Гость

      Они встречаются трижды в неделю.       Сначала Питер подумал, что было бы неплохо вообще видеться каждый день, но мужчина уговаривает его «разбавить удовольствие толикой ожидания». Это того стоит: после суток в относительном одиночестве они практически напрыгивают друг на друга, горящие радостью от встречи и желающие как можно скорее оказаться максимально близко. Иногда парень не успевает покинуть лифт, и разгорячённый мужчина избавляет его от штанов ещё там, заваливая на любую горизонтальную поверхность. Иногда они не успевают насытиться за ночь и остервенело вцепляются друг в друга в душе, неизменно куда-то опаздывая.       Это начинается легко, кто-то — обычно Тони — присылает простое смс с предложением, например, «поработать вместе», и второй, завершив дела, отправляется по указанному адресу — обычно в Башню — с банкой смазки в кармане. Чаще всего переписка начинается утром, встреча происходит вечером, но однажды Питер получил сообщение «срочно приезжай» и, прибыв в непонятное офисное здание на окраине города, оказался в невероятной круговерти бумаг и галдящих людей: стартап, получивший финансовую поддержу фонда Старка, жаждал его внимания. В тот день Тони откровенно использовал его чтобы выбраться домой и усадил себе на колени ещё в машине. Хэппи, заехав на парковку, предпочёл ретироваться пить кофе, а бронированная Ауди раскачивалась почти до самого вечера.       Трижды в неделю Питер чувствует себя желанным.       Дрожащие руки, расстёгивающие на нём штаны, неизменно успевают приласкать член, а губы шарят по шее, задевая щёку и подбородок. Тело горит от малейшего прикосновения и, хотя сразу после пробуждения он и списывал это на подростковые гормоны, сейчас парень не может чётко назвать причину. Ему просто хорошо и… хорошо и ничего больше. Слишком хорошо, чтобы описать это членораздельными словами.       Тётя звонит каждый вечер, её глаза мечутся по довольно щурящемуся лицу и не находят и мельчайшего проблеска тоски. Но Мэй не обижается — в конце концов ей самой было бы больно знать, что дома скучает ребёнок. Питер и рад бы сказать ей причину своего хорошего настроения, но не хочет шокировать.       Три дня из семи он откровенно, несбыточно, крышесносно счастлив. Утром, в рассветных лучах, или вечером, при свете фонарей, он устраивается у панорамного окна в Башне и пьёт вкусный кофе. Если честно, самый вкусный кофе на этом свете.       -Ты мне льстишь, — улыбается Старк и треплет его по волосам, — Это просто сливки с сахаром и капелька кофе, вот и кажется вкусным.       Питера перестают задирать в школе. Хулиганы, словно сговорившись, начинают обходить «мелкого Паркера» стороной, а чёрная Ауди высаживает его в квартале от школы всё чаще.       Три дня, изначально звучащие как «три неполных ночи», превращаются именно в «три дня». С вечера пятницы по вечер понедельника парень, прикрывшись «стажировкой в Старк-Индастриз», проводит в Башне, дурачась и развлекаясь с Тони. Со вторника по четверг он слоняется по квартире в нелепых попытках уговорить себя в том, что у них «просто секс», но как-то не получается.       На второй месяц их «ночёвки» переезжают из гостевой спальни, где до этого проводились, в личные апартаменты хозяина Башни, а с другой стороны кровати от полностью роботизированной станции для зарядки гаджетов Старка появляется небольшая удобная тумбочка, сделанная изнутри под цвета костюма Человека-Паука.       Через три месяца, умываясь, Питер ловит себя на том, что сегодня уже вторник, а он до сих пор в Башне, а раковина двойная, а в углу на крючке висит его домашнее полотенце, а в корзине с грязным бельём валяется его футболка, на которую во время ужина случайно пролили немного масла. Парень улыбается, радуясь тому, что всё идёт так хорошо, но не спешит особенно расслабляться: ведь в самом начале они чётко оговорили правила игры… ***       Сегодня было решено устроить «вечер кино» в обновлённой квартире Паркеров, где недавно перекрасили все стены и немного подновили мебель. Под «немного подновили» на самом деле подразумевается вынос «старого хлама» и внос «нормального продукта производства лучшей итальянской фабрики», но Питер не перечит. Тони ему за это благодарен: теперь, обнимая мальчишку на диване, он уже не ждёт, пока внезапно выскочившая пружина подло вонзится в бок или спину. И большой телевизор, кажется, тоже стал неплохим приобретением: те же Трансформеры на нём выглядят в несколько раз лучше, чем на маленьком экране кухонного, долгое время являющегося единственным источником новостей в этом доме.       -Слушай, а… — в очередной раз хочет что-то уточнить насчёт фильма мужчина, но в руках паучка снова вертится, отбрасывая лучики во все стороны, телефон, — Что случилось?       -Тётя, — одно слово, от которого у Тони всё с воем падает вниз. Если с Мэй что-то случилось, он никогда себе этого не простит, а главное — не сможет смотреть в глаза мальчику, — она не звонит и на мои звонки не отвечает с самого утра. Как думаешь, стоит беспокоиться?       -Я могу дать указания Пятнице…       -Нет, — качает головой Питер, — Не надо накручивать себя, но…       -Может, у меня получится тебя немного расслабить? — шепчет Тони любовнику в ухо в довольно улыбается, когда парень вздрагивает всем телом, — Ох, я так соскучился…       Перебросив ногу через чужие бёдра, паучок уже через секунду прижимается всем телом, жадно приникая к губам и выстанывая «Мистер Старк» как самую настоящую мантру. Его тело, всё ещё слишком худенькое для шестнадцати лет, прогибается в талии, предоставляя для поцелуев изящную шею, к которой Старк тут же присасывается.       -Мы так давно не были вместе, — бормочет Питер, пока его руки справляются с чужим ремнём, — Я безумно исстрадался, так что сейчас тебе придётся за это заплатить.       На самом деле они не виделись всего трое суток, не по доброй воле пропустив выходные после чудесной ночи с пятницы на субботу, когда Железный Человек едва не вылетел на бой голышом под костюмом, оставив рвущегося в дело Человека-Паука закутанным в одеяло и недовольным до обиды. Возможно, Питер до сих пор немного зол на произошедшее, но говорить об этом сейчас совсем не хочется. Не к месту. Руки мужчины обхватывают ягодицы и притягивают к себе. Ещё ближе, ещё сильнее, ещё плотнее — чтобы и миллиметра не было между раскалёнными телами.       -Мистер Старк, — рвано выдыхает парень, — Мистер Старк, я больше не могу…       -Какой же ты ещё ребёнок, карапуз, — поддевает любовника Тони, когда тот, вздрогнув, почти хнычет, прикусив зацелованную нижнюю губу, — Подожди.       «Подожди» — волшебное слово, означающее «где смазка?», они говорят его даже чаще, чем «здравствуй» и совершенно не стесняются этого — Тони не умеет, а Питер, кажется, разучился за эти месяцы в принципе краснеть. Вместо этого паучок соскакивает на пол, начиная избавляться от пижамных штанов, и командует:       -Под подушкой.       Они оба соскучились и не собираются выяснять отношения, потому — почти не говорят, обходясь короткими фразами, скорее напоминающими приказы, нежели просьбы.       «Потолкайся» и Тони замирает у самого входа, придерживая любовника за талию и позволяя ему слегка раскачиваться из стороны в сторону. «Выгнись» и Питер откидывается назад в чужих руках, разрешая всё и сразу, потому что тоже хочет и горит изнутри от осторожного, медленного темпа. «Глубже» и бёдра мужчины резко подаются вперёд, загоняя до самого основания, вырывая судорожный вздох и полустон, теряющийся на фоне какой-то межпланетной бойни на экране.       -Сожми, — выдавливает Старк между поцелуями и почти кричит от того, как становится хорошо, когда его послушно сдавливают внутри, пока тонкие губы скользят по краю подбородка в неумелой, не слишком опытной ласке, отчего ощущения становятся только острее, — Ох, Пит… Пит… Господи, какой же ты потрясающий… Обожаю твою задницу и то, какая она узкая внутри, каждый раз как вижу — просто с ума схожу как хочу попасть внутрь… Ты…       Питер затыкает практически бессвязный поток слов поцелуем, от которого кружится голова, в очередной раз поражая скоростью своего обучения. Казалось бы — буквально недавно он краснел от малейшего прикосновения, не знал куда деть руки и отводил глаза во время поверхностных ласк, а сейчас…       -Продолжай, — командует парень, со звонким чмоком оторвавшись от Тони, — Мне нравится.       И мужчина выливает на него что-то нежно-странное, с оттенком маньячины, потому что не может себя никак контролировать во время секса и хвалит уши, подбородок, язык и, вроде бы, левую ногу. Сильное сексуальное влечение всегда действовало на Старка как сыворотка правды, так что даже если паучок и недоволен, ему придётся потерпеть.       -Ох, какой ты сладкий, — наращивая темп, бубнит мужчина и подаётся внутрь с такой силой, что Питер мелко вздрагивает, — Невероятный… Потрясающий…       -Тооони… — тянет парень, откидываясь назад и отдавая бразды правления в чужие руки, его член дёргается, по головке стекает первая капля спермы и Старк облизывает губы, представляя, как потом оближет любовника с ног до головы, завалив на узкую кровать, где они ещё до этого не…       -Чёрт! — шипит Питер, соскакивая с чужих колен, — Тётя приехала!       -Откуда ты…       В замке щёлкает ключ и Тони, как раз застёгивающий ширинку, смотрит на то, как удивлённо застыла на пороге внезапно явившаяся домой Мэй Паркер… ***       Питер прилип к наружной стене дома прямо над окном и благодарен в очередной раз перегоревшему фонарю за то, что тот очень вовремя прикрыл его своей неидеальностью, иначе бы пришлось жутко нервничать насчёт отсутствия штанов. Но вокруг разлилась темнота и успевший схватить один веб-шутер паучок быстро крепит его на запястье.       -Старк, — констатирует Мэй и, судя по звуку, запирает за собой дверь.       -Мэй! — деланно радостно восклицает Мистер Старк и в голосе его сквозит что-то среднее между откровенной ненавистью и желанием испепелить на месте, — Какими судьбами в родные края?       -Что ты здесь делаешь? — игнорируя вопрос, женщина проходит на кухню, осматриваясь, — И что случилось с домом? Твоих рук дело?       Мужчина молчит и на фоне продолжающегося фильма про оживших роботов Питер отчётливо слышит шелест выдвигаемого ящика. Миг спустя банка смазки, способная их выдать, вылетает в окно. Судорожно метнувшись вперёд, парень ловит её и вцепляется в дерево, замирая прямо напротив окна. Теперь он видит и Мэй, с интересом разглядывающую обновлённую квартиру, и Старка, который, расслабленно сидя за её спиной, и не думает натягивать свой пиджак и бежать домой в Башню.       -Питер, ты здесь? — тётя, метнувшись по коридору, распахивает дверь в почти не изменившуюся комнату, — Питер!       Парень прыгает и, оттолкнувшись ногами от подоконника, снова прилипает к стене над окном, прячась от любопытных глаз. Мэй бродит по дому медленно, осторожно, явно боясь что-то сломать, ничего не говорит и вообще никак не реагирует на находящегося на диване Старка.       -Если ты думаешь, что я его сожрал, то сильно ошибаешься, — наконец, не выдерживает мужчина, уставший в одиночку пялиться на результат работы голливудских актёров и специалистов по спецэффектам, — Питер у друга, обещал быть в девять.       -Но сейчас почти десять!       -Вот и я о том же. Он должен был отзваниваться каждый вечер, но сегодня проигнорировал это правило. Поскольку ты оставила меня его опекуном, то было логично приехать.       -То есть, ты сидишь с расстёгнутым ремнём посреди моей перестроенной квартиры и смотришь непонятно что, потому что ждёшь Питера и беспокоишься о нём?       -Типа того.       -Но всё это…       -Парень собирался сделать тебе сюрприз, потому попросил часть денег за свою стажировку вперёд и всё перестроил, — пояснил Тони скучающим тоном, — Я смотрю фильм, потому что нашёл его на полке и выбрал из общей кучи слезливых мелодрам, а штаны расстегнул потому что решил почувствовать себя немного более комфортно. И, да, я действительно беспокоюсь о Питере, так что не надо разводить драму из внезапной встречи. Приехала и приехала, повстречались и повстречались — ничего нового друг о друге не узнали, — вооружившись пультом, мужчина перекрутил на самый конец и грустно сообщил, — Ну вот, как я и ожидал: ничего нового за последние годы кинопромышленность не придумала.       Скрипнул диван, тяжёлые шаги раздались сначала в кухне, потом — двинулись в сторону ванной. Питер перебрался чуть выше, чтобы не отбрасывать тень на небольшое окошко и не быть пойманным без штанов, но спустя миг заметил край грязных джинсов, торчащих совсем рядом: даже попавшись и не показывая вида, Тони заботился о нём, снабдив необходимым элементом одежды. Парень улыбнулся, протянул руку и сцапал предложенное, а потом — и футболку, тоже вынутую из корзины с грязным бельём. Теперь он может вернуться домой и сыграть удивлённую радость от сюрприза, а не висеть на стене, дожидаясь пока тётя заснёт, чтобы прошмыгнуть к себе и пытаться бесшумно одеваться.       -Мне стоит ему позвонить! — выдала Мэй, когда проходящий мимо Мистер Старк подхватил с пола торопливо отброшенный туда в самом начале вечера пиджак, — Не может же он просто…       -Это подросток, — напомнил ей мужчина, — У него могут быть свидания, тусовки, девочки и желание даже просто бродить по городу до самого утра. Или ты реально надеялась застать его дома?       -Ну… Он же всегда набирал из дома…       -Ох, Мэй… — он что-то набрал в телефоне и выдал, — Питер в трёх кварталах отсюда, в доме Лидса, будет через полчаса. Написать ему, что ты вернулась?       -Нет, я… я сама… раз уж приехала, надо…       -Не переживай, — щёлкая замком, попросил её Тони, — В конце концов, в любой момент можно сделать вид, будто ты ничего не знаешь, правда?       -Возможно, ты и прав. ***       Мистер Старк покинул квартиру и пока он, чертыхаясь и хватаясь за перила в темноте в попытках не упасть, спускался к машине, Питер успел слезть на землю в ближайшей подворотню и нацепить джинсы с футболкой, посреди которой сияло свежее пятно от кетчупа. Хороший выбор: теперь Мэй точно поверит в его внезапно затянувшийся «игровой вечер».       Он двинулся шаг в шаг за Тони и, когда тот подошёл вплотную к машине, бросился вперёд, сжимая в объятиях. Тот, словно зная всё с самого начала, не сопротивлялся, лишь подставил щёку под быстрый поцелуй.       -Хорошо, что припарковался за углом, а то не получилось бы с тобой попрощаться по-человечески, — хитро улыбнувшись, мужчина притянул любовника к себе и чмокнул в уголок губ, — Что, вечер закончен или поедешь со мной в Башню?       -Тётя приехала не для того, чтобы бродить в одиночестве по пустой квартире, — словно извиняясь, протянул Питер, — Но у меня ещё есть полчаса, которые ты выгадал своей ложью. -Ах, какой я молодец! — наигранно тянет Тони и распахивает дверцу машины, где прохладно и темно из-за надвинувшихся на окна автоматических занавесок, — Пройдёмте?       И они залезают в приветливо открывшую свои объятия Ауди, где парень меньше чем за минуту снова избавляется от штанов и футболки и, раскинувшись на кожаных сиденьях, забрасывает ноги на чужие плечи, принимая в себя. Снова налившийся тяжестью член приятно пульсирует, с него медленно текут белёсые капли, а Тони движется в медленном, ленивом ритме, словно проверяя как скоро его любовник начнёт просить. Питер не ждёт.       -Скажи что-нибудь, — говорит он и краснеет, прикрываясь темнотой, в которой невозможно что-либо различить, — Скажи, пожалуйста… Тони, прошу…       -Назови меня по-другому, — требует мужчина и чуть ускоряется, меняя угол, отчего внутри всё наливается горячими брызгами, словно там открыли бутылку шампанского, — Давай, малыш, скажи это и получишь всё, что захочешь. Ты же знаешь, что надо говорить, правда? У тебя в прошлый раз ведь так хорошо получилось, в душе. Ты так потрясающе просил, так умопомрачительно умолял…       -«Мистер Старк»? — выходит не очень, но Тони этого хватает: он дёргается, прикусывает чужие губы и кончает, наваливаясь всем весом, тяжело дыша и выстанывая что-то непонятное. Питер же, только сейчас осознав услышанное, отворачивается, силясь придать лицу любое выражение кроме откровенного испуга. Он отлично помнит тот раз в душе и… Был всего один момент, точнее раз, когда парень позволили себе… — Вы что, установили камеру у меня в ванной? Как Вы могли?!       -Давай не сейчас, а? Ты ведь ещё не кончил, и я мог бы…       -Не надо! — останавливает Питер уже начавшего скатываться вниз мужчину, — То, что происходит — неправильно и нечестно по отношению ко мне, это противоречит всякой логике, и, хотя это безумно приятно… В общем, мне нужно подумать о том, что творится!       Тони отстраняется, на его лице едва просматривается весь ужас, что сваливается на обоих в этот момент. Парню тоже страшно, но отступить назад сейчас нельзя, иначе он сам себя не будет уважать. Их связь и так далеко зашла, а камера… Камера это уже слишком. Однако Питер хмурится, в ответ хмурится и мужчина.       -Сколько?       -Дайте неделю, а лучше — две! А вообще не знаю, созвонимся как-нибудь! — и, выскакивая голым из машины, гулко хлопает дверью…