Дикие выходки

Аид уже был уверен, что его кто-то проклял. Как еще он мог объяснить тот факт, что сейчас вынужден бродить по лесу, в темноте, с крокетным молотком в роли оружия, и разыскивать мифического зверя, который, возможно, совсем не желал, чтоб его нашли. Персефона порхала от дерева к дереву, таща рыболовную сеть. Почему девица думала, что сеткой можно было поймать и удержать огромного пса, Аид не мог понять. Но его объяснения Персефона не слушала. Или не хотела слушать… - Крошка! Эй, мальчик! Где мой хороший мальчик? – звала Персефона, проверяя каждое дерево, будто громадная масса черного меха могла за ним прятаться. Она даже не дала имени собаке и просто звала его всеми известными ей ласковыми словами. Аид подумал, что со стороны может показаться, что они ищут милого кролика, а не неведомое трёхглавое чудище. И тут раздался еще один жуткий вой. Аид и Персефона замерли. - Вот мой хороший мальчик!- взвизгнула розовая Богиня и бросилась куда-то в чащу. Аид успел схватить ее за руку, притянул к себе, недоверчиво уставился на девушку: - Ты не можешь просто так бежать в лес, потому что услышала вой! Персефона снова надулась на него: - Ты ведешь себя глупо. Это бедный одинокий малыш! Пойдём к нему! – она попыталась вырваться из рук Аида, но он крепко держал ее. - Мы всё равно точно не знаем, он это или нет! - Я уверена: ты не стал бы так грубо хватать свою невесту! – выдала Персефона, искоса на него глядя. - Да мне бы и не пришлось! Минфа не бегала бы по ночам по лесам за собаками, - резко ответил Бог мёртвых. И тут он остро осознал, что прижимает к себе розовую девушку, а она очень даже не против. Она грела его. И тихий голосок в голове Аида шепнул ему, что Минфа не делала бы и такого. Он судорожно сглотнул, когда в ушах зазвенело сердцебиение. Возможно, ему следовало отпустить девушку, но его руки, казалось, не слушались... Нерешительность. Возможно, Персефона была Богиней Нерешительности? Она сделала выбор за него, воспользовавшись неуверенностью мужчины: подняла руки над головой и выскользнула из его рук, побежала в ту сторону, где выли. Аид выкрикнул ее имя и кинулся следом, думая о том, что вполне может прибежать в чью-нибудь жаркую пасть. Персефона вдруг начала петь. Видимо, так решила привлечь внимание чудища. - Я не могу дать тебе ничего, кроме любви, детка! Это единственное, чего у меня в избытке, крошка! Аид почувствовал, как от этих стихов его сердце ушло в пятки. Любовь… много любви… Почему ему вдруг захотелось, чтобы она поделилась этим с ним? Он бежал во весь опор через лес, в темноте, навстречу жуткому вою, но его странно тянуло к розовым вспышкам, летящим между деревьями. - А ты почему ты не поешь? – громко спросила Персефона. - Ни в коем случае! Я петь не умею! – выпалил он. Еще одна розовая вспышка слева: - Чепуха! Я уверена: у тебя прекрасный голос! Мечтай со мной о сладком будущем. Мы обязательно найдем счастье, и всё то, что ты видел лишь в мечтах! «…Всё то, что ты видел лишь в мечтах!» Но что, если сейчас он мечтает о ней?.. Персефона, похоже, утомилась, и теперь не бежала, а неторопливо шла по лесу, тихо напевая песню и лишь изредка окликая собаку. Аид шел чуть позади и смотрел, как она скользит сквозь подлесок, размахивая рыболовной сетью. Что-то в том, как двигалась розовая крошка, завораживало его. Пока она вдруг с визгом не исчезла из виду. Розовые мечты лопнули, как мыльный пузырь.. - Персефона! – выкрикнул Аид и бросился к тому месту, с которого она исчезла. Но почему ж она исчезла? Вдруг сам заскользил по опасно крутому склону. И ухнул вниз, приземлился на четвереньки, прямо на Персефону, которая лежала на спине. - Это ты удачно попал, - сообщила она ему и тут же улыбнулась. Аид яростно покраснел и быстро откатился с девушки, чувствуя немалый стыд за свои нескромные мысли. - Вот уж сомнительная удача, - проворчал он, а Персефона засмеялась. - По-моему очень даже всё удачно, - она показала на что-то за его спиной. Аид встал и, повернувшись, увидел небольшой ручей. На его противоположном берегу прыгал тот, кого они искали: огромный чёрный трехголовый пёс играл с енотом. Все три языка горели алым, вывалившись из пастей. Зверям, похоже, было весело. - Гермес же говорил, что эта зверуха любит играть с собаками. Ну посмотри, как мило! - взвизгнула Персефона, глаза ее загорелись. Она вскочила на ноги, прыгнула на берег ручья и пару минут постояла, наблюдая за двумя животными, которые шутливо боролись в траве. Аид же критическим взглядом окинул ручей: - А тут глубоко? Персефона просто схватила его за руку и ринулась в воду. - Ой, тут мелко, мы сможем быстро и легко пройти… Аид почти ей поверил, но тут они оба резко ушли вниз – отмель кончилась обрывом. И вода сомкнулась над их головами. Наврала! Она – Богиня Лжи! Точно! Аид быстро выплыл на поверхность, задыхаясь и размахивая своим крокетным молотком. Он закрутил головой, пытаясь найти берег. Персефона визжала рядом: - Тут раньше было мелко! Честно! - Честно?! - он проревел, схватил девицу под мышку и потащил за собой. Кашляя и дрожа, он выбрался на сушу, посадил Богиню рядом на траву. - Уф. Мы уже на другом берегу? – мокрые волосы Персефоны залепили ей лицо, как розовое полотенце. - Нет! - Аид рявкнул, когда она убрала волосы с глаз. - Мы счас там, где были изначально, но теперь мы ещё и мокрые! – он отчаянно затряс руками, словно это могло высушить его пиджак и рубашку. - Ну, раз уж мы были в реке, то могли бы и переправиться! – девушка возмущенно фыркнула. - Ох, конечно! Ну, я уже мокрый, так что можно вновь поплавать! – гневно закричал Властитель Подземного Мира, прежде чем нырнуть обратно в воду и перебраться на другой берег. Персефона грациозно бросилась за ним, крича: - Ну, меня-то не бросай! Когда они вскарабкались на другой берег, отдышались, то увидели, что зверей тут уже нет. - Это ты своим рёвом их напугал! – выпалила Персефона Что ж, она была права. Гневное рычание Бога мёртвых могло напугать и более жутких тварей, чем трехголовый пёс и енот. Аид очень захотел толкнуть маленькую розовую девицу обратно в реку, но сдержался. только чуть-чуть... * Тени, отбрасываемые огнём костра, плясали на небольшой поляне. Персефона сидела рядом с пламенем, расчесывала пальцами волосы, пытаясь их высушить. Аид повесил на сучья большого дерева свой пиджак, галстук, снял ботинки и носки. Затем встал ближе к костру, пытаясь высушить рубашку и брюки, которые снимать не решился. Было жутко неудобно. Он явно связался с Богиней Неудобств. - Эх, вот если бы тут была сауна, - задумчиво произнесла Персефона. - О. Конечно. В следующий раз я её захвачу, в карман суну, - заворчал Аид. – Для таких, как ты, всюду должны быть портативные бани. Из всех Богинь всех Королевств я почему-то с тобой столкнулся! - Да не сердись! Такая чудесная ночь! Лунный свет и костёр… и мне нравится быть с тобой… Персефона натянула один из носков Аида на палку и подняла над огнем, чтобы тот сох. А у мужчины вдруг в животе всё скрутилось от ее признания. Он не мог этого объяснить. Ему тоже нравилось быть с ней, но это безумие должно было прекратиться. - Мне плевать на эту красоту, - он упрямо продолжил ворчать. – Сегодня сломались мои планы, уничтожена моя свадьба. Невеста бросила меня… Вот и всё… А ты сказала своей маме, что я сумасшедший, не так ли? Персефона кивнула. - Сменила мне имя на Айдонеус и ничего мне не сказала. Еще назвала меня охотником, и тоже мне не сказала. Ты всегда так: брякаешь свои выдумки, никого не предупреждая? Так люди могут пострадать. Как я… - Ой, твой носок! - Персефона пискнула, потому носок Аида полыхнул на палке. - Всё в порядке. Я этого ждал. И мне уже все равно, - Бог мёртвых тяжко вздохнул и сел на траву, увидел, как девица пожала плечами и бросила в огонь второй носок. - Да. Точно. Просто сделай это, - пробормотал он совершенно покорно. - Ну сам подумай: зачем тебе один носок? Это глупо… Ну ладно. Кстати, я должна тебе сказать: сегодня к моей маме приедет Геката. Аид простонал, закрыв лицо руками: - Здоровооо... моей работе с миром людей пришел конец… Геката меня знает, и она обязательно расскажет твоей маме, кто я. Она не вспомнит, как прекрасно долгие годы я управлял Подземным Миром. Нет, она просто вспомнит, что прошлой ночью я запулил камень ей в голову… Аид встал и принялся пинать землю в костер, гася пламя, а вместе с ним – и тепло. Чем скорее они найдут это существо, тем скорее он сможет вернуться в свой мрачный мир и зализать свои раны, забыть эту розовость и лёгкость… Фары осветили его и Персефону. Это по ближайшей дороге прогрохотал большой старый пикап. И остановился. Персефона схватила Аида за рукав и дико закричала: - Смотри! Смотри! Там в кузове наш пёся! Они нашли его и забрали! Да, в темноте красные глаза подземного короля хорошо видели, и он разглядел черную лохматую массу с тремя ушастыми головами в кузове пикапа. Из кабины слышался спор – там решали, куда ехать дальше. - Отлично! – хмыкнул Аид. – Теперь зверь – не наша проблема, - он накинул мокрый пиджак на плечи и направился к дороге. – Наконец, я могу отправиться домой и забыть всё, что со мной случилось за последние 48 часов… - Ой! Нет! Аид! Мы должны освободить малыша! Кто знает, что они с ним сделают! Он остановился, посмотрел в умоляющие глаза девушки. Черт дери! Он не мог выдержать такой взгляд. - Л-ладно, - процедил сквозь зубы. - Я поговорю с парнями. А ты попробуй вызволить своего зверя... * Два сатира сидели в кабине, используя фонарик, чтобы смотреть карту. - Ты её перевернул. Так совсем запутаемся, - сказал тот, что был повыше, в то время как меньший Сатир крутил карту во все стороны, пытаясь понять ее смысл. - Здравствуйте, я могу вам помочь? - позвал их Аид, перелезая через низкую каменную стену на обочине дороги. - Ну, да. Вы знаете, как проехать в Бридмут?- неуверенно спросил невысокий сатир, съёжившись при виде высокого широкоплечего мужчины с седыми волосами и с крокетным молотком в руках. - Лично мне не надо в Бридмут, - хмыкнул Аид, украдкой посматривая на кузов – там мелькнула маленькая розовая фигурка. - Да, но нам туда надо, приятель, - высокий сатир выпятил грудь и вздернул подбородок, пытаясь запугать Бога мёртвых. Конечно, это было трудно сделать, тем более, что Аид следил за двумя сатирами, а больше всего – за своей спутницей, которая орудовала где-то в кузове машины. - Это ведь туда надо ехать? – маленький сатир махнул рукой назад. - Точно, - кивнул Аид. - Но я могу поклясться, что нам туда надо! - высокий сатир мужчина наоборот, вперёд. - Точно. Именно туда, - владыка Подземного Мира криво усмехнулся. - Ты издеваешься, приятель?! – это выпалили оба сатира. – У нас мало времени! Персефона спасла Аида от дальнейших вопросов: обежала вокруг пикапа и потянула его за рукав: - Всё нормально! Малыш сбежал! - Ах, он сбежал! Леди, мы поможем поймать и связать его! – невысокий сатир настороженно покосился на Аида, а высокий хрустнул костяшками пальцев, явно ища повода для драки. Персефона испуганно пискнула и довольно сильно потащила Аида обратно в лес: - Уу, если бы знать, где мы находимся! - запричитала она, когда они вторглись в колючий подлесок. - Вероятно, недалеко от Олимпа, - прорычал Аид, пытаясь восстановить равновесие. Но маленькая розовая девица тут споткнулась и буквально врезалась в него, так сильно, что сбила с ног. Тут еще и земля куда-то поехала, и через минуту они вдвоем покатились вниз по склону, сбивая встречные кусты и прорывая одежду. Затем остановились: Аид снизу, Персефона – сверху. Их ноги перепутались. - Ты что творишь?! – Богиня запищала, извиваясь, и повернулась лицом к лицу к мужчине. О боги, она здорово порвала платье! Аид уставился на обнаженную до бедра ногу, лежащую у него на коленях… Не обращай внимания, придурок! Его сердце подскочило к горлу, и он был уверен, что перестал дышать. А тело где-то в паху готовилось реагировать… Персефона же откинула волосы с глаз и невинно ему улыбнулась. - Мы упали. Вооот, - протянула и мечтательно посмотрела в его красные глаза. - Я дьявольски заметил, - Аид схватил ее за плечи и чуть не бросил в сторону, чтоб освободиться. Затем с трудом поднялся на ноги и потопал дальше в лес. Персефона захихикала у него за спиной: - Ой, я сломала каблук! Смотри! - она весело прохромала взад и вперед, смеясь над неловкой походкой и напевая какую-то мелодию. Она подобралась бочком к мрачному Богу и на мгновение застыла на месте. Затем покачалась на поломанном каблуке: вверх, вниз, вверх, вниз. - Посмотри на меня. Я неваляшка! Аид горько зарычал и протянул руку, схватил девицу за плечо, заставил прекратить качаться: - Персефона! Мы должны это всё прекратить. Тебе нужно домой… - О, нет! Тут недалеко деревня, а наш пёся на свободе. Он может напугать жителей. Мы не можем просто сдаться! - Ты меня не поняла. Я хочу, чтобы ты шла домой. Лицо Персефоны сморщилось, и Аид почувствовал себя так, словно его ударили под дых. - Т-ты не хочешь быть со мной? «Быть с ней…» Она так спросила, что он очень даже захотел. Ему захотелось обнять её и поцеловать. И целовать до тех пор, пока она не перестанет хмуриться. Черт бы побрал его за эти слабости… это становилось нелепым. - Ты хочешь сказать, что больше не хочешь моей помощи? - спросила Персефона со слезами на глазах. - Точно, - он сказал и почуял, что стал пустым, как пропасть. - И это после всего, что я для тебя сделала? - теперь девичьи слезы полились по-настоящему. - Д-да... - еще один удар под дых. - Ну, я знаю, когда надо уйти, если меня не хотят видеть! – обиженно выпалила Персефона. - И не волнуйся! Со мной все будет в порядке! - она махнула рукой, попятилась и, конечно, споткнулась о корявый корень дерева, растянулась на траве. Из-за своей новой неудачи так расстроилась, что стала бить кулаком по земле и рыдать. - Ух! Ты в порядке? Не ушиблась? – обеспокоенный Аид перепрыгнул через корень и присел, чтобы осмотреть девушку на предмет повреждений. - Дело не в этом! Я в горе! Я тебе больше не нравлюсь! - простонала она, ударив его в грудь маленьким кулачком, а слезы все лились. - О ... дело не в этом, Персефона, - он опустился на колени, взял её на руки, как ребёнка. Ему так хотелось, чтоб она успокоилась и вновь улыбнулась. - Я что-то делаю. Думаю, что это хорошо, а всё идет наперекосяк! – тяжко вздыхая, Персефона свернулась калачиком в объятиях Аида; слезы начали пропитывать его рубашку. - О, милая. Это не... ну, это так, - он провел рукой по растрепанным розовым кудрям, погладил плечо девушки, пытаясь её успокоить. - Ну, пожалуйста, позволь мне идти с тобой дальше! - она погладила его пальцами по щеке, наклонила голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Эти глаза, сверкающие слезами, вмиг разбили Аиду сердце. Эта драгоценная, буйная, маленькая штучка… Он заправил непослушный локон Персефоне за ухо и позволил своей руке задержаться на её мягкой щеке. - Аид... – она шепнула и наклонилась к нему ближе. И он чувствовал ее горячее дыхание. Судьба простила его. Он снова чего-то хотел… - Да? - пробормотал за мгновение до того, как их губы встретились…