Монстр

Через минут десять водитель сообщает, что им нужно отправляться в путь. Ребята, негромко переговариваясь, рассаживаются по автобусу, занимая привычные места. Артём мягко тянет успокоившуюся Сашу к себе, ласково шепча, что всё будет хорошо. Она молчаливо кивает, уставившись стеклянным взглядом в пустоту. Они садятся вместе, и он уступает ей место у окна. Отпускает шутку про то, что такой чести ещё никто не удостаивался. Девушка слабо улыбается, упираясь макушкой в холодное стекло. Все терпеливо ждут появления Макса и Глеба, которые до сих пор торчат где-то в отеле. Пару минут спустя они показываются на крыльце. Блондин размахивает руками и весьма громко восклицает, что никуда не поедет, что они все со своим туром могут пойти нахуй. Лазин долго что-то ему объясняет, крепко вцепившись в плечи худощавого друга. Тот мотает головой и пытается вывернуться, но брюнет сильнее. Тащит его за собой в автобус, попутно извиняясь перед водителем за вынужденное ожидание. В глубине души у Саши теплится слабая, совершенно нереалистичная надежда, что всё это лишь очередной дерьмовый сон. Они не могли сейчас вот так разругаться на виду у всех. Он же не серьёзно говорил все те вещи? Это какая-то жуткая шутка, чёртов пранк, что вдруг вышел из-под контроля. Депо оставляет её в тишине, осознавая, что никакие слова не в состоянии помочь ей в данный момент. Он ведь даже не знает, что вообще случилось между ними. Ободряюще прикасается к маленькой девичьей ладони, осторожно переплетая пальцы. Блондинка укладывает голову ему на плечо, выдохнув робкое «Спасибо», показывая, что ценит эту молчаливую поддержку. Лениво гоняет мысли по кругу. Суть произошедшего всё ещё ускользает. Она не верит, что и правда осталась одна. Глеб не мог действительно иметь это в виду. Сам парень ощущает себя не лучше. Спонтанная стычка быстро переросла в настоящий скандал. Настолько быстро, что он и заметить не успел, как изо рта вырвалось проклятое «Теперь ты сама по себе». Он жутко злился на Сашу все два дня. Кипел и утопал в ярости и обиде так, что даже алкоголь и наркота не смогли отвлечь его внимание. Он заливал внутрь бокал за бокалом, но, по ощущениям, не пьянел вовсе. Поспешно сказанные слова крутятся в сознании на репите. Блондин роняет голову на сложенные на коленях руки, зарываясь пальцами в спутанные волосы, и устало вздыхает. Да, он хотел её наказать, хотел показать, что она проебалась. Но добиться такого результата? Теперь, даже если он и пожелает вернуть всё назад, ни один из них не сможет простить другому то, что было сказано и сделано. Чёрт! Дождавшись момента, когда автобус сделает первую остановку часа три спустя, Лазин мимолётно пихает неспящего друга в бок, настойчиво кивая ему в сторону выхода. На лице Глеба читается явное сопротивление, но брюнет смотрит с такой непоколебимой решимостью, что, кажется, у него попросту нет никакого выбора. Все остальные уже уснули, поэтому им приходится постараться вылезти так, чтобы никого не разбудить. — Давай, выкладывай, — грозно требует Знал, закуривая первым. — Слушай, я сейчас вообще не хочу… — Нет, сейчас, — чеканит тот, не отрывая пристального изучающего взгляда. — Ты такое там, блять, устроил! Я же тебя знаю, уж меня-то ты не обманешь. Мы приедем в новый город, и ты, судя по масштабу произошедшего, уйдёшь в запой, и из тебя потом слова не вытащишь. Так что, — разводит он руками, — мы сделаем это сейчас, пока находимся наедине. Голубин поджимает губы и тянет к нему руку за зажигалкой. Мнёт в пальцах фильтр, подкуривает и пялится в окружающую их темноту, чувствуя, как тело начинает потряхивать от ночной прохлады. — Ей нравится Депо, — переходит он прямо к сути, решая, что так будет проще. — Что? — непонимающе моргает Лазин, явно не ожидающий такого поворота событий. — Ты серьёзно? Давно? — Да не знаю я, блять. Подружку свою спроси! — агрессивно огрызается блондин, вновь закипая. — Тогда с чего ты это взял? — Она сказала. Точнее она несла полный бред позавчера вечером, пока болела. Но из обрывков я составил эту картинку. — Может, ты ошибся? — с робкой надеждой в голосе спрашивает друг. Глеб молчаливо покачивает головой, окидывая его взглядом полным боли. Закусывает губу и поднимает глаза в ночное небо, ощущая вдруг, что их начинает противно щипать. Чёртова сука. Как она могла? После всего, что было, как она могла так поступить? — И что теперь? — Ты слышал что. Вы же, блять, все слышали, — горько усмехается Фара. — Мы ведь оба знаем, что ты не сможешь. Ты не сможешь отступить и оставить её одну, — категорично заявляет Макс. От уверенности, что наполняет его голос, у блондина мурашки бегут по коже. Кровь холодеет. Он и сам это знает. Их жизни настолько сильно связаны между собой, что, кажется, он правда не будет в состоянии разорвать эти отношения окончательно. Ни сейчас, ни когда-либо позже. Пытался уже однажды. — Не спрашивай меня ничего, ладно? Я сам ещё до сих пор в ахуе, — вымученно бормочет он. — А что по поводу Тёмыча? — несмело интересуется брюнет. — Даже не начинай, — угрожающе цедит Глеб, непроизвольно сжимая руки в кулаки. — Я не хочу сейчас даже думать обо всём этом. А о нём тем более! — Кажется, он вообще не в курсе, — тихо добавляет Лазин напоследок. — Это же Депо. Если бы он знал, то давно бы выдал себя, и ты бы что-то заметил. Так что не пори горячку, ладно? Он, по сути, тут вообще не при чём. И никому не станет лучше от того, что ты на нём сорвёшься. Он дожидается от блондина краткого кивка, после чего разворачивается и направляется обратно в автобус. Тот тенью следует за ним, бесшумно проходя к своему месту. Оглядывает спящих ребят, случайно цепляет взглядом Артёма и Сашу, держащихся за руки, и тут же клацает челюстями со злости. Не знает он, ага, блять, сто раз. С виду невинный Депоха постарался на славу и одурачил всех вокруг и, в первую очередь, своего лучшего друга. Уёбок. Следующий день выдаётся невероятно неловким. Встретившись за завтраком, ребята чувствуют жуткую волну негатива и почти физически ощутимого напряжения, плавающего в воздухе, из-за Саши и Глеба. Блондинка отсутствует, но парень успешно заменяет её, источая пассивную агрессию и хмуро зыркая на всех за двоих. Чуть погодя, они сталкиваются в дверях, окидывая друг друга странным взглядом, замешанном на испуге, фальшивом равнодушии и обиде. Голубин вылетает в коридор, не проронив ни слова. Саша передёргивает плечами, сбрасывая накатившее оцепенение, и проходит к ребятам, неумышленно занимая именно то место за полупустым столом, где ещё две минуты назад сидел Фара. Она слабо кивает на глухие приветствия и потом игнорирует каждого в течение всего завтрака, застревая где-то в собственных мыслях. Друзья осторожно переглядываются — теперь всё так и будет постоянно? Она проводит пару часов в своём номере, открыв книжку, но так и не прочитав ни строчки. Упрямые родные зелёные глаза не идут из головы. Девушка тонет в воспоминаниях, проклиная себя, что ляпнула то, что не должна была. Жалеет, что вообще поехала в этот тур. Говорила же она Глебу — будет лучше, если она останется дома. Тогда ничего бы этого не произошло. Она жутко скучает по нему и хочет поговорить, объясниться, но знает, что это бесполезно. Сейчас он даже слушать её не станет. Всё ещё злится. Тихий стук в дверь отвлекает её от размышлений. Поначалу Саше даже кажется, будто его и не было вовсе. Но нет, пару секунд спустя звук повторяется. Она крадётся к двери, распахивая ту с долей опаски. — Можно потревожить твою изоляцию? — на пороге обнаруживается лучезарно улыбающийся Артём с коробкой пиццы в руках. — Это не изоляция, — её губы против воли сами растягиваются в улыбке при виде него. — Проходи. Он заходит внутрь, растерянно озираясь. В номере царит идеальный порядок. В памяти мгновенно всплывают картинки комнат, которые девушка делила до этого с Глебом. Значит, Лазин был прав, когда шутил, что это блондин однажды умрёт под горой мусора. — Почему ты здесь? — напрямую спрашивает она, решая не ходить вокруг да около. — Просто… — Депо теряется от такой прямоты и нервозно проходится ладонью по волосам. — Хотел увидеть тебя, узнать, как ты. — Ну и как? — Выглядишь так себе, — запинается он на миг, но отвечает по-честному. Она издаёт тихий смешок. Шатохин всегда ценился в компании за умение быть искренним даже в тот момент, когда люди желали этого меньше всего. — Хочешь поговорить? — мягко интересуется он, присаживаясь на кровать и складывая ладони на коленях. — Нет. — Посмотреть фильм? — Нет, — безразлично качает блондинка головой. — Порубиться в игры? — Нет. — Выпить? — Нет. — Погулять в городе? — Нет, — в её голосе неуловимо появляются смеющиеся нахальные нотки. — Сходить на выставку какого-нибудь местного чела? — Нет, — она кривит губы в широкой усмешке. — Ты что, прикалываешься надо мной? — он шутливо вскидывает брови, давая понять, что раскусил её. — Просто любопытно, как много вариантов ты сможешь придумать. Шатен несильно пихает её в бок, заливаясь громким смехом. Забирается на кровать с ногами, уверенно открывает коробку и тянет Саше первый кусок. Берёт инициативу на себя, начиная болтать обо всём подряд. Повествует, как разрисовывал стены в Уфе, как пришёл к работе над музлом и перезнакомился со всеми парнями. В какой-то момент он на автомате упоминает и Голубина, от чего девушка мгновенно каменеет, устремляя на него колкий взгляд. — Прости, — мнётся он. — Знаю, что это не моё дело вообще… Но что, нахуй, это было вчера? — Артём, — предупреждающе бросает она, подрываясь с постели. — В одном ты прав точно — это не твоё дело. Мы всё разрулим сами, поверь. Всё придёт в норму, как и всегда. Она наворачивает пару кругов по комнате, нервно заламывая пальцы. Парень ловит себя на смутном осознании, что это, скорее, её попытка убедить саму себя, чем его. Поэтому просто молчит, не встревая. — Давай съездим куда-нибудь всё-таки? Я нашёл пару очень красивых мест в городе, тебе понравится, — предлагает он чуть позже, пытаясь сделать тон голоса ровным. — Всё равно будет мало толку, если ты будешь сидеть здесь взаперти сутками. — Окей, — Саша равнодушно пожимает плечами. Она хватает охапку вещей из чемодана, скрываясь с ними в маленькой ванной. Артём пользуется образовавшимся одиночеством и прислушивается, наконец, к внутреннему голосу, что недоумённо вопрошает, какого хера он вообще тут забыл. Шатен и сам не знает. Непонятно, что случилось у парочки блондинов, и да, возможно, его присутствие здесь сейчас неуместно. Но ему так хочется помочь хоть как-то. Чтобы девушка не была одна, чтобы ей не было больно. И если он может сделать что-то, отвлечь её от дерьмовых мыслей хотя бы на пару минут, — он горы готов свернуть ради неё. — Ты ведь знаешь, что не обязан мне ничем, верно? — глухо роняет она, когда они замирают возле выхода из номера. — Знаю. Но я всё равно хочу быть здесь сейчас. Они проводят вместе почти весь день. Гуляют по центру, в очередной раз удивляясь тому, насколько сильно похожи между собой все обычные российские города, если не брать в расчёт пару крупнейших мегаполисов. Зависают в какой-то галерее современного искусства на пару часов, с интересом разглядывая полотна с причудливыми рисунками и фотографиями. Почти одновременно в голос твердят, что сюда бы стоило привести Зимова. Позже Артём долго спорит с блондинкой, убеждая, что они должны пообедать в ресторане его знакомого. Ей не хочется сегодня иметь в своём желудке ничего даже близко похожего на китайскую кухню. Но в итоге она сдаётся, поддаваясь на его очаровательную милую улыбку и щенячьи глазки. Час спустя признаёт своё поражение, выдавая довольное: «Это лучшее, что я ела в этом году». Вечером они совершают три полных круга на колесе обозрения, зачарованно рассматривая город в свете уличных фонарей и неоновых вывесок. Время замирает, превращаясь в один из тех редких, робких моментов, которые навеки застревают в памяти. Саша счастливо жмурится и втягивает шатена в уютные объятия после того, как делает пару совместных фото. Он дышит на стекло закрытой кабинки и оставляет на нём смешные послания, которые быстро тают в сумерках. Они возвращаются в отель только в районе девяти вечера. Депо закидывает руку на хрупкое девичье плечо и тянет её в сторону ресторана, сообщая, что Айсик просил их зайти туда. Внутри оказываются сам Федя, Тусина, Твет и Вишну. Ребята предлагают отправиться в бар, чтобы скоротать ночь, раз у всех есть возможность из-за выходного. Недолго думая, они одобряют эту идею, так как других занятий у них, в принципе, и нет в такое время суток. Час спустя они собираются в фойе отеля и едут в бар, который посоветовал им Даниель. Вот только по приезду выясняется, что вездесущный менеджер порекомендовал это заведение не только им — в курилке их встречают Глеб, Макс и Салуки с Панком. Блондин только раздражённо закатывает глаза при виде друзей и бубнит себе под нос, что свернёт Даниелю шею первым же делом по утру. Лазин — единственный, кто слышит это — умело прячет смешок, выдавая его за кашель. Саша начинает жалеть о том, что приехала в это место почти сразу. Не стоит им сейчас пересекаться. Видит, каким взглядом её одаривает Голубин, замечающий, как она настороженно цепляется за локоть Депо. Он нагло приподнимает брови вверх, чуть склоняя голову влево. Она отлично знает этот его жест — «Ты, блять, серьёзно? Решила проверить меня на прочность?». Шатен уводит её внутрь бара, не дожидаясь остальных. Успокаивающе бормочет, что они могут уехать прямо сейчас, а могут остаться и хорошо провести время, забив болт на всяких блондинов. Девушка копирует его ухмылку и кивает, запечатлевая ласковый поцелуй на щеке. Сейчас ей действительно не помешает отвлечься. Они с Глебом никогда не встречались, кто бы что ни думал, поэтому если эта голубоглазая очаровашка хочет составить ей компанию в процессе поглощения больших доз алкоголя, то почему бы и нет? Далее всё сливается в единое смутное пятно. Стопки улетают быстрее, чем они успевают их заказывать. Громкая болтовня и чей-то беспрерывный смех, жаркие танцы, походы в курилку каждые полчаса. Ничего нового, кроме того, что она кожей ощущает на себе пристальный взгляд Глеба каждую секунду. Саша усердно старается сдержать смех, но подрагивающие плечи всё равно выдают её в тот момент, когда и так уже сильно нетрезвый Артём склоняется к ней, чтобы выпить текилу из глубокой ямки девичьих ключиц. «Прекрати», — шипит он ей, пытаясь заставить её замереть на месте. Она хохочет уже в голос, обещая припомнить всё это на утро. Голубин пытливо следит за ними из другого конца бара. Хмурая морщинка на лбу никуда не исчезает, хотя за пару часов он также успевает изрядно накидаться. Он смотрит и не может перестать. Панк и Салуки сидят рядом, ведя неспешную беседу про сведение нового трека, и даже интересуются его мнением, но ему совершенно плевать. Всё его внимание сконцентрированно на другом. Он ищет какие-то знаки, которые докажут — блондинка давно тусуется с Депо и просто обманывала его всё это время. Но так ничего и не находит. За три часа танцев и разговоров шатен ни разу не позволил себе ничего лишнего. Словно они и правда только друзья. Злость медленно закипает внутри, и алкоголь заметно усугубляет дело, не давая ему успокоиться. Он сидит в углу бара, как сыч, распугивая ближайших посетителей жутким мрачным оскалом, что красуется на его лице. Настроение ухудшается с той же прогрессией, с какой Саша становится веселее, млея от каждой новой стопки всё сильнее. В какой-то момент парень встаёт, чтобы в очередной раз выйти покурить. Пьяно хватается за стол, понимая, что голова незамедлительно начинает кружиться. Всё, баста. «Одна сигарета», — думает он, — «и я поеду обратно в отель». Всё равно не добился ничего, кроме потраченных бабок и нервов. Блондин выходит наружу, устало опираясь на стену позади, и прикуривает. Менее чем через минуту входная дверь снова хлопает, и он различает несколько торопливых шагов и чей-то хохот, мгновенно узнавая его даже с закрытыми глазами. — Да вы, блять, издеваетесь надо мной, — он неверяще трёт лицо ладонью, откидывая длинные пряди со лба. В метре от него застывают Саша и Артём, по странному совпадению решившие выйти покурить в тот же момент. Голубин делает нетрезвый шаг к ним навстречу, придерживаясь за стену. — Дружище, тебе, может, домой уже поехать стоит? Мы вызовем такси, приедешь в отель, отоспишься, — миролюбиво предлагает шатен. — Сколько ты выпил? — перебивает его девушка, отрывисто чеканя каждое слово. — Недостаточно, раз всё ещё вижу сейчас твоё лицо, — грубо выплёвывает Глеб, растягивая губы в ухмылке. — Если бы я знала, что ты здесь будешь, я бы не приехала. — Но ты и несмотря на это умудрилась хорошо провести время, ведь так? — нагло тянет блондин. — Прекрати, — с мольбой выдыхает она, делая шаг к нему. — А расскажи мне, дружище, — он намеренно передразнивает это обращение и склоняется к Депо, опуская руку на его плечо, — тебе понравилось? Уверен, что эта блонди уже сделала тебе один из лучших твоих минетов. Артём замирает, судорожно облизывая враз пересохшие губы. Кидает недоумённый взгляд на девушку, молчаливо спрашивая «Какого хуя он несёт?». Та поджимает губы, глазами умоляя не обращать внимания. — Завались, блять, — он совершает попытку заткнуть нетрезвого Фару. — То, что вы поругались, не даёт тебе никакого права так говорить о Саше. Ты совсем уже окончательно ебнулся? — Поверь, Шато, я тебя очень ценю и уважаю и прочее дерьмо. Но ты ещё не дорос до того уровня в моих глазах, при котором ты можешь указывать мне, как разговаривать с собственной сестрой, — надменно цедит Глеб в его ухо.