Мы с тобой одной крови...

      Три года! Целых три долбанных года я скакал по миру, разыскивая Малфоя. Каждые выходные вместо того, чтобы заниматься с детьми, я мотался по всему свету в поисках слизеринского гада. Но ни одной зацепки, ни одного слова, ни одного слуха об этой заносчивой заднице — за три года! Легче найти иголку в стоге сена, чем волшебника, не желающего быть обнаруженным. Он мог заблокировать свою магию, сменить имя и жить под обороткой, или же вовсе — стать отшельником. Не зря же Полумна видела его в лесу, в какой-то хижине. Но за это время провидица потеряла нить, которая могла бы привести меня к без вести пропавшему слизеринцу. За три года многое изменилось в моей жизни. Как я и думал, Бруствер дал разрешение на усыновление Алекса и даже не настаивал на том, чтобы я рассказал ему, откуда у меня ребёнок. Тем более, что я провёл обряды для введения в Род Поттеров и маленького Гарри, как младшего брата, и Алекса — в качестве своего сына. Магия Поттеров приняла обоих, и теперь у меня появилась полноценная семья, о которой я обязан заботиться. Мальчишки — Тедди, мой крестник, маленький Гарри и Алекс — подружились и всё время проводили вместе. Андромеда занималась их обучением. Гарри уже стал вполне большим, зелья Невилла — крёстного Гарри, хорошее питание и спокойная жизнь сделали своё дело. Мальчик выглядел уже не как полудохлый зашуганный цыплёнок, а как вполне нормальный ребёнок, на свой возраст. Алекс, с тех пор как стал ходить и говорить, хвостиком бегал за своим дядей. Он был для него вторым авторитетом после меня. Я даже иногда ревновал их друг к другу, но что делать — они проводили больше времени вместе, чем со мной. Несмотря на недовольство и ворчание Гермионы, я приобрёл трёх эльфов. Двух мужского пола и одну женского. Через год, как появился в нашем мире Гарри, я заставил Гамлета показать место, где он нашёл мальчика. Полумне удалось ненадолго открыть канал в другое измерение, и мы с Невиллом умыкнули Джеймса и Лили из того мира. Они были вполне вменяемы, но жили одним днём, кажется, это называется «день сурка». Просыпаясь на следующий день, они совершенно ничего не помнили о прошедшем. Но Лили была умной женщиной, она начала записывать в дневник всё, что происходило, а утром перечитывала. Деннис притащил омут памяти, и теперь перед тем, как лечь спать, они стали сбрасывать свои воспоминания в него. Так что проблем с ними не было. Почти не было, если бы Джеймс не совался, куда не просят. Он доставлял мне хлопот больше, чем трое мальчишек. А вот с родителями Невилла такого не получилось. Те вообще ничего не помнили и ни на что эмоционально не реагировали, но Невилл и Полумна всё равно забрали их из больницы и ухаживали за ними дома. Год назад в английских лесах опять объявилась стая волков-людоедов во главе с Грейбеком Сивым. Визенгамотом Магической Британии и МСМ — мировым сообществом магов — уже давно было вынесено решение об уничтожении этой стаи. Гордон смог отследить передвижения Сивого и сообщил об этом мне. Битва была недолгой, но жестокой. За полчаса волки стаи Гордона растерзали людоедов в клочья, а мне довелось сойтись в смертельной схватке с самим Грейбеком. Сам бой я не помню: злость, ненависть, отвращение к этому мерзкому существу и жажда мести за Люпина, за Малфоя и за всех детей, которых обратил этот подонок, затмила мой человеческий разум, отдав всё моё существо на откуп зверю. Несмотря на жесточайшее сопротивление Сивого, мне удалось добраться до его горла первым и отделить одним укусом башку от тела. Потом, в стойбище Гордона, я неделю зализывал раны, находясь в анимагической форме. Ассия ухаживала за мной так же, как за своими сыновьями. Парни, не выпив перед этим полнолуньем ликантропное зелье, оторвались по полной, отдавшись своим звериным инстинктам. И хоть и были потрепанными, но остались довольны. И обещали, что в дальнейшем будут обязательно принимать зелье перед полнолунием — связываться со мной, когда я в анимагической форме, охоты у них не было. Да и как маг и работник правоохранительных органов я мог существенно попортить им жизнь. Вылечившись настолько, насколько хватило сил, чтобы перекинуться обратно в человека, мы с Гордоном и его сыновьями собрали всё, что осталось от волков-людоедов, и сожгли, развеяв пепел по лесу. Отличное удобрение для растений. Ещё одной мразью на земле стало меньше. А белую волчью лапу, которая висела на поясе у Сивого, я забрал себе как трофей. Совсем отчаявшись найти Драко в огромном мире, я решил на время приостановить поиски. Через год Тедди и Гарри поступать в Хогвартс, надо серьёзно заняться их подготовкой. Да и маленькому Алексу нужно побольше уделять внимания. У него уже произошёл первый магический выброс, в результате которого Джеймс три дня ходил на поросячьих копытцах, с розовой шевелюрой и носом-пятачком, я не особо торопился расколдовывать взрослого мужчину... в назидание. Необходимо начинать уже сейчас учить юного мага правильно и безопасно для себя и окружающих распределять свои магические силы. За неделю до Рождества две тысячи восьмого года ко мне на службу завалился Дин Томас; он был крёстным Алекса и усердно принимал участие в поисках биологического отца своего крестника. Дин разыскивал хоть какие-то сведения о Малфое в маггловских медицинских учреждениях, Симус контачил с полицейскими и военными, а Деннис с журналистами. Гермиона пыталась обнаружить Малфоя в высших учебных заведениях, она была уверена, что он обязательно должен где-то учиться. Ну, а мы с Невиллом мотались по магическим мирам. Дин бесцеремонно уселся в кресло напротив меня и с размаху грохнул перед моим носом толстым глянцевым журналом. — И тебе здравствуй, дружище, — недовольно пробурчал я, поднимая с пола разлетевшиеся бумаги. — Что это? Я взял в руки журнал:  — «Чудеса в медицине». Это маггловский журнал? — Я, недоумённо приподняв брови, посмотрел на акушера. Дин, не отвечая на мой вопрос, раскрыл журнал посередине. Там была напечатана статья какого-то медицинского маггловского светилы, профессора ортопедии. В ней описывалась проведенная им операция и протезирование левой верхней конечности Томасу Фелтону. В восторженных тонах с медицинскими, совершенно мне непонятными терминами, профессор рассказывал, что после недели подключения протеза к телу этого молодого человека тот стал функционировать, как живая рука. А ещё через некоторое время он стал совсем настоящей, родной рукой молодого мужчины. Клиника, в которой работает профессор и где проводилась операция, находится в Израиле, в городе Тель-Авив. — И что? — прочитав наскоро статью, спросил я Дина. — Переверни страницу. На всю страницу был напечатан снимок молодого светловолосого мужчины, улыбающегося на камеру. Но его в серых глазах была затаённая печаль. Они не улыбались, а грустно смотрели на меня со снимка. Похожие глаза я вижу уже три с половиной года, но они всегда весёлые, с лёгкой слизеринской лукавинкой и счастливые, в отличие от тех, в которые я сейчас пытался вглядеться, чтобы понять, что же скрывается за этим печальным взглядом. — Я созвонился с коллегами из этой клиники, — как бы между прочим сообщил мне друг. — Он будет там ещё неделю. Перед Рождеством его выпишут. — Тогда надо отправляться прямо сейчас, — уверенно произнёс я и выписал адрес клиники. — Я в отдел трансгрессии. Дин, сделай несколько копий фотографии и отошли ребятам, на всякий случай. И… ты со мной? А то я ведь понятия не имею, как вести себя с медиками и о чём их спрашивать, — заискивающе глядя на друга, попросил я. — Хорошо, Гарри. Я сегодня свободен, — кивнув, согласился Дин. Я почти бегом рванул вниз на пятый этаж, в подземелье, где находится отдел трансгрессии. В большом кабинете сидело около двадцати волшебников и ведьм. Это самый большой отдел в министерстве, после Тайного. — Мне срочно нужен портключ вот по этому адресу, — сунул я бумажку под нос пожилому магу в зелёной мантии, до того непринуждённо сидевшему и пившему из большой кружки чай. — Хорошо, мистер Поттер, — неохотно ответил тот, читая адрес, — пишите заявку. Через два дня будет готово. — Вы меня не слышите? Мне. Нужен. Срочно. Порт-ключ, — раздражаясь на неповоротливого работника, гневно произнёс я. — Максимум через час, возражения не принимаются. По прошествии этого времени портключ на два лица должен лежать у меня на столе. — Припугнув его немного своей магией, я развернулся и вышел из помещения. Через час мы с Дином, переодевшиеся в маггловскую одежду, подходили к воротам ортопедической клиники в городе Тель-Авив. Набросив на себя отвлекающие чары, мы прошли мимо охранника, который лениво посмотрел мимо нас и снова уставился в монитор компьютера. Вокруг трёхэтажного строения из белого камня и стекла располагалось множество одноэтажных коттеджей-бунгало. Везде росли вечнозелёные деревья, покрытые снежной шапкой. Дин повёл меня в здание клиники. У стойки регистрации он стал на незнакомом мне языке о чём-то разговаривать с молодой девушкой, которую слегка портил большой крючковатый нос; глядя на неё, я неожиданно вспомнил покойного профессора Снейпа. Такие же чёрные, жгучие, как жуки, глаза, тонкие губы, даже чёрные волосы и причёска были похожи. Если бы я лично не присутствовал на похоронах профессора, я бы решил, что это он, только в женском обличии. Поговорив с девушкой, Дин кивнул мне, показывая на выход. — Пошли, — сказал он, когда мы вышли из здания, — он живёт в седьмом бунгало. — Дин, ты откуда знаешь иврит? — У меня мама еврейка, — коротко ответил он, — а отец южноамериканец. Они повстречались на войне в Афганистане, мама была там хирургом, а отец… Отец — наёмником-снайпером. Мама спасла его от смерти, когда он был ранен. Но через год он погиб там, я его ни разу не видел. У мамы нет даже его фотографии. Я родился, когда отца уже не было полгода. Мама говорит, что он был магом. — Дин, а тебе не показалась знакомой эта женщина, что в регистратуре? — Ты тоже заметил сходство со Снейпом? — Ага, только она кажется более доброжелательной, чем был профессор. — Ну, я бы не сказал, она мне такой допрос устроила. Куда там Снейпу. Слушай, может, это послесмертное перевоплощение профессора? Знаешь, как её зовут? Сильвия Саммерс. Мы оба зябко передёрнули плечами. Ведь всё может быть. До бунгало под номером семь мы шли молча. Я волновался: как нас там встретят? Постучав в дверь, мы прислушались. Из-за неё раздался недовольный мужской, но такой знакомый и даже, можно сказать, родной голос: — Сильвия, ты же знаешь, у меня нет друзей, — произнёс он. Не дожидаясь, когда нам откроют, я толкнул дверь. В комнате, держа около уха мобильный телефон, стоял Драко Малфой собственной персоной и испуганно смотрел на меня. — Поттер! — опуская руку с телефоном, затравленно прошептал он. — Поттер! Ты всё-таки нашёл меня. Вдруг он кинулся ко мне и обнял за плечи. Уткнувшись в мою шею, он шептал, не обращая внимания на Дина: — Поттер, если бы ты знал, как я соскучился по тебе. Ни по кому так сильно не скучал. Только по тебе…