Попаданец в квадрате

      Направляясь к месту, где сейчас под присмотром бабушки и Шу Ан находился сын, Шень Юань с удивлением увидел Тяньлан Цзюня, который что-то рассказывал уже семейной паре их двойников. Судя по их кислым выражениям лица обоих — что-то не очень приятное. Правда, когда воодушевленный демон, изобразил на пальцах крайне знакомый процесс, Юань хихикнул, прикрывая рот ладонью. Старый сводник занялся любимым делом — выдачей советов всем и вся. В этот раз, судя по всему темой была прелюдия. Бедные двойники.       Бинхэ, удивленный его реакцией, перевёл взгляд на Императора Демонических земель, присмотрелся и тихо засмеявшись, констатировал: — Отец как всегда. Ему так нравится рассказывать это с таким видом, словно тайны мироздания раскрывает. Именно поэтому я выяснял подробности не у него, а у адептов Цянь Цао. Юань, удивлённо смерив полудемона взглядом, снова хихикнул и кивнул. А вот в шатре, где он оставил сына, их встретила паника: — Господин, ваш сын пропал! Младший Лорд Цин Цзин схватился за голову. Ло Бинхэ, не потерявший самообладания, встряхнул напуганных женщин и потребовал подробности. Вывод из сказанного получался примерно следующий — Юаньмин, скорее всего испуганный отсутствием отца и волнением своих нянек, улизнул от них. Как раз уже после начала боя. И никто не мог сказать, куда делся трехлетний ребёнок. От одной мысли, что малыш мог быть похищен, или увидел последствия на поле боя, заныло в висках. Юань покачнулся, не сразу справляясь с паникой, подхваченный Бинхэ и отдышавшись, попытался настроиться на поиск родной крови. Благо цинсы была хорошей опорой в этом деле. Но ощущение большого количества носителей крови Небесного демона, зашкаливало и несколько перебивало чувствительность. А Бинхэ, как ещё ни разу не державший малыша на руках, не знал как он ощущается. Следовательно — почувствовать его не мог.       За несколько минут, пока пытался сосредоточиться, Юань едва не поседел на всю голову. Но нащупав ниточку связи, вырвался из объятий своего полудемона и бросился бежать по следу. Следу, который вел за пределы основного поселения. К рукотворному озеру. Покружив около него, Юань ощутил как след слегка размывается в одном месте и бросился туда, найдя забившегося в небольшом углублении между камней и камыша, уснувшего сына. То, что это был именно сон, а не обморок — Юань мог сказать наверняка. Слишком безмятежным был ребёнок, при этом он крепко держал в руке любимую соломенную бабочку. Ноги подкосились сами — от мысли, что всё хорошо. Осторожно коснувшись сына, Юань потряс его, негромко позвав: — Юаньмин. Юаньмин, я тебя повсюду искал. Малыш, услышав голос отца, нахмурился и сев, кулачками начал тереть глаза: — Папа? Мужчина вздохнул успокоенно и кивнул, протянув руку: — Зачем ты вообще сюда залез? Я испугался. Уцепившись за руку отца, малыш вылез из своего укрытия и обнял мужчину за шею. Шмыгнув носом, исцарапанный, чумазый, явно замёрзший за время пряток сын, пожаловался: — Я хотел посмотреть на рыбок, а няня запретила. Вот я и сбежал. А потом, я испугался. Столько новых людей и я спрятался тут, чтобы не нашли. Шень Юань, выпутав из волос малыша веточки и листья, с улыбкой покачал головой. И поцеловав сына в лоб, прижал его к себе покрепче, поднимаясь и спрашивая: — И от отца спрятался? Он ведь сегодня приехал. Столько искал нас и наконец нашёл. Юаньмин, которого Шень Юань воспитывал на положительном примере в рассказах о его будущем отце, встрепенулся: — Правда? А он правда большой и сильный? И великий? А я буду похож на него? Юань рассмеялся и угукнув, пригладил ребенку распушившиеся волосы, уточнив: — Ты очень на него похож и думаю, будешь таким же высоким и сильным, когда вырастешь. Будешь даже выше меня, ведь ты сын нас обоих. А ещё, А-Юань, с ним приехали твои дедушка и бабушка. Они правят в своём царстве и смогли ненадолго попасть к нам, чтобы увидеть тебя. — Папа, ух-ты! У меня есть есть дедушка и бабушка! — Удивлённое восклицание сына, вызывает теплый смех у догнавшего их Ло Бинхэ и тот, осторожно дав понять Учителю, что это он, подходит и обнимает Юаня со спины. И с любопытством смотрит на удивлённого ребенка.       Сын выглядит немного обычно, как и все дети. Но его лицо и глаза — это смесь его и Учителя. Свои черты лица в детстве Бинхэ знает — помнит как выглядел в этом возрасте, ведь он так хотел скорее вырасти, чтобы его перестали щипать за округлости. И часто проверял своё отражение в зеркале, ожидая когда округлые щёки, столь любимые знакомыми отца, пропадут.       Пронзительно зелёные, полные таинственной глубины глаза на детском лице, при чертах лица самого Бинхэ. Маленькое продолжение их обоих. Сын. Наследник. Пришедший ещё даже не с мужем, самый ценный свадебный дар в их паре, учитывая проблемы размножения Небесных демонов — продолжение рода. Маленькое сокровище. Шень Юань ещё даже не представляет, какой ценный на самом деле дар, принёс их семье, одним своим своевольным решением. Малыш улыбается столь сильно, что проявляются маленькие ямочки на щеках и полудемон пропадает. Прокашлявшись, он чуть отодвигается от мужчины в своих руках и наклоняется к мальчику, представляясь: — Моё имя Ло Бинхэ. Так же известен дома как Тяньхэнг Цзюнь. Наследник моего отца и матери, с которыми я тебя познакомлю чуть позже. И твой отец. Малыш смотрит на него, открыв рот. И даже не сразу замечает, что оказался на его руках. Замирает ненадолго, а потом выпрямляется в чужих объятьях и вдруг гладит отца по голове: — Не плачь. Мы же тут. И ты тут. Полудемон, прослезившийся и при этом улыбающийся так, что кажется, что ещё сантиметр и треснет лицо, только кивает и негромко отвечает: — Я так счастлив, что вы у меня есть. А-Юань, спасибо тебе за него. Бинхэ, пользуясь тем, что сын отворачивается в другую сторону, обняв его за шею, быстро клюет в губы улыбающегося Шень Юаня и кладёт свою большую руку, на кажущуюся совсем маленькой спину сына. Учитель, качает головой смотря на столь удивительное зрелище, чувствует как становится горячо в груди и непроизвольно облизывает губы, прикусив нижнюю и сдерживая вырывающиеся умиление. Бинхэ это видит и искренне улыбается, на ставший вдруг таким беззащитным, вид Учителя. Тот на это реагирует резким покраснением лица и тихим фырком. А после их отвлекают знакомые голоса Су Сиянь и Тяньлан Цзюня.       Знакомство с бабушкой и дедушкой происходит довольно обыденно. Бабушка долго смотрит на нежданного внука и вдруг, отпихнув протянувшего было руки, мужа, ловко подхватывает на руки Юаньмина. Они смотрят друг другу глаза в глаза, а после, умиленная женщина начинает ворковать с улыбающимся мальчиком. При этом, четко сказав обескураженным родителям: — Поговорите обо всём, пару шичэней, а я пока познакомлюсь с внуком. Вы с ним ещё долго будете рядом, а мне завтра уезжать. Пока-пока, мальчики.       Юаньмин, после ободряющего кивка папы, соглашается, маленький любопытствующий лисенок и бабушка с дедушкой его уносят. А растерянный Шень Юань оставшись наедине с таким же Бинхэ, сцепляет руки в замок. От нервов. Мысль, что сын в чужих руках, приходит внезапно. Обоим.       Переглянувшись, мужчины кивнули друг другу и направились за ушедшими родными. Чтобы проследить за сыном. И кучу дел сделать, поблизости от него. Да.       Но не прошли они и шага, как Ло Бинхэ, идущий чуть впереди, упёрся лбом в барьер. Прозрачный и невероятно прочный. Переведя руку к ножнам, полудемон с удивлением замечает: — Синьмо пропал. Это точно мама предложила. Шень Юань сокрушенно вздыхает и ворчит про себя… Старый шиппер, тоже мне! Не до романтики сейчас! Отдайте мне сына! Вашего, я так и быть, позже поцелую! Но не сейчас. Дайте нам побыть с сыном, изверги! Ну блин и семейка Аддамс! Но вселенная оказалась глуха к мысленным просьбам Шень Юаня и тот, обиженно скуксился, ругая ушедших на чём свет стоит.       Полудемон тем временем, обошел озерцо и нащупав барьер везде, подумал и тряхнув головой, достал из мешочка цянькунь на поясе объемный свёрток. Сапогами раскидав выпирающие на выбранном куске земли, камушки, он развернул его и уложил на выбранную площадку. Оказавшись шкурой диковинного зверя (очень уж были большие размеры), эта замена походной циновки, приняла на себя несколько подушек (взятых полудемоном из шатра) и Ло Бинхэ, живописно раскидав их, позвал Учителя. Шень Юань смотрел долго и пронзительно. На шкуру. На наглого полудемона. Потом вспомнив слова крайне довольной и предвкушающей что-то Су Сиянь, уточнил: — Пара шичэней? Ло Бинхэ нахмурился, вспоминая и со вздохом, кивнул: — Пара шичэней. И это повторится не раз. Мама будет воевать с нами за внимание Юаньмина, пока не родится дочка. Это ещё где-то девять месяцев.       Шень Юань наклонил голову, осознавая сказанное и со вздохом, приблизился к шкуре. Всё равно буянить бесполезно — барьеры Тяньлан Цзюня были практически непробиваемы, когда он этого хотел. Проверено собственными шишками на многострадальном лбу. А так как сводничать этот демон очень любил, то даже тандему из Ло Бинхэ и Шень Юаня, в ближайший шичэнь это делать бесполезно. Не пробьют. Потоптался Шень Юань возле шкуры, не зная как на ней устроиться — не желая пачкать красивый мех пылью с сапог и сказал: — Поздравляю. Наверное. Проблему с обувью решил Ло Бинхэ, решительно притянув Учителя к себе и уложив на свои колени. Заодно, выдернув из его заколки шпильку и дав волосам рассыпаться по своим ногам. И уточняя: — Учитель? Возмущённо отобрав заколку, Шень Юань встретился с умиленным взглядом полудемона и пару раз отдёрнув руку с заколкой, в игре в кошки-мышки, в итоге отдал мужчине её в руки, укладывая голову поудобнее на чужих коленях. И зажмурился от ощущения сильных пальцев, начавших массировать голову, негромко откликнувшись на действия мужчины и дополнив свою предыдущую фразу: — Ох, чуть ниже и левее. Да… А что до сомнения… Не все старшие дети, радуются появлению младших. Начинают думать, что родители с появлением конкурента, начинают их меньше любить. Начинается ревность и попытки избавиться от раздражителя. Доходит до сильных драк и ненависти. Не хочу такого в вашей семье. Полудемон весело смеётся, ласково перебирая пряди волос Шень Юаня и в отрицании качает головой. — Напротив. Я более чем рад. Мама станет спокойнее. А теперь, когда у неё появился внук и скоро будет второй — перестанет искать способ для продолжения рода. У неё странная убеждённость в том, что настоящая семья — это всегда супруги с детьми. Она считала себя виноватой в том, что я выбрал мужчину, хотя против вас как избранника ничего не скажет. Вы ей нравитесь. Но дети — для мамы это очень важно. Шень Юань улыбнулся, прикрыв глаза и наслаждаясь приятными касаниями ногтей по чувствительной коже головы, негромко признался: — Для меня тоже. Знание, что наше с тобой продолжение есть в этом мире, успокаивает меня. Я более не чувствую себя вором, укравшим великую реликвию и спрятавшим её от всего мира.       Живая подушка Шень Юаня разразилась смехом, вынув пальцы из его волос. И мужчина попытался встать, но упал на подушки, ловко подложенные под голову. Полудемон, перекатившись, прилёг рядом, приподнявшись на локтях и с улыбкой глядя на смутившегося от такого внимания человека: — Учитель. Наглым вором укравшим сокровище является этот ученик. Ведь вы дарите своё внимание мне, дав надежду на большее. Вы подарили мне сына, дали возможность вырасти с родными, а не сиротой. Учитель, я ведь узнал, кто помог появиться на свет мальчику по имени Ло Бинхэ. И хорошо, что я уже испытывал чувства, иначе полюбил бы вас очень сильно. А Учитель, всегда говорил, что чувства выросшие из благодарности, редко оказываются долгими. Шень Юань кивнул, задумчиво глядя на проплывающие над ними облака. Но спустя пару мгновений, он приподнял голову и удивлённо уточнил: — Как ты узнал? Полудемон улыбнулся, замечая с хитрым выражением лица: — Только Учитель вышивает на своих вещах бамбуковые ветви так, что на самой верхушке, три листика обычно всегда на одинаковом расстоянии друг от друга, из-за чего они выглядят как куриная лапка. И всегда в одном и том же месте. Даже на постельных покрывалах. Полудемону прилетело подушкой, а возмущенный бессмертный, сел, скрестив ноги и ткнув концом сложенного веера в собеседника. И с крайне убедительным выражением лица заявил: — Это НЕ куриная лапка! Я хорошо вышиваю! — Лапка. Куриная. — На свет из поясного мешочка было вытащено покрывало, слегка утратившее цвет из-за времени, но неизменно знакомое. Ло Бинхэ развернул свёрток нужной стороной и показал. Мастер Шень, глядя на свой первый опыт по вышивке столь большой вещи, сделанной ещё в далёкой юности, под руководством ещё Учителя самого Юаня, насупился и был вынужден признать: — И правда лапка. Куриная. И не одна… Вздох был столь страдальческим, что Ученик был вынужден применить тяжёлую артиллерию. Юань, которого сгребли в объятья и чмокнули в макушку, буркнул: — Дай мне пережить собственное несовершенство. — Ни за что. Переживать из-за такой мелочи не дам. Переживайте из-за вот этого. — Ло Бинхэ, одной рукой потянулся куда-то и спустя пару минут, на колени Шень Юаня что-то упало. Отпущенный из объятий на расстояние достаточное, чтобы посмотреть на этот предмет, Юань недоуменно моргнул. Осторожно поднял предмет и присмотрелся. В прозрачном кристалле нежно сиреневого оттенка, пульсировала сердцевина в виде маленького цветка камелии. Только почему-то серебряного цвета. И аура у этого была такой знакомой… Догадка прошила неожиданно и Юань повернулся к Ло Бинхэ: — Камелия Снежная Госпожа?! Та самая? Великий двойник вещей и величайшая идеальная замена божественных ингредиентов?! Тот, который я искал для создания божественного артефакта?! Полудемон гордо кивнул и стал свидетелем, как Учитель осторожно кладёт кристалл в подложенную под руку шкатулку из которой он его вынул, закрывает крышку, отставляет чуть подальше и… И налетев на удивившегося Ученика, буквально оседлав его, шепчет, в перерывах между поцелуями: — Ты спас нас, понимаешь? Спас! Спасибо, спасибо, спасибо! — Короткие клевки губами по всему лицу, закончились страстной инициативой, от которой теперь уже Ло Бинхэ потерял голову. Шень Юань, ведущий поцелуй, оказался очень пылким и выглядел невероятно счастливым. Настолько, что Ло Бинхэ даже засмотрелся на его сияющий взгляд и мелкие морщинки вокруг глаз, которых раньше не было. А Шень Юань, уже чуть успокоившись, напоследок ещё поцеловал разомлевшего мужчину и признался: — Мы не знали, что делать с Вэй Ином. Его золотое ядро было вырезано, а духовные вены повреждены. При ритуале создания тела, необходим образец, в том числе и золотого ядра. Мы искали решение, чтобы мальчик смог развиться в достаточно сильного заклинателя, до того, как этого потребует его пробужденная демоническая кровь. Ты сам знаешь, что это помогает проще принять наследие и справиться с инстинктами. Но ни одно из наших ядер не подходило как образец! Ни одно! И мы всё были готовы к тому, что он проживёт новую жизнь обычным человеком, не способным на развитие своего тела и духа. Но ты… Ты подарил ему шанс, о котором он мечтал и молчал. Спасибо тебе, Бинхэ. Растроганный полудемон, ошалевший от столь яркого проявления благодарности и эмоций, прижал счастливого Учителя к себе и прошептал: — Учитель… Я рад, что мой дар вам угодил. Он ведь вам понравился? Шень Юань кивнул. — Вы его принимаете? — На этом вопросе голос Ло Бинхэ стал вкрадчивым и мягким, насторожив Шень Юаня. Но он всё равно ответил правдиво: — Да. Полудемон улыбнулся и на ухо, прошептал очень удивившемуся Учителю: — Обмен дарами нами был проведён, по всем правилам. Оба дара приняты. Первый этап брачного ритуала моего народа, пройден. Поздравляю нас, Учитель. Шень Юань опешив, чуть отодвинулся и посмотрев в бесстыжие глаза ученика, подхватил свой любимый декоративный веер и приложив им мужчину по макушке, категорично потребовал: — Я хочу три свидания! Нормальных, полноценных свидания! С прогулками, разговорами по душам, робкими объятьями и милыми подарками! Иначе я ухаживания не приму! Понял, балбес ты этакий?! — Понял, Учитель! — Довольное выражение лица и встречный взгляд, совершенно не раскаивающегося в своём поступке человека, таким был сейчас Ло Бинхэ. Шень Юань, пнув высунувшуюся внутри себя романтичную женщину, обратно в комнату для головных тараканов, фыркнул и демонстративно сполз на шкуру, отвернувшись. Севший полудемон, тут же сделал милую мордочку с круглыми глазками и бровками домиком, что на его откровенно мужественном лице выглядело страшно уморительно, просяще протянул: — Учииииитель! И тут же получил по лбу декоративным веером. В качестве профилактики. Чтобы не корчил слишком глупые рожицы, которые раздражают.       Шкатулка так и осталась лежать на меховом ковре, до тех пор, пока полудемон не добился того, что Шень Юань простил его, хотя оба понимали, что никакой обиды не было. Всё же оба признавали за собой тягу к некоторой доли игры в жизни. Ещё с той поры, когда были в ролях ученика и учителя. Это было удивительно уютным, дурачиться, словно за окном не суровый и жестокий мир, желающий тебя растоптать. Общение без жёсткого регламента и откровенно надоевших человеческих формальностей, особая душевная близость почти с самого начала — вот что у них было. Один не знал, как правильно, а второй от этого «правильно», уже устал. А теперь — оба уже к этому привыкли, хоть и лишили друг друга флёра таинственности и эфемерности, с которым обычно приходит человеческое восхищение. Хотя в их случае — это было полезно. Всё же иллюзии в союзе демона и человека недопустимы. Как и излишнее недоверие. Либо вы как один человек, либо вас рассорят и убьют поодиночке. Этот мир был создан таковым.       И всё же, Шень Юаня пугало грядущее изменение его жизни. Осознание будущей смены статуса, факта принадлежности другому человеку, в отношениях ближе чем родительские — вызывало опасение. Доверие, которого у него не было ни к кому кроме Шень Цзю и частично Шан Цинхуа, до сего момента. И у которого всегда слишком высокая цена. Но когда-нибудь её всё равно придется заплатить. Предательство Ло Бинхэ, если вдруг оно когда-то произойдет — сломает его, но не убьёт. По крайней мере Юань надеется на это, в который раз ругая себя за неизменную веру в лучшее. Ло Бинхэ вздрогнул, когда Шень Юань снял серьгу и вытряхнув скрытое лезвие, что считал лезвием последнего шанса, символически вручая свою свободу, протянул его: — Я не доверяю никому в этом мире, кроме Шень Цзю и Шан Цинхуа. С одним, мы были едины телом, мыслями и снами более трёх десятков лет. Со вторым, мы объединены общей тайной и Родиной. С тобой — только кровью. Я боюсь тебя, помня тебя иного. Я боюсь довериться тебе — видел много влюбленных, ставших погибелью своих спутников.       Полудемон совсем не обиделся внешне, хотя внутри его это немного задело, но только серьезно кивнул, мягко касаясь пальцев Шень Юаня своими и смотря прямо, и серьезно. Мужчина взвесил мысли, крутившиеся в голове со вчерашнего вечера и как и всегда, положился на своё неадекватное сердце, которое до сих пор не ошибалось. Он накрыл свободную ладонь Ло Бинхэ своей и переплел их пальцы, встречаясь взглядом с полудемоном: — И всё же — я хочу найти в тебе свою опору. Разделить с тобой горести и счастье на этом трудном жизненном пути. Я хочу полюбить тебя так, как никого и никогда не любил. Лёгким наш путь не будет. Мы личности с сильным характером и пока притремся друг к другу — совершим много болезненных ошибок. Это будет тяжело. К тому же, учитывая количество наших врагов, скорее всего мы не встретим старость вместе, разлученные смертью, пролегшими между нами тысячелетиями или неизведанными мирами. И всё же — я хочу позволить нам попробовать. Всё равно, благодаря кругу реинкарнаций, мы встретимся в следующей жизни, даже если смертельно ошибёмся в этой. Пообещай мне лишь одно, если я умру раньше — ты не позволишь себе напрасно погибнуть.       Полудемон помолчал, глядя на лежащее на ладони зачарованное лезвие и хмыкнув, сжал его со всей силы, вызвав испуганный возглас у Учителя, когда потекла кровь. И раскрыв ладонь, протянул её Шень Юаню, показывая узкую полосу раны, которая несмотря на бешеную регенерацию присущую владельцам демонической крови, не затягивалась. — Я обещаю, Учитель. А Шень Юаня, за эти дни пережившего сильный стресс, в очередной раз замкнуло (на самом деле не так уж и сильно). Хорошо хоть в этот раз не на желание физической боли, но тоже не слишком приятно. Рот от вида крови наполнился слюной, а запах соленого металла вызвал жаркое томление во всём теле. Прикрыв глаза, бессмертный попытался дышать ртом, но от осевшего на стенки горла запаха, стало ещё хуже. Ло Бинхэ к сожалению, был воспитан им очень хорошо и этот момент с лёгкостью заметил. Убрав лезвие, он протянул ладонь к лицу Шень Юаня и с искушающими интонациями, спросил: — Обменяемся кровью, Учитель?       Вернувшиеся, чтобы освободить детей от заточения, родители Ло Бинхэ, в сопровождении увязавшихся за ними двойников, Му Цинфана, Шан Цинхуа, Лань Ванцзи и Мобэй Цзюня, стали свидетелями прелюбопытнейшей ситуации. Оба мужчины, пили кровь из ладоней друг друга, а после, измазанные кровавыми потеками, поцеловались. Тяньлан Цзюнь (на правах родоначальника своей ветви), почувствовавший, как от сына проросла раздвоившаяся линия, отошедший от шока и едва удержавший в себе крик ликования, пронзил взглядом двойника сына и его вассала, улыбнулся удивленной и радостной супруге, и добившись понимания, сняв барьер, выкрикнул с ними совместно (Лорд Шан присоединился. Однако!): — Свидетельствую! И благословляю! Пара отреагировала так, как и должна была отреагировать пара новобрачных демонов высокого ранга — сын окутал своей силой новоявленного мужа и закрыл собой, приготовившись атаковать. А его супруг (по демоническим традициям, что в этой паре были главнее людских), прикрыл ему спину, приготовившись атаковать со второй линии. Глаза обоих мягко светились и выражали недовольство. Но увидев свидетелей, Шень Юань, славившийся своей невозмутимостью и острым языком, сглотнул остатки крови, задумчиво огляделся, осознал произошедшее, ойкнул и покраснел до цвета плодов вишни, уткнувшись мужу куда-то в лопатку. Шан Цинхуа, стоявший поблизости от Императора демонов, пробормотал: — А ведь официальной церемонии с признанием власти супруга, для вассалов не было. Непорядок. Надо подготовить его к нападкам. И сообщить. И под удивленный взгляд Императора, Лорд-защитник (так с доброй иронией звали мужчину на землях демонов), направился к паре, поклонившись и отчитавшись: — Лорд Ло, Учитель Шень, рад сообщить, что носящая бремя Шень Бию, родила близнецов. Мальчиков. По уговору, через месяц она отдаст их в другую семью. Господин Вэй, пригласил Главу Клана Цзян, чтобы попрощаться. И кроме того, у нас небольшие сложности. Вернулся Глава Гусу Лань. Как вы и предсказывали они не смогли попасть в храм предков, нарушив обещание данное их основателем. Они просят супругу и Учителя Лань Аня о переговорах. Ло Бинхэ, которому прервали исключительно важный и волнительный момент, негромко прорычал: — Какое к этому отношение имеем мы? Цинхуа бросил быстрый взгляд на уже успокоившегося Шень Юаня, выясняя можно ли сказать или нет и протягивая: — Эм, понимаете ли… Подвох Ло Бинхэ тоже чувствовал на лету — не с таким воспитанием хлопать ушами. Так что гонцу с плохими новостями достался требовательный взгляд и ледяной тон: — Говори! Шень Юань скривился и кивнул. Шан Цинхуа, мысленно помолившись великому корейскому рандому, выпалил: — Согласно историческим документам этого мира и последней воле Основателя Лань, Лорд Ло, законной Супругой и Учителем основателя и вашего двойника, считается Лань Юаньлинь, он же Шень Юань. И воля эта была недавно подкреплена явлением призрачной воли Основателя и его лентой, сковавшей запястье Учителя Шень!       Мхатовская пауза опустившаяся на присутствующих была мощной. Но короткой. Её прервал треск алых демонических молний, окутавших полудемона, поджавшего губы и задравшего рукав избранника. Белая лента, издевательски светлела на наруче мужчины и силе демона не поддавалась. Шень Юань только вздохнул и констатировал: — Снять её я не смог, так что остаётся выполнить обещание. Ло Бинхэ вскинулся, глядя в глаза мужа и найдя там одному ему видимый ответ, он чуть успокоился. Окутавшая грозой обоих мужчин темная аура опала, а её владелец прорычал: — На наших условиях.