По ту сторону баррикад

Казалось бы — перейти черту не составит большого труда. Всего лишь стоит совершить поступок, который ты не сможешь оправдать. И может, если бы в один какой-то момент, в один незначительный, обычный, ничем не обремененный момент остановиться, подумать, и свернуть в другую сторону — многого можно было бы избежать. Ошибки, что привели к черте, растворились бы, сошли на нет — всего лишь стоило бы сделать один поворот. Казалось бы — да что это может изменить? Что может сделать одна лишь мысль? Что изменится, если в одном из своих поворотов перенастроить курс? Джек стоял среди развалин и думал, что курс уже давно изменился, хотел он того или нет. Земля под ногами тряслась и горела, а Джек стоял на ней и не испытывал той радости, что надеялся получить. Он столько размышлял о том, как будет вопить и подпрыгивать от счастья, как будет стрелять в небо со своего револьвера и победоносно выкрикивать счастливые ругательства, но… по какой-то неизвестной ему причине он чувствовал внутри пустоту, что пожирала его до конца. Капсула защищала его от внешних вмешательств, и потому Джек не ощущал, с какой силой на самом деле сотрясалась земля. Он двинулся с места, медленным шагом пересекая руины, виной чему был он сам, и осматривал разруху, что сотворили его руки. Пустота продолжала жрать его, и не позволяла чувству вины пустить свои корни. И только сожаление оставалось на месте целым и невредимым, еще, пока что, пульсировало, и Джек чувствовал под ребрами треск. Он рассматривал на пути поодиночные трупы людей, и даже издалека мог видеть застывший ужас на лицах. Становилось тошно от шага к шагу, и Джек даже остановился, согнувшись пополам думая, что его сейчас стошнит. Надо же, он столько всего повидал, стольких убил, а скрутило желудок будто в первый раз. Но все обошлось, и он, выпрямившись, двинулся дальше. Здания горели, крушились и обваливались кусками, будто мимо прогремел смерч; убийственный, разрушающий, несущий имя «Джек». И не было в этом никакой радости, не было триумфа. Обгорелые мечты, что распадались на глазах. Джек выбросил в сторону дробовик. Смысла от него уже не было. — Сэр, таймер установлен, — желтая экипировка появилась по правую сторону, и Джек едва заметил это, — пора возвращаться на станцию. Он только кивнул, еле волоча ноги. Мысли в голове пожирала пустота. Грузчики, что еще буквально недавно приземлились на землю, уже собирались в одну кучу, чтобы разом отправиться на станцию. Солдаты, все тем же желтым потоком, отправлялись к барже, готовясь к отлету. И только Джек медлил, все еще находясь в какой-то прострации. Какой был смысл, если правда таилась в простых детских вопросах: «Ты никого не любишь, раз делаешь такое?» «Ах, солнышко, — думал Джек, переступая очередной труп, — наверное, именно из-за любви я так и поступал». Наверное, из-за мести за своего ребенка, и никак иначе. Джек посмотрел на баржу, и в голове мелькнула мысль остаться на этом куске земли. До конца. — Сэр? — солдат все еще мялся рядом, и даже несмотря на то, что он был в шлеме, можно было буквально услышать, как зашелестели его брови, поднимаясь вверх. — Сэр, нам пора уходить. Таймер… — Я знаю про таймер, — спокойно ответил Джек, но шагу не прибавил. Только засунул бережно револьвер в кобуру, освобождая руки. Земля под ногами снова затряслась. — Хорошо, тогда нам бы не мешало как можно быстрее покинуть это место, иначе, — он развел руками в сторону, — все полетит в тартарары. Джек на автомате ухватился за свой пояс, по привычке надеясь найти там комм. Вспомнил, что забыл его дома, когда сработала система оповещения. Джек вернулся к мысли, что ожидал от бомбежки Убежища большего, чем, между нами говоря, растерянности. Та маленькая девочка, что так была похожа на Ангел до того, как ту поместили в Бункер, задавала слишком правильные вопросы. Зачем отнимать чужое, спрашивала она, зачем убивать? И Джек отвечал — потому что отняли мое, то, что было дорого сердцу. — Сэр? Может и стоит остаться на этом бесполезном куске земли, что до этого топтали ботинки повстанцев, и самому ответить за все. Может стоит здесь и подохнуть, к чертям оборвать все прежние пути, заплатить за смерти, потому что видит Бог, а Джек был повинен в каждой из них на этом куске земли. Остановился. Думал, что сможет наконец снова увидеть Ангел, ту самую, что была так похожа на девочку из бара. Джек уже видел ее улыбку, маленькие ладошки и два черных хвоста на затылке, что колышутся вверх-вниз, когда она скачет к нему… прыг скок, папа, прыг скок. — Сэр! Нет, скорее Джек будет вариться в котле, на старой чугунной сковородке, отвечать за все грехи свои, за каждую смерть — скорее так будет. Ангел, как и имя ее, останется на небесах, благословенная, светлая, беззаботная, как награда за мучения свои, что достались ей с рождения. Что дал ей Джек с рождения. Он резко сфокусировался на желтом глазу шлема солдата. Не видать ему больше Ангел. Слишком дорогое удовольствие. Там, наверху, никто не даст Джеку такого счастья. — Ну и какого черта ты тут стоишь? — внезапно рявкнул Джек, испугав солдата напротив. — Я просто… — Йа пйостьо, — скривился Джек, и былой гнев вернулся к нему, оживляя дух внутри тела. Он собрал во рту всю слюну, что смог найти, и щедро запустил ею солдату в желтый глаз на шлеме. — Я сколько буду ждать, когда отправится баржа? А? — Все готово к отлету! — И тогда какого черта мы еще здесь? *** Как не крути, а зрелище было что надо. В один миг парящий в небе кусок земли вспыхнул, взорвался, разбрасывая изнутри себя землю и обломки зданий с их старыми жизнями. Взрыв разнес Убежище в разные стороны, разорвал на части, и его обломки, горящие, одинокие, падали по своим траекториям в безлюдные земли пустыни. Джек наблюдал, завороженно провожая взглядом каждый из них. Внутри на короткий миг даже вспыхнула радость! Но пустота, что никуда пока не делась, только игриво помахала пальчиком в разные стороны, и крепче обняла Джека за плечи. Джек мало понимал сейчас, как теперь быть. Если бомбежка Убежища не вызвала практически никаких эмоций по итогу, то как тогда будет с освобождением Воина? Как будет с открытием Хранилищ, здесь, на Пандоре? На другой планете? Джек чувствовал, что теряет себя, но никак не мог ухватиться за последний якорь. Люди, точнее, солдаты, что находились с Джеком в одной барже, так же, с волнением, наблюдали за остатками былого города. Кто-то ахал и охал, кто-то победно вскрикивал, кто-то, и даже не один, аплодировал, кто-то всхлипывал. Джек, что все так же блуждал где-то в своих мыслях, отреагировал на жалостный плач, и мысленно отругал неженку. Подумал: что такие сентиментальные люди вообще делают в рядах его армии? В рядах его команды в целом? Он размышлял, что стоило бы тщательней в свое время отбирать персонал, а то как-то слишком много развелось таких же сопливых, слабых, бесполезных. Какой прок от человека, если он умеет только кнопочки нажимать? Если он может защитить себя (и окружающих) только в том случае, если решиться на робототехнику, к примеру? На какие-то имплантаты? И тогда он станет хлюпиком с робо-рукой, ногой? Поможет этому человеку подобная операция? Поможет ли этот человек в итоге защитить Джека? И что, если?.. Джек снова машинально потянулся к своему поясу, на котором всегда висел комм. Снова отругал себя за то, что забыл его дома. Смотрел в окно, и думал, что, наверное, нашел наконец спасательный якорь. Нашел его уже давно. Как-то странно, что Джек забыл про Риза. Но может это было и к лучшему — сентиментальности не было места на войне, и поход в бар Мокси только лишний раз доказал, что он прав. Джек не смог бы делать то, что он делал, думая еще и о Ризе. Хотя, может, и стоило бы. Ему совершенно не понравилось, как закончился их совместный вечер в доме Накаямы, и что после подобных происшествий парень перестал выходить на связь. Джек размышлял, пытаясь понять, что в этот момент мог почувствовать Риз? И пустота, понемногу, начала давать слабину, медленно сбрасывая свои цепкие пальцы с его плеч. Джек ходил к нему под офис, Джек стучал в дверь квартиры, Джек писал, Джек звонил. Джек даже секунду сомневался — а стоит ли лететь в Убежище? Ведь в какой-то момент он словил себя на мысли, что сейчас ему нужно было решить проблему с Ризом, и только потом отправляться по своим делам. Джек выпрямился и уверенным взглядом устремился в пустоту космоса, где обломки Убежища понемногу уже начали угасать. В нем явно произошли изменения, раз какой-то человек стал для него важнее работы. И несмотря на это, когда баржа приземлилась на станции, Джек все-таки решил заняться работой, игнорируя такую привлекательную мысль, как найти Риза, поговорить с ним, объясниться, увидеть его разноцветный взгляд, в котором будет читаться непонимание, может обида, а может и вовсе злость, ненависть… Он только и мог, что представлять себе, как бы обнять парня и остаться в его объятиях, пока дрема не окутает их обоих… Но он все же направился по другим, более важным делам. А все то, что он сейчас себе придумал — еще успеется. Отдел Слежения работал 24/7, что всегда позволяло Джеку держаться в курсе всех новостей. И хоть после его визита в офисе воцарилась тишина, и напряжение повисло в воздухе непробиваемой стеной, сотрудники, все же, не стеснялись докладывать информацию. Все они, те, что сидели на своих стульях, что-то печатали, что-то выискивали, отлично помнили предыдущий визит Джека, и как тот превратил лицо парня в пюре за то, что тот пытался помочь. По этой же причине по приходу Джека в отделе всегда висела гробовая тишина, и никто, без разрешения, не имел права даже руку поднять. Поэтому и докладывали ему новости только при надобности, после того, как Джек нависнет над каким-то потеющим беднягой, и разрешит говорить. — Выжившие с Убежища уже связались с Искателями, — проговорил парень, и Джек видел легкий тремор его рук, когда пальцы касались клавиатуры, оголяя нужные данные, — сообщили, что произошла бомбежка. Информации, где они прячутся нет — они блокируют доступ к геолокации, но если мы свяжемся с Хак отделом, то они смогут… — Связывайся, — ответил Джек, удивляясь собственному спокойствию. Упоминание Хак отдела напомнило о Ризе, и желание вернуться к нему буквально взвыло в висках. — Где Искатели сейчас? — Ну, — парень открыл еще одну вкладку с данными, и ткнул туда пальцем, — сейчас они застыли в Песках и, судя по разговорам, надолго там оставаться не планируют. Утром они отправятся в Эридиевый мор, и… — Запись разговора есть? — перебил Джек, нахмурившись. Как быстро все происходит… — Да, конечно, сэр, — парень открыл еще одно окно, из которого послышалась запись разговора. Джек сразу узнал Мокси. «…чертов Джек и его лазейки! Он уничтожил наш дом! Мой бар! Убил столько людей! Все еще не понимаю, как они смогли нас обнаружить…» «Скорее всего они снова поставили вирус, — ответил голос Мордекая, — и потому теперь, без Ангел, он сработал, и показал наше местоположение. Но не переживай, у нас будет другое Убежище. А сейчас нам нужно отправиться к Джеку, и остановить его» «Вы с Бриком уже нашли подмогу?» «Да, мы вылетаем на рассвете, сразу за Искателями. Будем страховать их. Джек не позволит так просто подобраться к себе и Воину. А мы так просто не сдадимся» «Будь осторожен, Мордекай. У Джека могут быть козыри в рукаве» «Не беспокойся за меня, детка. Мы еще и не с таких передряг выбирались», — и Мордекай, игриво хохотнув, отключился. Джек молча смотрел в экран, плотно сжав губы. Как мало времени у него осталось! Если на рассвете Искатели отправятся за Ключом, то осталось не так уж и много времени перед тем, как они доберутся до клона. Джек довольно ухмыльнулся уголком рта — ему уже не терпелось захватить власть над Пандорой. А там, гляди, скоро ему предстоит отправиться за другими Хранилищами на других планетах… — Держать в курсе и дальше, — скомандовал Джек, направляясь к выходу. Теперь он планировал забрать свой комм, чтобы узнать, как идут дела у двойника. *** У него вполне удачно получилось сдержать себя, чтобы не полезть сразу в сообщения. Джек надеялся, что сможет найти там что-то от Риза, но пересилил себя — сначала хотел разобраться с работой, и уже потом перейти к личному. Потому первое, что ему попалось на глаза — пропущенные вызовы от Тимоти. Приятный холодок пробежал по спине, а вслед за ним — интерес и напряжение. А что, если Тимоти уже нашел Хранилище? Джек уже чуть ли не подпрыгивал на месте, нажимая кнопку вызова. Он практически молился, чтобы услышать хорошие новости. — Сэр, как хорошо, что вы позвонили! — Тимоти взял трубку, говоря как можно громче — на заднем плане слышались выстрелы и суматоха. — Сейчас, правда, не самый лучший момент… — Что с Хранилищем? — перебил Джек, не особо волнуясь о событиях на том конце провода. — Эпта пуста, — выпалил Тимоти, после чего послышался вопль и какое-то время кроме выстрелов ничего не было слышно. — Простите, сэр, нашу базу внезапно атаковали местные… — Ты точно уверен, что на Эпте нет Хранилищ? — Джек схватился за комм, как за спасательный круг, пытаясь расслышать сквозь суматоху хоть какие-то ответы. Где-то глубоко внутри он надеялся, что ему только послышалось, будто Эпта пуста. Он надеялся, что из-за плохой связи ответы Тимоти ему только причудились. — Ни одного? — Земли пустые, сэр, — прокричал тот в ответ, — ничего нет. Я разбил отряд на несколько частей, и они отправились на поиски, но… — снова выстрелы и крики, но теперь совсем рядом с Тимоти. — Но? — Прошу прощения, сэр, — Тимоти снова вернулся к разговору, и голос его был слегка приглушенным — видимо, он где-то спрятался. Звуки бойни теперь стало слышно отдаленно. — Мои люди отправились на поиски, и по итогу нигде не было найдено даже упоминаний о Хранилище. Ничего, абсолютно. Планета пуста, здесь только местные аборигены, которые никогда не видели космических кораблей… — Ты с Афиной связывался? — Джек раздосадовано потер лицо, не веря тому, что один отряд все же был отправлен напрасно. — Связывался, — ответил Тимоти, и голос его слегка осел, — связывался, но она не отвечает. Я не в курсе, как у нее дела. — Черт возьми, — прошипел Джек, но быстро взял себя в руки, — если она выйдет на связь — дай мне знать. Или пусть она сама со мной свяжется, как можно быстрее. Хранилище на Пандоре уже скоро откроется. — Конечно, сэр. — А ты пока собери остатки отряда и жди моего сигнала. Если Афина нашла Хранилище — отправишься к ней на подмогу. Понял? — Да, конечно, — ответил Тимоти, но резко связь забарахлила, и снова послышались выстрелы. После этого комм замолк, и Джек еще какое-то время пялился на пустой экран. Если Тимоти умрет, что ж, будет очень досадно. Придется отправлять отряд в одиночный полет, без командира. И все же, Джек незамедлительно набрал Афину. Звонил ей несколько раз подряд, настойчиво и выжидающе. Ему стало бы куда легче спать зная, что на одной из двух планет все идет по плану. Но гудки продолжали раздражающе пищать, не позволяя Джеку узнать ответ. Снова злость вернулась, и теперь она более настойчиво обращалась к своему хозяину, надеясь вызвать в нем эмоции, но Джек пока что держал ее в узде. У него еще осталось, что проверить, и, забросив попытки дозвониться до Афины, полез слушать, как идут дела у двойника на Пандоре. И удивление его росло с каждым словом, что он слышал из записанного разговора. Двойник, конечно же, был рад, что Убежище разнесли к чертям, и даже радостно вскрикивал какое-то время, попутно предлагая всем, кто его слушать, разлить по бокальчику крепкого, дабы отметить это знаменательное событие. Но потом он резко замолчал, что-то обдумывая. И Джек уже мог практически предсказать, что скажет его копия, почти дословно: — А парня, что подпортил мне дела с вирусом в прошлый раз, поймали? И у Джека снова внутри все похолодело, только теперь у него не возникало никакого приятного предвкушения. Он чувствовал приближающуюся опасность, и чувство это никуда не делось, когда двойнику сообщили, что парня так и не задержали. Тот лишь протянул свое угуканье и отключился, ничего больше не сказав. И Джек, который знал себя слишком хорошо, больше не тянул с походом к Ризу. Его нутро теперь орало во всю глотку, что может произойти что-то нехорошее, и медлить, все же, не стоило. Даже несмотря на то, что было уже достаточно поздно, Джек пытался звонить и писать Ризу, бежал к нему домой и стучал в дверь — но результата никакого не было. Парень либо отлично игнорировал его, либо уже спал и видел третий сон. Но Джек был настроен найти его. И после продолжительного грохота в дверь в квартире Риза так и не послышалось никакого движения, потому Джек сразу же рванул в его офис. Это, можно сказать, было единственное место, где он мог еще найти парня. И Джек был готов выбить дверь, если это понадобится. Когда он оказался на этаже, когда влетел в пустой отдел, чутье заставило его остановиться почти у самого порога в офис, настойчиво призывая к осторожности. Открытая дверь и переменчивый свет вовсе не располагали к чему-то хорошему. Еще больше ему не понравилось слышать там какую-то непонятную возню, но Джек, как мог, ступал тихо. Наверное, впервые его руки тронула неприятная, почти мерзкая дрожь, когда он приближался к двери. Джек словил себя на мысли, что он разнесет к чертям голову клона, если тот что-то сделал с Ризом. Он убьет его своими руками и не посмотрит на его ценность, если с головы парня упадет… Джек аккуратно заглянул в офис. И думал, что сейчас он увидит по меньшей мере кровь по всем стенам, следы от пуль, и бог знает еще что — воображение подкидывало слишком нереальные картинки. Но, выглянув из-за угла, увидел только спину двойника. Джек выдохнул уже и на этом — тот не бушевал, а значит, что мог Риз был в порядке. Только его нигде не было видно, и Джек осмелился заглянуть в офис полностью, рассматривая каждый угол. Риз был таким худощавым, таким тощим, что иногда казалось, будто его и не кормят вовсе. А на фоне Джека, с его мышцами и широкой спиной парень вообще терялся, и если бы они были одного роста и шли друг за другом, то Риза даже при большом желании невозможно было бы разглядеть — настолько этот парень был худым в сравнении. И потому, когда до Джека все же дошло, куда мог исчезнуть Риз, он на мгновение возненавидел себя. Точнее, свою копию и то, что он посмел позариться на чужое. Когда Джек одним ловким движением схватил клона за горло, перекрывая ему воздух с некой толикой неконтролируемой ярости, то еле смог удержать его крепко — тот брыкался, как лошадь, да и опять же, был сильнее из-за эндоскелета. Но Джек сумел удержать его и выждать нужное время, чтобы тот упал в обморок. И когда тяжелое тело бухнулось на пол, чуть ли не зазвенев своими железными костями, Джек наконец бросился к Ризу. Тот лежал на своем собственном столу, полуголый, с опущенными штанами, и завязанными руками за спиной. Джек взбесился, стоило ему взглянуть на всю эту картину, но все же смог держать себя в руках ради Риза. Он поднял парня, помог ему встать. Тот выглядел как-то дезориентировано, и глаза смотрели в пустоту из-под приоткрытых век. Джек подумал, что может Ризу досталось по голове, но выяснять было некогда — нужно было выбираться из этой ситуации, пока не стало поздно. Пока двойник не пришел в себя.