Врата: там сражается Колдовское Королевство!

      Позднее той же ночью       Группа всадников мчалась по дороге на запад, направляясь в Италику.       Над ними трепетали флаги, украшенные красными, белыми и желтыми гербовыми розами. Множество копыт вздымали дорожную пыль, полированные доспехи и шлемы отливали золотом и серебром, притороченные к сёдлам копья пронзали воздух с каждым движением ездовых животных.       Возглавлявший всадников рыцарь сильно выделялся. Это была одетая в великолепные доспехи женщина-рыцарь с золотыми волосами, развевающимися на ветру. Она постоянно неистово подстёгивала лошадь, отчего та содрогалась от боли и ещё быстрее устремлялась вперёд.       — Бозес! Ты слишком быстро скачешь! — донёсся сквозь стук копыт до женщины-рыцаря преисполненный спокойствия голос: нахлёстывавшую коня быстро догоняла другая одоспешенная женщина, оторвавшаяся от остальных всадников.       — Мы слишком медленны, Панаше! — звонко выкрикнула в ответ Бозес, вновь занося кнут.       — Твоя лошадь не вынесет такой гонки, как, впрочем, и кони всех остальных. По прибытии мы просто будем не в состоянии сражаться…       — Это неважно, мы должны прибыть в Италику как можно раньше!.. Пусть отстающие тоже поторопятся — время сейчас на вес золота!       — Но…       — Даже если прибудут всего несколько человек, они смогут защищаться до подхода остальных. Сейчас самое важное — добраться как можно быстрее, — высказалась Бозес. Панаше не смогла её переубедить, и ей самой оставалось лишь следовать за ведущей и продолжать пытаться уговорить ту хоть немного сбавить ход.       Конь Бозес начал хрипеть, и тогда та всё же нехотя вынуждена была ослабить поводья и сбросить скорость, и рыцари позади неё, наконец, смогли нагнать лидера.       — Панаше, мы же успеем вовремя?..       — Все будет хорошо. Принцесса что-нибудь придумает.       — Но!..       Бозес никак не могла подавить тревогу. Все её внимание было сосредоточено на пока ещё маленьком городе Италика, показавшемся на горизонте. Поэтому неудивительно, что первой что-то приближавшееся к ним заметила скакавшая рядом Панаше.       — Хм?..       Хотя эта дорога являлась одной из основных транспортных артерий Империи, она была построена так давно, столь долго находилась под воздействием дождя и других погодных неприятностей, что местами из-за выпадения камней сузилась так, что двум телегам порой было сложно разъехаться. Если они продолжат мчаться с той же скоростью, то не смогут разминуться с тем, что едет навстречу.       Кстати говоря, те, кто приближался к ним, ехали со скоростью, превышавшей все возможные ожидания. Кажется, это была похожая на коробку телега — с большого расстояния сложно было что-то сказать, что это вообще может такое быть.       — Бозес!       — Знаю.       — Что ты знаешь! Вперёд посмотри!..       Как только Панаше привела подругу в чувство, Бозес выпрямилась, цокнула языком и резко натянула поводья.       Панаше подняла левую руку, давая сигнал к остановке остального отряда, и тоже натянула поводья.       Люди позади них испустили нестройный вздох облегчения — у них наконец появилась возможность дать своим измученным лошадям шанс передохнуть и отдохнуть самим: и всадники, и скакуны тяжело дышали, обливаясь потом.       — О-ох, как же невовремя! Заставьте их убраться с дороги!       В тот момент, когда рыцари уже собирались выдвинуться вперед, чтобы убрать помеху с пути, они увидели знак Панаше остановиться, и остались на местах.       — Они едут из Италики. Надо бы поговорить с ними — может быть, они смогут нам рассказать о том, как там сейчас обстоят дела.       С этими словами Бозес направила свою лошадь наперерез едущим навстречу.

***

      Смена сцены: Италика       Пина Ко Лада, девушка девятнадцати лет и пятый ребёнок императора Молта, оказалась в очень непростой ситуации: она не только согласилась с отторжением Италики от Садеранской Империи, но ещё и находилась сейчас наедине с вражеским наследным принцем — впрочем, именно она после переговоров предложила ему, Момону и Креону, капитану личной гвардии Вельзевула, поужинать за одним столом.       Но принцесса не могла не признать, что кронпринц Колдовского Королевства, вторгшегося в Италику, несмотря на рога, изгибавшиеся по обе стороны головы, и демонические, сияющие золотом глаза, имевшие вертикальные зрачки вместо нормальных, был невероятно привлекателен.       Рядом с наследником Аинза сидел телохранитель, приставленный к нему отцом — Тёмный герой Момон. Однако, ссылаясь на религиозные причины, он не только не снял свой шлем с закрытым забралом, но и вовсе не притронулся к еде. Причину этого не понимал даже Вельзевул: он знал, что в Колдовском Королевстве была установлена свобода вероисповедания, но никогда ранее не слышал о религии, последователи которой придерживались подобных догматов. Из-за присутствия принцессы принц решил расспросить Момона о его религии после.       После того, как Вельзевул представил Пине своего капитана гвардии, Креона Каралиса, она задумалась, почему кто-то мог выбрать эльфа — жалкого получеловека — для столь ответственной должности. Но после того, как она увидела расово различных гвардейцев Вельзевула, равно как и отвратительных созданий, помогавших сейчас плебсу восстанавливать город, она уже ничему не удивлялась. Наоборот — у неё даже возник неподдельный интерес к государству, гарантировавшему полное равенство в правах всем живущим на его территории расам, независимо от природы тех, вдобавок использовавшему тех странных существ в качестве основной военный силы.       Креон Каралис, капитан гвардии Вельзевула, заметивший обращённый на него исполненный презрения взгляд, вежливо отказался от приглашения под предлогом, что ему необходимо координировать действия армии в Италике.       «Технологическая и магическая пропасть между нашими странами слишком огромна. Я должна быть осторожнее. Один неверный жест, и этот «принц» может отдать приказ об уничтожении Италики. А возможно и… » — спохватившася принцесса нервно сглотнула.       »…возможно и всей Империи…»       Рядом с ней сидела Мюи Формал, графиня Италики, коей было всего одиннадцать лет. Но поскольку её отец Колт, бывший глава клана Формал, погиб, участвуя в экспедиции в другой мир, а две старшие сестры уже вышли замуж и стали частью других семей, Мюи вынуждена была присутствовать на всех переговорах и встречах с чужеродным принцем как будущая правительница провинции.       Вокруг них сновали служанки, подавая всё новые и новые блюда на стол. Графиня Мюи отобрала самых опытных стражников в качестве почётного караула на званом ужине. Вельзевул, со своей стороны, проделал то же самое и привел с собой лучших из своей гвардии. Кого-либо из призванных существ он решил не брать, чтобы ещё больше не напугать принцессу и прочих представителей Империи.       Среди его спутников были огромный зверочеловек и людоящер, но основную часть всё же составляли представители гуманоидных рас — парочка людей и ещё несколько эльфов в золочёных, как и у всех их товарищей, доспехах.       Вельзевул с любопытством оглядывал принцессу, прикрыв рот сложенными перед собой в замок руками, тем самым невольно напомнив Момону Гендо. На мгновение рыжеволосая принцесса заглянула в глаза Вельзевула. Тот поймал её взгляд, и Пина отвернулась от члена иной королевской семьи, невольно покраснев.       Она не знала, как вести себя с существом, сидевшим перед ней. Обедающие находились в трапезной замка графов Формал, и никто из них пока так и не произнес ни слова. Напряжение в воздухе становилось тяжелее с каждой минутой — особенно для принцессы Садеранской Империи и юной графини Мюи.       Эти золотые глаза с вертикальными зрачками как будто заглянули ей прямо в душу.       Пина взяла себя в руки, собралась с мыслями и медленно открыла рот:       — К-как вам еда?..       И тут же обругала себя:«Зачем я спросила это?.. Я же хотела сказать совсем другое!»       Вельзевул наклонил голову и как-то странно посмотрел на нее, потом откинулся на спинку своего стула и улыбнулся. Его улыбка из-за внешности была поистине женственной — приятной и располагающей, но рога придали ей дьявольский оттенок, из-за чего принцессе она показалась зловещей.       Принц прикрыл глаза и склонил голову:       — Очень вкусно. Благодарю.       Пина облегченно выдохнула про себя.       — Принцесса, могу я задать вопрос? — спросил Вельзевул.       — К-конечно, — нервно кивнула девушка.       Её собеседник вздохнул. Напряжение в комнате, казалось, уже можно было пощупать руками. Пина начала обливаться от взвывшего дурного предчувствия потом.       — Ваша империя часто нападает на другие страны без объявления войны или проведения элементарной разведки?..       Принцесса нервно сглотнула и напрягла каждую извилину, чтобы дать наследнику Аинза адекватный ответ:       — Н-нет! Конечно, нет!.. Отец поступил так только из-за появления новых Врат, чтобы мы могли первыми реализовать возможность расширить свои владения или хотя бы заполучить новые ресурсы!       «Пожалуйста, поверь! Пожалуйста, поверь! Пожалуйста, поверь!» — взмолилась она в глубине души.       Ответом ей стал кивок от Вельзевула.       — Вот как…       Пина выдохнула.       — И всё же, вы не находите странным, что сразу было послано столь большое количество войск через неизвестно куда ведущие Врата? Логично было бы отправить вначале нескольких разведчиков для определения обстановки на другой стороне, а уже потом целый легион. Или планирование тактики и стратегии в этом мире основывается на иных принципах военного ремесла?.. — высказался Вельзевул убийственно спокойным тоном, пытливо заглядывая в глаза Пины.       Пина глубоко вздохнула и нервно сжала кулаки. «И что мне теперь ему говорить?..» — подумала она.       Вельзевул на мгновение замолчал, и потом снова вздохнул.       — Но это уже в прошлом. Нам нужно сосредоточиться на будущем. Как всегда говорил отец — «даже самого заклятого врага можно превратить в друга».       Принцесса невольно расслабилась.       — Я рада, что вы так считаете, — сказала она. — Я хотела бы принести извинения от лица Империи за вторжение, и я надеюсь, что наши страны смогут как можно скорее договориться о мире и установить тесные взаимоотношения. Я считаю, что это пойдет на пользу обеим сторонам.       Вельзевул кивнул.       — Я согласен с вами. Но, к сожалению, это зависит не от меня, а от отца. Если он пожелает распространить свое влияние через Врата, то сделает это независимо от того, кто и что там считает. В ином же случае, после того, как Империя выплатит компенсацию, наши войска отступят обратно через Врата. По крайне мере, так сделал бы я.       — Могу я спросить… каким же образом предпочитает действовать ваш отец? — спросила принцесса с любопытством и в то же время со вновь охватившим её страхом.       Принц покачал головой.       — Увы, даже я, его собственный сын, не способен осознать всего масштаба его планов. Могу лишь предполагать, что компенсация, возможно, отца удовлетворит. Если же нет… то… — Вельзевул замолчал и отвёл взгляд.       Пина ждала с минуту, но в конце концов напряжение вынудило её спросить:       — Е-если нет то… что тогда?..       — Тогда мы, вероятнее всего, вынудим Империю принять вассалитет. Отец свершал подобное бесчисленное количество раз в нашем родном мире. Насколько мне известно, посланник уже передал его требования вашему отцу-императору.       — Б-бесчисленное количество раз?!. И что значит, что вы уже передали отцу требования? — испуганно спросила принцесса. Глаза сжавшейся на стуле графини Мюи расширились.       — Это значит то, что я и сказал: посланник уже известил императора Молта о выдвинутых нами требованиях, — терпеливо повторил принц. — Но, по имеющимся у меня сведениям, к сожалению, ваш отец принял его не так хорошо, как мы надеялись.       Момонга внутренне вздохнул и покачал головой: «Я знал, что это была не очень хорошая идея — отправить Зеро передать мои требования. Конечно, он гений, когда дело доходит до сбора информации, тихого убийства и кулинарии, но вот что касается его дипломатических навыков… Что ж… Скажем так, Эсдес, сама того не понимая, создала превосходного провокатора, действующего на оппонента как красная тряпка на быка».       — Ч-что-то произошло?.. — в панике спросила Пина.       — По словам посланника, после того, как он появился в тронном зале, ваш отец приказал своим телохранителям убить его, — любезно ответил Вельзевул, снова улыбнувшись зловещей улыбкой.       «Это плохо! Это очень, очень плохо…» — Пина сглотнула вязкую слюну, всерьёз опасаясь, что её сердце не выдержит напряжения.       — Но, возможно, в этом отчасти есть и его вина: посланник всё же лидер нашего корпуса… э-э… чистильщиков. Он предпочитает без приглашения появляться в середине важных встреч — это у него профессиональное, и оставлять гору трупов в качестве предупреждения.       «Так вот что произошло перед тем, как я получила от отца приказ добыть информацию о врагах, появившихся из Врат… » — сообразила девушка. — «Всё оказалось еще хуже, чем я могла предложить! Если отец продолжит в том же духе, его просто-напросто убьют! И, возможно, не его одного…»       — П-понятно… пожалуйста, простите моего отца. Он очень гордый человек, — рыжеволосая принцесса попыталась спасти ситуацию, постаравшись растянуть губы в улыбке как можно шире, но даже она сама понимала, насколько жалко это выглядело.       Ответом ей стал кивок от Вельзевула:       — Не стоит волноваться. Я не думаю, что ваш отец произвёл на Зеро хоть какое-то впечатление — тот весьма невысокого мнения о людях, знаете ли… Но, принцесса Пина…       — П-просто Пина. Пожалуйста, называйте меня по имени, — принцесса всё же смогла изобразить свою лучшую дружелюбную улыбку, про себя содрогаясь от ужаса.       — Тогда, пожалуйста, зовите меня Вельзевулом. Я и сам не любитель придворного официоза, — принц издал смешок.       «Мне нужно разузнать как можно больше о его стране. Важны любые крохи информации».       — Не расскажете мне о вашей стране? Или о завоеваниях вашего отца? — с искренней заинтересованностью спросила девушка.       Вельзевул наклонился вперед, «Хитро. Хочешь выпытать у меня побольше информации о моём доме? Ку-ку-ку…» — усмехнулся он про себя. — «Но в эту игру можно играть вдвоём. Хотя, думаю, не будет ничего плохого, если я раскрою парочку деталей…»       — Хорошо, я могу рассказать кое-что.       Принцесса кивнула, приготовившись внимательно слушать. Нельзя было упустить ни одной детали — ведь те могли пригодиться в будущей войне.       — Согласно нашим историческим хроникам, двести лет назад отец и тётя вместе со своими первыми вассалами прибыли в наш мир из никому не известного места.       Пина кивнула, внимательно слушая.        — На тот момент ещё не существовало никакого Колдовского Королевства. Территория отца была крохотной, площадью не более полумили, равниной, да и то располагавшейся возле леса Тоб, населённого разнообразными монстрами. Разумеется, это было ещё до того, как отец начал свой крестовый поход против прогнивших государств Нового Мира — так они с тётей называли наш мир в те времена, — продолжал Вельзевул.       — Как ему удалось столь малую территорию увеличить до размеров целого королевства? — с любопытством спросила Пина.       «Всё это описано в учебниках истории, только куда более подробно. Так что не думаю, что мой рассказ может вызвать какие-либо проблемы», — подумал наследник Аинза.       — С помощью политических интриг и, конечно же, своей мощи и усилий вассалов. Отца ведь не просто так называют Королем-Заклинателем, Повелителем Смерти, Шинигами, Мудрейшим Существом, Лидером Высших Существ и многими другими титулами, которые ему не особо нравятся. Как-то он вообще завоевал целую империю простой демонстрацией силы, уничтожив вражескую армию одним заклинанием.       «Почему книги по истории всегда всё приукрашивают?.. Мы просто хотели отправиться на поиски приключений, неужели в это так трудно было поверить?.. Сначала Демиург, потом все остальные, а теперь и ты, Вельзевул, начинаешь приписывать нам собственные домыслы?.. Не будь я нежитью, точно впал бы в депрессию», — вздохнул про себя Момонга, слыша слова сына.       Пина онемела: «Ц-целая империя?.. Нет!.. Этого не может быть!.. Даже апостолы не способны на такое!..» — мысленно застенала она.       — Отец и тётя сумели завоевать весь континент менее чем за три года, и то это заняло так много времени лишь потому, что они очень долго играли с политиками разных стран в подковёрные игры и лично те страны исследовали — как они говорили, от скуки: «Было бы невыносимо тоскливо, если бы мы просто завоевали все эти земли», — процитировал Вельзевул слова Эсдес.       — Принц Вельзевул, прошу, не играйте со мной!.. Ваша шутка зашла слишком далеко! — сердито произнесла Пина, решившая, что над ней издеваются, рассказывая небылицы.       — Разве я похож на того, кто обладает столь примитивным чувством юмора? Надеюсь, что нет, — покачал Вельзевул головой. — Я говорю правду. Вы с лёгкостью можете спросить у любого, жившего в то время, как всё тогда происходило на самом деле — например, у представителя какого-нибудь долгоживущего вида вроде эльфов или демонов, и любой из них в точности повторит сказанное мною.       Но если вы не поверите и им, то просто можете заглянуть в наши учебники истории. Ложь бессмысленна, если оппонент без труда способен самостоятельно отыскать правду. Думаю, вы понимаете, что я имею в виду?..       Пина посмотрела на Момона в поисках подтверждения сказанного Вельзевулом.       «Истинная правда: люди обыкновенно куда умнее, чем могут показаться на первый взгляд», — кивнул сам себе Момон, не замечая взгляда принцессы.       Пина нервно сглотнула, увидев, что Момон кивком головы подтвердил сказанное наследником престола Колдовского Королевства.       — М-могу я спросить, насколько велико королевство вашего отца?..       Вельзевул улыбнулся.       — Его власть распространяется на три континента, и мы близки к окончательному завоеванию четвёртого, после чего в нашем мире не останется ни пяди земли, не находящейся полностью под контролем отца. Ваше вторжение, может быть, и отложило завершение объединения на неделю-другую, но не более. Поэтому уже сейчас можно сказать, что отец — единоличный правитель всего нашего мира, — сказал Вельзевул с несколько печальным выражением лица, поскольку на его долю завоеваний дома уже не оставалось.       Глаза Пины расширились: «Н-нет… Этого не может быть!.. Даже Империи не под силу полностью покорить хотя бы наш континент!.. Что же мы на себя навлекли?» — она едва ли не падала в обморок от захлестнувшей её паники.       — Могу ли я задать ещё один вопрос? — нервно спросила девушка, глядя на пребывающую в таком же предобморочном состоянии графиню Мюи.       — Прошу вас… — сказал Вельзевул, со скучающим видом разглядывая вино в своём кубке.       — Ч-что это за солдаты в чёрных доспехах и с этими ужасающими масками в виде черепов?..       Вельзевул, поставив кубок на стол, элегантно отрезал кусочек от лежащего перед ним куска жареного мяса, отправил его в рот, прожевал, проглотил и только потом ответил:       — Это Рыцари Смерти и Стражи-Нефилимы — призванные создания отца и тёти.       — Призванные создания? — переспросила Пина.       — Именно… — кивнул принц.       — Значит, они не люди и не представители других рас. Тогда… не могли бы вы объяснить мне, что они из себя представляют?.. — попросила принцесса.       Вельзевул кивнул. Даже если он и удовлетворит просьбу принцессы, что та сможет сделать с этой совершенно для неё бесполезной информацией?..       — Ну… Рыцари Смерти — те солдаты, которые, как вы считаете, носят маски в виде черепов — созданы лично отцом. Это нежить. Солдаты в чёрных доспехах и с энергетическим оружием — Стражи-Нефилимы, творения тёти. Их расовая принадлежность очевидна из названия.       Пина вместе с Мюи ахнули:       — Н-нежить?.. Невозможно!       От шока Пина даже привстала со стула.       — Ну… я говорил, как отца именуют в его владениях, а вот тётю почитают как Богиню Войны, Разрушения, Созидания, Безумия и так далее. Но и она, и отец ненавидят подобное отношение.       — Б-боги? — дрогнувшими голосами сказали Мюи и Пина в унисон, а затем с ужасом переглянулись. Солдаты графини в комнате уже тряслись как желе, просто слушая этот вялотекущий разговор.       Вельзевул кивнул.       — Да, в нашей культуре отец и тётя почитаются как боги. Но если кто-то попытается обратиться к ним как к богам, а то и вовсе начнёт молиться им в их присутствии, то такого верующего они заставят подняться на ноги, после чего начнут объяснять ему, почему они не могут считаться богами, — покачал головой принц.       Момонга вздохнул про себя в очередной раз:       «Мы повторяли им много раз, что мы не какие-то там долбанные боги!.. Эсдес до сих пор просто вскипает от такого обращения — наверное, из-за воспоминаний о «гостеприимстве» «богов Хаоса» — тогда как я сдался после нескольких десятков лет, потраченных на попытки переубедить людей, и теперь просто киваю тем, кто хочет моего благословении, стараясь не обращать внимания на их молитвенный лепет. Но как же это раздражает!..» — погружённый в собственные мысли, он кивнул сам себе.       Пина почувствовала, как тошнота начала подниматься по животу, когда она увидела, как молчаливый воин в чёрном снова кивнул.       «Даже просто слушая её объяснения, у меня начинает болеть голова от используемых ею незнакомых мне терминов, и после этого тётя ещё задается вопросом, почему это всё больше и больше людей начинают молиться ей, принимая её слова за какое-то могущественное заклинание?.. Не говоря уже о том, что она и отец едва ли не ежедневно совершают чудеса, при этом продолжая ходить среди людей, будто бы это в порядке вещей», — с сарказмом подумал Вельзевул.       — В-ваш отец бог?!. — дрожащим голосом спросила Мюи.       Вельзевул кивнул, повергая этим простым жестом обоих девушек в пучину беспросветного ужаса.       — Можно и так сказать. Однако моя мать и другие богоподобные существа называют его и тётю «Высшими Существами». Как они говорят, Сорок Одно Высшее Существо стоят выше богов, и в прошлом от их рук пали множество как богов, так и демонов.       — Ну этого уж точно не может быть! — возмутилась Пина; на мгновение негодование пересилило-таки страх. — Нельзя убить бога!       Вельзевул на это только вздохнул:       — Ну… как всегда говорила моя тётя, богиня Разрушения и Равновесия в религии Сорока Одного, всё возможно — у всего есть начало, а следовательно, и конец. Если вытащить божество из его домена и достаточно сильно бить, то рано или поздно оно умрёт.       Пина с неверием посмотрела на Вельзевула:       — Вы же шутите, да?.. Зачем кому-то вообще убивать богов?       — У вас есть право не верить, но когда я спросил тётю, почему они убивали богов, она ответила следующее… — сказал Вельзевул, поднося к губам кубок.       Напряжение в разговоре нарастало.       Отставив сосуд в сторону, Вельзевул продолжил:       — «Мы убивали их ради лута, ингредиентов для крафта, опыта — и потому, что это было весело».       Момонга мысленно согласился с подругой: «Да, это были хорошие времена, когда мы и наши тридцать девять друзей ходили на рейдовых боссов, чистили инсты, собирали ресурсы и занимались крафтом… Даже простые воспоминания активируют у меня подавление эмоций. Проклятье…» — ярко-зелёная аура, видимая только ему самому, окружила Момонгу.       Пина сидела в полной прострации и просто не знала, что сказать, разглядывая свою еду с тупым безэмоциональным выражением на лице. Она никак не могла переварить услышанное.       В лучшем случае Вельзевул просто выдумал всё им сказанное. Но достаточно было вспомнить ужасающих существ в городе, которые могли бы сравнять его с землёй и убить всех горожан, наверное, в считанные часы… да что там — минуты. И вдобавок она понимала, что разговаривающий с ней принц и этот таинственный тёмный воин, сидевший рядом с ним, куда сильнее, чем они.       Она просто не знала не то что что делать, но и хотя бы что думать. С отчаянием в сердце девушка смогла только кое-как улыбнуться.       — Вы говорили, что они совершают чудеса. Можете ли вы привести нам пример?.. — поинтересовалась оживившаяся, в отличие от принцессы, юная Мюи, явно воспринимавшая всё сказанное гостем как чудесную сказку.       «Только не начинай, Вельзевул…» — уныло подумал Момонга.       — Дайте-ка подумать… — принц на мгновение задумался. — «Я не буду говорить им, что они могут воскрешать мёртвых… Судя по бледному личику Пины, нетрудно понять, что она всего в шаге от обморока».       — Вот несколько примеров таких чудес: исцеление искалеченных простым прикосновением; наделение благословением, дарующим силу, интеллект или удачу; создание летающего острова мановением руки; возвращение молодости; одновременное появление в нескольких разноудалённых местах; сокрушение армии одним словом… список можно продолжать ещё долго. Я мог бы перечислять совершённые ими чудеса, пока день не сменится ночью… и они всё ещё злятся, когда люди называют их богами. Забавно, не правда ли?.. — покачал головой Вельзевул, прикрыв глаза и улыбнувшись.       «По крайней мере, он не проболтался, что мы можем воскрешать мёртвых…» — вздохнул Момонга с некоторым облегчением.       — Но достаточно о моей родине. Я хотел бы услышать о вашей, Пина. Ваши люди достойно себя показали во время осады, и я считаю, что Италику ожидает прекрасное будущее, — очаровательно улыбнулся кронпринц, после чего повернулся к графине. — И вы, графиня Мюи, даже несмотря на юный возраст, вполне успешно руководите таким большим городом. Я уверен, что в будущем вы станете прекрасным лидером.       Все опасения Пины и Мюи внезапно улетучились, когда Вельзевул засыпал их комплиментами. Пина словно почувствовала приободряющее прикосновение тёплого и ласкового ветерка.       — С-спасибо… вы слишком добры, принц Вельзевул. Но все это всё благодаря моим советникам, — смущенно ответила Мюи.       — Возможно, но без вас весь город погрузился бы в хаос, ведь многие политики попытались бы получить власть над ним — даже если это означало бы, что им придётся друг с другом сражаться. Не забывайте, правитель — это голова, а народ — тело, не способное без неё существовать.       Кивнув, Мюи радостно улыбнулась:       — Благодарю вас за столь добрые слова. После смерти отца мне нечасто что-то подобное говорят…       — Не стоит, — вновь улыбнулся Вельзевул.       — Я также хотела бы ещё раз искренне поблагодарить вас за то, что вы пришли к нам на помощь в трудную минуту, принц, — почтительно склонила голову Мюи.       — Как я уже сказал, не стоит. Знаете, что всегда говорил один из товарищей отца?..       — Что же? — спросила юная графиня с живейшим интересом в голосе.       — «Если чья-то дорога тяжела, то вполне естественно взять меч и помочь ему», — процитировал Вельзевул слова Высшего Существа Тач Ми.       — Хорошие слова, — кивнула Мюи.       Ужин и беседа продолжились в ставшей более благоприятной обстановке.

***

      Смена сцены: у главных ворот Италики       Двор перед главным воротами Италики был полон жизни. Ну… не только её — нежизни в городе тоже было предостаточно: немёртвые солдаты Короля-Заклинателя и Стражи-Нефилимы в чёрной броне, уже убравшие своё оружие, парами патрулировали улицы, выискивая оставшихся бандитов, поддерживая порядок на опалённых огнём улицах, разрешая последствия атаки в виде разрушений и помогая горожанам с их проблемами. Впрочем, люди предпочитали обращаться ко гвардейцам в золочёных доспехах, так как внешне те были менее пугающими, чем их немёртвые и чёрные бронированные коллеги.       Рори с интересом изучала одного из Рыцарей Смерти, стоявшего на посту у ворот. Энергия, которую тот излучал, напоминала эманации её хозяина, Эмроя, Бога Тьмы: тьма и смерть исходили как от самого создания, так и от его оружия. Чудовище стояло неподвижно, лишь периодически издавая слабое рычание, после которого мертвящий белый туманчик исходил из его пасти.       Два злобных красных огонька тускнели в глазницах нежити, и Рори всем телом чувствовала исходящую от Рыцаря Смерти ненависть к каждому живому существу, на коих падал его взгляд. Создание удерживал от бойни только приказ, данным ему хозяином.       Время от времени апостол тыкала в существо кулачком, на что то отвечало слабым рычанием, не поднимая, однако, на неё оружия. Наигравшись, Рори заметила Райден посреди двора и поспешила к тёмной эльфийке, оставив нежить продолжать выполнять её бесконечный долг.       Рори с превеликим удовольствием встретилась бы с создателем этих занятных существ, что должен был бы иметь связь с Эмроем, не уступавшую её собственной связи. Она была уверена, что они смогли бы весело и с пользой провести время вместе.       Райден как раз закончила отдавать приказы солдатам, когда к ней подошла Рори. Как ни странно, за ней тут же материализовались Итами, Лелей, Тука и Курибаяши, периодически бросавшая на апостол странный взгляд и тут же отводившая его в сторону.       Райден вздохнула, понимая, что сейчас у неё вряд ли получиться отмолчаться.       — Ночное небо и вправду прекрасно, вам так не кажется?.. — мечтательно сказала она, устремляя взгляд на скопление мерцавших над ними звёзд.       Последовав её примеру, остальные тоже воздали должное красоте небес.       — И вправду… — улыбнувшись, произнёс Итами. Но чудное мгновение тут же было уничтожено Курибаяши:       — Как ты сейчас можешь нести подобную ерунду?.. Почему ни ты, ни Момон не сказали нам, что эти создания с вами?.. Мы могли погибнуть, если бы начали стрелять в этих тварей! — гневно выпалила мускулистая женщина, схватив длинное кожаное плащ-пальто Райден и пытаясь притянуть её лицо к себе. Райден не стала сопротивляться и резко наклонилась к японке, остановившись только тогда, когда их лица едва не столкнулись носами, а губы оказались на расстоянии поцелуя. Курибаяши отшатнулась, отпуская плащ, залилась румянцем и разразилась бранью.       Тёмная эльфийка хихикнула. Она уже было открыла рот, когда Итами положил руку Шино на плечо.       — Шино, достаточно… думаю, она и Момон рассказали бы нам о своей роли в тех событиях, которые развернулись сегодня вечером, если бы у них было разрешение от их начальства, я прав?.. — спросил Итами с непривычно серьёзным для него выражением лица.       Райден потёрла переносицу, изображая смущение:       — Ну… На самом деле, это не было нам запрещено.       Все собравшиеся замерли.       — Тогда почему?.. Почему вы нам не сказали? — завопила Курибаяши.       — Никто же не спрашивал, откуда мы. Вы поинтересовались, кто мы, и мы честно ответили, что адамантовые авантюристы из далёкого королевства. Вас это объяснение полностью удовлетворило.       Райден развела руки в стороны, как бы говоря «что поделать, если вы настолько неприхотливы».       Итами нервно рассмеялся, почесав затылок:       — Упс… тогда это действительно наша вина.       Шино сердито посмотрела на него, потом снова воззрилась на Райден:       — Это всё ещё не объясняет, как вашим солдатам удалось справиться с целой боевой группой, поддерживаемой вертолётами, причем с минимальным потерями?!. Если всё, что я видела с земли и слышала от ребят, правда, то ваши солдаты даже не испугались, когда вертолёты начали их обстреливать!.. А подобное, к слову, должно было наводить ужас на жителей настолько отсталого мира!.. Я читала про это в манге!..       Положив руку на плечо Курибаяши, Лелей хотела остановить её, на что сержант ожгла магессу яростным взглядом:       — Нет, Лелей! Я должна сказать то, что считаю нужным!.. — увидев выражение лица Шино, голубоволосая девушка опустила руку и сделала шаг назад. Курибаяши продолжила:       — А что насчёт ваших солдат?! Это не люди!.. Что они вообще такое?!. Парни рассказывали о каких-то чёрных бронированных демонах с пылающими глазами, которые просто повыбрасывали их из вертолётов!.. Они даже не смогли поцарапать их броню выстрелами с близкого расстояния, а штыки просто ломались от удара!..       Райден покачала головой:       — Шино, я… — но Курибаяши тут же перебила её:       — Не «шинкой» мне тут! Отвечай, чёрт тебя дери!.. А что насчёт того, как те твари посадили вертолёты без каких-либо трудностей так, будто были какими-то профессиональными пилотами с многолетним стажем?.. А того, что солдаты из твоего королевства сказали, что ты и Момон какие-то легендарные полубоги! Объяснись, сейчас же!.. — яростно голосила сержант, сжимая кулаки.       Авантюристка вздохнула, глядя на эту детскую истерику, порождённую вседозволенностью. Тука буквально застыла на месте и со страхом ожидала, что Райден всё-таки выйдет из себя. Если её гневное безумие такое же, как и её обычное радостное безумие, то она предпочла бы оказаться как можно дальше от своей тёмной соплеменницы в момент, когда одно сменит другое.       Итами по натуре был спокойным парнем, не чуждым здоровому дофенизму, порой переходившему в нездоровую прокрастинацию, но даже на пике подобного состояния он всегда понимал, когда стоит остановиться. Хоть иногда и необходимо было выплёскивать свой гнев, но сейчас сержант зашла слишком далеко, при этом — по привычке — упустив из виду, что для той, кого считали полубогом, наличие у Шино дяди-генерала вряд ли будет являться достойным внимания поводом, чтобы продолжать терпеть откровенно хамское поведение его племянницы.       — Старший сержант Курибаяши, отставить! Это приказ! Если ты…       Райден подняла руку:       — Итами-кун, все в порядке. Она права. Пусть выговорится, — сказала адамантовый авантюрист, с умилением взиравшая на Курибаяши, которая сейчас напоминала ей неуклюже тяфкающего щенка, пытающегося казаться страшнее, чем он был.       Итами, ставший свидетелем позорного поведения своей подчинённой, стыдливо кивнул.       — Пожалуйста, продолжай, — поощрила Райден «щенка». — Я обещаю, что отвечу на все твои вопросы так честно, как только смогу.       Кивнув в ответ на эти слова, Шино, к некоторому огорчению тёмной эльфийки, начала делать дыхательные упражнения, чтобы успокоиться.       — Прости… Я погорячилась… Пожалуйста, прими мои извинения, — сказав это, она низко поклонилась, совершая традиционный японский поклон при принесении извинений.       — Не извиняйся, Шино-тян, отчасти это и наша вина, — Райден вздохнула. — Нам следовало в самом начале сказать вам, кто мы и откуда. Вот что: позвольте мне представиться снова, — выражение её лица вновь стало радостным до глупости:       — Я Райден, адамантовый авантюрист в отставке. Приятно снова познакомиться со всеми вами!       Все непроизвольно попытались сдержать улыбку.       — Мы рады познакомиться с тобой, Райден, — поддержав настрой Райден, произнёс Итами, рассмеявшись.       Незнакомый широкоплечий эльф в золочёных доспехах и сопровождавшая его Хамскэ появились бок о бок на другой стороне двора. На спине эльф нёс серебряный щит и массивный двуручный чёрный меч, вдобавок придерживая у пояса короткий меч, который из-за длины не было необходимости перевешивать для удобства транспортировки. Его длинные светлые волосы были аккуратно собраны в конский хвост, а изумрудно-зелёные глаза, казалось, светились в темноте. Это был Зено Крузериус, также известный как Рыцарь Солнца, — один из сильнейших адамантовых авантюристов во всем королевстве, а также первое существо Нового Мира, которое произвело впечатление на Короля-Заклинателя своими способностями — тот даже лично посвятил его в рыцари.       Зено прибыл в Италику со своими компаньонами-авантюристами буквально только что.       Рядом с ним переступала лапами Хамскэ. Двести лет назад она была известна как Мудрый Король Леса, теперь же путешествовала вместе с Зено. Пока его сопартийцы исследовали свой первый город нового мира, тот решил пройтись и побеседовать с бывшим ездовым животным своего учителя, тренировавшей будущего рыцаря с самого детства.       Огромный джунгарский хомяк, носивший усиленную синевато-чёрную адамантовую броню и имевший длинный, сравнимый по прочности с металлом хвост, служил скакуном для Райден ещё в те времена, когда та была авантюристом. Но после того, как Райден отошла от дел, Хамскэ и её потомки время от времени предоставляли свои услуги авантюристам Колдовского Королевства. Хамскэ было около четырёхсот лет, однако её пора молодости ещё даже не миновала.       Эльф, разговаривавший с гигантским хомяком, заприметил знакомую в самом прямом смысле до боли фигуру, разговаривавшую с четырьмя незнакомцами посреди привратного двора.       — Хамскэ, мои глаза обманывают меня? Или это действительно Учитель Райден? — спросил Зено.       Хамскэ посмотрела в ту сторону и кивнула.       — Да, это миледи собственной персоной, — гордо сказала она.       Зено схватил её за броню и дёрнул к себе:       — Ты почему не сказала мне, что она здесь?!. Ты хоть знаешь, как долго я с ней не виделся? Больше семидесяти пяти лет!..       — Мне очень жаль, господин Зено. Я просто забыла, — сказала Хамскэ, съёжившись.       Зено отпустил Хамскэ и вздохнул:       — Неважно. Пойду, поздороваюсь с ней.       Хамскэ последовала за Зено.       Они приблизились к Райден.       — Учитель! Рад снова встретиться с вами! — поприветствовал Зено.       Райден повернулась к своему бывшему ученику.       — Эй, неужто это Зено-кун! Давно не виделись! — помахала она эльфу.       Зено подошел к ней и крепко обнял. В объятиях высокого мужчины в массивных доспехах Райден практически исчезла. Со стороны всё выглядело так, словно Зено обнимал сам себя, а не свою миниатюрную наставницу. Райден позволила своему бывшему ученику немного постоять, прижавшись к ней, а потом похлопала его по спине.       — Ну-ну, всё, Зено-кун. Я знаю, что ты скучал по мне, но ты прекрасно знаешь, что я думаю об обнимашках. Они вызывают у меня клаустрофобию, а тебе известны последствия моих срывов… — Зено выпустил из объятий наставницу и посмотрел ей в лицо.       Та улыбалась ему «той самой» улыбкой, от которой у эльфа мгновенно прошёл мороз по коже. Для счастливых в неведении это была очаровательная улыбка нечеловечески красивой женщины, которой было достаточно для того, чтобы покорить сердце любого мужчины или любой другой женщины, но для Зено это была ужасная, пугающая улыбка инфернального создания, наслаждавшегося мучениями тех, кто не мог ей противостоять — одной такой жертвой некогда был и он сам.       Он сделал шаг назад, пытаясь вспомнить, что же мог такого наделать, чтобы вызвать эту улыбку у своего учителя, и пытаясь противостоять захлёстывающей его, как в «старые добрые времена», волне чистейшего ужаса.       — Извините меня, учитель. Просто последний раз я видел вас так давно, — объяснил эльф свою эмоциональность, почтительно склонив голову.       — Зено! Ты же знаешь, что я говорила тебе по поводу этого слова. Не называй меня так — это слово заставляет чувствовать себя старой.       Зено склонил голову ещё ниже.       — Да, учитель. Вы также говорили не называть вас «королевой боли». Но я всё равно буду это делать, — ухмылка самоубийцы появилась на его лице.       Райден схватила ученика за длинное ухо и начала то выворачивать, как в старые добрые времена.       — Я же сказала, не называй меня так!.. Я не какая-то там королевская особа!.. Я куда круче!       Итами и остальные с удивлением наблюдали за творящейся на их глазах экзекуцией. Пока Райден трепала ухо Зено, Хамскэ с ностальгией вздохнула.       — Миледи, вы совсем не изменились, — покачала головой хомяк.       Итами отпрыгнул, услышав рядом с собой женский голос.       — А т-ты то кто? — ошеломлённо спросил он.       — «Эта» получила имя Хамскэ от Миледи двести лет назад. И с тех пор «эта» является верной слугой миледи и милорда. А также была личным ездовым животным миледи ещё в те времена, когда та была авантюристом, — ответила Хамскэ.       — Миледи? — переспросила Курибаяши. Хамскэ посмотрела на Райден, показывая, кого имела в виду. Лелей с живым интересом оглядывала диковинного зверя и даже погладила шелковистый мех, не закрытый бронёй.       — Мягенький… — с удивлением сказала голубоволосая магесса.       Хамскэ повернулась к ней и наклонила свою очаровательную в милоте голову.       — Кто ты?       — Я Лелей Ла Лелена, — коротко ответила девушка, на что Хамскэ кивнула:       — Рада познакомиться с вами, мисс Лелей.       «Огромный говорящий хомяк, которого используют в качестве маунта. Что это? Какая-то MMORPG, где можно коллекционировать экзотические средства передвижения?.. Я имею в виду, это, конечно, круто, но всему же должен быть предел», — проворчал про себя Итами.       Тем времени Райден закончила пытку Зено.       — Это научит тебя не называть меня этими словами.       Зено приложил к обвисшему уху ладонь; на его лице снова появилась всё та же ухмылка:       — Действительно — как в старые добрые времена, учитель. Вы нисколько не изменились!       Затем он вспомнил про Итами и остальных и выпрямился:       — Прошу прощения за устроенную сцену, просто я давно не виделся со своей учителем. Надеюсь, вас увиденное не оскорбило.       Итами с остальными машинально кивнули, после чего вытаращились на Зено с удивлёнными выражениями на лицах, осознав, что поняли то, что тот только что произнёс.       — Подожди! Ты сказал, что она твой учитель?..       Зено кивнул.       — Да, и без неё я не сумел бы воплотить в жизнь свою мечту, если вовсе не сгинул бы в трущобах эльфийской столицы. Я до сих пор помню, как она бросила меня в яму кошмаров.        Он задумчиво погладил подбородок.       — Я-аму кошмаров? — переспросила побледневшая Тука.       Зено кивнул.       — Да, на тот момент мне было не больше двенадцати, и это был экзамен, который определил бы, стоит ли ей вообще тратить на меня время или же нет: она бросила меня в яму, которая вела в кишевшие монстрами катакомбы, с одним тупым ножом. Там мне предстояло провести месяц не только выживая, но и занимаясь поиском решения задачи, заданной мне учителем перед тем, как она швырнула меня вниз, — объяснил Зено.       На лице Туки, Итами и Курибаяши отразился неподдельный ужас. Глаза Лелей расширились. Рори только ухмыльнулась, стрельнув глазками в сторону тёмной эльфийки.       — Но это дела давно минувших дней. А я всё ещё не представился, — эльф поклонился. — Я Зено Крузериус, лидер команды авантюристов адамантового ранга «Солнечные Крушители».       Итами шагнул вперёд и пожал ему руку:       — Я старший лейтенант Итами Юджи. Это старший сержант Курибаяши Шино, — названная девушка кивнула. Зено склонил голову.       — Для меня честь познакомиться с вами, миледи.       Шино отвернулась и покраснела. Потом она бросила взгляд на Рори и залилась румянцем ещё сильнее.       — Это Лелей Ла Лелена, — лейтенант представил голубоволосую девушку. Эльф-авантюрист и начинающая магесса кивнули друг другу.       Следующим Итами представил застеснявшуюся Туку:       — Тука Луна Марсо.       Зено снова склонил голову и пристально посмотрел в голубые глаза Туки.       — Приятно познакомиться, миледи. Я не знал, что такие красавицы, как вы, могут существовать в этом мире, — произнёс он приветствие голосом, от которого женщины разных рас и видов просто теряли голову.       Голубые глаза встретились с изумрудно-зелёными, и Тука смущённо потупилась. Несмотря на то, что её сердце было занято Райден, она бы, пожалуй, не отказала Зено, если бы тот тоже предложил ей провести время вместе.       Она не призналась Райден только из-за того, что её пугала сумасшедшая натура тёмной эльфийки. Но это опасение не помешало ей «перепутать кровати», когда они ночевали на базе Сил Самообороны, в результате чего её девственность была забрана авантюристкой. Тогда она, полностью отдавшись охватившей её страсти — если бы не заклятья тёмной эльфийки, то она бы как минимум перебудила их соседок по комнате, если не всю базу «людей в зелёном» — проигнорировала предупреждения духов, что Райден что-то скрывает под настолько сильным заклинанием, что даже они не в силах его преодолеть. Точнее, в ту ночь Тука интерпретировала полученное предупреждение так, что духи говорили ей, что под маской вечного веселья тёмная эльфийка прячет одиночество, но наутро, когда она перебралась в свою постель и смогла мыслить более-менее здраво, то поняла свою ошибку.       С тех пор в ней боролись опасения, вызванные предупреждением жителей иного плана существования, и желание повторить самую прекрасную ночь в своей жизни. И отец ещё всё время куда-то пропадал, так что она не могла спросить у него совета…       «Марсо? Марсо… Я знаю, что это фамилия Туки, но каждый раз, как слышу её, что-то вертится на краешке сознания, но никак не ухватить, что именно… Такое чувство, словно я где-то слышала что-то похожее», — подумала Райден, рассеянно глядя на зардевшуюся эльфийку. О том, что произошло тогда на базе Сил Самообороны, она уже давно забыла: в её жизни хватало как подобных — с неопытным любовником, так и значительно более интересных ночей — с партнёром, гораздо более искушённым в плотских удовольствиях, а то и не с одним… десятком. — «А не такая ли была фамилия у того неблагодарного эльфа, которого мы спасли в лесу?..» — на мгновение она задумалась. — «А, ладно, сейчас это неважно», — перестала ломать голову в попытке ухватить Déjà vu авантюристка.       — Взаимно, Зено-сан, — застенчиво кивнула Тука.       — Я Рори Меркури, апостол Эмроя, Бога Войны, Насилия, Тьмы и Смерти.       Готик-лоли приподняла юбку за края и сделала изящный реверанс.       — Рад познакомиться с вами, мисс Меркури. Вы упомянули Эмроя, но среди богов, которых я почитаю и которые представляют данные аспекты, никто не носит имени «Эмрой». Не могли бы вы поподробнее рассказать о божестве, которому поклоняетесь? — с любопытством попросил Зено.       Расплывшись в улыбке, Рори кивнула.       — Конечно, в конце концов это мой долг, как апостола Эмроя, распространять его имя! Эмрой — Бог Тьмы, Войны, Смерти, Насилия и Безумия… — и она начала пылкую речь о своем боге.       Рыцарь Солнца терпеливо выслушал эту проповедь и вежливо кивнул по её окончанию:       — Понятно… очень интересно.       — Ну так что, не желаете ли стать последователем Эмроя, Зено-сан? Я ощущаю в вас огромную силу. Вы только подумайте о том, какую резню сможете совершить со своей силой и благословением Эмроя! Какое безумие вы могли бы распространять по полям сражений! — не желала сдаваться Рори.       На ее слова Зено только улыбнулся.       — Благодарю вас, мисс Меркури, но моя вера в Сорок Одного непоколебима. Особенно в моих Богов-покровителей: Тач Ми, покровителя Паладинов, и Воина Такэмикадзути, покровителя ремесленников и воинов, — он достал две крошечные статуэтки, висевшие у него на шее на цепочке.       «Какое вообще божество может зваться «Тач Ми»? А «Воин Такэмикадзути»? Эти имена «богов» звучат так, словно взяты из какой-то MMORPG», — Итами покачал головой. — «А, ладно — другая культура, другие обычаи. Позже расспрошу о них Райден или Момона. В конце концов, есть же ещё принцесса, названная «в честь» коктейля, да и имечко «Тач Ми» не настолько глупое, если подумать — скорее провокационное».       — Сорок Один? Никогда не слышала о них.       Рори с интересом наклонила голову. Итами посмотрел в её сторону.       — Не слышала? — переспросил он. Рори ещё раз покачала головой.       Потом Итами посмотрел на Туку и Лелей, но и они одновременно покачали головами.       Зено на это только улыбнулся.       — Ничего удивительного: в конце концов, мы совсем недавно появились в этом мире. Позвольте мне кратко рассказать о наших божествах.       Собравшиеся приготовились внимательно слушать паладина.       — Это произошло двести лет назад, когда наш мир был погружён в хаос. В те времена все его земли принадлежали прогнившим государствам и монстрам вроде Лордов-Драконов. Гуманоидные расы выживали как могли, постоянно сражаясь друг с другом за пригодные для обработки земли и ресурсы, тогда как более сильные гетероморфные виды или расы, такие как зверолюды или демоны, бывшие намного сильнее них, считали гуманоидов не более чем едой.       — Едой?.. — переспросил Итами.       Рыцарь Солнца кивнул.       — Взять, к примеру, вот этого большого парня, — указал он на стоявшего неподалёку гвардейца-зверочеловека. — Любимым деликатесом его расы были беременные гуманоидные женщины: так сказать, с естественной фаршировкой, — пояснил Зено. — Причём очень часто их даже не утруждались убивать перед тем, как отправить в печь.       Лелей и Тука напряглись, услышав слова эльфа.       — Это ужасно!.. — потрясённо произнесла Курибаяши, бросая на указанного гвардейца испуганный взгляд. Тот, видя такое внимание к себе со стороны довольно привлекательной человеческой самки, осклабился в улыбке, от которой сержант непроизвольно отшатнулась, спрятавшись за Итами.       Рори равнодушно ожидала продолжения.       Зено кивнул.       — Именно, вот почему Король-Заклинатель сразу же запретил подобную кулинарную практику — даже несмотря на то, что она была частью культуры зверолюдов, — лейтенант подумал, что в его мире непременно найдутся противники подобного решения, которые потребуют немедленно прекратить насильственную «колонизацию», уважительно относиться к чужим культурным традициям, а также признать зверолюдов жертвами угнетения и встать перед ними на колени, — и начал искать альтернативный источник пищи для новых подданных. Разумеется, не все желали отказываться от любимых блюд и тем более — начать относиться как к равным к тем, на кого привыкли охотиться или просто убивать и мучить для развлечения. Этих ревнителей традиционных ценностей и возглавили Лорды-Драконы.       Согласно учебникам истории и свидетельствам тех, кто лично был свидетелем подавления этого выступления Королём-Заклинателем и его инфорсер, те уничтожали неисчислимые армии, попутно преображая рельеф и экосистемы целых стран, превращая цветущие земли в пустыни, а степи — в леса. И Лорды-Драконы со сторонниками в итоге или пали, или склонились перед неизмеримо более сильными существами. После этого эпоха, когда гуманоиды выживали, навсегда ушла в прошлое.       Рори слушала со всё большим любопытством.       — Это звучит слишком уж идеализированно, — недоверчиво сказала Курибаяши, опасаясь, меж тем, смотреть на гвардейца принца.       «Когда это ты открыл в себе талант проповедника, Зено?» — лениво подумала Эсдес. — «Кажется, в твоём поведении проявляется некоторый эмоциональный перекос… впрочем, для паладина это нормально».       Эльф посмотрел на японку.       — Мисс Курибаяши, правильно?.. — спросил Рыцарь Солнца.       Сержант кивнула, понемногу возвращаясь к привычной манере поведения: гвардеец, видя, что смотревшая на него самка теперь его игнорирует, прекратил улыбаться и снова уставился перед собой.       — А что, если я скажу вам, что двое из Сорока Одного ходят среди нас и по сей день, лично даруя нам чудеса, если мы достаточно усердно трудимся на благо других?..       — Почему вы думаете, что ваши покровители являются богами? — внезапно спросила Лелей. Рори кивнула, поддерживая магессу:       — Да, насколько нам известно, боги не способны ходить среди смертных, не имея подходящих сосудов, которые не так-то просто раздобыть: тела смертных слишком слабы, чтобы вместить их надолго, и обычно разрушаются через весьма короткое время пребывания в них богов, — объяснила апостол.       Зено лишь улыбнулся ее словам:       — Если моя теория верна, Сорок Один не похожи на ваших богов, поэтому и продолжают пребывать с нами. Впрочем, несмотря на их силу и чудеса, они всегда утверждают, что они не боги. Как по мне, истинный бог не будет называться тем, кем он является — поскольку не нуждается в пастве и не требует ничего взамен за помощь.       — И почему тогда ты называешь их богами? — раздражённо спросила Рори. — Если они не считают себя богами, то они ими и не являются.       Райден поняла, что пора вмешаться.       — Ребята, ребята… спокойно. Мы здесь не для того, чтобы устраивать теологические диспуты, верно?..       Все присутствующие кивнули, пока Зено и Рори все еще прожигали друг на друга взглядами. Вдобавок светлая энергия, исходившая от брони Зено, беспокоила Рори: она слишком напоминала ощущения от Зуфмуута, бога Света и Порядка, который был прямой противоположностью Эмроя, и нисколько ей не нравилась.       Зено и Рори напряженно смотрели друг на друга, а затем Зено расхохотался. Рори, не поняв причину его смеха, недоумённо склонила голову набок.       — Ты мне нравишься, малышка! Когда подрастёшь, я, пожалуй, не откажусь выпить с тобой чего покрепче! — ухмыльнулся эльф.       Рори обиженно надулась из-за того, что её приняли за ребёнка, отчего стала похожа на дитя ещё сильнее.       Воин в золочёных доспехах повернулся к своему учителю.       — Вы правы, учитель. Мы здесь не для того, чтобы обсуждать религию. В Колдовском Королевстве каждый волен верить во что захочет, пока его религия не посягает на чужие права или не пытается принудить других следовать своим догматам. Кому, как ни полубогу, об этом знать.       Райден одобрительно врезала Зено в солнечное сплетение.       — Ты чертовски прав, парнишка!       Лицо эльфа исказила гримаса боли — почему-то зачарованные доспехи нисколько не смягчили силу удара авантюристки.       — За что?.. — выдавил он, согнувшись и пытаясь отдышаться.       — Ты, чёрт побери, прекрасно знаешь за что, сопляк! В который тебе раз говорю — прекрати меня так называть!..       — Извините, учитель, — Зено покаянно склонил голову, пряча усмешку.       Итами открыл было рот, но внезапно его рация ожила, и он услышал голос старшего сержанта Кувахары.       — Лейтенант Итами! Мы ждём вас уже больше часа! Пожалуйста, ответьте! Приём.       Итами схватил рацию и ответил:       — Старший сержант Кувахара, ещё несколько минут, и мы будем на месте. Приём.       — Принято. Конец связи.       Итами вздохнул.       — Ну, похоже, на этом мы должны попрощаться. Надеюсь, ещё как-нибудь встретимся.       Кивнув, Райден улыбнулась.       — Я тоже на это надеюсь. Берегите себя, Лелей, Тука, Шино, Рори, Итами.       Они попрощались с ней, затем развернулись и направились к машинам.       Райден вздохнула и повернулась к своему бывшему ученику:       — Пошли, Зено. Прихватим закуски и выпьем чего-нибудь. А потом ты расскажешь мне, как жил эти семьдесят пять лет.       — Только если вы тоже расскажете как жили, учитель, — кивнул эльф со щенячьей радостью на лице.       Глаз Райден на мгновение задёргался. Потом она вздохнула и покачала головой:       — Наглые молокососы вроде тебя и заставили меня уйти в отставку сто лет назад.       Зено только усмехнулся этим словам:       — Я не сомневаюсь, что на самом деле причина была совершенно иной.       И они вдвоём направились к ближайшей таверне. Закованная в броню Хамскэ шла следом.

***

      Смена сцены: крепость Гоун       Несколько гвардейцев в серебряных доспехах сопровождали трёх нечеловечески красивых женщин — Альбедо, Шалтир Бладфоллен и Зесши Зэцумеи. Пока они шли по длинным коридорам, попадающиеся по пути стражи и призванные существа одни за другим преклоняли колени, как только королевы приближались к ним. Спустя примерно минуту те дошли до массивной двойной двери, где два пятиметровых огромных существа в чёрной броне охраняли покой хозяина кабинета.       Двери тут же открылись перед пришедшими. В просторной комнате за заваленным бумагами столом сидел элегантно одетый архидьявол, проверявший доклады от разведчиков.       Увидев двух своих коллег и Зесши, Демиург оторвался от бумаг, встал и поклонился.       — Альбедо, Шалтир, Зесши. Какой приятный сюрприз.       Три женщины кивнули в ответ.       — Капитан сообщил о вашем прибытии. Мне очень жаль, что я лично не смог выйти и поприветствовать вас. Как видите, сейчас у меня много работы.       — Все в порядке, Демиург. Ты работаешь на благо владыки Аинза, меньшего и не ожидалось от главнокомандующего Назарика. Как бы это трудно ни было признавать, но ты всегда был тем, кто больше всего работал среди нас.       Шалтир повернулась к Альбедо с видом оскорблённой невинности:       — Это неправда! Я работаю на владыку Аинза так же усердно, как и Демиург! Не суди всех по себе, ленивая горилла!       Смотритель Стражей повернула свое дёргающееся лицо к Шалтир, собираясь проинформировать ту о том, что она думает по её поводу.       — Альбедо, Шалтир, как бы мне ни доставляли удовольствие ваши постоянные пикировки, полагаю, что вы все здесь, потому что пришли обсудить со мной что-то важное, — сказал Демиург, наблюдая за привычным представлением.       — Да, прошу простить наше поведение, Демиург, но мы немного напряжены, — кивнула Альбедо, отворачиваясь от вечной соперницы.       — По какому поводу? — полюбопытствовал Демиург.       — Госпожа Эсдес же где-то в крепости? Мне нужно обсудить с ней кое-что важное. И я бы хотела…       — Мы бы хотели… — поправила Шалтир.       Альбедо усмехнулась и снова повернулась к Демиургу.       — Мы бы хотели обсудить один важный вопрос в приватной обстановке — между нами пятью.       Демиург незаметно подал знак стражам покинуть помещение. Призванная и живая стража, низко поклонившись, вышла из помещения, оставив четверых руководителей наедине.       Демиург вернулся за стол и жестом пригласил троих дам сесть в выросшие из пола изящные резные кресла.       Сложив руки на столе перед собой, он начал:       — Госпожа Эсдес в настоящее время отсутствует в крепости. Как обычно это бывает, она исчезла при первой же представленной возможности, чтобы лично исследовать местность под маскировкой авантюриста, заранее оставив перед этим инструкции на случай какого-либо форс-мажора.       — Ясно, — кивнула Зесши.       — Вельзевул?.. — поинтересовалась Альбедо.       — Господин Вельзевул отправился вместе со своей гвардией в ближайший торговый город, чтобы заполучить первый форпост нашей дальнейшей экспансии в Фалмарт.       — Получается, ты не в курсе? — с любопытством осведомилась Альбедо.       — Не в курсе чего? Можешь пояснить? — прищурился Демиург. Впрочем, за стёклами очков это не было заметно.       — Владыка Аинз исчез, — объяснила Альбедо.       — Что? Как это возможно?.. Что случилось с владыкой Аинзом? Отвечай!..       Демиург вскочил со своего места, на мгновение запаниковав, но тут же успокоился и уселся обратно, поправив очки.       — Прошу простить моё поведение.       Альбедо посмотрела на него.       — Похоже повелитель Аинз, так же как и госпожа Эсдес, отправились исследовать земли под личиной авантюристов, ровно как и двести лет назад. Но на этот раз владыка Аинз сделал это без нашего ведома. Ему удалось ускользнуть прямо у нас из-под носа.       — Откуда тебе это известно? — серьёзно спросил Демиург.       — От Актёра Пандоры.       Флешбек:       После полутора суток непрерывного преследования Актёра Пандоры по всем этажам Назарика три королевы Аинза все же сумели загнать доппельгангера в угол и отнять у него кольцо гильдии Аинз Оал Гоун, лишая возможности свободно телепортироваться по Великой Подземной Гробнице. Им удалось настигнуть добычу на шестом уровне после того, как они попросили чуть повзрослевших Стражей, Ауру и Маре, и настоящего лидера Плеяд, Ауреол Омегу, оказать помощь и перекрыть все выходы с уровня.       Три женщины обрушили свой гнев на Актёра Пандоры. Его ранее безупречная форма была вся измята, а его тело сплошь было прокрыто вмятинами, вызванными нескончаемыми ударами Смотрителя Стражей, Шалтир и Зесши.       — Erbarme dich! Damen! Erbarme dich! (Пощады! Дамы! Пощады!) — отчаянно молил Актёр Пандоры.       Но трое разъярённых женщин били и пинали доппельгангера до тех пор, пока тот не был вынужден рассказать им всё, что знал. К счастью, его создатель дал ему разрешение рассказать, где находится, в случае, если жёны раскроют его невинный обман — но с условием, что многоликий казначей выиграет ему как можно больше времени, чтобы у Аинза было время закончить секретную миссию, подробности которой он держал в секрете ото всех — кроме, вероятно, Эсдес.       Актёру Пандоры не могли повредить физические атаки, но он ненавидел, когда его идеальная по дизайну форма находится не в идеальном же состоянии, и потому счёл выигранные им для создателя почти два дня достаточным сроком для выполнения условия по прекращению молчания.       Конец флешбека.       Привычная зловещая улыбка вернулась на лицо Демиурга, и уголки его рта изогнулись в удовлетворённой усмешке.       — Как и ожидалось от владыки Аинза. Даже в такой ситуации он лично берет всё в свои руки и трудится ради всех нас. И если его сопровождает госпожа Эсдес, у нас нет причин для беспокойства. Я полностью уверен, что они вдвоём смогут позаботиться друг о друге. Причина же, по которой они решили не сообщать нам о своем плане, заключается в том, что не хотят, чтобы мы напрасно беспокоились о них, — подытожил услышанное архидьявол.       — Я тоже так подумала. Тем не менее, мы всё равно должны найти их как можно скорее. Думаю, стоит ради их безопасности послать на поиски хотя бы несколько кинжалопауков, — кивнула Альбедо.       Демиург кивнул.       — Согласен. Но мы должны действовать крайне осторожно, чтобы не помешать реализации планов владыки Айнза.       — Ты что-то знаешь насчёт того, где он может быть, Демиург? — спросила Альбедо.       Тот кивнул.       — Да, мы обнаружили форпост в десяти милях от нашего местоположения, — он сдвинул в сторону часть бумаг, освободив развёрнутую на столе карту, и указал на ней названное место.       Альбедо, Шалтир и Зесши, привстав с кресел, посмотрели в указанную Демиургом точку, после чего одновременно кивнули.       — Их технологический уровень намного выше уровня жителей Фалмарта, и кроме того, в центре этого опорного пункта мы обнаружили ещё одни Врата. С большой долей вероятности они, как и мы, пришли из другого мира. С их стороны два летательных аппарата вошли в наше воздушное пространство, но нашим патрулирующим летающим стражам удалось легко прогнать их, — объяснил Демиург, не скрывая удовлетворение в голосе.       — Ты уничтожил те низшие формы жизни, которые посмели вторгнуться во владения Высших Существ?.. — спросила Шалтир дрожащим от ярости голосом.       — Нет, мы не предпринимали никаких действий против них. Пока мы ограничились сбором информации о них, минировании их базы и изъятием образцов их технологий.       Шалтир скрипнула зубами.       — Тогда я сама пойду и уничтожу этих низших созданий, — вампир поднялась с кресла. — Само их присутствие оскверняет владения Высших Существ. Я просто не в силах это терпеть.       Женщина с гетерохромными глазами тоже встала.       — Я пойду с тобой, Шалтир. Одна мысль о враге, который ходит по земле, приналежащей моему возлюбленному, является кощунственной!       Демиург раздраженно поджал губы.       — Зесши, Шалтир, прошу вас, успокойтесь. Я знаю, что вы двое достаточно сильны, чтобы даже в одиночку справиться со всеми на этой базе, но, пожалуйста, ожидайте указаний от Высших Существ. Повторяю: нам нужно действовать аккуратно, чтобы не испортить планы владыки Айнза.       — Какова тактическая оценка этой базы и находящихся на ней сил противника? — с любопытством спросила Альбедо, сохранившая спокойную улыбку на лице, хотя её эмоции ничем не отличались от эмоций её названных сестёр — и, временами, любовниц.       — Хм… Технологически они достаточно продвинуты, но почти не способны к магии. Наша магическая разведка показала, что даже самые одарённые из них способны максимум на магию третьего уровня. И то они либо сами не в курсе собственных способностей, либо боятся их использовать, — объяснил Демиург.       — Тогда они легкие мишени, — Зесши не скрывала разочарование в голосе. — Я уж надеялась на хоть какой-то вызов…       Архидьявол сложил руки перед собой, спрятав за ними улыбку, скопировав позу командующего Икари — этот персонаж сохранённой в архивах Назарика истории был ему несколько симпатичен — настолько, насколько представителям его расы вообще может быть симпатичен жалкий человечек.       — Поначалу может показаться и так, но, согласно докладам Зеро, они уравновешивают отсутствие магии технологиями. База, которую они разбили вокруг своих Врат, довольно хорошо спроектирована — для людей. Без диверсии или помощи одного-двух высокоуровневых вассалов лобовой атаке будут сопутствовать ощутимые потери. Даже Рыцари Смерти с повышенной защитой могут пострадать от взрывных приспособлений и реактивных снарядов, в основе которых лежат самопроизвольные химические реакции. Какими бы примитивными эти пришельцы ни казались, у них достаточно сил, чтобы перегрузить слабые магические барьеры, потратив на это всего несколько магазинов их автоматического оружия.       — Ясно… — кивнула Альбедо.       — Что вы планируете делать, Смотритель Стражей? — с подозрением спросил Демиург.       Он не хотел в этом признаваться, но иногда даже он, Архидьявол, который был лично создан Высшим Существом Ульбертом Алайном Одлом как командующий обороной Назарика и гений интриги, тактики и стратегии, когда дело доходило до планирования боя и многих других подобных вещей в реальности, спотыкался в темноте неведения, и ему требовалось некоторое время, чтобы понять не такие уж и сложные — после их осознания — планы Смотрителя Стражей.       Шалтир и Зесши повернулись в сторону первой королевы.       Прекрасная улыбка Альбедо превратилась в зловещий оскал.

***

      Смена сцены: Италика. Тот же вечер       Рыцари наконец-то достигли Италики. Бозес и Панаше радовались тому, что нигде не видно следов битвы, и уже планировали, как будут оправдываться перед принцессой за то, что не успели к сражению.       Они обе поняли, что всё не так, как кажется, в тот самый момент, когда увидели незнакомых широкоплечих солдат в золотых и чёрных доспехах, помогающих горожанам восстанавливать стены и стоявших на страже у выбитых ворот.       Рыцари поняли, что город был захвачен неизвестными. Наклонив копья, они бросились к городским воротам, на которые ещё не повесили новые створки.       Грей Ко Алдо, рыцарь-ветеран, просто прогуливался по стене, чтобы убить время: после того, как поддержание порядка в Италике взяли на себя солдаты Колдовского Королевства, ему оказалось совершенно нечего делать. Увидев мчащихся с копьями наперевес рыцарей, он со всех ног бросился к главным воротам: только что был заключён мирный договор, и Империя не могла себе позволить его нарушить.       К счастью, Бозес и остальные рыцари подняли копья вверх и натянули поводья скакунов в тот самый момент, как только увидели бегущего к ним наставника и самого старшего члена ордена.       После того, как им удалось разглядеть поближе разнорасовых солдат неизвестного государства в золотых доспехах, ужасающих скелетоподобных созданий с огромными башенными щитами и зазубренными мечами, и чёрных бронированных крылатых существ, патрулирующих улицы и занимавшихся восстановлением стен, их лица побледнели. Попадание под воздействие ауры смерти и безумия, излучаемой этими существами, ошеломило рыцарей — особенно рыцарей-женщин. Многих из них начало рвать, а некоторые даже потеряли сознание, повалившись с коней. Рыцари покрепче поняли, что в ближний бой с этими монстрами лучше не вступать, и достали притороченные к сёдлам луки.       Грей, бежавший изо всех сил, махал им рукой на бегу, но в этот раз был оставлен без внимания. Рыцари, готовясь вступить в бой сразу же по прибитии в город, заранее натянули тетивы на луки, и осыпали стрелами, которые просто отскочили от его брони, ближайшего к ним Рыцаря Смерти. Глаза нежити вспыхнули багровым огнём; повернувшись к нападающим, немёртвый поднял щит и двинулся на них, отводя в сторону и назад свой иззубренный меч для размаха.       Оказавшийся у ворот Креон открыл было рот, собираясь отдать приказ к атаке всем остальным, но добежавший до него Грей обратился к эльфу:       — Прошу вас, пожалуйста, простите их. Они не знают, что город взят под защиту войсками Колдовского Королевства, — рыцарь-ветеран, несмотря на годы пребывавший в прекрасной физической форме, склонил голову, на что Креон кивнул:       — Хорошо, тогда введите их в курс дела, — он приказал подчинённым и Рыцарям Смерти не атаковать, но быть наготове в случае нежелательного развития событий.       Бозес испуганно озиралась по сторонам, приближаясь к Грею и стоявшему с ним рядом неизвестному в золотых доспехах:       — Г-грей… Что происходит? Кто эти солдаты?.. Что это за существа?..       Грей вздохнул:       — Они помогли нам отбиться от нападавших дезертиров, и остались, чтобы поддерживать порядок в пострадавшем во время штурма городе. Позволь тебе представить Креона Каралиса, капитана гвардии принца Вельзевула, руководящего восстановлением Италики.       Креон чуть склонил голову.       Бозес и другие рыцари машинально кивнули в ответ.       — Ч-что это за существа?.. — испуганно повторила вопрос Бозес, глядя на обстрелянного ими Рыцаря Смерти, остановившегося в нескольких шагах от них.       Креон весело улыбнулся:       — Армия Колдовского Королевства состоит не только из живых, но и не-живых, а также существ, пребывающих в иных состояниях.       Бозес и остальные рыцари побледнели ещё больше. Некоторые положили руки на рукояти мечей.       Креон поднял руку в успокаивающем жесте:       — Не стоит волноваться, они не нападут, если не нападать на них первыми — ну или если я или другие офицеры не отдадим приказ.       Бозес нервно кивнула.       Грей вздохнул ещё раз. Как же его порой выматывало общение с девицами, составлявшими большую часть ордена принцессы… Да, они были полны энтузиазма, но не осознавали того, что ветеран вроде него понимал с первого взгляда.       — Пойдёмте, принцесса Пина ожидает вас.       Он уже хотел было отвернуться, как вдруг заметил связанного Итами позади одной из рыцарей, перекинутого через круп на манер перемётной сумы.       Глаза Грея расширились, и он, даже не осознавая этого, смачно шлёпнул по лицу ладонью, закрывая глаза.       — Вы, мать вашу, всё же умудрились всё испортить!.. Её Высочество будет недовольна, — выругался ветеран.       Бозес и другие рыцари непонимающе воззрились на своего наставника. Грей подошел к Итами и перерезал веревки, которыми были связаны руки лейтенанта, а затем закинул его бессознательное тело, явно пострадавшее не только от тряски, на плечо.       — За мной.       Бозес вместе с остальными рыцарями нервно кивнули и последовали за старым рыцарем.       Бозе и Панаше не понимали, почему Пина не только наорала, но даже метнула в них кубок, который держала в руке во время их доклада.       — Мы нарушили договор, подписанный всего день назад!.. Ну почему это обязательно опять должен был оказаться он…       Гамильтон бросила взгляд на пленника в углу комнаты. Тело Итами, лежавшее там, напоминало мешок картошки.       Гамильтон положила руку на плечо японцу и потрясла его со словами «господин Итами, очнитесь, господин Итами…» Но тот, покрытый ссадинами и кровоподтеками от множества доставшихся ему ударов, истощённый морально и физически, продолжал пребывать в беспамятстве.       Не так уж сложно было догадаться, что с ним произошло по пути обратно.       — Гамильтон, что с господином Итами? — спросила Пина с беспокойством.       — Похоже, ему срочно нужна помощь целителя.       В этот самый момент вмешался Вельзевул.       — Среди наших солдат есть заклинатели духовной магии. Если вы желаете, мы можем полностью исцелить его за считанные мгновения, — предложил наследник Аинза.       Пина только стиснула зубы:       — Спасибо, но мы откажемся от вашего щедрого предложения, принц Вельзевул. Мы сами в силах позаботиться о господине Итами, — она бросила на Вельзевула взгляд, полный сожаления, и повернулась к подчинённым. — В конце концов, вина за его состояние лежит на нас.       — Как пожелаете. Но если вам потребуется помощь, не стесняйтесь попросить. Наши целители действительно знают свое дело, — произнёс Вельзевул. Пина ответила благодарным полупоклоном:       — Благодарю, но в этом нет необходимости. Самое меньшее, что мы можем сделать, это взять на себя ответственность, — объяснила принцесса.       Вельзевул кивнул, принимая её решение:       — Как пожелаете.       Пина вызвала главную служанку дома Формал и сказала ей:       — Полагаюсь в этом на вас.       Старшая служанка и дворецкий ответили «Поняли», после чего служанки окружили Итами и утащили его, как тот же мешок, из комнаты.       Пина размахнулась и влепила Бозес — которая была выше неё — пощёчину, после чего осведомилась:       — Обязательно было доводить его до такого состояния?..       — М-мы просто поступили с ним, как с обычным пленником… — ошеломлённо ответила ей подчинённая, поднося руку к щеке, на которой явственно проступал отпечаток пятерни.       «Обычное обращение» со взятым в плен включало в себя побои с последующим связыванием рук и привязыванием пленника к седлу лошади так, чтобы он был вынужден за ней бежать, а если выдыхался и уставал, то его подбадривали ударами подтоков и мечей плашмя — если пленник ещё был нужен, а иначе просто тащили его тело дальше на верёвке. Итами, по сути, очень повезло, что он был нужен живым рыцарям, которые торопились, и после освежающего избиения его просто бросили на лошадь одного из избивавших.       — Полагаю, вы хотите поговорить со своими рыцарями наедине.       — Да, благодарю вас, — вежливо сказала принцесса.       Вельзевул вышел. «…Это обязательно должно было произойти в тот самый момент, когда я как раз начал флиртовать с Пиной», — с досадой пробормотал принц.       Как только Вельзевул удалился, принцесса схватилась обоими руками за голову, повалилась в кресло и её затрясло.       Если подумать, то вины Бозес или Панаше в произошедшем нет: всё-таки они готовились к бою и никак не могли знать о трёхстороннем договоре, подписанном Пиной. Ну хотя бы они не оскорбили Колдовское Ко… а, подождите. Они сделали и это — когда напали на одно из тех созданий.       Извинения вроде «они не знали» или «они прибыли слишком поздно» не сработают, потому что договор вступал в силу с момента подписания — и той, кто так настаивал на этом, была именно Пина. Итами был пленён как раз после подписания — и хуже того, это произошло во владениях графов Формал, объявленных независимой территорией.       Нарушение договора одной из сторон, тем самым развязывающее руки их оппоненту, было классическим поводом к войне для Империи. В мире, где средства связи неразвиты, такие ситуации не могли не происходить — например, в случае, когда солдаты на удалённом участке фронта продолжали сражаться, поскольку им не успели сообщить об окончании войны.       Было ироничным, что в итоге Империя — благодаря Пине — сама оказалась в положении, в которое частенько ставила иные страны.       По спине принцессы пробежал холодок.       Музыка, низвергающаяся с небес, и голоса валькирий вновь зазвучали в её ушах, а перед глазами появилась картина того, как её рыцарский орден, Италика и вся Империя сгорают в магическом огне. Она понимала, что у её государства нет ни единого шанса против пришельцев из другого мира. Она сомневалась, что даже боги смогут остановить их.       Бозес и Панаше, только теперь узнавшие, что Пина подписала договор с Силами Самообороны и Колдовским Королевством, а также то, что город больше не находился под властью Империи, получив статус вольного — то есть стал нейтральной территорией для переговоров, наконец-то поняли, что Итами имел ввиду, когда говорил, что их действия неприемлемы, и почему не сопротивлялся, когда его избивали.       — Люди Итами должны были быть вместе с ним, что с ними?       — Они сразу же сбежали.       Рыцари ещё посмеялись над скрючившимся в пыли Итами, чьи подчиненные сбежали, вместо того чтобы попытаться спасти командира. Сумей они тогда захватить всех, то можно было бы их перебить и сделать вид, что «люди в зелёном» пропали без вести, но, если есть сбежавшие, это бессмысленно. Впрочем, это бы всё равно не удалось, поскольку пришельцев из другого мира сопровождала Рори Меркури.       А теперь Пина ломала голову в поисках способа, как можно было бы снискать прощение от Итами.       — Ваше высочество, нам повезло, что он не умер. Поэтому, чем выдумывать хитрые ходы, может быть, лучше будет просто принести извинения.       Это были слова Грея Ко Алдо, который все это время тихо стоял в стороне, слушая разговор принцессы с рыцарями.       — Но эти люди просили нас даже с пленниками вести себя «гу-ман-но» и не издеваться над ними. Если они поймут, что случилось с Итами, неужели ты думаешь, что они не разозлятся на нас?..       — Надо просто загладить свою вину.       — И каким же образом? А что, если они потребуют от нас выдать или казнить виновных? Я уже извинилась перед принцем Вельзевулом. Но он только посмеялся над случившимся и сказал: «Не о чем переживать. Инциденты случаются». Но что насчет Сил Самообороны? Что если они захотят воспользоваться предоставленным моими рыцарями поводом? У них стальные пегасы, магия, которая разрывает землю, и с ними Рори «Мрачный Жнец» Меркури, как будто всего остального мало. Если спросить меня, я бы не рискнула. А мы даже не можем попросить помощи у принца Вельзевула, потому как он тоже представитель одной из сторон, подписавшей договор. Самое большее — они защитят Италику, и то предварительно выгнав нас из неё. Это плохо… Это очень плохо… — пятый отпрыск императора Молта в отчаянии снова схватилась за голову.       Даже такой опытный ветеран как Грей был потрясен, когда ему объяснили возможные последствия выходки его соратников по ордену.       Давящая тишина опустилась на присутствующих.       После недолгого молчания, Грей попытался развеять мрачную атмосферу, деланно весёлым тоном сказав:       — Ну, в конце концов, все будет зависеть от того, как на эту ситуацию посмотрит господин Итами.       Было уже далеко за полночь       В этот момент Бозес, исполняя приказ Пины, с недовольным выражением лица подошла к двери комнаты Итами и постучалась.       Она стояла в тёмном коридоре, ожидая хоть какой-то реакции.       Пока ждала, она начала беспокоиться о том, что кто-нибудь мимо проходящий может её заметить, огляделась по сторонам и глубоко вдохнула, сбрасывая напряжение.       «Ты соблазнишь Итами!» — для Бозес такой приказ прозвучал как звон набата.       Как дворянка она, конечно, понимала, что однажды её выдадут замуж с целью получения её семьёй каких-нибудь политических преференций. Она четко осознавала, что бессчётное число девушек в Империи выходили замуж за людей, которых сложно было бы назвать рыцарями в сияющей броне. Неважно, насколько потом супруги ладили, это была просто завуалированная продажа живого товара с хорошей родословной для последующего получения потомства. Учитывая, что в этом мире были люди, которые голодали и умирали от холода в зимнем сезоне, можно было сказать, что это невеликая плата за жизнь в достатке.       Но кошмар заключается в том, что именно ей выпала обязанность подарить свою девственность Итами.       В своих романтических мечтах Бозес видела себя рядом не меньше чем с принцем, перекидывающейся с ним высокоинтеллектуальными шутками, достойными людей их положения.       Вооруженная мощнейшим оружием (драгоценностями), одетая в мощнейшую броню (платье) и надушенная дорогущими духами, она бы играла с ним в любовную игру: Бозес привлекла бы принца роскошным телом и одурманила бы запахом, а в каждом её движении сквозил бы намёк: «Хочешь меня?.. Ты сможешь получить это тело, но в обмен ты должен отдать мне всё, что я только ни захочу…». Она бы дразнила своего поклонника до тех пор, пока тот, обезумев от желания, ни сдался бы и ни пообещал всё, что она захотела бы, после чего они занялись бы любовью на ложе из розовых лепестков.       Но мечты мечтами, а в реальности вместо ложа из лепестков её ожидала постель Итами. Они ни разу не поговорили, зато она успела его обругать и даже поучаствовать в его избиении.       Сейчас тело девушки было прикрыто лишь прозрачной ночной сорочкой, какие обычно носили куртизанки для привлечения клиентов, бывшей своеобразной «униформой» имперских представительниц древнейшей профессии — те хоть вроде как и носили одежду, но та нисколько не мешала демонстрировать потенциальным клиентам «предлагаемый товар» — у одной из которых графиня Мюи эту одежду и приобрела. Неудивительно, что Бозес, вдобавок напомаженная и надушенная, чувствовала себя проституткой.       И в эмоциональном, и в физическом плане она ощущала себя осквернённой. И как ей приветствовать своего временного «хозяина»? Может быть, зайдя в его комнату, ей следует пасть ниц, попросить прощения, а потом сбросить с себя «одежду» и предложить своё тело в качестве компенсации?..       Девушка подумала о том, что основное задание в охмурении Итами поручено Панаше, которая должна присоединиться к ним в постели чуть позже. Бозес же просто аперитив перед главным блюдом, жертва, которая должна принять на себя первую, и самую сильную, агрессию мужской похоти, потому как она куда крепче, чем Панаше.       От осознания уготованной ей роли девушке хотелось плакать. Но она не могла себе этого позволить, только не сейчас: если она заплачет, глаза станут красными, макияж потечёт, и это полностью разрушит её привлекательный образ — её единственное сейчас оружие. Конечно же, в этом мире есть мужчины, которым нравится видеть рыдающих женщин, но вначале надо определить, относится ли к таким Итами. Поэтому слезам, скопившимся в уголках глаз, она так и не позволила стечь по щекам.       В коридоре царила тишина. Бозес решилась и открыла двери в комнату, сделала несколько шагов и остановилась перед вторыми, ведущими уже непосредственно в спальню. Такая планировка не позволяла шуму из комнаты доноситься до коридора.       Девушка потянула на себя створку дверей. Она решила проскользнуть в постель спящего мужчины и разбудить того оральной лаской фаллоса, а потом действовать по обстоятельствам до прихода Панаше, которая взяла бы на себя ведущую роль в их трёхсторонней любовной битве.       Вот только в момент, когда Бозес открыла вторые двери, перед ней предстала царящая в комнате весёлая и радостная обстановка.       Спальня была ярко освещена свечами, а графские служанки болтали, пили чай и флиртовали с солдатами из другого мира — теми самыми, что тогда сбежали от рыцарей на металлической повозке — как мужчинами, так и женщинами в зелёной форме. В комнате также находились молчаливый воин в чёрном, который наблюдал за происходящим со стороны, и неизвестная тёмная эльфийка в столь же странном доспехе, которая хохотала над ошеломлённым видом не привыкшего находиться в окружении сразу стольких привлекательных дам Итами — графы Формал, нехотя отметила рыцарь, умели подбирать служанок.       Но хуже всего оказалось то, что никто не обратил внимания на Бозес — кроме воина в чёрной броне, посмотревшего в её сторону и просто кивнувшего, отмечая её присутствие, и сразу же отвернувшегося обратно.       —…       Её полностью игнорировали.       —…       На неё никто не обращал внимания.       —…       Для присутствующих она была ничем не лучше воздуха.       — Гр-р-р-р…       «Я собрала всю свою решимость, и вот как ты встречаешь меня?..» — внутренне завопила рыцарь.       Конечно же, она не сказала ничего подобного вслух, но быстро растущая истерика вытеснила из её головы все остальные мысли — в том числе и мысли о том, в каком виде она предстала перед собравшимися. И Бозес был известен только один способ выразить свою ярость — физический.       И, хотя сложно описать произошедшее далее с помощью звуков, используемых в манге, я надеюсь, что читатели простят меня. Так вот, прозвучало это следующим образом:       Топ-топ-топ-топ-топ-шаррах!..       В несколько шагов преодолев разделяющее их расстояние, рыцарь с размаху врезала Итами ладонью по щеке со всей силы, и тот отлетел на подушки и снова потерял сознание.       Грей, занимавшийся тренировками орденского молодняка, всегда хвалил Бозес за усердие в физической подготовке.       И теперь в дополнение к синяку под правым глазом на левой щеке лейтенанта красовался наливающийся багрянцем отпечаток ладони. Но Бозес этого показалось мало, и она прошлась наточенными и накрашенными ногтями по щекам пребывавшего в блаженном беспамятстве японца.       — Это… Что, демон побери, это вообще было?..       Сейчас, после второго скандала, развернувшегося посреди ночи, от которого ходили ходуном стены графского особняка, солдаты Сил Самообороны стояли перед Пиной вместе с Бозес и горничными. Чуть в стороне находились принц Вельзевул, Райден, на которую старались не смотреть — настолько искренне та наслаждалась происходящим, и Момон. В отличие от тёмной эльфийки, которая обожала сеять хаос и потому принципиально не стала бы препятствовать разъярённой девушке, Тёмный Воин без труда мог остановить Бозес — но по какой-то причине этого не сделал, из-за чего Вельзевул чувствовал себя частично ответственным за произошедшее.       Пина Ко Лада чувствовала себя так, как будто её заставили проглотить раскаленный кинжал, судя по рези, пронзавшей её живот. И, хоть она боялась услышать ответ, учитывая сложившуюся ситуацию, она просто не могла не осведомиться, почему на лице Итами стало ещё больше ран.       — Спросите у неё, ня~ — кошка-горничная Персия кивнула в сторону Бозес.       — Ох, но все же уже и так всё поняли, верно, мисс Персия?..       После того, как Курата пробормотал это, Персия вывела горничных наружу, повинусь жесту принцессы.       — Синяк под правым глазом был и раньше, так что вопрос не о нём.       После освидетельствования Рори, Лелей и Тука отошли от остальных.       Единственной оставшейся перед Пиной была Бозес, руки которой заламывали за спиной Курата и Курибаяши.       Бозес опустила голову.       — Это моя вина, — сказала она голосом тихим, как комариный писк.       Пина вцепилась руками в голову так, будто боялась, что та сейчас разорвётся изнутри.       — И как мне прикажете теперь ещё и с этим разбираться?..       — Насчёт нашего присутствия: мы вернулись, чтобы забрать лейтенанта. Мы выезжаем на рассвете, а вы можете разбираться со всем этим как вам будет угодно.       Томита сказал это, совершенно не представляя, что сейчас творится в голове Пины. Для него всё выглядело просто: девушка захотела надавать по морде лейтенанту — девушка это сделала.       Но вот для Пины слова Томиты «делайте что хотите» прозвучали как оглашение смертного приговора.       — Это… это серьезная проблема…       Она просто не могла себе позволить отпустить третий разведотряд, когда всё так обернулось, а потому пыталась найти повод задержать их, лепеча нечто вроде «как насчет завтрака», «пожалуйста, примите наше гостеприимство» и тому подобное.       Выйдя вперед, Курата начал объяснять извиняющимся тоном:       — Вообще-то, лейтенанта Итами вызвали на заседание Национального Парламента, так что он должен быть на месте уже сегодня.       Лелей перевела это используя немного другие слова так, что смысл изменился:       — Лейтенант Итами вызывает Сенат его страны, и он должен предстать перед ним сегодня же.       Когда Пина услышала это, её лицо превратилось в нечто похожее на лицо с картины Эдварда Мунка «Крик».       В Империи только люди благородной крови могут получить привилегию выступать перед Сенатом, поэтому, услышав слова голубоволосой магессы, Пина подумала, что Итами является одним из представителей правящих кругов Японии.       «Только подумать, мы умудрились ранить столь важного человека… Если всё ещё больше ухудшится, Империя обречена, мне надо срочно что-то предпринять… Может быть, если мы подчинимся Королевству, оно, возможно, сможет защитить нас. Принц Вельзевул все это время вёл себя достойно. Может быть, есть шанс… Нет! Это будет означать, что мы должны будем стать вассалами Колдовского Королевства», — она тут же отмахнулась от пришедшей в голову мысли. — «К тому же мой упрямый отец костьми ляжет, но не позволит ничему подобному произойти… Но если всё будет идти как сейчас, выбора у нас не останется: либо Силы Самообороны уничтожат нас, либо мы становимся вассалом Королевства, теряя свою свободу. А если то, что я слышала от Вельзевула правда…»       Она вспомнила, что рассказывал принц за ужином, и нервно сглотнула пересохшим ртом.       »…То правитель Колдовского Королевства — бог Смерти. Живой бог правит ими, а его инфорсер — богиня Разрушения! И если всё сказанное принцем правда, то они собственными руками в прошлом убивали других богов. Это значит, что даже если все двенадцать богов придут к нам на помощь, у нас все равно практически не будет шансов! Но Вельзевул поглядывал в мою сторону в последние дни, а также во время наших бесед. И он, кажется, благородным, милым и…», — она покраснела. — »…Если я соблазню его, у меня может получиться оградить Империю от вассализации… может быть, я даже смогу заключить политическую помолвку, благо, у принца подходящая внешность…»       Пина ни за что бы не призналась, но некоторые насмешки сенаторов над её Орденом были недалеки от реальности: ей действительно нравились девушки, и особенно девушки в доспехах, отчего они и преобладали среди её рыцарей. Ветеранов же вроде того же Грея она набрала отчасти для того, чтобы те могли передать соратницам свой боевой опыт, а отчасти чтобы скрыть свои наклонности. Если бы Вельзевул был не столь женственен, а более брутален, Пина вряд ли сочла бы его привлекательным, даже несмотря на происходящую от бога родословную.       «Нет! Я никогда не паду так низко! Но и выбора у меня нет…»       Охваченная паникой принцесса опустила голову, и внезапно к ней пришла другая идея.       «Если только…»— её спина распрямилась, как только в её голове сформировалась великолепная, но в то же время отчаянная идея.       Пина приняла решение.       Она расцепила руки и резко встала, чтобы показать свою решимость.       — Тогда, прошу вас, позвольте мне отправиться с вами!..       Солдаты Сил Самообороны посмотрели на неё широко открытыми глазами после того, как Лелей перевела слова Пины.       Итами нервно почесал щёку:        — Вы уверены, принцесса? В этом нет необходимости…       Лелей начала было переводить, но её остановил Вельзевул, подняв руку. Он снял с шеи медальон-переводчик, после чего отдал тот Пине:       — Амулет-переводчик. Надень его и ты идеально будешь понимать любой язык и сможешь разговаривать на нём.       Пина с сомнением, но всё же приняла вещицу. Мгновение осмотрев ту, она кивнула и надела медальон на шею, и сразу же поняла смысл сказанного Итами.       Прочистив горло, она опустила голову:       — Я уверена, сэр Итами. Именно мои подчиненные оскорбили вас и вашу страну. Как дочери императора и наивысшей по рангу в этом городе, мой долг лично принести извинения перед Сенатом вашей страны.       Итами немного опешил, услышав чистый японский принцессы, но потом вспомнил, как ранее Райден и Момон рассказывали про предметы, дающие им понимание всевозможных языков. А так как Вельзевул только что передал Пине такой же предмет, не было ничего удивительного в происходящем.       Естественно, он сразу же захотел такой амулет. Да и кто бы не захотел!.. Только представьте — он мог бы отправиться путешествовать, для чего не надо было бы учить новые языки, достаточно было этого медальона, чтобы читать художественные произведения разных стран — а особенно фанфики по любимым новеллам и аниме — в оригинале!       Вздохнув, Итами сокрушённо опустил голову.       — Ладно. В любом случае генерал-лейтенант Хазама хотел пригласить кого-нибудь из высших кругов Империи для проведения переговоров, — он почесал затылок.       Принц Вельзевул, достав из пространственного хранилища новый переводчик, кивнул и вышел вперёд.       — В таком случае, я хотел бы составить компанию вам и вашей группе, сэр Итами. Как представитель Королевства моего отца, я чувствую себя ответственным за установление доброжелательных отношений между нашим народами.       Итами, чуточку взволновавшись, кивнул:       — Как пожелаете, принц Вельзевул.       — Я подготовлю гвардию к отбытию из города, ваше высочество, — сказал Креон, поклонившись.       Но молодой наследник прервал его:       — Нет, Креон. Ты и гвардейцы останетесь здесь и продолжить наводить порядок в городе до прибытия регулярных частей. После объявления Италики нейтральной зоной мы же не можем посрамить имя моего отца, не выполняя условий договора, не так ли?       — Никак нет, принц Вельзевул, — отсалютовал эльф-капитан.       Вельзевул ответил кивком.       — Кроме того, так как я направлюсь туда как дипломатический посол, мы не можем появиться в другой стране во всеоружии. Все-таки мой отец даровал мне привилегию возглавить экспедиционные силы.       — Но в таком случае, кто будет охранять вас, мой господин? — встревожился Креон.       На это наследник Айнза только улыбнулся:       — Разумеется, сэр Момон и госпожа Райден. Мой отец не просто же так направил ко мне двух легендарных полубогов?.. Поэтому не стоит беспокоиться обо мне, тем более что я один из лучших мечников Королевства — после Коцита и тёти, разумеется.       Капитану гвардии оставалось только склонить голову:       — Как пожелаете, ваше высочество.       «Полубоги?.. Что бы это ни значило, оно сулит мало хорошего для Империи. Я слышала от Вельзевула, как по прибытии в город он называл этих двоих «полубогами», но я забыла спросить его, что означает это слово. Нужно позже непременно спросить его об этом», — подумала Пина.       Райден истерически расхохоталась, раскинув руки в стороны:       — Да!.. Новое приключение!.. И мы снова сможем поспать в тех уютных кроватках, что были на базе!.. Ура! — радовалась она. Тука залилась румянцем.       Все уставились на авантюристку. Момон вздохнул и неодобрительно покачал головой.