Лионза Луане

Красная женщина У племен, живущих в лесу, появилась новая история. Многие из охотников видели красную женщину. Совершенно голая она бродила по джунглям, не боясь ядовитых змей и хищников. Бывало, её видели ночью, танцующей при свете луны. И стоило ей заметить, что она не одна, за ней наблюдают, она применяла своё колдовство. Подсматривающий, помимо своей воли, вставал во весь рост и шел к ней навстречу. А она призывно раздвигала свои красные ноги и заставляла совокупляться с ней несчастного до тех пор, пока он не усыхал, становился глубоким стариком. Один такой охотник вернулся к своим, но его не узнали, прогнали прочь. Плача, он так и бродит где-то в дебрях. Хотя, может, его уже пожрал леопард или крокодил. Не к добру все это, многие говорят, что эта женщина — предвестник Кровавой луны. А может и есть луна, что спустилась на землю. Когда Лионза услышала эту историю от Дарио, сильно смеялась. Дарио было не до смеха. — Это не безобидные суеверия, — говорил он, поглаживая свою небольшую бородку клинышком, — дикари в следующий раз могут стрельнуть в тебя ядовитым дротиком. А если они увидят, что та самая красная женщина у нас, в фактории… Он тяжело вздохнул. — Ситуация и так не самая располагающая к покою. Теперь ещё и это. Лионза потрепала фактора по руке. — Ничего, — сказала она, — мы разберемся со всеми вашими бедами. — Мы… — горько усмехнулся Дарио. — Драконьеры прислали одну тебя. — Это уже много, — улыбнулась Лионза. — К тому же сам знаешь, я одна из всего нашего ордена привычна к местному климату. Или ты хочешь целый отряд, который не будет слезать с отхожих мест из-за дизентерии или не дай Близнецы чего похуже? Дарио передернуло от отвращения. Он поспешил сменить тему: — Тебе удалось что-нибудь узнать во время твоих… вылазок? Лионза покачала головой. Почти ничего. Обрывки хаотических сведений и сказок. От своего первого серьезного задания она ожидала чего-то более понятного. А здесь все изначально пошло не так. Когда она радостная и гордая собой явилась в форт драконьеров в Навадженто, её ждал совершенно обескураживающий приказ: отправиться на корабле далеко на юг, к Черному берегу. Лионза ненавидела море, и первое ее задание состоит в том, чтобы плыть по нему почти два месяца. Но не отказываться же, не говорить, дайте мне другое задание. Юная драконьерка взяла себя в руки и поднялась на шатающуюся палубу. И её тут же вырвало. Последующие два месяца были худшими в её жизни, если не считать первых нескольких лет после гибели Луании. Лионза валялась на гамаке в трюме, много пила. Эти ужасные будни ей скрашивали только матросы, которые с большой охотой приходили утолить её суккубский голод. Капитан сначала весьма злился, грозился выкинуть нечисть за борт. Ведь после секса с луанийкой парни едва держались на ногах и потом с трудом исполняли свои прямые обязанности. Ситуация накалялась с каждым днем, но к счастью случился шторм. Точнее, это позже стало понятно, что к счастью. В тот момент Лионза хотела даже не умереть, а желала, чтобы ее вообще не существовало. Шторм кончился, а их вынесло к ранее неизвестному морякам острову. Он оказался населен жуткими ведьмами, которые превращали мужчин в свиней. Но Лионзе удалось спасти часть команды, и после капитан проникся к ней уважением. Он распорядился организовать график дежурств, чтобы экипаж выбывал из строя равномерно, не нарушая процесса мореплавания. Но все заканчивается, и плохое, и хорошее. И это проклятое путешествие подошло к концу. Лионза с огромной радостью ощутила под ногами твердую землю. Она засмеялась, сбросила обувь, начала танцевать. Её радость омрачала только мысль о том, что возвращаться ей придется тем же способом. И вот она здесь, в фактории иллатийского города-государства Навадженто. Это был небольшой деревянный форт возле удобной гавани, где жило несколько десятков купцов и ремесленников во главе с фактором и местная обслуга. Отсюда они торговали, точнее, вели обмен. Катунгийцев не интересовали деньги, разве что в виде украшений-монист, зато они с удовольствием выменивали бусы, ткани, одежду, вино, пряности и железные орудия. Особенно топоры. Взамен иллатийские купцы получали золотые самородки, слоновую кость, удивительных животных вроде мартышек или попугаев и, конечно, рабов. Так они бы и жили себе, но год назад начались странные вещи. На купцов и катунгийцев, торгующих с ними, начались нападения чудовищ. Сначала Дарио полагал, что это леопарды. Но выжившие и свидетели утверждали, что речь идет о жутких тварях, соединяющих в себе внешность леопарда и человека. То есть, таинственными врагами оказались оборотни-котолаки. Дарио немедленно отправил весть о случившемся драконьерам. И вот почти полгода спустя они, будто издеваясь, прислали одну сестру ордена. И мало того, что неопытную, так ещё и саму сомнительного нечистого происхождения. Конечно, они сблизились буквально в первую ночь после знакомства. Но это не отменяло того факта, что Лионза лишь добавляла новых проблем вместо решения старых…

***

Лионза сидела на камне, скрестив ноги и упершись руками в колени. Она не видела, но чувствовала, что сзади к ней бесшумно подходят охотники. Сколько их? Лионза не оборачивалась, закрыв глаза, чтобы не спугнуть, она пыталась различить их по исходящему теплу и дыханию, которое становилось все более неровным. Пятеро, их пятеро. Она, маленькая хрупкая девушка, сидит на камне, а сзади неё пять чернокожих воинов с уже отвердевшими членами. Со стороны, наверно, то еще зрелище. Первый стал тереться набухшим членом о щеку луанийки, второй — жадно лапать её пышную грудь. Лионзе показалось, что охотники до конца не верят в реальность происходящего. Она взяла члены двух самых смелых себе в ладони. Какие громадины! Когда Лионза оголила головку, то увидела, что она тоже черная. Суккуб жадно присосалась к ней. Член катунгийца едва помещался ей в рот. Он схватил Лионзу за волосы, яростно насаживая её на свою дубину. Второй рукой она скользила по не менее впечатляющему члену, плавно двигая черную крайнюю плоть. Катунгийцы, не искушенные в подобных ласках, дрожали от удовольствия. Но надо было позаботиться и об остальных. Ещё в Кра-Акене Лионза освоила позу «Скрещенные мечи». И сейчас было самое время её применить. Такого местные точно никогда не практиковали. Лионза точно теперь станет легендой. Она оседлала бедра самого крупного из воинов. Его громадный фаллос с хлюпаньем заполнил её вагину. Одновременно с ним сзади к тугому анусу пристроился его товарищ. Лионза повернула голову, чтобы взять в рот член третьего. Ну и для двух оставшихся были её мягкие ладошки. Когда все её отверстия оказались заполнены, суккуб на мгновение замерла. А затем начала медленно двигаться, скрещивая все пронзившие её мечи. Член воина, трахающего её вагину, был столь огромен, что при фрикции он просто выталкивал член своего товарища из ануса. Но тот не сдавался, вновь раздвигал ягодицы, растягивал анальный проход девушки. От двойного давления Лионза неистово стонала, выпуская член изо рта со звуком пробки, вылетающей из кувшина. Её любовники скалили зубы и рычали, словно забыв о своей человеческой природе. Первыми кончили те двое, которым Лионза помогала руками. Густые липкие залпы семени попали ей на пышную красную грудь. Сперма потекла вниз, прокладывая струйки на животе. Следующим оказался воин, трахающий её рот. Он наполнил её рот так, что у неё надулись щеки, а лишняя жидкость брызнула из носа. Сразу вслед за ним кончил обладатель огромного члена, наполнив теплом её вагину. Воин, занятый её задним проходом, оказался самым стойким. Он яростно насаживал её ещё несколько мгновений. Его разрядка была молниеносной, но не менее обильной. Лионза проглотила сладковатую густую жидкость. Прочая стекала по груди, животу и ногам. Она чувствовала себя землей, которую полил благодатный дождь. Хороший секс. Воины лежали вповалку друг на друге. Лионзу же саму немного шатало. Обычно она получала при подобном соитии огромнейший прилив сил. Так оно и было. Но её метод не сработал: вместо того, чтобы увидеть в их мыслях что-то полезное, она получила жуткую какофонию желаний, страхов и иных чувств. Там встречались и образы людей-леопардов, но всё, что можно было понять, это чувство уважения и дикого первобытного ужаса. Да, людей-леопардов хорошо тут знали, их уважали и боялись. Но этого недостаточно для решения проблемы. Впрочем, было кое-что, за что можно зацепиться.

***

— Дарио, — сказала Лионза негромко, покосившись на прочих людей, сидевших в большой общей зале. Она служила купцам как библиотекой, так и местом собраний и молитв. Помимо драконьерки и фактора, тут был седобородый негоциант, что делал записи на восковой доске, и маленький юный мулат, читающий старый кодекс в деревянной обложке. Из мыслей Дарио Лионза знала, что мальчика зовут Пико, и он его племянник. Оба выглядели слишком погруженными в свои занятия, потому Лионза решилась продолжать. — Что ты знаешь о Заброшенном городе? — спросила суккуб. Она знала из мыслей фактора, что с этим городом у него есть некая неприятная история, которую она увидела в виде эмоциональных обрывков. Но и в мыслях охотников тоже сразу же всплывал образ этого города, связанный с людьми-леопардами. Так что надо было прояснить до конца, в чем тут дело. Дарио побледнел и сжал зубы. — Тебе доложили об этом инциденте? — спросил он. — Нет, мне выдали приказ, на словах быстро обрисовали ситуацию, и в тот же день я уже была на корабле. — Так ты не знаешь о моем брате… Энрике? Да, та самая неприятная история в его мыслях. Но слишком много эмоций. Картинка пока не складывалась. — Нет, что с ним? — Он умер. Много лет назад. Но перед этим он бывал здесь, в фактории, вел дела. Эта фактория по сути, часть нашего семейного дела, понимаешь? Даже если кто-то из семьи дальнейшем и не будет вести дела с Катунгой, он должен обязательно отбыть здесь хотя бы год. Такая традиция. Лионза кивнула. Дарио отпил немного вина из колебасы и продолжил. — В общем, Энрике очень сблизился с племенем канжари. Мы их меж собой называем Скелеты. Это такие ребята, что охотятся на слонов и единорогов в саванне. И чтобы напугать соседей, рисуют на лицах белой глиной маски-черепа, а на груди кости. И вот от них Энрике узнал о Заброшенном городе. Он думал, что найдет там много сокровищ… Я конечно отговаривал его от этой глупой затеи. Но это Энрике. Он умел зажигать пламя в сердцах людей. Нашлись авантюристы, частью даже не с нашей фактории, тут к югу ещё солемарцы… В общем, нашлись разного рода сомнительные личности, которые согласились пойти с ним в этот город. — Откуда он знал путь? — Он и не знал, в том-то и дело! Он говорил, со слов Скелетов, что иногда тому или иному сильному воину снится сон. Женский голос зовет его в этот город. И там, во сне, он якобы видит путь во всех подробностях. И именно там эти воины и превращаются в людей-леопардов. — Энрике взял в проводники такого воина? — Нет, он сказал, что у него самого был такой сон… В общем, я его уже хотел посадить под арест, но он сбежал со своим сбродом. И мы почти год ничего о нем не слышали. Я горевал, думал, что он погиб. Даже провел все обряды, как по усопшему. И тут он неожиданно возвращается. Один, одетый, как варвар, в перья и набедренную повязку. Жутко исхудавший… В дикарских татуировках… А на руках маленький ребенок, младенец. Больше никто не вернулся. Энрике потом сказал, что они все погибли по пути. Он один дошел до города. — И что там было, в городе? — Не знаю, он толком не рассказывал. Я оказался прав, никаких сокровищ он там не нашел. Зато прошел обряд превращения в человека-леопарда и нажил сына с какой-то аборигенкой. Он бы и остался там жить, но они что-то не поделили с дикарями, которые жили в том городе. В общем, он забрал своего сына и бежал к нам. — Он стал оборотнем? — А ты не слышала эту историю? Лионза покачала головой. Она вообще мало что знала об Иллати. Когда она прибыла в Цвиллиг несколько лет назад, королевство было охвачено гражданской войной. Она сумела добраться до Драконьего бастиона, где, несмотря на все беды, что свалились на эти землю, продолжали обучаться драконьеры. И вот война кончилась, добрый король Альбрехт снова объединил страну. А Лионза получила статус младшей сестры в ордене после долгих и тяжелых допросов и экзаменов перед лицом Капитула. Откуда ей было знать о том, что творилось в это время в Иллати? — В общем, здесь он еще сдерживал свою новую природу. Он снова оделся в нормальную одежду, но в его жестах, взгляде оставалось что-то звериное, первобытное. Он поспешил отбыть домой. И там люди стали замечать за ним жуткие вещи… — Он превращался в котолака? Дарио кивнул и снова выпил. Лионзе показалось, что юноша только делает вид, что читает, внимательно прислушиваясь к разговору. Немудрено, ведь речь сейчас шла и о нём. — И это привело его к гибели. — А ребенка он оставил здесь? — Нет, он очень его любил. Все время с ним играл, сюсюкал, разве что грудью не кормил. Это он придумал ему имя… Пиколло. И забрал его с собой. А Энрике уже был женат. Наша матушка очень удачно его пристроила к племяннице самого герцога Дориа. Представляешь глаза его суженой, когда она увидела это чудо? Лионза вздохнула и украдкой посмотрела на Пико. Тот выглядел таким хрупким и несчастным. Вообще, красивый мальчик. Черные вьющиеся волосы, как у Лионзы, оливковая кожа, тонкие черты лица и большие золотистые кошачьи глаза. Он походил бы на лесного эльфа Элии, если бы не человеческая форма ушей. — В общем, досталось ему сильно. Когда Энрике умер, его вдова Альмара вообще предлагала заодно и его сжечь. Отродье нечисти тоже нечисть, так она говорила. Но наша матушка взяла Пико под свою опеку. Он ей приглянулся, да и невестку она сильно невзлюбила. В общем, так он и жил в Навадженто. Матушка пыталась его сначала выучить на юриста. Но он оказался слишком рассеянный и мечтательный для этой науки. Тогда она его отправила учиться на богослова в Союз Городов. Но и оттуда он вскоре сбежал. Стал сюда проситься, в Катунгу. Матушка поплакала и отпустила. И вот он тут. Вот и вся история. Не надо искать этот город, от него одни беды. — Но если именно там появляются люди-леопарды, значит, в городе я могу найти ответ на вопрос, что им нужно, или хотя бы попробую их остановить. — Это плохая идея, Лионза! — Это пока единственная идея, которая может нам помочь! — Допустим. Но где ты найдешь проводника? — Поговорю с этими вашими Скелетами, наверняка там кто-то да найдется. Дарио закатил глаза. — Ну а зачем я тогда здесь? Не для того, чтобы заменять тебе и другим мужчинам жену вдали от дома. Меня прислали решить вашу проблему, и я это сделаю. Так или иначе. Купец нахмурился. — Ладно, поступай, как знаешь. Но я предупредил. В наступившей тишине громко хлопнула деревянная обложка кодекса. Пико закрыл книгу и стремительно вышел прочь.

***

— Мне, между прочим, уже двадцать один! — говорил Пико. — Я взрослый. Никто не смеет мне указывать, что делать! Ни бабушка, ни дядя, никто! Лионза в ответ только вздохнула. Стоило ей отойти от фактории, как её догнал запыхавшийся Пиколло. Он сказал, что сбежал и теперь намерен послужить проводником в Заброшенный город. — Нет, возвращайся! — говорила в ответ луанийка. — Тебе не нужен проводник? — Во-первых, если хоть волос упадет с твоей головы, твоя бабушка спустит шкуру с Дарио и всей этой фактории. Во-вторых, откуда ты знаешь, как туда попасть? — Я вообще-то родился в нем! — Но ты был слишком мал, чтобы запомнить путь! — Но я видел его… во сне! Сердце Лионзы забилось сильней. Это ведь ровно то, на что она надеялась. Что кто-то из племени канжари окажется избранным для обряда. Но этот мальчик? Он макушкой едва достает до пышной груди луанийки. Какой из него леопард? — Ты же понимаешь, что это опасно? — спросила она строго. — Я не боюсь! — отчеканил Пико, глядя ей в глаза с предельной серьезностью. — Я видел этот город во сне, знаю в мельчайших деталях путь. Что удивительно, он действительно смотрел ей в глаза, а не на пышную грудь, которая служила настоящим магнитом большинства взглядов, что в ордене, что здесь, в фактории. Маленький человек был полон решимости. Совсем не похож на того вчерашнего мальчика, который вот-вот расплачется. — Ладно, — согласилась она. — Но ты будешь действовать по моим указаниям. Пико кивнул. — Обязательно! Я буду следовать за тобой, как тень! Ты не пожалеешь об этом, Лионза! — И куда нам идти? — Сначала на юго-восток, к озеру Квамура. Там заночуем у Зурибы, он ведет дела с нами, надежный человек. Потом он поможет нам переправиться на восточный берег, а уж там покажу, там есть остатки мощеной камнями дороги… Опять плыть? Ну, хвала Близнецам, что в этот раз по озеру. Но Лионзу мало прельщала и эта мысль. — Во сне были столь детальные инструкции? Пико смутился: — Не совсем. Но я хорошо знаю окрестности! Изучил все карты, меня брали с собой, когда ездили к Зурибе и Скелетам. — То есть, ты точно не знаешь, куда идти? — Знаю! Во сне этот путь был с высоты птичьего полета. Но я все запомнил! Лионза покачала головой. Определенно стоило схватить этого мелкого за загривок и отнести в таком виде обратно к дядюшке, как нашкодившего котенка. Так было бы разумней всего. Но вдруг он и правда приведет её? Это шанс, куда больший, чем эфемерная надежда на канжари. — Ладно, веди меня, проводник!

***

Запала Пико хватило ненадолго. Несмотря на то, что юноша был наполовину катунгиец, он явно не был приспособлен для подобных походов. Одет он был, словно щеголь. Подобных ему Лионза видела на улицах Навадженто, пока добиралась до форта драконьеров. Легкая шелковая туника, мягкие сапожки, красивый ракшасский шарф из полупрозрачной ткани, повязанный на голову. Было немного забавно видеть подобно одетого человека здесь, в диких джунглях. Кончик туники постоянно цеплялся за ветки и колючки, сапоги оказались тоже не столь удобны, Пиколло начал прихрамывать, не пройдя и полдня пути. Ещё он оказался сильно избалован и невыносим. Поток жалоб не прекращался. Лионза уже трижды пожалела о своем решении и раздумывала о том, чтобы повернуть обратно. — Надо сделать привал, — говорил юноша капризным тоном. — После полудня, — отрезала Лионза. — Я сейчас развалюсь на части, если сделаю хоть шаг! — Может, тебя на руках понести? Глаза Пико загорелись радостью: — А ты сможешь? Лионза выругалась по-луанийски. — Ладно, я понял, это был сарказм, — вздохнул мулат. — Кстати, тут нужно быть очень осторожным. Я общался с охотникам в фактории. Тут столько опасностей, ты даже не представляешь! — Да ты что! А я и не знала. — Я серьезно! Кстати, ты была за пределами Луании, когда она утонула? — Нет, я была прямо там. — И выжила? Но как? — Не задавала глупых и бестактных вопросов людям, вот так и выжила. Пико обиженно засопел и наступила благословенная тишина. Ну, если таковой можно было назвать молчание двух путников. Сами джунгли никогда не молчат, ни днем, ни ночью. Крики птиц и обезьян, шуршание змей и насекомых, скрип и шелест деревьев. Лионза краем глаза посмотрела на мальчика. Пико старался не отставать. Но ноги его были короче, одежда неудобней, теперь он страдал молча. Видимо, его жалобы, разговоры и неуместные вопросы были способом отвлечься. Вообще, Лионза была обычно добрее к людям. Тем более что они быстро становились ее любовниками. Но этот хилый коротышка, судя по всему, будет валяться в прострации несколько дней после секса с ней. Лучше не рисковать, тем более, она полностью удовлетворила свой голод перед выходом с Дарио и чуть позже с двумя следопытами. С другой стороны, его было жаль. Луанийка уже знала его непростую историю, да и сейчас он снова стал напоминать того мальчика в библиотеке. Большие золотистые глаза были готовы брызнуть слезами. Одежда уже не выглядела щегольской, висела лохмотьями. — А ты сам зачем идешь в город? — Я же говорил, у меня был сон… — Он тебе приснился еще в Навадженто? — Нет, уже здесь. — А что там было? Во сне. — Такие сны мне снятся каждую ночь. Обычно начинаются они с того, что я просыпаюсь. Во сне просыпаюсь. Оттого, что слышу женский голос. Ингво Инкулу… Ингво Инкулу. Так он говорит. Я подхожу к окну, отодвигаю бахрому-занавесь и взлетаю. Женский голос зовет меня, а я лечу над джунглями, озером, древним трактом к городу… — Ингво Инкулу? Что это значит? — Я думаю, это мое настоящее имя. Но что значит, не знаю. Я как-то так назвался одному охотнику, он начал сильно смеяться. Я так понимаю, это имя не менее жалкое и смешное, чем мое нынешнее… — Ты наверно хотел бы увидеть свою мать? Пико засопел. — А это уже бестактный вопрос, Лионза из Луании! Они снова погрузились в молчание под звуки джунглей. Тропинка становилась все уже, исчезая в лианах и вьющихся кустах. Лионза предусмотрительно захватила с собой топорик, которым теперь расчищала дальнейший путь. — Мы точно не заблудились? — спросила она Пико. — Нет, тут быстро все зарастает… Лионза, берегись! Суккуб обернулась, но не сразу поняла, что произошло, слишком стремительно развивались события. Что-то свистнуло, Пиколло прыгнул и упал с криком на траву. Мимо Лионзы просвистел еще один снаряд. Дротики! В них стреляют дротиками! Она метнула топорик, он вонзился в большое пышное дерево, откуда с шипением свалилась змея. Мимо Лионзы пролетел ещё один дротик. Суккуб сняла с пояса шакран, метнула. В кустах раздался крик. Суккуб со вторым шакраном бросилась туда. Но дикари уже бежали прочь. Один сильно хромал и оставлял кровавый след. Лионза бросилась к лежащему Пико. Дротик попал ему в бедро. Она вынула его. Рана не очень глубокая, надо просто промыть и перевязать. Пиколло открыл глаза: — Я же говорил, тут опасно… — сказал он бледными губами. — Ты спас меня, — ответила Лионза. Конечно, это было глупо. Но если бы юноша не прыгнул, то дротик угодил бы ей в шею. И возможно, её бы не спасла даже суккубская регенерация. — Почему они напали? — Ты же Красная Женщина. Они хотят съесть твое сердце и печень, чтобы излечить все свои болезни… Лионза вздохнула и покачала головой. Пико весь посерел, на лбу выступила испарина. — Все будет хорошо, — сказала она, делая перевязку. — Не будет, это же зангуру… Они всегда мажут оружие ядом мамбы. — Ядом? Лионза замерла с натянутой тканью, которой обматывала рану. — Ну да, я уже чувствую, как он идет по ноге… Эх, а я даже толком и девственности не успел лишиться. — Толком? То есть, что-то было? — решила спросить Лионза, чтобы немного отвлечь юношу, тем более что она собралась снова размотать ткань и сделать надрез на месте раны. — Об этом лучше не вспоминать…

***

— Эй, выпустите меня! — закричал Пико. Но его друзья-студенты хихикали с другой стороны двери и подпирали её плечами. Вот же уроды! А Пико надеялся, что наконец-то они его признали за своего, приняли в братство. Но оказалось, что они просто затащили его в таверну, напоили и теперь втолкнули в дом к какой-то гадалке. Что было в этом смешного, Пиколло решительно не понимал. — Выпустите, а то я… позову стражу! Ответом ему послужил дружный пьяный смех из-за двери. — Что тут такое? От этого жуткого голоса у Пико пошли мурашки по спине. Конечно, он не боялся старух. Но это был голос не старой женщины, а какой-то ведьмы или лича. Идиоты-школяры побежали прочь, хохоча. Пико тоже было бросился открывать дверь, но голос гадалки словно парализовал его ноги: — Иди сюда, мальчик… Иди ко мне… Юноша помимо своей воли повернулся и сделал несколько шагов в темноту. Удивительно, но здесь его глаза никак не могли привыкнуть к тьме. Она клубилась, как дым, застилая зрение. Но может, оно и к лучшему? Пико вздрогнул от прикосновения ледяной длани к его руке. — Иди ближе… — говорила старуха. — Я погадаю тебе. Пико, весь дрожа от ужаса, повернул ладонь, не понимая, как она различит в такой темени линии на его ладонях. Ответом был жуткий смех: — Глупый, мне не нужна твоя рука… — Но ты же… — Пико сглотнул комок, — ты же… хиромант. — Нет, дурачок. Я херомант! Давай сюда своего дружка! Пико дернулся, чтобы вырваться, но цепкие руки схватили его за талию. — Сама судьба привела тебя сюда, мальчик, — похотливо хрипела жуткая старуха. И к ужасу Пико, он даже не мог различить её силуэта во тьме. Невидимые руки спустили его штаны. Член юноши сдавила ладонь. И неожиданно для Пико он стал увеличиваться против его воли. Желания тут уж точно никакого не было, кроме как вырваться с криками прочь. А потом головку обволокло чем-то горячим и влажным. Невидимая старуха взяла его член в рот. Она сделала несколько движений вдоль ствола. Ноги Пико дрожали, но член стал каменным. Сильно сжав губами, гадалка отпустила достоинство студента. — Прекрасный хер… — сказала она с хриплыми нотками в голосе. Жуткий голос словно стал чуть человечней. — Жаль, что он не послужит тебе… Очень жаль. — Что… что ты имеешь ввиду? Вместо ответа старуха снова жадно присосалась к его вздыбленной палке. — Ты обретешь то, что ищешь, — сказала гадалка, снова отпустив Пико, — найдешь, то, что искал… — Я ничего не искал! — Ты ищешь всю жизнь. Себя. И ты найдешь. Когда вернешься в лоно, место, где ты родился. Когда снова воссоединишься с лоном… Губы старухи снова обхватили головку. — Какое лоно? Ты о городе, где я родился? Старуха продолжала жадно сосать. Пико дернулся, чувствуя, как поток семени вырвался из него, наполняя рот гадалки. Он не чувствовал облегчения или удовольствия, просто странную пустоту. — Ты вернешься в место, где ты родился… — сказала устало невидимая гадалка. — Следуй за Красной Луной и Красной Женщиной. Они приведут тебя к твоей судьбе. — Ничего не понял… — Я тоже. Понятия не имею, что я несу, когда гадаю. Это не я, духи говорят. Пико вздохнул. — У тебя хороший член. Я бы тебе и в жопу дала, но там шишка вылезла. — Я пойду… — сказал он. — С тебя два драко!

***

Пико открыл глаза. И первое, что увидел, это густые черные волосы, завязанные в хвостик. Он был за спиной у драконьерки, она посадила его на закорки и теперь несла на себе. Они были где-то в джунглях. Пико сильно мутило, перед глазами все плыло. Рана на бедре нарывала, отдавая болью до самой пятки. Да, сам идти он точно бы не смог. Надо же, она его не бросила. Пиколло никогда не доверял людям, особенно драконьерам, ведь они некогда безжалостно убили его отца. Потому он меньше всего ожидал подобной заботы. — Очнулся? — спросила Лионза. — Куда мы идем? — Как ты и сказал, к озеру… Я хотела отнести тебя обратно. Но солнце уже клонится к закату. К этому твоему Зурибе гораздо ближе, чем к фактории. — Тебе не тяжело? — Ты легче, чем я ожидала. Но не так уж и легко, если честно. — Яд, я его еще чувствую… — Да, у меня не получилось все отсосать. Надеюсь, ваш друг знает толк в лечении? — Не знаю… — В любом случае, я оставлю тебя у него, сама пойду дальше. — Ты не найдешь без меня дорогу! — Разберусь… Ты можешь не пережить это путешествие. — Ты не можешь меня вот так бросить! — Я могла это сделать и раньше! Пико вздохнул. Может, лучше не спорить? Предсказание о красной женщине уже сбылось, к его величайшему удивлению. Может, она все-таки передумает? Что ему остается, кроме как уповать на судьбу? — Спасибо, — сказал он. — Всегда пожалуйста. — Я серьезно. Никто мне еще не помогал вот так. — Да ладно, а твоя бабушка? — Моя бабушка… Она очень своеобразная. Бывало, позовет меня, посадит на колени. И потом весь вечер сидит и причитает: «Ах, ты так похож на Энрике… Энрике, мой Энрике». И плачет. — Да, непросто тебе пришлось. Но могло быть и хуже. У меня вообще не было ни родных, ни друзей. Ну, кроме одной девушки. Но она… В общем, оказалась тоже не подругой. — Всегда завидовал тем, у кого есть друзья. У нас, в Навадженто, мальчишки собираются в банды. Ну, по сословиям. У знатных свои, у простых свои. И потом дерутся. Между собой или со студентами, на мечах. Самое лучшее, это круговая оборона. Несколько человек спиной к спине против превосходящего по числу противника. Такая победа считается самой доблестной. Я всегда им завидовал… Ну в смысле, что у меня не было товарищей, с которыми можно драться вот так, спиной к спине… — Да, за такую дружбу многое можно отдать, — сказала Лионза задумчиво. Солнце клонилось в сторону моря, освещая все вокруг рыжим светом. Впереди в закатных лучах оранжевой ртутью блестело озеро Квамура. Продолжение следует...