представляю настоящую опасность? — спрашивает Ренгоку, присаживаясь на один из крупных камней. — Но я остановился, — заминается Танджиро. — Значит, сможешь остановиться вновь, — Ренгоку вновь тепло ему улыбается, склоняя голову на бок. Танджиро кажется, что от этой улыбки что-то переворачивается внутри него. Вернувшись с той катаной, что ощущается в руке куда привычнее, Танджиро встаёт напротив Ренгоку, принимая позицию сразу же после короткого поклона. Его уверенность исчезает с тихим бархатистым смехом Кёджуро. — Не так, мальчик мой, — он делает несколько шагов ближе и касается плеча и Танджиро левой рукой и поясницы правой, поправляя осанку. Танджиро едва сдерживается, чтобы не сбить дыхание, — держи спину немного под углом, а ноги расставь пошире, — пальцы Кёджуро касаются его коленей, всего на пару секунд. Танджиро краснеет, пытаясь сосредоточиться на боевой стойке, — Теперь куда лучше. — Спасибо, Ренгоку-сан, — в голосе чувствуется волнение. — Кёджуро. Зови меня по имени, — просит он, лишь распаляя в Танджиро ощущение странной тревожности, — нападай, — призывает он, занимая оборонительную позицию. Тело движется само, подстраиваясь под действия Кёджуро. Взмахи лезвия разрезают воздух, но ни на миллиметр не достигают цели. Танджиро этот бой напоминает танец, иные ассоциации в голову и не приходят. Ренгоку не просто уклоняется от его атак. Он словно предсказывает каждое движение и то отступает, то переходит в нападение, чувствуя, когда Камадо даёт слабину. — Танджиро, твои руки выдают тебя, — подмечает Ренгоку, приземляясь за его спиной. Он накрывает его ладонь своей. Горячей и плотной. Прикосновение ощущается так странно, что Танджиро остаётся лишь покрыться пятнами румянца, — твои пальцы немного дрожат. Каждое маленькое движение может тебя выдать, — почти шепчет Ренгоку, после чего легонько хлопает Танджиро по плечу, — давай ещё раз, мальчик мой. Контролировать всё тело трудно, но без этого невозможна победа. Камадо выравнивает дыхание и с пятого раза понимает, что у него получилось. Ренгоку больше не зеркалит его движения, а отступает с задержкой. Зрачки Танджиро расширяются, когда он чувствует, как металл его катаны пронзает что-то менее плотное. Звук удара дерева о камень приводит его в чувство. — Кёджуро... — заминается он на секунду, пробуя непривычное имя на вкус, — почему... почему вы... то есть, почему ты использовал деревянную катану? — Не подумай, что я тебя недооценил, — улыбается Ренгоку, вновь касаясь плеча Танджиро, — тебе сейчас важно тренироваться с тем оружием, которым ты сражаешься. Кажется, и мне теперь тоже, — он тихо усмехается, и шумно выдыхает, когда Камадо порывисто его обнимает. — Спасибо, Кёджуро, — тихо, почти себе под нос, говорит Танджиро. — Значит, вечером снова тренировка? Уже с использованием техники дыхания. — Да!