British Warlock

Кошмары мучили Дафну уже три ночи подряд, и сохранять равнодушное выражение лица становилось все труднее. Из головы никак не выходили красные глаза "Избранного", то и дело мелькавшие на фоне кладбища, странной канализации с каменными змеями или темной узкой комнаты. "Мальчишка будет окончательно сломлен". Гринграсс злилась. На Фрея – за его талант выворачивать факты наизнанку в самый неподходящий момент, на Поттера – за излишнюю доверчивость и стремление быть нужным хоть кому-нибудь, на Уизли и Грейнджер – за неспособность повлиять на друга и вправить ему мозги, и на себя – за свой собственный момент слабости, сделавший ее пешкой в чужой игре. Если бы она пошла тогда не одна, а с Трейси и Блейзом, ничего бы этого не случилось. Но чем дольше слизеринка шла вслед за однокурсником по коридорам седьмого этажа и пряталась за каждым углом, чтобы не попасть в его поле зрения, тем быстрее злость сменялась страхом. План, который еще час назад казался надежным, быстро терял свое великолепие. Шутка ли – стереть человеку часть памяти! Верхная часть замка была необжитой. Неизвестно, сколько волшебников и ведьм жило здесь раньше, но никто не посещал эти комнаты уже много лет – пустые портреты, паутина и пыль на стенах четко намекали. Зачем тогда Деймон поднялся именно сюда? Может быть, он уже заметил слежку за собой? От осознания, что ее могли обнаружить, Дафна похолодела и развернулась в сторону выхода к лестницам. Но не успела она пройти и трех ярдов, как сзади донесся усиленный эхом голос: — Неужели я настолько страшный, ваше величество? Дафна мгновенно обернулась на голос стоявшего за спиной Фрея. Сверкающие (что в полумраке выглядело достаточно жутко) серо-голубые глаза и привычная усмешка на лице в совокупности с черным пальто буквально кричали о том, что этот человек был воплощенным злом. Привычное самообладание почти мгновенно сдало позиции, заставив Гринграсс выхватить палочку. Деймон даже не шелохнулся. — Воспоминания Поттера оказались слишком... жестокими для Ледяной Королевы? "Он знает!.. И он не отстанет от меня, если..." Девушка вздрогнула от сказанных слов Фрея и подняла оружие. Мысли путались, а идея о связке Конфундус-Ступефай-Обливиэйт тут же затухла. — Конечно, я бы предпочел просто поговорить, или ты настаиваешь на поединке? — Диффиндо! Вскрик эхом разнесся по коридору, но Деймон лишь увернулся от летящего в него луча, а в его руке тут же появилась палочка. Небрежно взмахнув рукой, слизеринец наколдовал защитный барьер и, держа его на расстоянии, зашагал прямо к Дафне. — И только? Больше изобретательности, Гринграсс! Темный Лорд не любит слабых! — Ступефай! Конфринго! Инсендио! Депульсо! Результат принесло только последнее заклинание – только Отталкивающие чары, ударив в щиты Фрея, заставили его остановиться. Новичок, даже не запыхавшийся под бомбардировкой, все больше напоминал каменного голема, несокрушимого и безжалостного. Дафна поняла, что начинает уставать, и из последних сил выплюнула: — Империо! Пролетев через полупрозрачную пленку, заклятие врезалось прямо в грудь Деймона, заставив того стоять на месте, лишь нервно подергивая шеей. В этот момент Гринграсс поняла, что она только что сделала: наложила Непростительное заклятие на Пожирателя смерти. Глаза Деймона стали белыми и даже какими-то мутными. Отдышавшись, слизеринка подошла к врагу. Страх обволакивал ее: если кто-нибудь узнает о случившемся, ее или отправят в тюрьму, или убьют. Вытащив палочку из руки Фрея, Дафна толкнула его в сторону ближайшего помещения и приставила острие оружия к спине парня. — Заходи внутрь. Быстро. Неживым, механическим движением Деймон выполнил ее приказ. Закрыв за собой дверь, Дафна осмотрелась – они пришли в очередной из брошенных классов. Неожиданно Фрей развернулся... и Гринграсс увидела, что тот ехидно улыбается, глядя прямо на нее. Белизна в глазах Деймона исчезла, а взгляд вновь стал абсолютно осмысленным. "Он... он сбросил заклинание!" Мгновенно вырвав оружие из руки Дафны, Деймон тут же наколдовал Инкарцеро – возникшие прямо из воздуха толстые веревки лишили ее всякой возможности двигаться. Не дав Дафне упасть на пол, Фрей подхватил ее под спину. Через секунду Гринграсс почувствовала, что ей едва хватает воздуха: холодная черная перчатка крепко обхватила горло, но не душила. — Я очень не люблю, когда кто-то пытается лишить меня свободы воли, – спокойный голос Деймона, противоречивший такой ситуации, пугал Дафну еще больше. – Тебе же не понравится лежать всю ночь под параличом на полу в холодной аудитории? Разумеется. А будь я чуть похуже, мог бы прочистить твои мозги до состояния средневековой куртизанки... Фините. Дафна почувствовала, что мышцы расслабились, и едва не рухнула на пол. Осторожно посадив девушку на ближайший стул, Фрей поднял с пола свою палочку и уселся напротив. — Урок первый: нельзя недооценивать противника. Причем это и ко мне относится – не ожидал, что ты пойдешь ва-банк. В итоге у тебя сейчас нет оружия, а тело слегка ломит от магического истощения. Подняв глаза, девушка злобно уставилась на Деймона. Внешне он не проявлял какой-либо враждебности – напротив, вел себя совершенно спокойно. Спустя минуту полного молчания Фрей брякнул: — Легилименс! И Дафну тут же затянуло в ее проекцию. Теперь она стояла на пляже возле безмятежного синего моря. Легкий ветерок обдал Гринграсс, дав ей приток сил – с детства она мечтала вернуться на курорт, куда отправилась ее семья семь лет назад. Вон маленькая Астория что-то спрашивает у мамы, а рядом с ними лежит папа с коктейлем в руке... — Как-то я прочитал одну интересную книгу по управлению мыслями. В ней говорилось, что для удержания ментального щита нужно подавлять все проникающие чужеродные элементы, – зачерпнув пальцами немного песка, Фрей улыбнулся. – Но возникает вопрос: что, если такой элемент уже стал неотъемлемой частью твоего подсознания? Слизеринка нахмурилась, не понимая, что все это значит. Почему Деймон вообще оказался в ее ментальной картине? В ответ парень лишь показал указательным пальцем в безоблачное небо, которое медленно, но верно покрывалось черными трещинами. Сквозь них начал просачиваться серый туман. — Проблема в том, что если пробиваться в чужой разум – неважно, силой или хитростью, – можно попросту сломать его и превратить человека в безмозглую куклу. А мне, какой бы сволочью я не был, не хочется это делать. Туман подступал все ближе к пляжу, а море начало высыхать прямо на ее глазах. Дафна сглотнула: к ней вновь вернулся тот самый холод, сопровождавший появление Фрея в коридоре... Видения растворились в воздухе, уступив непонятной пустоте в душе... и новой череде сцен из разума гриффиндорца. Все, начиная от темного чулана и заканчивая вспышкой зеленого света на кладбище, методично резало по ее сердцу, заставляя вздрагивать от каждой смены декорации. Заметив вертикальный зрачок в красной пелене, девушка попыталась вскрикнуть... — Империо! Гринграсс, не успевшую отойти от вторжения в мозг, мгновенно окатило волной умиротворения. Казалось, вокруг нет ни молодого Пожирателя смерти, ни грязных парт, ни прочих неправильных ощущений. Все идет так, как и должно быть. Никаких лишних вопросов, только покой и радость... Откуда-то издалека раздался вопрос: — Скажи вот что: зачем ты меня атаковала? Чувство самосохранения забилось внутри Дафны, но она с небывалой для себя легкостью ответила на потусторонний, глухой голос: — Я хотела стереть твой фрагмент памяти, чтобы ты больше не просил меня проводить уроки у Поттера и не вовлекал в деятельность Пожирателей смерти. Я не хочу иметь ничего общего ни с тобой, ни с Малфоем, ни с Тем-Кого-Нельзя-Называть... — Ясно. Фините Инкантатем! Умиротворение тут же спало. Спустя несколько секунд до обмякшей от бессилия девушки дошло: только что Деймон прочитал воспоминания и выяснил все, что хотел, тем самым приговорив всю семью Гринграсс: ее саму, Асторию, маму с папой... Девушке хотелось заплакать, но она из последних держала лицо – истинное состояние Дафны выдавали только мокрые, слезящиеся глаза. — Урок второй, мисс Гринграсс, – Фрей мрачно хмыкнул. – Непростительные, как и комбинации заклинаний нужно уметь применять. Я почти уверен, что этой части Темных Искусств вас не обучали. Так или иначе, ты только что доказала свою некомпетентность в данном вопросе. Ты же знаешь, как Волан-де-Морт за нее наказывает? Не закончив фразу, слизеринец замолчал, словно что-то обдумывая, а затем помог Дафне встать. — К счастью для нас обоих, я – не он. Поэтому нам придется скорректировать план... — Нам? — Хорошо, мне, – пожал плечами бывший кадет, кладя трофейное оружие на стол. – Похоже, в данном случае я все-таки перегнул палку... В общем, дело такое: дальше все зависит уже от тебя. Если ты сама хочешь, можешь продолжать уроки окклюменции у благородного рыцаря по имени Гарри Поттер. Если нет – значит, я остановлюсь на той версии, что лезть в мозги Золотого Мальчика бесполезно по целому ряду причин. А насчет твоих близких – причинять им вред я даже не собирался. Я солдат, а не чудовище (1*). Гринграсс обомлела: значит, все это время... — Ты врал мне с самого начала, да? Фрей усмехнулся и закатал правый рукав, показывая чистую, нетронутую Меткой кожу на предплечье. — Почему же врал? Назовем этот "выставил факты в выгодном для себя свете" – что-что, а к этому у меня почти что талант. Про сломленного Поттера, про окклюменцию, про интриги Дамблдора я сказал чистую правду. А Метка... ненастоящая. Так, всего лишь небольшая и кратковременная иллюзия. Поэтому я должен перед тобой извиниться: я попортил тебе достаточно нервов. — Извиниться? – Дафна почувствовала, как ее изнутри душит проснувшийся гнев. – Извиниться?! Ты манипулировал мной, как хотел! Заставил меня учить окклюменции так называемого Избранного, якобы в уплату долга! Да после этого урока я думала, что не смогу, что у меня не получится, что Тот-Кого-Нельзя-Называть убьет моих близких за провал!!! Деймон обернулся, чтобы что-то объяснить, но остановился на пол-обороте и покачал головой, после чего сжал зубы. — Скажу еще раз: мне очень жаль, что так вышло. Больше я не намерен тебя беспокоить. Можешь идти. С трудом контролируя себя, Дафна покинула кабинет, напоследок злобно хлопнув дверью. Всю оставшуюся дорогу до подземелий Ледяная Королева провела глубоко в собственных мыслях. "Какой же урод! Врет всем направо и налево ради собственной выгоды, угрожает убить всю семью, а чуть что – предлагает жалкие извинения? Да пошли вы все, и Поттер, и Фрей, и Дамблдор, и..." *** — Еще раз: вы собрались встретиться где? Гарри закатил глаза – затея организовать подпольную группу и так не прельщала его, а теперь, когда Деймон высмеял кучу затей Гермионы, его настроение испортилось окончательно. — В "Кабаньей голове". Тебя что-то смущает? — Конечно, нет. – Деймон поднял руки. – Ведь Гарри Поттер, нежелательное лицо №1 для британского правительства, случайно притащился в заведение с сомнительной репутацией. Тем более в компании оппозиционного предателя крови и грязнокровки, а также других учеников-волшебников. Тебе не кажется, что это совершенно не напоминает какой-то заговор против дражайшей Долорес и Министерства? Язвительный тон слизеринца, в конце концов перешедший в пародию на голос жабы, заставил Гарри усмехнуться: изображать других людей Фрей умел. Однако вскоре до Гарри дошло, что доля правды в таком заявлении есть – умудрился же Деймон вступить в Инспекционную дружину со своей неблагонадежной репутацией. А значит, Фадж и Амбридж видят врага не в детях Пожирателей смерти, а в "спятившем Избранном и его кукловоде Альбусе Дамблдоре". — Да, выглядит все это не очень хорошо. И что ты предлагаешь? — Я сам пока думаю над этим вопросом. Знаешь, хорошо быть легальным коллаборационистом! Можно просчитывать все варианты – и необходимость скрываться от властей, и возможность сдать всю вашу банду при первом же удобном случае. Мне-то можно прикрыться значком Дружины и добрым словом Розовой Жабы. С каждым сказанным словом, беспощадно бившим прямо в цель, Поттер понимал: Фрей тщательно готовил себе пути отхода, в то время как остальным ученикам Хогвартса не поможет никто. Максимум они дождутся заступничества со стороны деканов... и то не факт – та же Макгонагалл посоветовала лишь сидеть тихо. Спраут тоже предпочтет молчаливый бойкот. Оставался только острый на язык и рассудительный Флитвик, но Амбридж вряд ли учтет мнение полугоблина. — И еще я бы хотел уточнить название, – наблюдая за тем, как собеседник чешет затылок, Фрей смахнул пыль с пианино. – Ничего связанного с Дамблдором! А то будет как-то... странно приглашать слизеринцев в кружок имени Великого Предателя. — Думаю, не надо втягивать сюда директора... Подожди! Слизеринцев? Бывший кадет лишь фыркнул и, потирая подбородок, уселся на стул возле Поттера. — Именно. Или вы, как распоследние фанатичные кретины, уже записали их в злодеи? — Знаешь, – буркнул Гарри, – "фанатичные кретины" как раз по части змей. — Спасибо, о-о-очень лестная характеристика! И все-таки ответь на мой вопрос: что насчет моего факультета? — За четыре года я не видел ни одного слизеринца, который отличался бы от Малфоя. А ты, – Избранный не дал Фрею вставить хотя бы одно слово, – исключение. Статистическая погрешность. Не жди, что тебя примут с распростертыми объятиями. — А я и не собирался вступать в вашу организацию официально. Сотрудничать – согласен. Учиться заклинаниям – тоже. Прикрывать ваши задницы от Амбридж... что ж, войдет в часть моей сделки. Считай это моим условием. А поскольку Грейнджер является самой умной в вашем геройском... – Деймон поморщился, словно проглотил лимон целиком, – трио, озвучь все перед ней. — В этом нет необходимости, – раздался за спиной Фрея женский голос. Наблюдать за тем, как озадаченный слизеринец поворачивается и пытается разглядеть хоть кого-то, было уморительно. Впервые за последние дни Гарри улыбнулся. — Гоменум ревелио! Ответом Деймону послужили лишь тишина и тихий смешок Гермионы: заклинание не сработало. — Интересно... Хорошо же вы меня обложили, – задумался Фрей, убирая палочку обратно в кобуру. – Простые дезиллюминационные чары развеялись бы сразу. Артефакт? Амулет? Или вы фолиант из Запретной секции сперли? — Нет, нет и нет, – в голосе гриффиндорки звучала нескрываемая самоуверенность. Деймон поднялся со стула и зашагал прямо к тому месту, где стояла Гермиона. Гарри уже был готов выхватить оружие, но подруга догадалась бесшумно отойти в сторону. — Век живи, век учись. Ладно... Так, революционеры, какие у вас будут предложения касательно места сбора? — Мы... мы еще не уверены, что тебе можно доверять, – отрезала Грейнджер. — Мы? Или конкретно ты и Уизли? – ухмыльнулся Фрей, повернувшись на ее голос. – Ну хоть ты, Поттер, меня поддержишь? Гарри заколебался. С одной стороны, Деймон еще ни разу не подвел его: разоблачающие речи о Дамблдоре оказались верными. С другой, каждый, кто учился на змеином факультете, мог быть тайным Пожирателем смерти. Впрочем, если среди выпускников Гриффиндора оказалась крыса, то, возможно, на Слизерине найдется хотя бы один приличный человек? — Я бы хотел тебе поверить. Тебе и... — Без "и", – отрезал Деймон. – Там возникли свои сложности, которые я поправить не могу. Хочешь разобраться с ней – делай это самостоятельно. Я же просто получу в лоб очередное заклятие. — Вы сейчас о Гринграсс говорите? Услышав Гермиону, Фрей тяжело вздохнул и повернулся к Поттеру. — Знаешь, Поттер, я даже не удивлюсь, если она окажется в курсе всех пикантных подробностей твоей личной жизни... Стоп, мы отвлеклись, – слизеринец отмахнулся, не желая развивать тему своего вчерашнего провала. – Надеюсь, Грейнджер, тебе по зубам придумать наиболее безопасную точку сбора, средства связи, чары обнаружения... — Что-то ты много знаешь для простого ученика. — Лучше подумай о возможном предательстве. То, что я отказался выслушать Поттера на предыдущей встрече, принесло пользу: как выяснилось, Амбридж обожает угощать своих посетителей веритасерумом. — Это же незаконно! Гарри заметил, что лицо Деймона прорезала очередная ухмылка: для него, прожженного циника, было весьма непривычным сочетание интеллекта и наивности, о чем Фрей не преминул сказать. — Грейнджер, на твоего лучшего друга точит зуб Министерство, а после всего того дерьма, что вы вытерпели, у тебя еще есть вера в человечество? Возразить гриффиндорке было нечего, и она замолчала. Все это время, наблюдая за пикировками однокурсников, Поттер вновь думал о доверии. Кому на самом деле была преданна Гермиона Грейнджер – лучшему другу или директору Хогвартса? Кто такой Деймон Фрей – авантюрист или грамотно законспирированный агент Волан-де-Морта? И почему Дафна Гринграсс отказалась сотрудничать с ними? Как много вопросов и как мало ответов... — В общем, так, – Гарри поднялся на ноги. – У нас есть еще день. Даже если мы что-то придумаем, оповещать остальных о смене места сбора уже поздно. — Значит, все-таки "Кабанья голова"? – брякнул Деймон. – Ну ваше право... Мне есть смысл приходить или нет? Не хочется попадать под горячую руку представителей рыжего семейства... (2*) *** Благополучно спровадив Блейза и Панси по магазинам с приказом "развлекаться, пока за все плачу я", Фрей осмотрел качающуюся вывеску с отрубленной головой кабана и зашел внутрь. Немытый и покрытый толстым слоем копоти паб имел крайне мало общего с "Железной свиньей" на Рёттель-штрассе: берлинское заведение было, несмотря на свой контингент, вполне опрятным и цивилизованным. Еще бы – Диркемиттер, чистокровный немец с родословной от времен Реформации, трудолюб и лицемерный чистоплюй, никогда не посмел бы запустить свое детище до такого состояния. Еще одним минусом оказался местный бармен, подозрительно напоминавший директора Хогвартса. Слизеринец быстро оглядел посетителей, которые явно не были представителями высших слоев общества, и подошел к барной стойке. Старик взглянул на нового клиента пронзительно-синими глазами – и Деймон окончательно убедился в неопровержимом сходстве с Дамблдором. — Кого-то вы мне напоминаете, сэр, – язвительно выдал Фрей и одним взмахом палочки очистил ближайшую кружку. – Одного старого глупца, зацикленного на идеализме. Или я ошибаюсь? Старик усмехнулся. — Возможно. Чего желаете? — Сливочное пиво и... – Деймон задумался. – Нужна свободная комната. Скажем, на пару часов. Ведь ваш второй этаж занят не полностью, я прав? — Пиво обойдется вам в два сикля, комната – в один галлеон. На стол полетели монеты, и вскоре подобравший выпивку с ключом под номером "3" Фрей устроился возле стойки, периодически разглядывая сидящих людей. Кто-то просто спрятал лицо под темным капюшоном, как двое выпивох возле окна, какой-то маргинал замотался в грязные бинты, а нечто, похожее силуэтом на немолодую даму, предпочло спрятать лицо в черной вуали. Нет, разговаривать прямо здесь не лучший вариант. Комната будет очень кстати. Спустя полчаса в "Кабанью голову" ввалилось и само Золотое Трио. Поттер с Уизли были мрачными, словно их только что заставили вытирать все котлы Снейпа, а на лице Грейнджер застыло напряженное выражение лица. Насторожившись, гриффиндорцы подошли к Деймону. — Расслабьтесь, "герои", – старик, услышав насмешку в голосе Фрея, не удержался от хмыканья, – я пришел один. Большое сборище будет? — Два-три человека, – несмело ответила Грейнджер: она до сих пор косилась по сторонам, то и дело ожидая засады. Уизли вел себя точно так же, разве что предпочитал игнорировать существование слизеринца. — Чудесно. Я заказал комнату наверху. Не придется светиться перед толпой из криминальных и не очень морд. — Слышь, это кто тут морда? – прогнусавил сидящий неподалеку мужик с редкими волосами и выбитым зубом на верхней челюсти. – Сосунок, да я тебя... Velamen respicere! — У тебя много лишних зубов? Не выдержав злой и холодный взгляд Фрея, выпивоха тут же стушевался и отвернулся. Разговор не клеился, поэтому четверке оставалось просто молча ждать остальных желающих вступить в эту "антиправительственную группу". А их оказалось немало. Извечные подрывники зелий Лонгботтом и Финниган, невзрачный грязнокровка Томас, сплетница Браун, близняшки Патил, стандартный состав из числа орлов и барсуков... Пришла даже Сьюзен Боунс – интересно, начальник Отдела магического правопорядка знает, куда ввязалась ее племянница? Не знал Фрей только имен студентов с младших и старших курсов, и этот просчет следовало устранить в ближайшие дни. — Два-три человека, Грейнджер? – Деймон, обратив внимание на недовольное лицо Поттера, оборвал его тихое сипение. – Кажется, эта формулировка очень неточная. Два-три десятка человек. Один из рыжих близнецов (похоже, очередных Уизли) подтянулся к стойке. — Здравствуйте. Можно нам... двадцать пять сливочного пива? — Говорю же: неточная! – нахально улыбнулся Деймон. – Ладно, забирайте выпивку и поднимайтесь в третью комнату на верхнем этаже. А я... я пока авроров вызову. Наблюдать за побагровевшими и побледневшими лицами гостей, особенно в повисшей над помещением мертвой тишине, было бесценно. Уизли же не стал разделять иронию врага и проговорил: — Тебе жить надоело, змеюка? В ответ на угрозу Деймон только рассмеялся. — Тише, рыжий. Не будем распускать лапы в приличном заведении. Идем. Мягко оттеснив Рона в сторону, Фрей начал подниматься по лестнице. В спину летели фразы "что он здесь делает?", "он же слизеринец!" и "он нас всех сдаст!"... и тем внезапнее оказалось твердое от зашагавшего следом Избранного: "Я ему верю". Стандартной комнатой в "Кабаньей голове" оказалось столь же грязное и засаленное, как и первый этаж паба, помещение три на четыре метра, где разместилось аж двадцать девять человек. Как обычно, Поттер, Уизли и Грейнджер заняли небольшой угол, а Фрей встал подальше от всех: желание студентов держаться подальше от "темного мага" оказалось взаимным. — Так вот... – скромно, как первокурсница, начала Гермиона. – Вы знаете, зачем мы собрались. У Гарри возникла идея... Впутывать свое имя Поттер не позволил, чем мгновенно избавил Грейнджер от необходимости лихорадочно врать. — Точнее, у нас возникла идея, что тем, кто хочет учиться защите от Темных искусств, было бы полезно... по-настоящему ей учиться, а не той ерунде, которую преподносит Амбридж... — Внесу поправку: не ерунде, а полностью бесполезной херне, – безапелляционно припечатал Фрей, чем заслужил редкие смешки с задних рядов. – Оу, тысяча извинений. Вещай дальше, Грейнджер. Гриффиндорка, удивившись грубоватой поддержке со стороны слизеринца, заговорила чуть увереннее. — Потому что это никакая не защита, а пустые разговоры. Я подумала, что стоит взять это дело в свои руки... – Мельком оглядев морально уставшего Поттера, она смогла кое-как продолжить: — То есть, я имею в виду... — Учить предмет не с помощью детских книжек для слабоумных, а как полноценный волшебник. В конце концов, даже рядовые слизеринские ублюдки хотят сдать экзамены назло всему отделу образования. – Деймон усмехнулся и зыркнул в сторону Рона. — Но даже это не самое главное, – втиснулся в разговор Гарри, отчеканивая каждое слово. – Волан-де-Морт вернулся. Как драматично! Браво! Оскар актеру! Толпа тут же затихла, по-своему переживая информацию. Большинство студентов нервничали, но вот светловолосый хаффлпаффец по фамилии Смит надменно фыркнул и произнес: — Где доказательства? — Я его видел. Если тебе было мало слов Дамблдора в конце прошлого года, – Поттер едва не проглотил фамилию директора, – то бессмысленно тратить время на то, чтобы убедить тебя и всех сомневающихся. — Но Дамблдор не сказал, как именно... Занудный тон и глупые вопросы Захарии заставили Фрея закатить глаза. Не желая препираться с недоверчивым идиотом, слизеринец отрубил, как топором: — Смит, ты в том году прогуливал уроки, когда Аваду Кедавру показывали? – Удар вышел точным: название Убивающего проклятия заставило большинство с испугом отшатнуться назад. – Нет, конечно, если у тебя тяжелая форма амнезии, ты всегда можешь обратиться с этим вопросом к квалифицированному специалисту. Дальнейший разговор перешел в обсуждение приключений Золотого Мальчика Гриффиндора за последние годы. После упоминаний философского камня, схватки с василиском (на этой ноте Фрей присвистнул про себя), сражения с толпой дементоров и участия в Турнире Трех Волшебников собрание постепенно сместилось к Волан-де-Морту. Деймон, сложив руки на груди, все чаще начал замечать: большинство глаз направлено не на Поттера, а на него. Еще бы, рядом с ними, в одном метре, стоит потенциальный преступник! — А ты что об этом думаешь, Фрей? Деймон поднял глаза на говорившего – им оказался (кто бы мог подумать!) Рон Уизли. Почесав подбородок, бывший кадет ухмыльнулся. — Волан-де-Морт действительно вернулся. В качестве доказательств предоставлю слова нашей белобрысой принцессы, которая любит жаловаться своему богатому папеньке, – ядом в голосе Фрея можно было убить человека. – Малфой недавно заявлял о правильности вступления в Пожиратели смерти и намекнул, что всех несогласных слизеринцев ждет неотвратимое наказание лично от Темного Лорда. — Ты пойдешь служить Тому-Кого-Нельзя-Называть? – а этот вопрос прозвучал со стороны Лонгботтома. — Честно? Еще не решил. Все равно половина присутствующих уже причислила меня к Силам Зла. И даже не смейте говорить, что это не так: я не люблю мерзких лгунов, которые прикидываются всепрощающими святошами на манер директора. Как Деймон ни пытался спрятать вылезшую наружу злобу, у него это не получилось: обвинение прозвучало слишком резко. Некоторые из присутствующих потупили взгляд. Стремясь погасить враждебность, Гермиона спросила: — Давайте решим, где мы соберемся. — В библиотеке? — Я представляю себе вопли мадам Пинс, – не удержался от смешка Шеймус Финниган, – когда она увидит разруху на своем рабочем месте и несколько взорванных шкафов с книгами! — Может, в пустом классе? — Их полно на верхних этажах замка, – Фрей развел руками в стороны. – Можно занять любой, но отрабатывать там заклинания одновременно не получится, придется ждать очереди... что мгновенно снижает полезность занятий. У меня есть одна идея, но для начала я хочу кое-что проверить. Гермиона кивнула. — Как скажешь, – и она достала из сумки перо и пергамент... который, как показывал Взор Бездны, был пропитан различными чарами. – Думаю, теперь нам следует написать свои имена, чтобы мы знали, кто присутствовал. После этих слов Деймон нахмурился: оказывается, грязнокровка предусмотрела аналог магического контракта, что не входило в его планы. Немногие сомневающиеся, в числе которых были Смит и МакМиллан, все-таки оставили свои подписи на пергаменте – и вскоре очередь дошла до Фрея. — А ты подписывать не будешь? – спросила Сьюзен. Слизеринец покачал головой. — Мы уже обговорили этот вопрос с руководством организации, – отрезал Деймон тоном, не терпящим пререканий, и остался стоять возле стены. – И я хотел бы обсудить еще кое-что, но без лишних свидетелей. Участники собрания стали потихоньку расходиться, по пути бросая недовольные взгляды в сторону бывшего кадета. Наконец в помещении остались Гарри, Рон, Гермиона и сам Фрей. Грейнджер, сжимая в руках пергамент, поджала губы. — Даже не отрицай, что создала аналог контракта. Если кто-то проболтается, как это проявится? — Имя человека на пергаменте засветится, а на лице появятся прыщи «Ябеда», которые сложно замаскировать чарами. Свести их не получится. Деймон устало потер лоб левой рукой. — Видимо, Снейп не зря песочит гриффиндорцев за тупость. Во-первых, если прыщи невыводимые, а контрзаклятия не существует, вы не сможете торговаться за освобождение из Азкабана или за сокращение срока. Во-вторых, сдавший вас предатель будет изуродован навсегда и наверняка захочет отомстить, поэтому не удивляйтесь шальной Аваде из-за угла. Вы хотя бы Империус с веритасерумом учли? — Учли. Контрзаклятие есть, – Грейнджер устало плюхнулась на потертую кровать, не обращая внимание на удивленных Рона и Гарри. — Молодец, Грейнджер, в этом ты не облажалась. Вот только подписываться я все равно не буду. Члену Инспекционной дружины не следует быть замешанным в таких грязных вещах. От слов "Инспекционная дружина" Уизли вспыхнул. — Ты что, дружинник? — Вступил в эту среду. Не переживай, продажа вас с потрохами не входит в мои планы, – Деймон на пару секунд задержал взгляд на пятне бурого цвета, застывшем на потолке. – Просто кому-то надо делать вид, что ситуация под контролем Министерства и поддерживающих его законопослушных граждан, то есть меня и Амбридж. А учитывая наши новые полномочия... — Какие еще полномочия? — Право патрулировать коридоры, досматривать студентов и проверять содержимое всех почтовых писем и посылок. Я не говорю о возможности сдирать очки с каждого студента за что угодно, даже за статус грязнокровки... без обид, Грейнджер. — Значит, ты будешь двойным агентом до тех пор, пока в один прекрасный день не придешь нас арестовывать? – горько усмехнулся Гарри. — Надеюсь, что этого не произойдет. В качестве благонадежного слизеринца и "сторонника правительства" от меня будет больше пользы. Остается только... — Убедить в этом остальных, – грустно вздохнула Гермиона. Недолго думая, Гарри подошел к Фрею и протянул ему руку. — Мы рассчитываем на тебя, Деймон. — И при этом ни капельки не доверяем, – тихо проворчал Рон.