Лионза Луане

Заслуженный отдых Раксен зевнул и потянулся, как большой кот. — Долго же я спал… — сказал он, осматриваясь. Он стоял среди безбрежной пустоши, заросшей вереском и дроком. Над головой тяжелое свинцовое небо, с которого срывались редкие капли дождя. К счастью, настоящему ливню мешал разразиться ветер, что гнал тучи дальше на юг. Лионза держалась от леопарда на большом расстоянии, держа руку на поясе. — В чем дело? — удивился Раксен. — Прости, — ответила Лионза, подбежала, поцеловала зверя в морду. — Я не знала, чего ждать от твоего пробуждения. Когда ты засыпал, был не в себе. Я опасалась, что ты таким и останешься… — Ах да, я, кажется, потерял контроль во время боя с кентаврами… А что с остальными? Как закончилось наше приключение? — Сейчас все расскажу, — сказала Лионза. — Если вкратце, приключение пошло не по плану. — Но тебе удалось добыть меч Адальрика? Лионза вздохнула: — Да, мы с Нинуртой привезли его в Центральную Цитадель. — И потом с его помощью смогли победить Лорда Костей? — Не совсем… — Ладно, не перебиваю, расскажи, что там у вас приключилось.

***

Центральная Цитадель встретила Лионзу и Нинурту как почетных гостей. Точнее, так встречали принцессу Нинурту и одну из величайших реликвий драконианства — меч Адальрика. Их встречали три командора ордена: Райнер с бровями вразлет, задумчивый гном Тешуб и, конечно, король Конрад III. Он тоже был одним из командоров — так повелось со времен его деда. Король Цвиллига должен быть членом Капитула. — Ваше Высочество, — Конрад галантно склонился и поцеловал руку гномки. Нинурта одарила короля обольстительной улыбкой. Командор Райнер с благоговением держал меч пророка, его глаза сияли, как два алмаза. Тешуб выглядел озабоченным. Он тихонько подозвал к себе Лионзу. Та последовала за ним в орденскую библиотеку. — Так, значит, апокриф оказался чистой правдой? — спросил он. — Да. Только меч оказался не в кургане, а в немного другом месте. — Тем не менее, хороший результат. Без апокрифа мы бы даже не начали его искать. Лионза склонила голову в знак согласия. И почувствовала болезненный укол. Она вспомнила разоренный Кундалин, отрубленную голову Урсулы. Сколько пришлось преодолеть, чтобы добыть эту святыню. — Хорошо, что ты его нашла. Значит, Близнецы не оставили нас. Гном сделал священный знак. Потом налил из кувшина себе воды, залпом выпил. — Но в самом деле, проблема далека от разрешения… Мы не знаем, где они вознамерились проводить ритуал. — Им удалось собрать нужное количество костей? Гном только мрачно кивнул. — Нужна твоя помощь, Лионза… — Я всегда готова. — Вот и славно. Завтра приходи в темницу. А сегодня — торжественный пир в честь героев. И хорошо выспись. — Так точно, командор!

***

— Нет! — сказала Лионза. — Я не буду этого делать! — Лионза, — сказал спокойно Тешуб, — мы испробовали все способы. Ничего не помогло. А ситуация критическая. Они были в подземелье Центральной Цитадели. Точнее, в одной из камер, где к стене был прикован бледный молодой человек с темными кругами под глазами. Сквозь рваную робу на теле были видны татуировки в виде черепов. Пленник был адептом культа некромантии. — Командор, я суккуб… Но не шлюха! Лионза тоже на мгновение замерла, услышав свои слова. Обычно она без особых колебаний использовала такие методы допроса. Но сейчас что-то было не так. Возможно, дело в том, что раньше она всегда делала это добровольно, по собственному желанию. А сейчас от неё требовали. Даже приказывали. В ордене о ней часто ходили разные слухи. Например, что она стала старшей сестрой, потому что является любовницей короля. Что забавно, это было двойной ложью: с королем она никогда не спала, несмотря на его любвеобильность. Так уж исторически сложилось. Её размышления прервал Тешуб: — Никто с этим не спорит. Однако он выдержал все наши пытки. А время уходит… Некромант, услышав эти слова, истерически расхохотался: — Вам нас не остановить! Скоро Лорд Костей явится во всем своем величии! И вы будете хрустеть, как кости под его ногами! — А вот с этого момента поподробней, — серьезно попросил Тешуб. Ответом ему послужил новый приступ безумного смеха, и гном развел руками: — Вот видишь. Ты наша последняя надежда, Лионза. Понимаю, мне и самому противна мысль о том, что нужно сделать. Но… я не вижу иного выхода. Некромант расхохотался. Его безумные глаза горели демоническим огнем: — Мне не страшна никакая боль! Я скоро стану частью Лорда! Одной его маленькой косточкой! Лионза посмотрела на него, потом на Тешуба, который зажал бороду в кулак. — Я сделаю это, командор… Но прошу пока что выйти отсюда!

***

Лионза стояла посреди камеры, глядя на прикованного некроманта сверху вниз. Молодой, худой, с татуировками в виде оскаленных черепов по всему телу. Его глаза горели безумным, почти радостным огнём фанатика. — Мне не страшна никакая боль, краснокожая! Тешуб уже вышел, тяжело закрыв за собой железную дверь. В камере остались только они двое, освещенные тусклым светом масляной лампы. — Я не сделаю тебе больно, — усмехнулась суккуб. Лионза медленно развязала пояс. В конце концов, она часто проделывала такое. Но только когда сама хотела. В такой ситуации, видимо, Тешуб прав: сейчас и правда было не до принципов. Она сбросила котту, потом камизу. Красная кожа в полумраке казалась почти чёрной. Некромант невольно расширил глаза, когда увидел её тяжёлую грудь с тёмными сосками и плавный изгиб бёдер. Он перестал смеяться, его кадык резко дернулся, помогая сглотнуть слюну. Лионза подошла ближе. Она встала между его раздвинутых ног, прикованных к полу, и медленно опустилась на колени. Её ладонь легла ему на грудь, прямо поверх татуировки черепа. — Я здесь для того… чтобы ты сам захотел мне всё рассказать. Она провела рукой вниз, приподняла его рваную хламиду. Член уже стоял. Твёрдый, горячий и пульсирующий. Некромант дёрнулся, пытаясь сохранить насмешливую ухмылку: — Думаешь, я буду стонать и умолять, как какой-нибудь слабак? Я готов к боли. Я готов к смерти. Я… Лионза наклонилась и взяла его в рот. Некромант захрипел, тело выгнулось. Она работала медленно, но очень умело: язык обвил головку, губы плотно сжимались, а рука ласкала основание. Каждый раз, когда она заглатывала ствол до самого горла, она чувствовала, как разум некроманта начинает дрожать. Он зарычал, пытаясь сопротивляться: — Сука… ты… не сломаешь меня… Лионза подняла глаза, не выпуская его изо рта. Её зелёные зрачки светились мягким светом. Она поднялась, сбросила последние вещи и повернулась к пленнику спиной. Оттянула рукой ягодицу, насадилась на его торчащий член. По телу пробежала искра, Лионза застонала от удовольствия. Некромант был девственником — это давало гораздо больше энергии, чем обычно. Некромант застонал сквозь зубы. Лионза начала двигаться глубоко, ритмично, сжимая его внутри себя так, что он чувствовал каждую складку её горячей плоти. Лионза даже забыла, где находится, она была вся во власти кайфа. Если бы не поток мыслей, что хлынул в неё потоком. Его безумные страшные мысли… Она ускорилась. Её бёдра шлёпали по его коже, влажный звук заполнял камеру. Некромант уже не смеялся. Он стонал, дёргался, пытался вырваться из цепей, но не от боли, а от нестерпимого желания кончить. Его глаза были мутными, зрачки расширены. Лионза видела всю его жизнь от начала до конца. Но её больше интересовали её последние месяцы. Удовольствие от секса смешивалось с ужасом от увиденного. А потом в её голове произошел мощный взрыв, как при выстреле Юэ. Камера на мгновение осветилась ярким светом. Некромант висел на цепях, обессиленный, с пустыми глазами. Лионза молча оделась. Потом повернулась и постучала в дверь. — Командор… Я кончила.

***

Лионза впервые присутствовала на заседании Капитула. Вообще, в Цвиллиге было несколько рыцарских орденов. Фравары хранили западные границы. Алары — южные, они имели свои земли в Пограничных марках. А драконьеры не были рыцарским орденом в привычном понимании. Их задача — борьба с нечистью и некромантией. Потому их рыцари всегда были в большей мере дипломатами, шпионами, охотниками на ведьм. Это сказывалось и на структуре ордена. Во главе фраваров и аларов стояли Великие магистры. У драконьеров всё решал капитул, где решения совместно принимали четыре командора. Формально главного среди них не было, но с давних времен повелось, что голос самого старшего по возрасту и наиболее опытного командора считался решающим. Таким командором сейчас был Райнер. В огромном зале, больше похожем на тронный, чем на обычную комнату совета, царила тяжёлая тишина. На возвышении стояли четыре массивных трона. Центральный занимал Райнер — суровый, седой, с лицом, изборождённым шрамами ещё со времён большой войны с нежитью. Справа от него пустовал трон Абеларда, который сейчас возглавлял охоту на некромантов в Западном Крыле. Дальше сидел король Конрад III, а слева — задумчивый гном Тешуб, тихо поглаживающий бороду. Ниже, на широких ступенях, расположились мастера и мастерии ордена — несколько десятков людей, эльфов и гномов. Среди них Лионза заметила Эмериса. Тот смотрел на неё с неприкрытой ненавистью. Остальные драконьеры стояли вдоль стен, не имея права сидеть. Райнер пересказывал то, что Лионза увидела в мыслях некроманта: — Обряд будет проводиться в окрестностях Хильдсбурга. В одной из древних пещер уже подготовлен костяной круг. Но для завершения ритуала им нужна кровь. Много крови. И не просто кровь. Кровь невинных. Лучше всего — кровь святых. По залу прокатился глухой ропот. Кто-то из мастеров резко встал. Райнер поднял руку, требуя тишины, и продолжил: — Им удалось захватить целый караван паломников, шедших с юга. Несколько десятков мужчин, женщин и детей. Сейчас их держат в пещерах и готовят к закланию. На несколько секунд в зале повисла мёртвая тишина. Потом её разорвал возмущённый гул. Райнер снова поднял руку. — Наш план таков: я, мастер Эмерис, мастерия Гудруна и ударный отряд немедленно выдвигаемся к Хильдсбургу. Меч Адальрика я беру с собой. Если мы опоздаем… да помогут нам Близнецы. Он обвёл взглядом присутствующих. — Возражения есть? Конрад покачал головой: — Возражений нет. Я останусь в Дармунде. Подготовлю центральные земли к возможной обороне. Тешуб вздохнул: — А что, если это отвлекающий удар? Сообщения о некромантах приходят со всех концов королевства… — Это и есть их главная уловка, — жёстко ответил Райнер. — Они хотят, чтобы мы распылили силы. Главный удар будет именно в Хильдсбурге. Мы не должны поддаваться на провокацию. Тешуб помолчал, потом неохотно кивнул: — Хорошо. — Решено большинством голосов, — подвёл итог Райнер и повернулся к Эмерису: — Мастер Эмерис! Выбери лучших рыцарей для ударного отряда. Самых опытных и самых быстрых. Эмерис резко встал и поклонился: — Будет исполнено, командор.

***

Раксен сладко зевнул и потянулся у костра, выгнув спину. Уже полностью стемнело. От разгулявшегося северного ветра их небольшой лагерь надёжно прикрывал массивный серый валун, торчавший из земли, словно спина древнего великана. — Но всё-таки как мы оказались здесь, в этой богами забытой северной пустоши? — спросил леопард, глядя на пляшущие языки пламени костра. Лионза сидела напротив, обхватив колени руками. Красные отсветы играли на её коже. — Эмерис, естественно, не взял меня в ударный отряд, — тихо ответила она. — Я была к этому готова. Раксен фыркнул: — И вместо того, чтобы дать тебе хоть какое-то нормальное задание, тебя опять отправили на другой конец света, лишь бы с глаз долой? Лионза невесело усмехнулась и кивнула: — Я, наверное, не смогла до конца скрыть эмоции. Тешуб посмотрел мне в лицо и строго сказал, что в ордене всякое задание одинаково важно. — Как обычно, — вздохнул Раксен. — А в чём хотя бы наше важное задание на этот раз? — В окрестностях Скельдара видели несколько умертвий. Нужно вернуть их к вечному сну. Леопард несколько секунд молчал, а потом издал короткий, почти насмешливый рык: — То есть пока весь орден гонится за тем или иным легендарным некромантом или вампиром, который хочет воскресить Лорда Костей… мы с тобой едем упокоить пару живых мертвецов? — Именно так, — Лионза пожала плечами. — Обычная работа драконьера. Раксен посмотрел на неё поверх костра. В его золотых глазах отражалось пламя. — Зато посетим святыню. Я никогда не бывал в Скельдаре. — Я тоже, — тихо сказала Лионза. Леопард помолчал, потом лёг, положив голову на передние лапы, и добавил уже мягче: — Ну что ж… считай, это заслуженный отдых после всего того дерьма, что мы пережили за последние полгода. Ветер завыл громче, обтекая валун. Искры от костра взметнулись вверх и тут же унеслись в темноту.

***

— Потрясающе… — тихо выдохнула Лионза. На горизонте уже чётко вырисовывалась колоссальная фигура. Воин в закрытом шлеме и тяжёлых доспехах стоял в странной, почти нечеловеческой позе: руки вытянуты вперёд, пальцы скрючены, словно он до сих пор пытался задушить невидимого врага. Даже на расстоянии статуя Адальрика подавляла своим размером и внутренней силой. Лионза и Раксен не раз видели её изображения в священных книгах, на гобеленах и фресках, но вживую она производила совсем иное впечатление. — Всегда было интересно, — проговорил Раксен, не отрывая взгляда от статуи. — В житиях говорится, что Адальрик сокрушил Бертегизела мечом. А судя по этой позе, он прикончил его голыми руками. — Возможно, в конце боя они сошлись на короткой дистанции, — предположила Лионза. — Странно. И сама статуя… Как её вообще смогли возвести? Никто не может повторить ничего подобного. Помнишь, граф Зюдден попытался поставить свою статую поменьше, и она обрушилась, погребла его под собой вместе с половиной свиты? Лионза кивнула и предположила: — Может, им помогали восточные лунары? Тысячу лет назад они ещё могли существовать. — Это уже догадки, граничащие с ересью, — фыркнул леопард. Они приближались к Скельдару. Сначала на месте великой битвы пророка с Лордом Костей появилась огромная статуя Адальрика. При его внуке здесь построили мужскую обитель. К святому месту потянулись паломники. Им нужно было где-то жить, есть, молиться. Так постепенно и вырос город Скельдар — место, существовавшее почти исключительно за счёт верующих. В нём было множество гостиниц: от роскошных палат для знатных паломников до грязных ночлежек для бедняков. Трактиры, лавки со святыми мощами, амулетами и освящёнными реликвиями. Обычно здесь кипела жизнь летом. Сейчас стояла поздняя осень, и древний тракт почти опустел. Лионза смотрела на приближающиеся стены и неожиданно поймала себя на мысли, что это даже к лучшему. Она устала от суеты и толчеи больших городов. — Может, и правда… — тихо сказала она, обращаясь скорее к себе. — Мы заслужили небольшой отдых. Раксен покосился на неё, но ничего не ответил. Только ветер гнал сухие листья по дороге, да огромная статуя Адальрика продолжала смотреть вдаль через прорезь на своём шлеме.

***

Южные ворота в Скельдар оказались не заперты и никем не охранялись. Это было странно. Хотя, здесь поблизости действительно не было врагов. В пустоши никто не жил, а само место падения Бертегизела считалось проклятым. В самом городе царила тревожная, напряжённая атмосфера. Многие лавки были уже заколочены досками, телеги у домов стояли нагруженные скарбом, люди торопливо увязывали узлы и выводили из сараев лошадей и мулов. Женщины с заплаканными лицами прижимали к себе детей, а мужчины мрачно переговаривались, то и дело поглядывая на север. Никто не улыбался. Даже уличные торговцы святыми реликвиями куда-то исчезли. Город, ещё недавно живший за счёт паломников, теперь выглядел как человек, который в спешке собирает вещи перед надвигающейся бедой. Лионза знала, что осенью многие торговцы действительно покидали Скельдар — здесь становилось нечего делать. Оставались только монахи, стражники и несколько ремесленных семей. Но то, что она видела сейчас, совсем не походило на обычный сезонный исход. Она остановила одного из горожан и спросила, где можно найти капитана стражи. Тот испуганно покосился на неё, но, заметив знак драконьеров на её груди, молча указал на крайнюю башню северной стены. Лионза поднялась по узкой винтовой лестнице сторожевой башни. Наверху её уже ждал капитан Хаген — плотный немолодой мужчина в потёртой котте с гербом Скельдара. Он жевал сухую колбасу и смотрел на север. — Драконьерша, значит, — проворчал капитан стражи, окинув её взглядом. — Одна пришла? — Одна, — коротко ответила Лионза. — Речь вроде о нескольких умертвиях? Капитан хмыкнул. — Ну, тогда смотри сама. Лучше один раз увидеть… Он отошёл в сторону, освобождая место у широкого проёма. Лионза подошла к краю и посмотрела на север. Сначала она увидела только серую осеннюю равнину. Потом… По холмам медленно, но неумолимо двигалась тёмная масса. Тысячи фигур. Кто-то шёл ровным, мёртвым строем, кто-то ковылял, волоча ноги, или полз на четвереньках. Над всей этой ордой висело низкое, тяжёлое облако воронья. Даже отсюда доносилось далёкое зловещее карканье. Армия мертвецов. Лионза невольно сжала пальцы на рукояти урума на поясе. — Сколько их? — спросила она тихо. — Кто ж их считал, — пожал плечами Хаген. — Три тысячи… четыре… может, больше. Идут медленно, но уверенно. К завтрашнему вечеру будут под стенами. Он откусил ещё кусок колбасы, прожевал и добавил с кривой, усталой усмешкой: — Так что добро пожаловать в Скельдар, драконьерша. Ты как раз вовремя. Пришла помочь нам с несколькими умертвиями, да? Капитан коротко хохотнул: — А я-то думал, самое страшное в моей жизни, это когда жена застукала меня с дочкой трактирщика. Оказывается, нет. Самое страшное — это когда к твоему городу марширует целая армия тех, кого ты уже однажды похоронил. Он посмотрел на Лионзу почти с сочувствием: — Ну что, героиня… Поможешь спасти наш маленький городишко? Продолжение следует...