По ту сторону баррикад

Риз охнул, отлетев от Джека примерно метра на три. Он напоролся спиной об шкафчик с документами, канцелярией и фотографиями, по пути сваливая все эти вещи на пол в попытке зацепиться за край. Джек не привык быть тем, кто бьет вторым, потому вложил всю свою силу, когда приложил парню по лицу. Его удивило, что Риз не упал, хоть и был близок к этому. Теперь он сбито дышал, вытирая с подбородка растекшуюся кровь, бросая на Джека едкий, злобный взгляд. — Уф! Какой грозный. Не понравилось? — Джек довольно улыбался, обнаружив, что вместо обычной озлобленности для такого рода ситуаций ощущает… азарт. Интригу. Интерес. Это было необычно. Внезапно ему захотелось узнать, чем может обернуться этот вечер. — Ты сам виноват, — дерзко ответил Риз, чем и насмешил Джека. — Не я предатель, ты обвиняешь первого попавшегося. — А ты, мой сладенький, замахнулся не на того человека. Машешь тут своими маленькими кулачками, будто не боишься последствий, ты… — Я решил опробовать твои собственные методы решения проблем, не понравилось? Джек пересек расстояние между ними в два широких шага. Он резко схватил Риза за ворот одной рукой, пока второй заехал в район солнечного сплетения. Парень согнулся пополам, рвано хватая воздух, как выброшенная на сушу рыба. Он покраснел, закашлялся, сплевывая на пол кровь, вытирая рот рукавом рубашки. Джек наблюдал за этим абсолютно равнодушно и жаль ему было только от того, что он понимал, что в конечном итоге ему придется пристрелить парня. Ему нравились их совместные поездки, они приносили нужную разрядку, когда она так нужна была, да и сама компания приносила не меньше удовольствия. Но что поделать, он не впервые убивает человека, который предал его доверие и не впервые ощущает некое подобие грусти. Потому, пользуясь тем, что Риза согнуло пополам, Джек развернулся, чтобы поднять упавший под стол револьвер. Он успел только сделать шаг, когда услышал сзади рев, после чего у него появился отличный шанс рассмотреть узоры на полу этого офиса более детально. Риз сбил Джека с ног навалившись сверху, колотя без разбору куда мог попасть. С этого началась их длительная возня по полу, молчаливая борьба, в которой каждый пытался выиграть, не отпуская противника из мертвой хватки. Хоть Джек и был всегда уверен, что он априори сильнее любого своего соперника, то в этот раз он отхватывал от Риза то по ребрам, то по лицу, даже чуть не получил по самой нежной части, успев увернуться в последнюю секунду. Роботическая рука оказалась отличным бонусом для драки, так как била одинаково точно и болезненно, равносильно тому, как бил бы и сам Джек. Он попытался остановить Риза, ударив точно в бровь, рассекая ее кольцом, но тот, казалось, только еще сильнее рассвирепел, и выглядел даже как-то пугающе с заливающей лицо кровью. — Ох парень, бьешь так, будто в самом деле ни в чем не виноват, — хрипло проговорил Джек, получая очередной пинок куда-то в область почек, сбито охая. — Я бы никогда!.. — и пока Риз отвлекся на секунду, чтобы ответить, руки Джека сомкнулись на его шее, заставляя парня и заткнуться, и остановиться на время. — Джек, пусти! — Пущу, конечно, пущу, маленький кусок гов… Преимущество в виде роботической руки сыграло против него снова — Риз схватился за его запястья и с силой дернул от себя прочь. Джек пытался удержаться, но в итоге только оставил царапины от ногтей на шее. Риз недовольно зашипел на это. Он схватил руки Джека мертвой хваткой, но тот не собирался сдаваться вот так сразу, потому извивался во все стороны получше любого червя, чтобы сбросить парня и освободить руки, так как видит Бог, а задушить они кого-то хотели сейчас. Но Риз держал его крепко, зажав ногами и не намереваясь так просто дать ему освободиться. И все же Джек, будучи так легко обезвреженным, какое-то время еще продолжал рьяно сражаться, но в конечном итоге все равно выдохся. Теперь он, глава «Гипериона», гроза бандитов и убийц, будучи сам убийцей и психопатом, лежал здесь, на полу офиса Хак отдела, придавленный худощавым парнем, преимуществом которого была роботическая рука. Он чувствовал нарастающий гнев, потому как сама ситуация была нелепой и глупой, и не значит ли это, что любой, у кого есть имплантат, может победить Красавчика Джека? — А теперь послушай меня, — Риз, так же уставший от этой возни, растрепанный, с запекшейся на лице кровью и разодранной рубашкой, прерывисто дышал, но не терял бдительности, — «Гиперион» мой дом, я шесть лет посвятил этому месту, я мечтал жить и работать здесь, под твоим началом. Я равнялся на тебя, когда ты стал главой, я восхищался, я планировал стать таким же, я… — «Не сотвори себе кумира» … — Замолчи! Ты не имеешь права приходить ко мне и заявлять, что я причастен ко взлому вируса, даже не разобравшись в этом! Я создавал его для тебя, потому что ты нуждался в помощи! Я вложил туда свою чертову душу, потому что Красавчик Джек всегда требует всего и сразу, так ведь? И теперь ты здесь, угрожаешь расправой, потому что решил сам, что виноват я?! Да ты полнейший кретин! — Подбирай слова, кексик, иначе… — Да ты и так меня угробишь, какая теперь разница, что я говорю! Я не собираюсь держать тебя вечно, боясь смерти, а ты не станешь меня щадить, потому что это ты. Тебе ведь плевать, да? Ты считаешь, что я предал тебя, но не учитываешь наши поездки на Пандору и все, что было там сделано или сказано, и что это осталось только между нами, так ведь? Или ты на каждом шагу слышишь об этом? Или о том, какой ты обычно приходишь к капсулам взвинченный и злой? Или о том, как ты ведешь себя в опасной обстановке, а как в спокойной? Что и как ты говоришь и кому? Ты часто слышишь разговоры об этом? Намеки? Слухи? А? Об этом, наверное, весь Гелиос треплется?! Ты просто неблагодарный ублюдок, а я был готов!.. Его словесный поток больше походил на истерику, и вот он замолчал, опять хватая ртом воздух. Джек смотрел на Риза с полным недоумением, будто его слова открыли завесу, которую он не замечал. Этот странный парень нависал над ним, так же крепко держа свою хватку, не находя тех слов, которые внезапно затерялись. Риз, избитый и уставший от возни, выглядел разочарованно, и горечь в его глазах почти ощущалась на вкус. Джек будто только что пришел в себя, отметив, что не ощущает никакой агрессии по поводу этого длительного монолога. Он больше отвлекался на парня, чем на свои ощущения, ловя его тяжелый взгляд на себе. Волосы, всегда уложенные, сейчас прядками выбились наружу, волнами касаясь лба, блестя от пота и крови. Джеку захотелось убрать эти пряди назад, чтобы видеть лицо напротив отчетливей, но сдержал порыв. И пусть Риз не имел какой-то власти ни в своих решениях, ни в действиях, но монолог его подействовал на Джека странным образом, и совсем не так, как он мог бы рассчитывать. — Пусти меня, — все, что он соизволил сказать спокойным тоном после повисшей паузы. Риз не ответил. Смотрел какое-то время не двигаясь, только глаза его бегали туда-сюда, и ресницы дрожали. Спустя миг он побеждено кивнул, аккуратно разжимая свои ладони. Джек потер запястья и приподнялся на локтях. Он ждал, когда парень наконец с него слезет, но тот на полпути резко остановился, замер с тупым непониманием на лице. Риз только раз бросил взгляд на Джека, будто убеждался в чем-то, после чего медленно опустил голову вниз. Джек, будучи заинтригованным, в чем проблема, последовал взглядом за ним. Риз охнул и резко покраснел. И теперь, наконец, стало понятно, почему. Сквозь всю эту драку, суматоху, странные взгляды и непонятные монологи, Джек упустил тот момент, когда он возбудился. Может это было связано с тем, что парень прямо-таки сидел на нем и все то время ерзал, или с тем, что он говорил, или сама драка заставила его так реагировать, но какая к черту разница? Это уже произошло, и они оба знали об этом. Риз неловко сполз в сторону, поднимаясь. Джек оставался на месте, будто прибитый к полу гвоздь. Не мог заставить себя шевельнуться, пока не увидел протянутую руку. Риз помог ему встать, и выглядел он при этом максимально неловко, будто драться с Джеком было куда проще, чем как-то обыграть такую ситуацию. Он нервно пригладил волосы, спутанные пряди задержались на макушке всего на пару секунд, после чего снова рассыпались по лбу. Риз молчал. Щеки его пылали, и он по какой-то причине сделал шаг вперед, неуверенно и аккуратно протягивая руку к Джеку. Тот молча наблюдал. Теперь ему было вдвойне интересно, чем же закончится этот вечер. — Что ты делаешь? — спросил Джек, будто издалека, не ощущая себя говорящим. — Не знаю, — ответил Риз спокойным тоном, переходящим в шепот, замирая рукой на пряжке джинсов, не находя сопротивления своим действиям. Он смотрел Джеку в глаза, пока руки расстегивали ширинку; в его взгляде читался интерес вперемешку со страхом. Он будто пытался аккуратно прощупать почву и понять, как далеко он может зайти. Джеку, в свою очередь, никогда не надобилось прощупывать почву, он всегда знал, хочет он человека или нет. Разница сейчас была в том, что его тело поняло это раньше него самого. Потому Джек схватил парня за руки, от чего тот испуганно вздрогнул, и, набирая темп, начал срывать с него одежду. И снова началась возня, только теперь они сражались не друг с другом, а с замками, пуговицами, молниями, рубашками, брюками. С одеждой Джека пришлось повозиться дольше — он был большим любителем одеваться в несколько слоев. Но и когда желтый свитер был отброшен в сторону, и оба освободились от одежды, они на миг остановились, томно дыша, разглядывая друг друга. Джек не любил ждать, потому первым разорвал эту паузу, схватив обнаженное тело Риза за талию. Парень приподнял подбородок, запорхав ресницами, снова несмело потянувшись к Джеку, но теперь уже за поцелуем. И, не получив его, обрушился животом на стол, кратко и удивленно выдохнув. Джек навис над парнем, как скала. Он бы соврал, если бы сказал, что не был в курсе, как спать с мужчинами. Может он и не был тем человеком, который может похвастаться большим количеством однополых партнеров, но опыт по этой части он имел. В свое время его сексуальное влечение было катастрофически непомерным, и он готов был спать с кем угодно, где и когда угодно. Тогда перебирать ему вовсе не хотелось и Джек окучивал как и длинноногих красоток, так и смуглых парней, но если сейчас дать ему выбор, то он непременно выберет прекрасный пол. И несмотря на это, поползи хоть где-то слухи, что он спал с парнями, Джек непременно бы выследил и убил бы того болтуна, а после отрицал бы любые возможные варианты секса не с женщинами. Потому что главе крупнейшей корпорации во всей галактике не пристало быть извращенцем. Джек ни за что бы не признал, что спал с мужчинами. Что планирует сейчас переспать с мужчиной. И если он и колебался сейчас по этому поводу, то всего долю секунды, не позволив Ризу это заметить. Да и заметил бы тот? Парень под Джеком просто извивался похуже любого ужа, упершись лбом в изгиб локтя и приглушенно мыча. Джек бы подумал, что это болезненные звуки, что было вероятней всего, но различить было сложно. Риз двигал бедрами порой получше давно знакомых милых дам по вызову, но и в то же время он то мычал, то жалобно скулил, то бил кулаком по столу, задыхаясь. Джек перестал понимать издаваемые им звуки, да и вряд ли понимал вообще, ведь Риз молчал. Он не сказал ничего с того момента, как его обрушили на деревянную поверхность стола. Он просто извергал из себя целый букет звуков, непонятных, странных, но это ласкало слух Джека, как приятная мелодия. И даже будучи черствым в плане чувств или их демонстрации, таким образом отсекая любые намеки на отношения еще в зародыше, Джек, человек, отвергающий романтику, и какие-либо проявления нежности, готов был сейчас отодвинуть свои принципы в сторону. Не все, конечно же, и не сразу. Но порыв, который появился еще там, на полу, буквально недавно, то желание убрать прядь с лица Риза — уже было чуть ли не космическим шагом. Джек растворялся. Он потерялся в узком коридоре блаженства, ритмично двигаясь. Руки его, разгоряченные, покрытые легкой испариной, скользили по изгибам парня, описывая каждую деталь, впадину или складку. Кожа, молочно-белая, не видавшая солнца, чуть ли не исчезала под светом люминесцентных ламп, но оставалась на месте лишь потому, что Джек путешествовал по ней. Комбинация этих ощущений дурманила ему голову, и он терялся в осознании того, где он и что будет после. Риз задрожал. Джек глубоко выдохнул, открыл глаза. Ему стало легче. В разы легче, даже получше, чем после любого убийства. Что ж, этот вечер и вправду смог его удивить. — Ну, увидимся, — Джек на скорую руку натянул на себя джинсы, не обращая внимания на все еще лежавшего без движения Риза, схватил остаток своих вещей, и направился к выходу. — Что?.. Ты не?.. Увидимся? — А что тебя удивило? — Джек остановился, чувствуя себя немного иначе. — То есть… мы снова?.. — Не будь тупицей, кексик, я же сказал — увидимся. Чао. *** Прогулка по ночному и пьяному Гелиосу пришлась Джеку по душе. Он не спеша шагал в свой офис, так и не надев на себя остальную одежду, передвигаясь босиком и в одних штанах. От станции сегодня как нельзя кстати веяло прохладой, что и нужно было Джеку — он был чертовски разгорячен. Даже проходящие мимо люди не были ему помехой — в своем спокойствии он был настолько не похожим на себя, даже не учитывая его внешний вид, что проходящие мимо пары, толпы и одиночки не бросали на него и взгляда. Это приносило какое-то странное чувство комфорта — быть невидимым. Джек довольно ухмылялся. Он определенно еще найдет какие-то поводы заглянуть к парню на чашечку расслабляющего секса. С такими мыслями, чуть ли не граничащими со своего рода мечтами, Джек дошагал до своего офиса. Он заметил не сразу, что рядом с дверью кто-то топчется. Белый халат и лысина сразу дали понять, кто эта персона, что вызвало в Джеке чувство отвращения. Накаяма его редко радовал своим присутствием. А теперь тем более, как раз, когда Джек был уже практически без сил, надеясь только развалиться в своей широкой кровати и спать до обеда следующего дня… — Сэр! — тот, заприметив Джека, кинулся к нему, и был, кажется, готов наброситься, но в последнюю секунду Накаяма остановился, как-то ревностно оглядывая внешний вид своего начальства. — Что еще? Я чертовски устал… — Ваша девица, вероятно, была сегодня самой везучей… — чуть слышно замямлил профессор, заламывая руки. Точнее, только он думал, что делает это не громко. — Что-что, повтори? — Я пытался вам дозвониться, но ответа не было, и я пришел… — Занят был, что за спешка? — отрезал Джек, проверяя карманы на наличие комма. Не найдя, он украдкой улыбнулся уголком рта, про себя радуясь, что причина вернуться все же нашлась. — Экзоскелет готов, — теперь восторженно заговорил Накаяма, одаренный интересом со стороны Джека. — Оболочка почти готова. Я хотел, чтобы вы оценили.