Падший ангел

Гален любовно раскладывал по мешочкам драгоценные камни, обработанные в форме гладких шариков. Каждый ангел или демон мог выбрать то, что ему по вкусу и заниматься выбранным направлением магической силы. Юноша изучал силу драгоценных камней и растений, старательно пополняя запасы, чтобы потом было, из чего выбирать. Он прекрасно понимал, что может найти общий язык с любым украшением или цветком, вытянув из него все свойства, какие только возможно. Это было очень интересным занятием, которое редко кто пытался монополизировать. Ангелу даже пришла в голову мысль, что таким может заниматься только он, и иметь с этого выгоду. Что ж, если раньше алчные идеи в его голову не закрадывались, то теперь все было иначе. Ад развил в нем множество черт, о которых он и не подозревал, но за это, как ни странно, он был благодарен за это. Рай его убивал. Ад его питал. - Интересно, чем таким ты занимаешься? - в его комнату прошел Вельзевул. У Галена теперь были свои собственные покои, в которые никто не входил без стука. Никто, кроме наглого первого лорда. Надменный брюнет тихо его ненавидел и всячески пытался унизить. Юноша догадывался, в чем причина и разубеждать демона не спешил. - Раскладываю свои рабочие инструменты по мешочкам, - отозвался юноша, убирая в стол мешочек с аметистами. - Как мило. В общем, ничем полезным не занимаешься. - Разве? Как по мне, я занят важным ДЛЯ СЕБЯ делом. А вы-то зачем сюда пришли, если терпеть меня не можете? Вельзевул дернулся, его красивое лицо исказила гримаса. Длинные волосы, обычно убранные в высокий хвост, сегодня спокойно лежали по плечам и струились по спине. Все-таки демон был красив и прекрасно осознавал это. - Я перед тобой отчитываться вовсе не должен! - Не кричите. Я не понимаю, почему вы приходите ко мне и, едва ли не с порога, начинаете орать. Меня мало радуют ваши истерики, они сбивают с толку и портят настроение. - Да как ты смеешь?! - Смею. Вы срываете на мне свое раздражение. Дальше я этого терпеть не собираюсь. Либо вы говорите, по какой причине приходите ко мне поистерить, либо уходите. У меня достаточно сил, чтобы прогнать вас. На лице Вельзевула отразилась целая буря эмоций. Гален был удивлен этому. Раньше ему всегда казалось, что первый лорд просто не способен показывать сильные чувства, предпочитая переживать все внутри себя, но тот оказался способен на очень сильные чувства. - Почему, стоило тебе появиться, ты разрушаешь все, что дорого мне?! - выкрикнул демон, подлетая к ангелу. - Я вовсе ничего не разрушаю, - спокойно отозвался Гален, без страха смотря демону прямо в глаза. - И что конкретно, по-вашему, я разрушил? Предъявите список. - Ты... Ты забираешь их у меня. - Кого - их? Аштаре и Люцифера? - Судя по молчанию Вельзевула, юноша угадал. - Я их не забирал, вообще-то. То, что они ко мне потянулись, не значит, что вы стали им безразличны. - То, что Люциферу ты нужен, я принял. Пускай. Но Аштаре... Ты причиняешь ему боль. Не замечаешь? - Нет. - А зря. Только слепой не увидит, как ты над ним издеваешься. - Я не издеваюсь. - Разве? А что это тогда за игра в любовь и дружбу? Аштаре не знает, как ты к нему относишься, но он-то в тебя влюблен. Зачем его держишь рядом, если не намерен любить? Дружба ваша прежней не станет, это уж точно, но от тебя он столько натерпелся за это время. Ангел фыркнул, меряя взглядом поникшего лорда. - А сказать ему эти же слова вы не можете? Я прекрасно знаю, что мы с ним вряд ли состоимся, как пара, я пытался его полюбить, но ничего не вышло. Я не гоню Аштаре только потому, что он не уйдет. Вот скажите, почему вы именно мне пришли промывать мозги, а не ему? Это же не у меня к нему интерес... - У меня нет... - начал было оправдываться Вельз, но тут же умолк, поняв, что выглядят такие попытки оправдаться очень жалко. Кто такой этот мальчишка, чтобы читать ему мораль?! - Маленькая дрянь! - Согласен, роста я невысокого, - улыбнулся Гален. Так странно, почему эти демоны такие непонятливые? В их душах и головах такой кавардак, так почему бы ни решить все проблемы разом, как следует, поговорив друг с другом? Самим легче будет и проблем поменьше... - Вы его любите? Брюнет не ответил, он как-то сразу потерял свою эмоциональность. С минуту постояв, уставившись на юношу, он покинул комнату. Ангел пожал плечами, но свое занятие не продолжил. Не то, чтобы его сильно беспокоила беседа с Вельзевулом или возможные козни с его стороны. Нет, ему просто захотелось отдохнуть. Каким образом, он еще не решил. Но идея сама пришла в голову... Несмотря на то, что уже был вечер, на центральной площади Пандемониума было полно народа. Вполне бойко шла торговля всякими мелочами, веселые девицы старательно демонстрировали свои прелести, некоторые просто прогуливались. Если не знать, что это Ад, то сошло бы за обычный город. Город... Он давно не был в мире людей, взмахнув крыльями, он устремился вверх, к двум лунам, прорываясь сквозь барьер, моментально оказываясь в человеческом городе. Мир ошеломил его солнечным светом и яркими красками, от которых он успел отвыкнуть за время пребывания в Аду. Осмотрев себя в витрине ближайшего магазина, юноша нашел, что одет он вполне неплохо. Длинная бесформенная кофта, сползающая с одного плеча, узкие черные брюки и серебряное кольцо с неприметным камушком на пальце, которое обладало довольно большой защитной силой. Со стороны казалось, что это обычный юноша с неформальным стилем в одежде, ничего сверхъестественного в глаза не бросалось. Зайдя в ближайшее кафе, ангел заказал пиццу и купил холодную минералку. От человеческой еды он тоже успел отвыкнуть. Нет, шибко вкусной в таких заведениях еда была редко, но иногда было можно себя побаловать... - Ты немножко изменился. Подрос, наверное... - услышал он голос Эдриана Эшервуда. Да, так и есть, оба близнеца сидят напротив него. - Ну, прошло пару лет, вроде как... - Галену стало неловко, что он почти не общался с друзьями, которые играли в его жизни очень весомую роль. - Мы не обиделись, - Фир теребил кончик одной из длинных кос. Надо же, прическу все никак не сменит. Эдриан, наоборот, постригся. Теперь его волосы, некогда алым плащом накрывавшие спину, стали гораздо короче. Он, как старший из близнецов, взял весь разговор на себя. Фир болтать не любил, даже если это был лучший друг. - Ну, рассказывай, что в Аду интересного. - Да ничего такого. Я там давно освоился, умудрился нажить врагов и друзей. - Ты всегда был на это скор. А Люцифер? - А что Люцифер? - напрягся юноша. - Как он сам? Как вы с ним? - Я не с ним. Я сам по себе. Мы не любовники, если вы намекаете на это. Фир улыбнулся. - Мы не намекаем. Нам самим интересно, как у вас с ним сложились отношения, к нему сложно найти подход. - Я не искал. Просто, заинтересовал и как-то так вышло, что он занялся моим обучением. Это, почему-то обеспечило слухи о том, что у нас если не роман, то интим точно. У меня секса не было года четыре, какая постель?! - в негодовании ангел выложил все, что у них с дьяволом происходило хоть и в самой упрощенной, но весьма понятной форме. - Эй, не кипятись! - Эдриан позвал официантку и заказал пиццу для себя и брата. - Мы не собирались повторять те сплетни, что до нас доходят, если не заметил. Для начала, узнали твою версию событий и предпочитаем верить ей. - Я... Я все собирался с вами увидеться... Но... Все время что-то мешало... Да и вообще... - Мы просили тебя оправдываться? Не просили. Брось, мы не в обиде. Тем более, нам было не до визитов. - Почему? - Мы были заняты своими прямыми обязанностями, в которые очень не хотим тебя посвящать. Меньше знаешь - легче баиньки. Гален фыркнул. Былая легкость наконец-то возвращалась к нему... Словно он вновь обрел ту легкость полета, которую уже не вернешь, даже если восстановил крылья. Азазеля очень злило, что он столкнулся с Сериэлем. Этот мальчишка, стоило ему завидеть в поле своего зрения Азазеля, сразу начинал ныть и страдать. Тот уже приготовился отражать очередную истерику, столкнувшись с ним в коридоре, но противное создание продолжало жаться у стены, не произнося ни звука. Как это так?! Это насторожило демона и он, поправив свой изящный бархатный плащ, направился в сторону своей давней жертвы. Сериэль, при всей неудобности позы и болезненности в теле, свернулся в клубок в нише, схожей с заложенным кирпичом окном. Впрочем, очертания его тела очень плохо проглядывали через ткань плотного плаща, поэтому лорду было сложно понять, где у ангела руки и ноги. Невольно вспомнив, что было с телом парня после издевательств, Азазель ощутил подкатывающую к горлу тошноту. Он шумно сглотнул. Этот звук вывел из состояния забытья ангела и он резко дернулся к демону. Видимо, маска на его лице было плохо закреплена, раз она слетела так легко... Чтобы избежать искушения посмотреть на лицо падшего, Азазель быстренько вернул маску на место, старательно закрепив: - С какой стати ты спишь здесь? Тело Сериэля даже не пошевелилось, но хриплый голос спокойно ответил: - Мне стало плохо. Я не спал вовсе. - Интересно, по какой причине тебе плохо стало? - Я не знаю. Прекрати издеваться надо мной или тебе мало было того, то натворили твои подчиненные? Если пришел мой час, дай умереть спокойно, не нуди над ухом. - Для умирающего ты слишком болтлив, не находишь? Что конкретно болит? - поинтересовался Азазель, убирая за ухо цветную прядь. - У меня болит все тело, каждый орган и поэтому я не могу сказать конкретно, где боль чувствуется сильнее. Я не знаю, где начинается одна боль и заканчивается другая, - пробормотал Сериэль, морщась от очередной волны адской боли. Ему хотелось попытаться заснуть. Обычно, во сне чувство боли притуплялось и жить становилось легче. Юноша очень устал от такого существования. Его мучило собственное уродство и постоянные встречи со своим мучителем, который вдруг решил поиграть в святого и сделать доброе дело. - Не прикасайся ко мне. - Это еще почему? - Мне больно. - Насколько я знаю, все, что тебя касается, любое движение, все это причиняет тебе боль. - И кто сделал меня таким? - попытался выдавить из себя улыбку Сериэль, но лицевые мышцы свело спазмом боли. Пока он мысленно исходил криком, Азазель постарался помочь ему подняться и быстро довел до своих покоев, поражаясь собственной смелости. Ему было противно и страшно одновременно, но эти чувства заглушала жалость, которую демон ненавидел в себе. - Куда ты меня тащишь? - Сериэль плохо сейчас ориентировался в пространстве. - К себе. - Зачем? Азазель не ответил, продолжая играть в благородного рыцаря. Ангел прикрыл глаза, стараясь не думать, что вообще подвигло этого странного лорда на такой поступок. Интересно, сколько еще он проживет в таком режиме? Шанса на легкую смерть нет, а самоубийство отпадает - Азазель постарался... Демон осторожно уложил его на свое огромное ложе, стряхнув налетевшие на него кленовые листья. Да, сейчас в его спальне осень, не самое приятное время года, конечно, то, что он сейчас делал, в принципе, не было лишено логики: таким образом можно избавиться от страха и чувства вины перед мальчишкой. Сейчас, когда ангел валялся на его кровати абсолютно беспомощным, он не вызывал состояния первобытного ужаса, которому обычно сопутствовало его появление. Так, надо бы его раздеть, а то совершенно неудобно будет лечить. Словно угадав его желания, Сериэль прохрипел: - Не смей этого делать... Азазель попытался возразить и привести вполне разумные доводы, но впервые увидел его глаза. А глаза-то у мальчишки красивые, глубокого синего цвета. - У тебя всегда такие глаза? - Да... Это не твое дело... Дай мне уйти. - Тебя надо раздеть и проверить на болезни. А потом, если возможно, заняться исцелением, - говорил демон, снимая с изуродованных рук перчатки. Кожа на них была грубой, синюшного цвета, словно у мертвеца. Ногти черные и явно хрупкие, слезающие пластами. Сериэль давно махнул на это рукой, жить-то еще можно. - Прости... - шепнул ему Азазель, стараясь запихнуть чувство вины как можно дальше, но оно предательски лезло во все щели. - За что прощать? За исковерканную жизнь? За это не прощают... - бормотал Сериэль, погружаясь в спасительное забытье. Демон понимал это, как и то, что своими извинениями он очень сильно запоздал. Разрушил парню жизнь, да еще и открещивался от этого все эти годы... Какая трусливая позиция, недостойная третьего лорда. Возможно, презирающий его за трусость и малодушие Найте очень даже прав. Ненавидеть себя у Азазеля никогда не получалось, а вот жалеть он любил. И это его большая ошибка. Освобождая ангела от одежды, демон старался не думать, насколько были ужасны страдания юноши. А то, что они были сильны, он не сомневался. Конечно, каким-то чудом тело приобрело нормальные человеческие очертания, но кости причудливо торчали, натягивая отвратительного цвета кожу. Если он снаружи так страшно выглядит, даже представлять не хочется, что с его внутренними органами. Хотя, один из бесов лорда таскал парня, как собаку на поводке, за кишки... Передернувшись от воспоминаний, Азазель начал осуществлять первую помощь, полагаясь на свои неплохие целительские способности. Он любил эти случайные прикосновения, такие легкие и дразнящие, вроде не имеющие скрытых посылов, но невероятно эротичные и возбуждающие. Велиал вообще любил ласку и этим напоминал Сатане большого кота, с виду дикого, но весьма добродушного с теми, кто ему по душе. Хотя, зеленые прищуренные глаза с вертикальным зрачком действительно смахивали на кошачьи. - Ты похож на кота, - сообщил свое наблюдение любовнику демон. - Да? Тогда, почему ты не похож на чокнутого кошатника? - Да пошел ты. - Я тебя тоже люблю, - улыбнулся князь Лжи, теребя кончик белоснежного шарфа, который сегодня Сатана намотал на бедра, хоть немного прикрывая свою великолепную наготу. Демон любил этот давний подарок Велиала и довольно часто носил и не соглашался поменять на новый. Другие подарки он воспринимал с трудом, искренне не понимая, зачем они ему. - Где Джошуа? - Он занят покупками. Я отправил его в столицу, а потом в мир людей, приобрести парочку вещичек. - Короче, ты услал его за всякой ерундой, чтобы он нам сегодня не мешал, так? - Да, ты угадал, моя прелесть. - Прекрати сюсюкать, мне не пять лет. - А может, мне нравится сюсюкать? И вообще, это не сюсюканье, а попытка тебя очаровать ласковыми словами. - Ты никогда не был мастером комплиментов. - Не надо кидать в меня камни. Кстати, как там твои... братья? Сатана хмыкнул. Не так давно он рассказал Велиалу, что в мире есть еще существа, похожие на него. Это озадачило демона и он потребовал объяснить, каким образом появились еще такие, как он. Сатана неохотно пояснил, что в ход пошла та же алхимия, только ангелы, чудом раздобыв кровь Люцифера, воспользовались этим несколько иначе, не создавая совершенных солдат. Так появились Хранители Хаоса. Правда, в отличие от дьявола, который ограничился одним существом, не совершенствуя его, ангелы пустились во все тяжкие, создавая бедных парней с завидной регулярностью, всячески модифицируя. В итоге, почти все они исчезли в мучениях, остались лишь близнецы Эшервуды. С ними Сатана поддерживал контакт, хотя это было вовсе необязательно. Близнецы неплохо жили и без вмешательства в личные дела родственника, они все были разными, несмотря на одну основу. Но демону хотелось ощущать себя не марионеткой, а вполне живым существом, поэтому изредка и случались встречи. - Они неплохо живут. В гостях я никогда у них не был, да они и не приглашали. Мы встречаемся на нейтральной территории. Велиал хмыкнул, хотя ему хотелось очень много высказать. То, что у демона могут быть комплексы - это он прекрасно понимал, сам не без недостатков. Это люди думают, что они якобы венец эволюции и все самосовершенствуются, хотя нужды в этом нет. Нельзя подняться на ступеньку выше, особенно, если уже достиг потолка. Да и вообще, что такое, это пресловутое человеческое самосовершенствование и саморазвитие? Все донельзя банально и этому подошло бы простенькое определение "хобби", но так хочется показать, что ты не стадо, что на голову выше серой массы и можешь больше, чем они... К чему сейчас эти мысли у Князя Лжи? Да просто, ему не хотелось, чтобы любимый человек грыз себя какими-то комплексами. Велиал устал доказывать, что, будучи искусственно созданным, Сатана, тем не менее, для него самый лучший. Дурашка отказывался это понимать. - Иди сюда... - поманил он его, указывая на место на кровати рядом с собой. - Зачем? - Мы будем заниматься долгим и страстным сексом. Ты против? - Нет, ты же знаешь, что мне нравится спать с тобой. - Это самый лучший комплимент, который я когда-либо слышал. - Шут... - Нет, обманщик. - Ты всегда плохо меня обманывал. - Я тебя не обманывал никогда. А других - сколько угодно... - ответил он, стаскивая повязанный на бедрах любовника шарф...