Dum spiro, spero

      Хриплый, режущий слух крик птицы заставил Уилла очнуться. Жухлая трава неприятно впивалась в щеку своими острыми изгибами. Кроме того, влага, бывшая на ней после дождя, пропитала мантию ученика, заставляя того мелко дрожать. Грэм немедля вскочил, непонимающе оглядываясь вокруг. Перед ним возвышался Запретный лес, вечернее небо над которым привычно хмурилось тучами. Длинные стволы деревьев тянулись к самому небу, пугая своей вечной непоколебимостью. Вспомнились слова профессора Лектера про тьму, запрятанную в душе. Нет, это лишь уловки. Насмешка над ночным испугом. Но что тогда заставило его оказаться здесь? Почему ещё одна часть памяти исчезла в той же беспроглядной тьме, что зияла в глубине леса? Преодолевая головную боль, Уилл даже взялся за виски, пытаясь вспомнить хоть что-то. Перед внутренним взором возник образ Аланиды, которая что-то испуганно шептала ему у совятника. Только о чём она говорила?       Измученно выдохнув, Грэм достал палочку и лениво махнул ей, убирая грязь и влагу со своей мантии. Медленно он направился в сторону Хогвартса. Он боялся признавать, что с ним творится что-то неладное. Но отрицать это было глупо. Может, стоит пойти к мадам Помфри? Или сразу к Дамбладору? Хотя, это не стоит их внимания, они сейчас заняты другими проблемами.       Зайдя в вестибюль, Грэм с надеждой взглянул на часы. Увы, ужин уже кончился. Желудок Уилла ответил недовольным рыком. Может, у Аланиды найдётся несколько пирожных, купленных при последнем походе в Хогсмид? Но юного мага смутило то гордое одиночество, в котором он находился в огромном зале. Хоть время и довольно позднее, но здесь всё равно должны были находиться запоздавшие ученики.       — Мистер Грэм, — тихий голос послышался у основания лестницы, ведущей в подземелье. — Уилл. Что ты здесь делаешь?       Ганнибал медленно подошёл к юноше, оглядывая его будто бы с подозрением.       — Разве ты не должен присутствовать на общем собрании, которое созвал профессор Дамблдор?       Неожиданная волна неприязни к профессору ЗОТИ охватила Грэма с головы до ног, но через несколько секунд она ушла, оставив в голове Уилла невольный вопрос о причине её происхождения. Оправившись, он ответил в своей любимой манере внимательного ученика:       — Если оно общее, то почему вы тогда не на нём?       Желудок слизеринца тоже возмутился, но причина у него была другая. Ганнибал едва усмехнулся и пригласил Уилла жестом следовать за ним.       — Мы уже общались с Дамблдором и наедине, и с другими профессорами. Директор уверен, что в этом замешены Тёмные искусства, поэтому он постоянно совещается со мной. И сейчас я, дабы не терять времени зря, занимаюсь картинами, пытаясь добиться от них хоть какой-нибудь информации, связанной с недавними, гм, печальными событиями.       Грэм устало следовал за Ганнибалом, который явно вёл его в свой кабинет. Теперь он и сам внимательно начал приглядываться к картинам вокруг. На ночные шалости детей живым героям было всё равно, но не могли же они упустить и омерзительного монстра, который совершил тот чудовищный поступок?       — И как успехи?       — Ничего, — профессор открыл дверь в класс, пропуская вперёд Уилла. — Большая часть были на дне рождении одного писателя в другой части замка, другие спали, третьи вовсе говорят о «тёмной пелене», закрывшей им обзор на некоторое время.       Грэм хмыкнул, поднимаясь по винтовой лестнице в кабинет. Да уж, это была нелепая надежда. Тот, кто подготовил подобное зверство, явно бы не ошибся в таких вещах.       Зайдя в кабинет, Уилл остановился, разглядывая его убранство. Великое множество книг, стол, на котором аккуратно лежало несколько бумаг, пара стульев перед ним, которые стояли не абы как, а под определённым углом. Бордовые шторы были чуть приспущены, создавая приятную полутьму, которая, впрочем, и так царила за окном. Профессор явно был педантичен в отношении соблюдения чистоты и порядка. Но для Грэма всё ещё оставалось загадкой его причина нахождения здесь. Будто бы отвечая на его мысленный вопрос, заговорил Ганнибал.       — Присаживайся. Я не хочу зря тревожить мадам Помфри твоим голодным обмороком, поэтому поделюсь своим ужином, а заодно и информацией, которую вещает директор.       Уилл с благодарностью кивнул. Ему не нужно было повторять дважды, поэтому он тут же уселся на один из стульев для посетителей. На столе тут же возникли столовые принадлежности на две персоны, в центре же стояло прекрасное мясное блюдо, подобное которым Грэм видел лишь в детстве, в гурманских маггловских шоу. Ганнибал сначала аккуратно снял мантию и только потом уселся за своё место, берясь за приборы. Слизеринец быстро оправился от удивления, ведь ему хотелось побыстрее прочувствовать пряность, посмаковать это произведение искусства. И он не ошибся, поспешив насытиться. Нежнейший, сладковатый вкус, рождённый во рту, расползся мурашками наслаждения по всему телу.       — Это… Удивительно. Никогда такого не пробовал. Что это за блюдо? Почему я такое ни разу не пробовал в Хогвартсе? Чем вы подкупили домашних эльфов?       — У меня давняя привычка готовить всё самостоятельно. — Ганнибал с улыбкой отправил кусочек мяса себе в рот, предварительно обернув его в тесто. — Это лагман. Когда-то я по заданию мракоборцев был в одной китайской деревушке, одна прелестная старушка научила меня этому древнему рецепту. Правда, в классическом варианте мы бы сейчас вкушали баранину, но уверяю, что кролик сюда подходит лучше.       — Да, это мясо великолепно! — Уилл с трудом отрывался от еды, чтобы сказать хоть несколько слов. — Наверное, вы знаете моего дедушку. Он частенько нанимает самых искусных шеф-поваров в Лондоне на ужин, но такое мясо я пробую впервые.       — Я взял это мясо в Хогсмиде, у одного отличного охотника. Он сообщил, что этот кролик был очень хитрым и шустрым. Правда, это его не спасло.       Уилл с улыбкой кивнул, доедая последние кусочки мяса. Целый день он ничего не ел. И ничего не могло лучше насытить, чем это прекрасное блюдо. Правда, отвлечённые мысли начали медленно возвращаться в своё привычное русло.       — Но вы так ничего и не сказали про собрание.       — А, план Дамблдора… Он решил, что с сегодняшней ночи у каждой гостиной будет дежурить преподаватель. Так же ученикам нужно будет раньше возвращаться к себе, а старосты обязательно должны всех пересчитывать, а также поднимать тревогу, если кого-нибудь не будет хватать.       Уилл невольно повёл плечами, понимая, как будет зла Аланида из-за его сегодняшнего отсутствия. Хоть оно произошло и не по его вине. Наверное. Неожиданные потери памяти вновь начали волновать сердце Грэма. Это не укрылось от профессора.       — Уилл, всё хорошо?       Слизеринец неопределённо мотнул головой, не стремясь встречаться взглядом с проницательным взором Ганнибала. Взглянув на часы, Грэм сразу же встал.       — Наверное, мне уже стоит идти. Староста меня наверняка заждалась.       Лёгкая, прохладная улыбка возникла на лице Лектера, но тут же испарилась, оставив после себя серьёзную сосредоточенность.       — Верно, пора уже идти, скоро начнётся комендантский час.       Грэм спешно попрощался и побежал вниз, к выходу из Большого зала, чтобы присоединиться к своим однокурсникам. Он пришёл как раз вовремя, гриффиндорцы заканчивали выходить, что-то шумно обсуждая, за ними следовал насупленный Зеллер с остальными слизеринцами. Уилл вытянул шею, силясь разглядеть Аланиду, но она, видимо, потерялась среди других ребят. Может, шла сзади? Но заместитель старосты огорошил Грэма тем же вопросом, что крутился у того в голове.       — Где Аланида? В последний раз, когда я вас видел, вы оба выходили из нашей гостиной.       Уилл нервно поправил очки, его взяла оторопь. Где она могла быть? Это был единственный лучик света в этом тёмном царстве, но она попросту пропала… Нет, этому должно было быть логичное объяснение. Например, она была где-то со Слизернотом. Или крепко уснула после ночных переживаний. Даже пусть заболела, всё лучше, чем… Чем…       — Эй, полукровка. Не боишься, что окажешься следующим? — Мерзкий Блэк, проходя мимо Уилла, схватил того за локоть и наклонился к уху. Видимо, этот трус переживал, что его услышат преподаватели. — Может, отправишь письмо своему «любимому» дедушке, чтобы он тебя забрал, как собираются родители забрать маленьких грязнокровок? Я уверен, что того мелкого барсука погубила лишь его грязненькая кровь, так ведь уже когда-то было…       Грэм терпеливо молчал. К тому же, его мысли в большей степени были заняты пропажей Аланиды. Теперь ему даже захотелось, чтобы Хедус оказался прав. Ведь Блуремм — семья поистине чистокровных волшебников. Он с гневом вырвал свой локоть и пошёл следом за своим факультетом, в подземелья. Где-то впереди Зеллер громко проговорил пароль и отошёл в сторону, пропуская вперёд первокурсников.       В полутьме коридора, по стенам которого редким строем стояли тусклые факела, раздался крик, исходящий из гостиной. Он стократно врезался в голые стены, а каждый его отзвук отрывал от души Уилла кусочек за кусочком, заставляя падать всё глубже и глубже в бездну отчаяния…