British Warlock

Единственным, но в то же время ощутимым недостатком обучения была временная дыра на выходных. Все домашние задания Фрей уже сделал (при этом половина досталась Блейзу и Панси – жадничать в вопросе списывания слизеринец не стал), бесцельно блуждать по Хогсмиду без компании не хотелось, особенно после недавнего нападения. А так как стандартный режим предписывал заниматься на пианино только вечером, Деймону оставалось ходить по коридорам замка. И все-таки физических тренировок не хватает. К тому же, мне не мешало бы проверить пару-тройку заклинаний – на тот случай, если авроры все же придут арестовывать меня. Жаль, боевого зала в Хогвартсе нет. Неожиданно справа от слизеринца, добравшегося аж до восьмого этажа, начала преображаться каменная стена, создавая узоры и завитки, которые почти моментально перекрашивались в черный, и вскоре перед озадаченным Деймоном возникла широкая дверь двухметровой высоты. Желание выяснить содержимое тайника одолело инстинкт самосохранения после минутного размышления, и Фрей, вытащив палочку, осторожно толкнул массивную плиту от себя и ввалился внутрь. Перед глазами бывшего кадета лежало достаточно большое помещение пятнадцать на двадцать футов, с выкрашенными в белое манекенами и несколькими столами для личных вещей. И тот факт, что зал был спроектирован точно так же, как представлял его Деймон, не мог не удивлять. Даже манекены белые! Бей воинов Света! Эх, жаль, не как в поместье, где были и аптекарская кладовая на всякий случай, и стенды с доспехами, и уборная... Ладно, сойдет и... Внимание Деймона привлек шум крошащегося камня – и через мгновение он увидел, как в стене появляется еще одна дверь с надписью "WC", а под одним из столов возник железный сундук, из которого торчал край небрежно кинутого внутрь бинта. — А шкафа с книгами заклинаний все равно нет! – с нервной веселостью брякнул Фрей и потер глаза: происходящее явление, считавшееся паранормальным даже по магическим меркам, казалось ему сном. Или того хуже, предсмертным бредом. Тайник ответил тем, что на ближайший к слизеринцу стол с шумом грохнулся коричневый "Дурмстрангский справочник по боевой магии 1944 года" в пять сантиметров толщиной – точно такой же, как в особняке Краффтов. Однако больше загадочная комната ничего предложить не захотела. Впрочем, это уже и не требовалось. Деймон осторожно протянул руку к фолианту и провел по нему пальцами: обложка была ощутимо старой, шершавой, а страницы из-за отсутствия должного ухода немного пожелтели. И все равно, несмотря на падение Великогерманского магического содружества, наследие Геллерта Гринделвальда выглядело куда внушительнее поделок Министерства за последние пятьдесят лет, представлявших собой не более чем урезанную теорию пополам с морализаторской блажью (1*). Волшебник рефлекторно усмехнулся. Мы слабеем. Мы вымираем. Из-за кого? Грязнокровки мечтают превратить нас в домашних котят и запретить то, чего они никогда не достигнут и даже не смогут понять. Магглолюбцы не осознают, что в ими же созданном мире им отведены только крысиные норы под полом, что магглы никогда не примут наши способности... А потом из них рождаются бесполезные бюрократы, имитирующие бурную деятельность при отсутствии мозгов. Отвратительно. И виноват во всем этом не кто иной, как Альбус Дамблдор! Парень ощутил, как от гнева кровь хлынула к его голове, и направил свою палочку в пол. Одно из заклинаний, которое Фрей нашел в библиотеке Дитера, подразумевало трансфигурацию предмета в оружие. Но почему-то книжное описание не содержало в себе информацию о том, что именно должно сформироваться: похоже, в данном случае палочка играла роль ментального проводника для волшебника. Что загадает маг, то и получится – если хватит для этого сил. Интересно, сработают ли чары сейчас? — Conversio tormentorum! Неожиданно прямо из каменной плиты медленно выросла идеально гладкая трость, на ходу меняя свою структуру – изначально состоявшая из материала-первоисточника, она за секунды превращалась в железную. Затем оружие увеличилось в длину до шести футов, а его концы начали тяжелеть: теперь на них висели два широких лезвия, украшенные черепами и острыми шипами. Как только бывший кадет дотронулся до созданного оружия, его тело резко заныло. Магическое истощение давало о себе знать. Еще минуту Деймон потратил на то, чтобы просто тихо постоять и восстановиться. Получившийся двойной топор был достаточно увесистым, и поднять его над головой, держа в правой руке, не вышло (2*). Внезапно в голову слизеринца пришла отчаянная идея, и он стянул перчатку из драконьей кожи. Кисть и нижняя половина предплечья все так же были покрыты странной, слабо шевелящейся густой черной субстанцией, изредка выплескивавшей наружу дымок. Дальше ей не давала двигаться кроваво-красная руна, вырезанная на тыльной стороне ладони (3*). Отбросив воспоминания о процессе лечения собственной кровью, Фрей обхватил железо рукой и резко поднял – проклятие за пару секунд оплело топорище, сращивая оружие с владельцем. Журналы про ландскнехтов с цвайхендерами были прочитаны не зря... Кстати, личное боевое оружие должно иметь имя. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы назвать свое детище. Цельный тяжелый металл, ярко-красные опоясывающие ленты, шипы, уродливые черепа на окровавленных лезвиях... Вывод был очевиден. Теперь ты – Жнец. Деймон положил созданное оружие на стол и начал отстегивать футляры, закрепленные на предплечьях. Для начала требовалось как минимум Левитационное заклинание – сейчас новоиспеченного бойца интересовало, сумеет ли он поднять топор без палочек. В конце концов, заколдованные куски дерева не более чем проводник: настоящий чернокнижник должен уметь черпать силы напрямую из магического ядра. Вингардиум Левиоса! "Жнец" задрожал, но подниматься вверх отказывался, и Фрей усилил нажим. Магия внутри его тела бурлила, как перегретый котел, сустав заныл, а пальцы судорожно скрючились... но вскоре топор все-таки повис в воздухе, изредка вздрагивая. — Депульсо! Оружие отлетело к ближайшему манекену, некстати оказавшемуся на его пути – и разрубило белый торс пополам. А затем "Жнец", потерявший скорость, рухнул на пол с оглушительным грохотом. Фрей зловеще ухмыльнулся – беспалочковая магия все же поддалась ему. И тут же возникла другая проблема: щиты. Тогда Вюрхе-Краффт преподал ему отличный урок – они пробиваются маггловской пулей, не имеющей никакого постороннего магического воздействия. Соответственно, древние заверения "магию может победить только магия" можно начисто игнорировать (4*). Но как поведет себя полностью трансфигурированное оружие? Наткнется ли оно на Протего или попросту пробьет его насквозь? Отобьет ли боевое заклинание? Вопросов было много. Следовало бы поболтать на этот счет с сеньором Марио... вот только для этого придется ждать каникул – светиться перед Министерством, загаженным паранойей, не стоит. Фрей развалился на стуле. Его взгляд упал на лежащие рядом топор и палочку, заставив задуматься о других, не менее важных вещах. И очень противоречивых. Зачем вообще Дитер показал мне превосходство пистолета над барьером? Хотел дать понять, что время безнадежно упущено и что теперь магглов нельзя победить грубой силой? А что нам остается? Сидеть тихо и надеяться, что нас интегрируют в остальное общество, а не попытаются перерезать? Лицемерные трусы из рядов недоучек и грязнокровок, умеющие только визжать и запрещать, даже не разбираются в вещах, которых боятся. А как тряслись, когда над Лондоном пролетела заколдованная машина! Сломать Статут о секретности тоже не получится: магический мир слишком маленький и разрозненный, чтобы открыто воевать с той стороной. И... да какой смысл врать самому себе? Маггловские изобретения, начиная с огнестрельного оружия и заканчивая холодильником с телефоном, тоже могут быть полезны. Чья вина в том, что Британия застряла на уровне трехвековой давности? Дурмстранг же умудрился встроиться в техно-русло во времена Великой Войны. А "победители" решили, что могут править волшебным миром, стагнируя его. Как ни посмотри, все равно вырастает утопия. Синтез магии и техники в массовом масштабе невозможен, потому что не поймут и испугаются. Равноправие магов при сохранении нынешней образовательной и рабочей системы – лишь шаг к будущей катастрофе в виде "запретов и ограничений". А победа чистокровных приведет к натуральном инцесту и евгенике в худшем ее проявлении. И в этом дерьме еще надо как-то выжить. Просто чудесно. (5*) Фрей скинул с себя водолазку и взял в руки топор. Эмоциям нужен был выход – и решения лучше, чем занятие по боевой подготовке, слизеринец не нашел. *** — Аааааргх! – злобно рявкнул Деймон, разрубая очередного противника "Жнецом", и увернулся от летящего в него луча. В сторону ближайшего манекена понесся небольшой всполох пламени – и тут же растаял, не долетев до цели. Бывший кадет отскочил обратно к столам, в последний момент перехватив топор сразу двумя руками... ...но швырнуть оружие во врага не успел: в грудь Фрея прилетело еще одно оглушающее заклятие. Окончательно вымотанный слизеринец рухнул на спину. Основательно взмокшее тело ныло от слегка растянутых мышц, но эта боль, обжигающая и резко контрастирующая с холодным полом, была даже приятной. Знание, что пришлось выложиться на полную, радовало Деймона не меньше, чем полученные на занятиях баллы. На пару секунд Фрей прикрыл глаза... — Настоящий дурмстрангский офицер никогда не пренебрегает ни физическими, ни умственными нагрузками! – твердо отчеканил Славко, протягивая упавшему ученику руку. — Так точно, док! – Фрей поднялся на ноги и вновь встал в боевую стойку. – Вот только Совету об этом не говорите. А то обвинят в организации военного заговора... Радимич взял посох поудобнее и усмехнулся: Деймон в очередной раз проехался по кураторам института. — Пишут, что британские экстремисты напали на Чемпионат мира по квиддичу. — Да, что-то такое утром видел. И? — Каркаров нервничает. Как бы сын членов террористической организации... Кадет парировал удар и резко кувыркнулся в сторону. — Не использовал знания в преступных целях? Идиоты. Гринделвальда... – доктор, воспользовавшись болтовней Деймона, хотел было треснуть его палкой, но тот перехватил ее в воздухе, – тоже когда-то выгнали. ...Дошедшие до тайника звуки восьми ударов часов выбросили Деймона из его воспоминаний. Слизеринец фыркнул: ведь тогда Славко Демитрович как в воду глядел – спустя год Каркаров сделал все, чтобы превратить своего же студента в пугало для Совета Дурмстранга (6*). Набросив на себя освежающие чары, Фрей быстро оделся и пошел вниз, на ходу перестраивая свой график: теперь в четные дни добавлялись силовые тренировки. Затем мысли бывшего кадета завертелись вокруг помещения, в которое он попал – чары Незримого расширения, формирование нужных предметов интерьера магическим путем через заимствование образов и воспоминаний гостя, аналог маскирующих заклятий на двери... Интересно. И как назвать эту комнату? Но название Деймон придумать не успел – только он добрался до пятого этажа, как навстречу ему поднимался смотрящий под ноги Поттер, напряженный и чем-то обеспокоенный. Сразу отметив необычную активность для приговоренного к смерти человека, Фрей небрежно бросил: — Здрасьте. Куда спешим? — О, привет. Как раз тебя ищу. Гринграсс... Встреча сегодня, в половину девятого, шестьсот одиннадцатый кабинет, – издал в ответ Гарри. — Мордред! Я душ принять хотел! – проворчал бывший кадет: ему пришлось смириться с тем, что водные процедуры откладывались на неопределенный срок. – Ладно, пошли. Гарри кивнул и двинулся дальше по лестнице. Деймон молча зашагал за ним, лихорадочно прокручивая в голове варианты. Спустя пять минут напарники добрались до помещения и завалились внутрь. — Сяду под дезиллюминацией вон за тот стол. Дафна сказала тебе, для чего хочет встретиться? — Нет, – покачал головой Поттер и вновь опустил голову. Даже в полумраке было ощутимо заметно, что он вымотан и едва держится. Как только бывший кадет растворился в воздухе, гнетущая тишина снова заполнила помещение, но внезапно ее разорвал вопрос, мучивший обоих пятикурсников. — Ты никогда не задумывался, почему поверил мне? – спросил с ухмылкой Фрей, глядя на гриффиндорца, и его силуэт замерцал. – Не абы кто, а змеюка, вещающая тебе убедительные аргументы, вмиг вписалась в твой фан-клуб. — Уж на кого, а на фаната ты не похож. Больше на человека, который любит манипулировать людьми. — Вот это ближе к истине. И все-таки? Учитывая, что с тобой каждый год случается какой-то эксцесс, о котором потом сплетничает вся школа, а твои родственники сравнимы с испанской инквизицией... Твоя жизнь слишком паршивая, чтобы говорить о том, как Золотой Мальчик изображает из себя ядерный реактор, излучающий надменность и жажду славы. К удивлению Деймона, Гарри в долгу не остался и саркастично выплюнул: — Могу сказать то же самое. Сын Пожирателей смерти из числа чистокровных ублюдков слишком уж осведомлен о жизни магглов. — А как ты думал? Дурмстрангские офицеры сильно отличаются от рафинированных британцев. — Из уст англичанина это звучит очень странно. Разговор был прерван скрипом открывающейся двери. *** Дэвис окончательно поняла, что ее лучшая подруга на грани отчаяния: в таком состоянии девушка, известная как Ледяная Королева, была впервые. Сама Гринграсс, у которой после бессонной ночи добавились круги под глазами, нервно сжимала и разжимала пальцы. — Успокойся! – брюнетка села рядом с Дафной и положила руку на ее плечо. – Допустим, Деймон Фрей носит Метку. Но ведь Тот-Кого-Нельзя-Называть наверняка считает Мальчика-Который-Выжил личным врагом, так? Зачем тогда Фрей хочет, чтобы ты научила Поттера защищаться с помощью окклюменции? — Я тоже не поняла его мотивов. Тогда выгоднее было бы разрушить разум Золотого Мальчика, а не усиливать его... Но точно ясно одно: когда Деймон разобщит сторонников Дамблдора, сопротивление Пожирателям смерти станет минимальным, и Тот-Кого-Нельзя-Называть победит. Я окончательно превращусь товар с клеймом на руке, а ты... я даже не знаю, что с тобой будет. Отказаться не могу – Деймон недвусмысленно намекнул, что если я этого не сделаю, то за маму, папу и Асторию возьмутся другие Пожиратели. — Деймон вбил гриффиндорцу в голову, что именно директор виноват во всех его злоключениях. Значит, эта защита в первую очередь направлена против Дамблдора. — А учитывая, что Фрей презирает его и поддерживает идеалы Гринделвальда... Выходило, что Деймон Фрей, изгнанник из Дурмстранга и осквернитель крови, перебрался в Британию для того, чтобы отомстить за смерть родителей и бегство из страны четырнадцать лет назад – и ради этого он пойдет на все. А Дамблдор, сгубивший его мечту о магической империи, оказался дополнительным стимулом... В этот момент блондинка окончательно пала духом. — Тогда скажи Поттеру, что его новый дружок является предателем и носит знак Того-Кого-Нельзя-Называть. – Слизеринка пожала плечами. – В чем проблема-то? — В том, что мне просто не поверят: слишком тесно они сдружились. То, что причиной этого сближения стал общий враг в лице Драко Малфоя, Дафна говорить не стала. Но получалось весьма показательно: слизеринского принца презирали все, начиная от сторонников Золотого Мальчика Гриффиндора и заканчивая слугами Темного Лорда. Гринграсс помотала головой. Все, что девушка сейчас могла сделать – это завоевать доверие Поттера. Пусть не сразу, пусть через достаточно долгое время, но тщательное обучение окклюменции было практически единственным способом достучаться до него... и то не факт. Вариант, где она обездвиживает Фрея и продемонстрирует Поттеру знак Темного Лорда на руке однокурсника, Ледяная Королева отмела сразу. Одолеть бывшего дурмстрангского кадета, способного расправиться с противником невербальными заклинаниями, Дафна не смогла бы. Конечно, можно было бы ударить его в спину... но страх того, что Деймон может приказать другим слизеринцам напасть на ее сестру, оказался сильнее. Может быть, тогда следует отравить его?.. Наконец она очнулась от размышлений и подняла палочку. — Темпус! Возникшие часы показали восемь часов вечера. Гринграсс встала с кровати. — Мне пора. Встреча будет через полчаса. — Будь осторожна, ладно? – взволнованно произнесла Трейси, но ответом ей послужил лишь печальный вздох. Дафна выбралась из гостиной и зашагала по коридорам. Где-то там находился кабинет 611, в котором ей и предстояло обучать знаменитость магического мира... облитую журналистской грязью с головы до ног. И посещать мысли того, кто был связан со всеми жуткими происшествиями в Хогвартсе за последние четыре года, слизеринка не хотела. Что вообще могло быть в голове самого известного человека в волшебной Британии? Красивый особняк? Надменность родственников? Возведенное в абсолют тщеславие? До разговора с Фреем блондинка так и думала – то, что Поттер ненавидел слизеринцев, было очевидно. Но теперь, когда злорадствующий новичок проболтался про родственников-магофобов и про Дамблдора, отправившего своего лучшего ученика умирать, нестыковок стало больше обычного. Однако это никак ее не касается. Она, Дафна Аннет Гринграсс, должна просто выполнить безобидное поручение, чтобы обезопасить свою семью. ...За дверью шестьсот одиннадцатого кабинета сидел Поттер. Он не стал надевать повязку на руку, лишь аккуратно прикрыл ее каким-то потертым платком. Девушка равнодушно бросила на него оценивающий взгляд, но столкнулась лишь с потухшими серо-зелеными глазами. — Ты одна? Вопрос сбил Дафну с толку. — Конечно, одна! Или ты ждал, что я притащу сюда и других слизеринцев, чтобы они оценивали мои педагогические навыки? — Чтобы попрактиковали на мне Круциатус и похвастались своим поганым родителям. – Избранный прошипел фразу с такой злобой, что заставил Гринграсс отшатнуться. – Извини. Я... просто немного не в настроении. Блондинка закатила глаза. Только психа ей еще не хватало! — Закрой глаза. Успокойся и очисти мысли. Постарайся не думать ни о чем. Представь что-то большое. Море, озеро, небо – неважно. Думай только об объекте, который представил: он будет играть роль твоего ментального щита. Нужна четкая картинка, словно ты видишь ее перед собой. Поттер глубоко вздохнул и начал выполнять ее указания, напрочь выбив из Дафны ощущение реалистичности происходящего. — Сейчас я попытаюсь пролезть в твой разум. Медленно и осторожно. Ты готов? – девушка едва подавила дрожь своего голоса. – Легилименс! Сидящий поодаль Фрей дернулся с места, заметив, как Избранный схватился за голову и рухнул со стула на колени, а Гринграсс неожиданно впала в какой-то транс и застыла на месте... *** Созданный Поттером щит моментально раскололся на куски разноцветного стекла, причем изнутри: что-то пыталось вырваться наружу из его разума. Перед Гринграсс возникли два силуэта: человек в темном плаще бросает в кричащую рыжеволосую женщину Убивающее заклятие... Внезапно Дафну затащило куда-то в темную комнату, где сидел маленький растрепанный мальчик пяти-шести лет с очками – наверное, это и был маленький Избранный. — Негодный мальчишка! Почему ты вообще достался нам? – говорил женский голос. — Не могли эти уроды сплавить его в более подходящее место?! – прогремел басом еще один человек, уже мужчина. Воспоминания перемешались. Теперь перед Ледяной Королевой возник пропавший в конце ее первого курса профессор Квиррелл. Преподаватель, кожа которого горела и отваливалась от лица буквально на глазах, держал ее за горло и кричал: — Отдай мне камень! И снова изображение потеряло четкость: через несколько мгновений это была какая-то канализация с большим количеством статуй в виде змей. — Волан-де-Морт – мое прошлое, настоящее и будущее! – проговорил черноволосый старшекурсник, одетый в форму Хогвартса и слизеринский галстук. Изо рта большой каменной головы начала выползать огромная змея со страшными желтыми глазами. – Убей мальчишку! Тело Дафны дернулось от нестерпимой боли, и она заметила, что ее рука пробита насквозь длинным змеиным клыком. Неожиданно девушку окутало холодом: теперь подземелья сменились лесом рядом с Черным озером, а к ней приближалось полчище дементоров. Картинки перестали быть динамичными: это воспоминание сменилось на другие, похожие на выцветшие и потерявшие магию колдографии. Зеленая вспышка, врезавшаяся в Седрика Диггори, боль от порезов на левой руке, вопли Поттера от Круциатуса, суд с Амбридж и Фаджем, написанные кровью слова "Я не должен лгать"... В этот момент что-то сильно толкнуло Дафну в грудь, и она очнулась. Перед ней был стоявший на коленях Поттер с окровавленным лицом – из его ушей и носа текла кровь. Но самым страшным было то, что когда Гарри поднял взгляд на слизеринку, вместо зеленых глаз на нее смотрели кроваво-красные с вертикальным зрачком. Ледяная Королева впервые в жизни сделала то, чего никогда не могла себе позволить – взвизгнула и выскочила в коридор. Ужасные воспоминания Гарри Поттера все еще мелькали перед ее глазами... (7*) *** — Эй! Эй! Гарри ощутил, как его сильно стукнули кулаком в плечо, и наконец пришел в себя. Холодный пол, неприятный привкус чего-то соленого во рту и ошарашенный Деймон Фрей, склонившийся над ним с палочкой наперевес – урок окклюменции явно пошел не по плану. — Д-д-деймон... — Тихо, не дергайся, – слизеринец осторожно поднял гриффиндорца с пола и усадил на ближайший стул, после чего наколдовал стакан с водой и подал ему упавший платок, заляпанный кровью со шрамов. – Говорить мне ничего не надо, пока не придешь в себя. Важно одно: она залезла в мысли о крестражах? Покачав головой в ответ, Поттер тут же осушил поданный ему стакан... и тут же изверг воду обратно вместе с недавним ужином и порцией крови. Это плохо. Нет, даже не так: это полный... — Ступефай! Заклинание со стороны двери врезалось в Деймона, отбросив его на пару метров назад – прямо в один из школьных столов. Боль пронзила спину, но кряхтящий и шипящий от боли слизеринец на автомате умудрился перевалиться через перевернувшуюся парту и бросить в ответ невербальное Разоружающее. — Какого хрена вы творите, упыри?! — Экспеллиармус! Еще одно заклятие, произнесенное явно девчонкой, ударило в столешницу. Знакомый тон Грейнджер, сравнимый с речью недовольной Макгонагалл, вывел Фрея из себя: — Поттер! Поттер, блять! Скажи уже им, что я тут вообще не при чем! — Рон, Гермиона... – прохрипел гриффиндорец, когда в импровизированное укрытие его знакомого угодило еще одно Оглушающее, – он не виноват... Не надо... Рыжий и грязнокровка остановились, не веря своим ушам. Гарри защищает этого змея? — Теперь-то можно выйти? Авадой лупить не будете? — Брось палочку и выходи с поднятыми руками! Ну, сука, гребаные авроры... Отдышавшись, Деймон сплюнул вязкую слюну и встал, демонстративно держа оружие между пальцами поднятой правой руки. Спина, и без того помятая дневными тренировками, заныла еще сильнее. Злиться на гриффиндорцев уже не получалось: в принципе, они-то сделали все правильно – увидели раненного товарища, рядом с которым стоит слизеринец из числа Пожирателей смерти, и приложили противника заклинанием. Видимо, слухи о стычке на озере уже дошли, поэтому Уизли, злобно сверлящий однокурсника взглядом, и предпочел швырнуть что-то потяжелее, чем Экспеллиармус. Подстраховался, так сказать. — Что ты с ним сделал? – заучка начала сразу с допроса. — Да я знаю не больше вашего... – Деймон потянулся и услышал, как хрустит его ушибленный позвоночник, – шел мимо, увидел открытую дверь. Ваша звезда валяется в крови... Я и сделать ничего не успел. И тут вы появились. Наконец Уизли и Грейнджер, удостоверившись, что бывший кадет не причинит им вреда, решили опустить палочки. — Гарри, ты как? – Рон тут же бросился поднимать друга со стула. Грейнджер немного помялась на месте и буркнула себе под нос: — Фрей... И-извини, мы... — Не извиняю, – надменно фыркнул слизеринец, убирая палочку в футляр. – Раз уж треснули невиновного человека, будете расплачиваться. Чем? Информацией. Рыжий зашипел не хуже змеи: — Обойдешься. Скажи спасибо, что это был всего лишь Ступефай, а не Убивающее! — Да угомонитесь вы все! – вставил свое слово Гарри и с трудом встал. – Рон, остынь. Деймон, я потом все объясню... Хорошо? Бывшему кадету осталось только пожать плечами и развернуться к выходу. — Где и когда меня найти, ты знаешь. (8*)