Мезианские блудни

— А давайте подождем, пока басурманы там с голоду сдохнут! Ну, или ослабнут…

В Секотре на всю громкость играла музыка. Фримен, несмотря на пять утра и скорую отправку на работу, смотрел в потолок. «Ебучие тараканы, сраный Кляйнер», — вились мысли в его мозгу по второму кругу. Примерно такие же мысли были у других сотрудников Мезы, но делиться они ими не спешили, даже не стучали по батареям. Идти разбираться к первым значило вновь быть укушенным, а идти к Кляйнеру означало погрязнуть в спорах о грядущем эксперименте или терпеть детские отнекивания типа криков: «А, не получишь! А, не получишь! Ля-ля-ля-ля!», не понятно, к чему относящиеся. Веселила только одна мысль — Букину было теперь в разы тяжелее, ведь, не имея возможности дотянуться до Фримена, Кляйнер пытался привлечь его внимание. И надолго. До звонка будильника оставалось не так много времени, спать возможности не было, потому Фримен решил начистить лом, чтоб рубить зомби наповал. Ему и так предстояло этим утром предстать перед глазами своего прямого начальника. В какой-то миг послышался громкий хлопок, Фримен и не повел бровью — это Казя возвращается с своих пиратских прогулок по чужим галактикам. С этим мудаком не было желания даже здороваться, так как выглядел он в последнее время излишне счастливым. «Пойти вампиров подразнить что ли?» — задумался учанский на мгновение, но тут же отбросил эту мысль, как не нужную. Илай говорил, что те сейчас на грани сенсационного открытия, связанного с кровью и бензином… Если честно, не хотелось в это вникать. Вовчик наверняка проучивает женщин за их несостоявшийся бунт. Проходило время, в какой-то момент шансон стих, остались только BTS. Фримен не успел сделать даже покачивания головой, как дверь в его комнату распахнулась. На пороге стояли Таракашки. — Чего, проигрыватель сломался? — устало поинтересовался Фримен. — Нет, — разлаженным голосом отозвался костюм. — Есть дело. — У меня даже мухи здесь не летают, — с ленцой отозвался учанский, хотя понимал, что предстоит что-то серьезное, раз таракашки не потрудились с настройками голосовых интерфейсов. — Заканчивай, Фримен! — не выдержали обе. — Мы на пороге научного открытия! — Нашли собратьев по разуму? — так же устало спросил Гордон. Он-то не знал, что первый эксперимент старшей тараканище в свое время поставил весь соседний мир раком. А на то, что вокруг открывались миры куда попало, ему было глубоко насрать. — Почти… От тебя на самом деле требуется сущая чепуха. И связано это с Уоллесом Брином. Ты все равно к нему заскочишь сегодня. — Ладно, давай, что передать? — расслабился учанский. Костюм все же сделал несколько шагов за порог, прикрыл дверь, а после протянул Фримену небольшой мешочек. Учанский, не долго думая, его тут же раскрыл, и игривые бровки его поползли вверх, ведь перед ним на вид — обычная мать сыра земля. — Погоди, — вздохнул чуть ли не печально Фримен, уставившись слезными глазками на безэмоциональное лицо планетян. — Это что, грунт для кактусов? И ты хочешь отдать его Брину? Не мне? — Фримен, оставь свое нытье. Это нюха. Учанский скривился, приоткрыв рот. — Кого, епта? — Неважно. Отдай это Брину. И твой зад будет для него недосягаем. Учанскому вдруг стало абсолютно похуй. Ради кореша в принципе не впадлу выполнить непонятное поручение. Он забил хер, попросту кивнув. Таракашки спокойно вышли обратно в коридор, а через несколько минут вновь грянул шансон. Фримен продолжил чистить лом. Он не хотел подозревать неладного, а стоило, ведь в комнате таракашек стоял надменно ухмыляющийся Гэ-Мэн, знающий все и владеющий немалым. — А теперь берите Табутаск, дамы, — медленно проговорил он, указывая рукой на спокойно дрейфующий в пространстве портал, который вел в весьма занимательный мирок, тот, что он по случаю обнаружил сам. — Хоть один банч должен заслужить вашего доверия. — Твоя попытка сместить Брина заманчива, — так же спокойно ответили Таракашки, направляясь в указанную сторону и исчезая. — Лишь по этой причине мы играем в твои игры. Гэ-Мэн насмешливо ухмыльнулся, прощаясь с инсектоидами. Это был первый случай в истории, когда кусок дерьма замыслил напасть на человека, устав ему служить. Брин его заебал. Фриман же подавал немалые надежды. Гэ-Мэн искренне хотел посадить Администратора на наркоту, до этого он убил где-то день, чтобы при помощи вампиров разбавить нюху так, чтобы она подходила для софти.