Судьба

Сатурн подавлял своим невероятным величием. Трём стражам и их призракам, чей одинокий челнок гасил скорость для спуска в плотные слои атмосферы Титана, становилось не по себе от одного лишь взгляда на колоссальный шар газового гиганта. Перелёт был слишком короток чтобы успеть пресытить людей и роботов своим однообразием, резко контрастирующей с борьбой за жизнь в европейских лесах. Стремительно подойдя к концу он завершил первую веху борьбы лишившихся Света стражей с теми ужасами, что подготовила им вселенная. Зацикленное сообщение коммандера Завалы вело их словно путеводная звезда, не говоря ни единым словом больше. Но мрачные мысли не давали покоя. Что их ждёт? Надежда? Другие стражи? Или ловушка, расставленная врагом? Никто не знал ответа… И всё же скоро правда откроется им сама, какой бы она ни была. По корпусу прошла дрожь — включилась группа тормозных двигателей. Серые свинцовые облака, лоскутным одеялом покрывающие океан, странным образом контрастировали с зеленоватой каймой линии горизонта и по-космически чёрным небом верхних слоёв атмосферы. — Попробую выйти на связь, — сказала Хэйла. Она сидела за пультом связиста пока Амадеус и Рэй исполняли роли пилотов. — Осторожно, — предупредил Фелис. — Сигнал могут перехватить. Я не уверен в секретности наших протоколов… Стражи не знали, что на самом деле произошло с Городом. Но одно они осознавали — Башня пала и никто не мог сказать, какие данные достались кабал. Возможно ключи шифрования тоже не стали исключением. — Последнее, чего бы я сейчас хотел, это упасть в этот океан, — с осторожностью в голосе сказал Рэй, осознавая бесконечность гигантского массива воды на спутнике. — Ты не упадёшь если будешь следить за штурвалом, а не пытаться рассмотреть дно, — Амадеус немного помолчал глядя на растерянные большие глаза и хмыкнул. — Я тебя понял, парень, беру управление на себя… Ловкие пальцы варлока привычными движениями запорхали над кнопками. — Это “Вечный”. Вызываю Авангард, — чётко произнесла она и зациклила запись, чтобы отправить в эфир на нескольких стандартных частотах. Секунды тянулись медленно и томительно. Услышат ли они ответ? Есть ли здесь и в самом деле кто-то или весь этот путь был проделан напрасно? — Говорит командор Завала, — суровый голос титана показался подобным ангельскому пению, столь небывалое облегчение принёс он стражам. — Доложите сколько вас на борту. — Титан Амадеус, охотник Рэй, варлок Хэйла и наши призраки, — не скрывая радости в голосе произнесла девушка. — Я рад, что вы все живы, — в голосе Завалы послышалась улыбка. — Передаю координаты. Вас встретят и введут в курс дела. — Значит всё это было не напрасно… И мы не одни, — пробудившийся на миг прикрыл глаза, отводя взгляд от воды. — Я никогда здесь не был. — Ну и как тебе? — Амадеус умело управлялся со своим кораблём и в одиночку. — Хех. Я бы добавил ещё воды… — Ха-ха... — мрачно сказала Хэйла, передавая им координаты. — Около получаса полёта. И уверяю тебя, Рэй, ты ещё проклянёшь этот дождь… Парень начал это делать с того момента, как отложил своё необычное для охотника научное чтиво и заинтересовался составом Титана. Причём у напарницы в этот момент было такое лицо, будто кофеварка научилась разговаривать и не хочет останавливаться. Пришлось сделать вид, что раскладывание дымовых шашек всё-равно интереснее. Так будет спокойнее для всех. Челнок спускался ниже. И без того тусклое солнце, не способное тягаться с Земным, скрылось за свинцовыми давящими тучами, непрерывно извергающими из себя потоки воды. Штормовой ветер грозился сбить кораблик с курса, перевернуть и утопить в пучине, словно позабыв что перед ним вершина инженерной мысли, а не утлый рыбацкий чёлн. Но моторы продолжали воинственно реветь, а Амадеус уверенно справлялся с буйством стихии. Вечный — так звался его корабль, не спешил склоняться перед ударами судьбы. Как и в прежние времена... Океан был воистину бескрайним — до самого горизонта в нём не было ничего, лишь волны, тучи, молнии и смерть. Стоило лишь на мгновение дать слабину, сбиться машине с такта работы и даже Свет не смог бы спасти тех несчастных, кого поглотит эта бездна. — Почему Завала выбрал это место… — жалобно сказал Моути. — Здесь никого не было, — ответила Хэйла, чьё красивое лицо менялось, всё сильнее напоминая жуткую восковую маску — бледную, с заострёнными чертами. — Люди покинули города Титана незадолго до Коллапса. И больше никто сюда не возвращался. По крайней мере, так я читала. — Это стратегически важный объект! — бодро вмешалась Афина. — Если не брать в расчёт погоду, отличное расположение и условия. — Ты издеваешься? — не удержался Рэй. — Немного... Но если будешь ждать хорошей погоды, останешься сидеть на астероидах без Города и Странника, — промурлыкала призрак, пошевелив гранями своего более сложного, чем у Моути и Фелиса, красного корпуса. — Но Амадеус… — неуверенно пискнул охотник. — Вот именно. Если бы он только… — Должен вмешаться и возразить. Мы познавали единство со вселенной, чтобы обуздать свой разум, — невозмутимо сказал титан. — Ты смотрел на летающие камни и сходил с ума! Моути выразительно фыркнул. О, как он понимал Афину! — А что плохого в камнях? — не понял Фелис. — Возможно когда-то очень давно эти камни являлись частью другой планеты и другого Города, но они были уничтожены, потому что стражи один за другим сбегали в отшельничество, ища долгого уединения, — нравоучительно сказала призрак. — А потом пришёл враг и просто отобрал всё, что у них было, потому что защищать это было уже некому. — Я кажется начинаю догадываться, почему Амадеус так сильно напоминает героя эпоса… — испортил страшилку Рэй. На горизонте показалась маленькая точка, стремительно увеличивающаяся в размерах. Новая Тихоокеанская Аркология. Комплекс из куполообразных конструкций, плавающих на поверхности океана. Вершина технологий Золотого Века, один из символов величия человеческого разума, способного обуздать и подчинить себе всё. Ныне заброшенные руины, веками истязаемые коррозией, ветром и дождями. Аркология зрительно росла, с каждой секундой становясь всё больше и больше. Давяще огромные купола несли на себе следы разрушения. Часть из них наклонилась и медленно тонула. Иные же… Улей. Разрушение, приносимое этими пришельцами, не спутаешь ни с чем. Рэй обеспокоенно рассматривал строения, когда Хэйла смачно выругалась. Она ненавидела Улей и всё, что с ним связано. Корабль, заложив небольшую петлю, приблизившись к площадке, координаты которой передал Завала. Она находилась на одном из плавающих комплексов, присоединённых к куполам Аркологии. Должно быть, в прошлом тот исполнял технические вспомогательные функции. Надев шлем, Хэйла тяжело вздохнула. Сколько ещё стражей прибыло? Что им ответят на вопросы о судьбе Странника и Города? — Рэй, ты как? — на всякий случай осведомился Амадеус. — Надеюсь ты не решишь ловить здесь жуков... — протянул тот. Варлок первая расстегнула ремни и поспешила к спускающемуся трапу. Порыв холодного влажного ветра заставил девушку сбиться с шага. Никакая физическая сила не отменяла простой физики, а Хэйла весила сравнительно немного. Ступая по мокрому трапу «Вечного», она всё сильнее чувствовала Титан. Фантомный холод тут же сжал в свои тиски, пробрал до костей, пробежав мурашками по спине и остановившись ощущением чуждого злого взгляда на затылке. Ей решительно не нравилось это ужасное место. Амадеус демонстрировал свою стандартную невозмутимую реакцию присматривая за охотником, но тот сам успешно справлялся с буйством воздушной стихии. Высокая устойчивость титана, скорее всего, объяснялась отчасти весом брони. А вот психологическая базировалась на непробиваемом мнении о том, что сначала он доведёт всех до укрытия и уже потом расстроится из-за плохой погоды. Среди ящиков, хаотично расположенных у края платформы, показалось движение. Низкорослый мужчина титан приветственно махнул рукой, выходя из тени. В руках он держал снайперскую винтовку, обмотанную тряпьём, а его броня красовалась наскоро сделанным камуфляжем из такого же мусора. — Привет вам, путники! — воскликнул он, подходя ближе. Не дожидаясь реакции, страж указал рукой на мостик за своей спиной, ведущий в соседнее здание. Когда-то там был центр управления полётами. — Джонни вам всё расскажет. Слова, это по его части. С ним и решите, где припарковать кораблик. А я тут сторожу площадки от падших и прочей дряни. — Постой, — Хэйла взмахнула рукой, привлекая внимание и чувствуя, что её голос дрожит. — Мы не знаем, что произошло. Когда Свет погас, мы были на задании. — Дела... — протянул титан. — Ну, не буду рассусоливать. Кабал хакнули наши спутники и повалились на Город. Мы держались, но они притащили какую-то хреновину, похожую на паука и прилепили к Страннику. А затем Свет погас. Мы ещё пытались держаться, но нас тупо задавили. Завала трубил отход. Кто-то отошёл, а кто-то… — титан промедлил. — А кто-то нет. Камнерождённые вот все полегли. До единого. Словно почувствовав эмоции новоприбывших стражей, он взмахнул рукой: — Но есть и хорошая новость! Молодая Волчица Джейн вернула Свет! — Что? Как?! — воскликнула Хэйла. — А никто толком и не знает. Говорят ей пришло видение от Странника и она отправилась к Осколку, что в Европе. Но я-то экзо простой. Вижу какого ублюдка — сразу стреляю. Ну так это… Короче идите к Джонни. Он вам лучше всё расскажет. Рэй вспомнил своё увлекательное и невероятно близкое знакомство с Джейн. Настолько близкое, что им двоим решительно не хватало места на железной перекладине и пришлось немного повисеть над пропастью, чтобы уступить даме. Но... Сейчас эти воспоминания больше не страшили. Напротив, в охотнике возродилась и подняла голову его улетучившаяся вместе со Светом гордость стража, злорадненько захихикав. Вломи им, Джейн! — Надеюсь, эта злая женщина весь Титан вверх дном перевернёт... — сказал Рэй. — Вот только не надо меня переворачивать, — проворчал экзо, возвращаясь к своей позиции среди ящиков. Прибывшим стражам решительно не хотелось задерживаться снаружи, рассматривая зеленоватый горизонт, поэтому идея проследовать к некому “Джонни” казалась даже заманчивой. Внутри здания не было иного освещения кроме аварийных ламп, запитанных от проводов, лежащих прямо на полу. Пройдя своеобразный тамбур, ныне открытый всем ветрам, стражи оказались в “холле”. Как и всё вокруг, он являл собой картину полного запустения: облезающая краска, обветшалые приборы, давным-давно отключенные и сгнившие. В дальнем углу возвышалась куча обломков мебели, а на стене красовался свежий лист бумаги с планом этажа. — И где искать этого “Джонни”? — задалась вопросом Хэйла, подойдя к плану. К счастью, ответ был найден сразу. На некоторых комнатах стояли подписи. Три названия кланов. Пять имён стражей. Должно быть тут отмечались помещения и их нынешние обитатели. А ещё комната, граничившая с этим холом, обозначалась как “Джон Смит”, а надпись ниже гласила “Комендант”. Криво усмехнувшись, Хэйла перевела взгляд на комнату этого мистера Смита. Дверь была открыта и оттуда лился тусклый дневной свет. Не имея больше ни единой причины для промедления, стражи вошли в неё. Из грязного окна на всю стену открывался изумительный вид на океан. Вздымающиеся волны и брошенные гигантские баржи, качающиеся на них словно жалкие тростинки, производили впечатление. А вот напротив окна, за столом, одну ножку которого заменяла стремянка, на импровизированной табуретке из ящика с гранатами, боком ко входу, сидел мужчина. Прикрытая пончо старая броня, недельная щетина, успевшие отрасти волосы, ещё не достигшие плеч, но уже слишком давно не знавшие ухода. И этот взгляд. Особенно взгляд. Всё в его облике говорило об одном. Он смотрел на дождь. А дождь смотрел на него. Не глядя на гостей, страж приподнял эмалированный трёхлитровый чайник и наполнил металлическую кружку с гербом Авангарда на две трети чёрным чаем. Затем, в точно таком же жесте, он откупорил жестяную флягу и щедро плеснул из неё чем-то изрядно крепким, заполнив оставшуюся треть. Аристократично, небрежным движением, мужчина приподнял свою чашу с напитком слишком крепким, чтобы считаться чаем. Отсалютовал выбеленному временем черепу, покоящемуся на столе напротив, он сделав небольшой глоток: — Приветствую вас, дамы и господа, в Новой Тихоокеанской Аркологии, — даже голос этого человека нёс в себе сочетание отстранённости и принятия бытия, которому могли бы позавидовать просветлённые мастера прошлого. — Меня зовут Джон. Джон Смит. Варлок. Ныне на службе Авангарда. И я полагаю, у вас есть вопросы. Рэй снял шлем и задумчиво посмотрел на череп. — Начнём по порядку. Как его зовут? — задал он первый вопрос с очень серьёзным лицом. Джон медленно повернулся к гостям и сфокусировал взгляд на охотнике. — Я называю его Джозеф. Увы, мне не удалось установить, как его звали при жизни, но мой призрак говорит, что это был мужчина. А я доверяю ей в подобных вопросах. Вопросах анатомии и патологоанатомии, разумеется. — В таком случае, мистер Смит и… мистер Джозеф, мы проделали сложный путь прямиком из зелёной задницы в дождливую задницу и очень посредственно представляем, что произошло, — сказал Рэй. В воздухе материализовался белый призрак, но почему-то молчал, уставившись своим единственным глазом на парня. — Так вот, я… Почему она так смотрит? Джон улыбнулся уголком рта: — Вы метко подметили суть происходящего. И здесь и на Земле. — Что там случилось? Мы были на миссии, когда Свет погас, — устало сказала Хэйла, повторив вопрос, ранее заданный экзо титану. Она справедливо считала себя эксцентричным, сложным в общении варлоком. Потому встреча с ещё одним таким же превентивно вызывала у неё мигрень. — Беда случилась, — Джон сделал ещё один глоток, уступая реплику своему призраку, которая определённо сама захочет ответить на вопрос охотника. — Пробудившийся? — прозвучал чем-то довольный мягкий мелодичный голос. — Призрак? — скопировал интонацию Рэй. Варлок сделал ещё глоток и продолжил: — Я, как и вы, был далеко от Города, когда всё произошло и потому рассказываю с чужих слов. Кабал каким-то образом смогли обойти все наши автоматические системы защиты и обмануть разведку. Они собрали огромную армаду для нападения на Город. Красный Легион… Так они называют себя. Неизвестной нам техникой они выключили Странника, ну а дальше… Эвакуация началась сразу же после нападения. Наверно потому Завале удалось спасти значительную часть населения, — Джон грустно усмехнулся. То, как он сказал “значительную” а не “большую”, было очень красноречиво. — Кабал охотятся на стражей без Света. Глашатай пропал. Икора и Кейд тоже неизвестно где. Мы не можем оценить потери, но они астрономические. А тут начинают собираться те, кому повезло спастись теми или иными способами. Не все впрочем… Кто-то наверняка дезертирует. Кто-то продолжит воевать самостоятельно. И потому, во всей этой феерии безнадёги, радость нам приносит лишь то, что Джейн, та что убила Орикса, вернула себе Свет. Именно она расчистила плацдарм, на котором мы и разворачиваемся. Собственно Завала и послал вас ко мне, потому что слишком сильно занят контролем её операций. Ну а мы… Постигаем радости караульной службы и медленно закрепляемся на отвоёванных у Улья территориях. И да. Вишенка в том, что древние города заражены Ульем, а падшие пришли по нашему следу и тоже хотят поживиться. Проще говоря… Мы, конечно, провалились в дерьмо по шею, но всё ещё не утонули. Хэйла мрачно кивнула. Озвученный Джоном сценарий оказался не худшим из возможных, но от этого было не сильно лучше. Да, Странник не уничтожен, а лишь пленён и это давало надежду. Но город пал когда его ещё защищали тысячи стражей со Светом. Что сделает одиночка Джейн против всех сил врага? — Думаю, наша помощь вам тоже понадобится, — уверенно кивнул своим мыслям Амадеус и снял шлем. — Мы нашли данные о нападении когда оно уже началось и не успели сообщить Городу. Но мы всё ещё можем оказать вам посильную помощь. — Не всё в мире можно решить грубой силой. Особенно теперь, титан. Надеюсь ты это понимаешь и мы не потеряем столь крепкого воина, — сказала призрак Джона, звучавшая не менее отрешённо. — Я бы поспорила с этим утверждением. У нас есть гора взрывчатки, — появилась Афина, лучась пафосом не меньше своего стража. — Устроившие нам ловушку кабал горько пожалели о своём решении. Отсутствие Света сделало их участь лишь болезненнее. Так будет и с остальными, кто ещё осмелится прийти за нами. А они придут, можете быть уверены. — Мы привезли дикую свинину, — дипломатия Рэя определённо выиграла у дипломатии Афины. Впервые за этот разговор, лицо Джона приобрело сосредоточенное выражение.

***

Мрачный горизонт спутника Сатурна был почти неизменен. Капли дождя неустанно падали с неба, чтобы испариться, а затем вновь упасть вниз, не прекращая своего бесконечного цикла. Но на какое-то время зелёные облака вдруг решили разойтись и уступить далёкому истинному королю этой звёздной системы — Солнцу. Оно освещало путь, по которому шагали охотник и титан, словно желая напомнить им, что не всё потеряно и Свет есть не только в Страннике, он вокруг них, даже в золотых лучах самого светила. Стражи уверенно и вместе с тем осторожно направлялись к штабу, оставив свою подругу поднимать боевой дух выживших, поделившись частью добытой на Земле свежей провизии. — Ещё раз. Ты серьёзно хочешь попросить Завалу разрешить Фелису что-нибудь взорвать? — иронично уточнил Рэй. — Зришь в корень, — хмыкнули в ответ. — Признайся, ты такой же отморозок, как и я с Хэйлой, просто ты старше и потому удачно это скрываешь? — Нет. — Да неужели? — ёрничал охотник. — Вы не умеете открывать бутылки глазом. Вне конкуренции... — Я тебя понял, здоровяк, — сдавленно пискнул парень. Амадеус бросил взгляд на небо, заставив собеседника невольно повторить этот жест. В его ставшем привычным месте пребывания Солнце было совсем крохотной точкой. Холодный безжалостный космос… И вместе с тем такой прекрасный, завораживающий... Но раз за разом одинокий титан возвращался на Землю. Что он искал? Покой в душе? Он давно смирился с потерей старых друзей, обретя его самостоятельно. А может чего-то нового? Пожалуй, воин всегда замечал за собой тягу к энтропии, а в последнее время она особенно обострилась. — Должно быть, я неправильно понял тебя вначале, — задумчиво произнёс титан. — Хм? — пробудившийся перестал рассматривать небо. — Ты не угодил в тень Хэйлы, ты там спрятался, — хмыкнул Амадеус. — Я несколько часов наблюдал, как ты прячешься от неё с книгами. — В таком случае и ты не похож на того, кто теперь просто так возьмёт и улетит назад на свои летающие камни. Должно быть там очень одиноко, поэтому даже не думай возвращаться, иначе я очень расстроюсь, — лица Рэя не было видно, но этот приступ заботы заставил его показаться значительно старше. — Я верил, что ты крутой охотник и спасаешь людей, а не запрещаешь им жить где хочется, — на этот раз воин искренне развеселился, процитировав давние слова самого Рэя. — Я бы не стал висеть на твоей ноге и умолять не улетать, если бы не хотел спасти от вечного наблюдения за астероидами, — не остался тот в долгу. Оба замолчали, чувствуя свой выход на новый уровень доверия. Оно было подобно хрупкому цветку... Очень непросто взрастить и подпитывать, но будущие роскошные цветы стоили того. Что Амадеус, что Рэй, в глубине души оба были поэтическими натурами, что позволяло строить дружбу на чём-то большем, нежели простое сотрудничество. Сейчас они начинали осознавать сколь многое это могло дать каждому. У дверей штаба, скромного здания с проломом в стене, их встретила охотница в поношенной, если не сказать убогой, броне. Как и у всех стражей, переживших падение Города. Это были сложные времена. Но увидевшая их охотница вдруг склонила голову на бок, силясь узнать стражей, чья броня изменилась значительно меньше. Амадеус плавно обогнул её, не придав этому значения. В конце концов, если бы ей было что-то нужно, она бы обратилась к ним сама. Сейчас титану куда как важнее обсудить, какую помощь он мог оказать своим боевым братьям и сёстрам. В способность своих спутников бездумно всё разрушать он свято уверовал и стремился найти этому применение. Рэй приостановился, смерив незнакомку мрачным взглядом. Потом он вспомнил, что сквозь шлем глаза в любом случае не видно и решил последовать примеру титана. — Ты жив! — воскликнул до боли знакомый призрак, появившийся за плечом охотницы. — Ты же Рэй, я не ошибся? Джейн, а это была именно она, в насмешливом жесте наклонила голову набок. Она тоже узнала собрата охотника. Рэй даже невольно отступил назад, выставив перед собой руки. Его ощутимо впечатлила их последняя встреча и в нынешнем виде повторение экзекуции страж вряд ли переживёт. Тем временем его и без того хрупкое инкогнито испортил стремительно материализовавшийся Фелис: — Так это правда?! Тебе удалось вернуть Свет?! — воскликнул он, подлетев к Джейн. — Как?! Та наклонила голову вперёд. Должно быть, её период словоохотливости закончился вместе со Светом. — Джейн пришло видение осколка Странника. Он расположен в Европейской Мёртвой Зоне, — обстоятельно ответил её призрак. — Мы отправились к нему. Но… Я не уверен, что это сработает для всех стражей. Думаю это было уникальное явление. По крайней мере в той части Осколка, которая передала Свет нам, я больше его не чувствовал. — Жаль, — на мгновение загрустил Фелис, но тут же воодушевился. — Но мы и без Света не сдавались. Мы заманили кабал на взрывчатку! А затем всех перебили! — Я не буду уточнять, чего мне стоило потом отмыть броню в реке… — Рэй никогда не забудет этот запашок. — Почему из всех призраков мне достался подрывник, считающий себя котом? — Потому, что любой кот хотел бы быть подрывником, если бы не лапки, — серьёзно ответил Фелис. — И что вы собираетесь делать дальше? — спросил призрак Джейн, удивительно тонко чувствуя, что хочет спросить его молчаливая напарница. Та жестом предложила отойти с прохода под один из выступов здания, образовавших навес. Рэй не стал возражать, он был в таком апатичном состоянии, что его можно было спокойно завести в центр улья и оставить там. Единственный страж, сохранивший Свет, вызывал неописуемые чувства, которые приходилось сдерживать изо всех сил. Даже небольшая обида из-за той истории на краю стены улетучилась при одной только мысли, что вот оно, совсем рядом, хоть и не у него. Пусть она, значит так надо. Джейн лучший страж, чем он сам. Но эти мысли не умаляли того знакомого щемящего восторга от присутствия Света. — Взрывать к хренам всё, до чего только дотянемся, — практичная часть разума Рэя тоже не дремала, впрочем. Призрак охотницы недоумевающе дёрнул гранями корпуса. Что-то в тоне охотника заставило воспринять это всерьёз, а не как пустую браваду. Джейн сняла шлем. Учитывая, что она только что вернулась с одиночного задания в глубинах Аракологии, странно было бы, выгляди она лучше чем рыцарь улья. Такие следы усталости не мог убрать даже призрак. Но одновременно с этим в её взгляде пылал неукротимый огонь, казалось, только сильнее разошедшийся из-за всего случившегося: — Не рискуйте понапрасну. Вы — смертны, — хрипло, после долгого молчания, сказала она. — Был бы я сейчас здесь, если бы не помнил об этом? — грустно усмехнулся парень. Джейн смазанным движением выдернула один из ножей и, подкинув, перехватила за клинок: — Возможно да... Возможно нет... Пробудившийся тоже снял шлем и посмотрел на неё. Со стороны он выглядел лучше, чем предполагал. Не отчаявшимся, а отчаянным. Тем самым невольно давая надежду, что оставшиеся без Света стражи справятся сами. Иронично... Рэй об этом даже не подозревал… Просто ещё не осознал, сколько сил может дать плечо друга, но уже использовал эту силу. Джейн улыбнулась уголком рта и протянула нож рукоятью вперёд: — Им я убила тебя в Горниле. Рэй опустил взгляд на оружие, на несколько секунд задержав, а после осторожно взял. Отчасти напоминание и горькая пощёчина, что теперь его легко убить. Будто вручили собственную смерть... Джейн одобрительно кивнула. Она увидела отражение этих эмоций во взгляде. — Не умирай, охотник, — сказала страж. — Не умру…

***

По словам Джона, число стражей на Титане росло с каждым днём. Многие спаслись из Города или находились за его пределами в момент пропажи Света и теперь они шли на зов Завалы. Одни прибывали целыми командами, сумев сохранить оружие, броню и технику. Другие, напротив, выглядели откровенно жалко. Ободранные, раненные, измотанные и лишённые веры в завтрашний день. Трудно без боли смотреть на стражей, чьи призраки погибли или потерялись. Но всех прибывших объединяло одно — воля к борьбе. Возможно были и другие стражи, что продолжили биться там же, где их застала трагедия, а часть наверняка просто дезертировала. О последних думать не хотелось. Работа квартирмейстера целиком и полностью легла на Джона, старого варлока, имеющего репутацию человека спокойного, методичного и знающего толк в порядке. Разместить десятки людей, чьё число неуклонно растёт, в полуразрушенных зданиях без инфраструктуры, при критически маленьком запасе еды, воды, средств личной гигиены и прочих предметов быта? Пфф… Не впервой. Каким-то чудесным образом он одновременно умудрялся быть всюду и напиваться “чаем” в своей комнате. Например он взял Хэйлу и трёх титанов из своих помощников, перенёс запасы еды с Вечного на кухню, реанимированную призраком в кратчайшие сроки, и начал Творить. Хэйла ещё не знала, насколько он хорош на поле боя, но в одном она была уверена — в кулинарии он богоподобен. Даже здесь, с кастрюлями и сковородками, сделанными призраком из подручного хлама, на примитивной плитке, имеющей больше общего с горелкой, и при почти полном отсутствии специй, он мог создать ужин на несколько десятков человек, способный соперничать с лучшими ресторанами Города. Хэйла смутно догадывалась, почему Джона поставили на эту должность... Единственное что раздражало, так это то, что наглый варлок записал её в свои помощники. Нет, она прекрасно понимала важность его работы, равно как и полную бездарность многих стражей в хозяйственных делах. Зачем стараться и делать что-то самому, когда за тебя всё сделает призрак, а в Башне есть необходимые блага цивилизации? Впрочем, после четырёх часов возни с системой фильтрации воды, девушка просто проклинала всё живое... Зайдя в комнату, выделенную их команде, Хэйла через голову стянула куртку, ставшую заменой мантии и швырнула в тот же угол, где уже лежала её броня. Следом отправились сапоги. Остальная одежда оказалась не настолько грязной и мокрой, чтобы с ней расставаться. К тому же тут всё ещё было слишко холодно — отоплением Джон планировал заняться только через неделю, после решения вопроса с канализацией и гидропоникой. Устало зевнув, девушка рухнула на кровать, сделанную из старых ящиков. Джон придумал, как собрать матрасы из термоизоляции, варварски выдираемой из неиспользуемых построек. Постельное бельё она просто забрала с Вечного. Забавно… После всего пережитого на Земле и бегства на Титан, она ожидала чего угодно, но не службу в стройбате. Казалось бы — конец привычного мира. Время вцепиться зубами и когтями в его осколки, чтобы бросить вызов Злу и выйти на Последнюю Битву. Вот он Рагнарёк! Волк пожрал Солнце! Бальдр убит! И то, что вместо Солнца оказался Странник, волк обратился в машину кабал, а трагичную роль бога добра занял Глашатай, меняло критически мало. Вставайте же воины и выйдите на последнюю битву! Но нет. Реальность, как всегда, оказалось иной. И огневая команда из трёх титанов, четырёх охотников и двух варлоков вооружилась вовсе не мечами и луками. Они взяли гаечные ключи, вантузы и швабры. И без их самоотверженной кампании против ржавчины и плесени, сама возможность войны Тьмы и Света становилась слишком иллюзорной. Сунув руки под голову, Хэйла довольно потянулась. Конечно было тесновато, особенно для трёх человек, а в далёком прошлом она бы даже смутилась перспективе спать в одной комнате с двумя мужчинами. Но сейчас подобные мысли вызывали лишь усмешку. Представить себе Рэя или Амадеуса, опускающихся до чего-то столь вульгарного, как домогательство, она просто не могла. Максимум — Рэй мог начать приставать к Амадеусу, но тот сделает вид, что не понял шутку. Мысли скользнули в сторону Рэя и их недавнего конфликта из-за падшего. В памяти всплыли собственные сомнения и сожаления о судьбах всех убитых ею чужаков. Почему раньше она сомневалась? Почему сейчас жать на курок стало настолько просто? Волевым усилием девушка попыталась пробудить те чувства и сомнения. Но ничего не получалось. Да, она знала, что у условного падшего есть условная семья. Но что с того? Они не испытывают жалости к ней, так почему она должна вести себя иначе? Болезненным уколом вспомнились стихи Гумилёва...

Но тому, о Господи, и силы И победы царский час даруй, Кто поверженному скажет: «Милый, Вот, прими мой братский поцелуй!»*

Но только падшие не люди! Ровно как и все прочие ксеносы! И это несравнимо с войнами между людьми! Или мы или они! Но постой, Хэйла... Ты играешь смыслами. Точно такую же риторику использовала фашистская плесень в двадцатом веке! Ведь так просто объявить евреев или славян унтерменшами, чтобы с чистой совестью сгонять их в концлагеря. Славян, таких же как ты. Что сказали бы тебе твои же предки, погибавшие в блокадном Ленинграде или под Сталинградом? Как бы они посмотрели на свою много раз “пра” внучку, рассуждающую точно так же, как их убийцы? Хэйла раздражённо поджала губы и села на кровати. Сонливость сняло как рукой. Так приятно быть прекраснодушной идиоткой, носить белеленькое пальтишко и взывать к памяти предков. Но “человек” — это не идеалистические мечты о всеблагости и всепрощении! Человек — это жестокое животное, которое в борьбе за выживание пойдёт на что угодно! Но это уже не человек! Это просто скот! Не все методы допустимы и не все черты можно перейти! Нет. Ты отвратительна в этом интеллигентском лицемерии... Можешь сходить на свою могилку и повздыхать у надгробия, как это любишь, а затем до ночи плакать у руин Исаакиевского собора или поговорить со статуей Петра. Сохранившийся и по сей день Медный Всадник конечно не ответит, но когда бы тебя это останавливало? Потом, если повезёт, так же поплачешь на руинах Города. Или ты решила отказаться от своей сути стража? Да, Ольга? Убив дракона, становишься драконом? Или чтобы убить дракона, нужно стать драконом самому? Но только, в конечном счёте, количество драконов не изменится. Так какой тогда смысл в такой борьбе? В том что ТЫ — не чудовище. И ты сможешь уничтожить врага и защитить то, что для тебя свято. Но смогу ли? Хэйла глубоко вдохнула и разжала кулаки. Ногти до крови впились в ладони. Уснуть уже не получится. Нужно найти Моути и Джона. Последний возможно даст какое-нибудь дело, которое избавит от рефлексии.

***

Дни сменялись один за другим. Джейн покинула Титан, по слухам, отправившись на поиски Кейда. А число стражей стало достаточно велико, чтобы противостоять Улью в открытую. Разумеется, привычные методы оказались почти бесполезны и бывшим носителям Света приходилось в экстренном порядке переучиваться воевать по учебникам городского ополчения. Не всё шло гладко, но так или иначе, дело двигалось вперёд, а люди отвоёвывали всё больший кусок Аркологии. Сражения шли на внешних модулях, преимущество было на их стороне, но внутри купола, за сохранившиеся ресурсы которого шла борьба, ситуация в корне поменялась. Тёмные узкие проходы — стихия Улья. А Завала не желал платить кровавую цену множеством погибших солдат при решительном штурме. Пробудившийся титан умел и любил выстраивать стратегию обороны. Потому, за каждым рывком вперёд, следовал долгий период укрепления нового рубежа. К счастью, Джейн перед своим уходом успела зачистить достаточно большой участок, который ныне обороняли стражи. И теперь команда из Амадеуса, Рэя и Хэйлы осторожно пробиралась по тускло освещённым тоннелям к границе “безопасной зоны”, чтобы Фелис заминировал один из ключевых проходов на случай наступления Улья. Если оно произойдёт, мины обрушат потолок и дадут Завале время на сбор достаточного количества сил. В этом месте было сравнительно мало врагов, но даже при таком раскладе миссия оставалась опасной. Здесь не было шансов на быструю помощь, а точность карт оставляла желать лучшего. Однако Амадеус смог убедить Завалу в их способности справиться с подобным. — Теперь ты точно не заставишь меня съесть личинку… — несущий свой рюкзак со взрывчаткой Рэй нарушил тишину первым, понимая, что все слишком напряжены. — Здешние личинки съедят тебя сами, — подметил титан очевидное. — В теории они тоже съедобны, — безрадостно сказала Хэйла, замыкающая их строй. — Но я лучше съем свои сапоги, чем прикоснусь к такому. — Да, — согласился Фелис, живо представив себе эту кулинарию. — Лучше съесть кабал. Амадеус и Рэй впервые идеально сошлись в отвращении, которое испытывали. Титан с хрустом наворачивал земных насекомых, а не инопланетных разумных тварей, норовящих загадить всё, к чему те прикоснутся. — Кажется у меня начинает развиваться клаустрофобия… Когда я прятался в ящиках, там были просто металлические стенки, а иногда даже еда. Но вот это всё выглядит действительно мерзко, — жаловался охотник и поспешно добавил. — Нет, не настолько, чтобы меня стошнило в шлем. Лучше молчите! Оба! Хэйла тихо рассмеялась. Кому-то могло показаться странным, что они так беззаботно болтают на задании, но в действительности шум мало что решал. Если Улей тут есть, то они и так заметят стражей. Если же нет… То их нет. — Знаете, что самое поганое войне с Ульем? — Их крики? — попытался угадать Моути. Он начинал постепенно оттаивать и снова пытался поддерживать разговоры. — Грязь, — ответила варлок. — Когда дерёшься с кабал, тебя волнуют только пот и кровь. Своя, чужая… Не важно. Иногда тебе может не повезти и ты испачкаешься в чём-то химическом. У падших ты можешь найти какой-нибудь мусор, но это обыкновенные отходы. И даже вексы, с их радиоляриями, пусть и неприятны, всё же сравнительно легко отмываются. Но вот Улей! Улей — это стирка брони в кипятке и час под душем! А потом тебе ещё долго будет мерещиться этот запах. — Проще выкинуть броню… — страдальчески протянул Рэй. — Долго ещё? — Не особенно, — ответил Фелис, походя сканируя каким-то чудом исправный экран с планом этажа. Стоит ли говорить, что на нём не было технических каналов? Тихий рокот выделился на фоне обычных звуков Аркологии. Стражи замерли, прислушавшись. Чтобы в следующий миг, без какого-то предупреждения, коридор начал рушиться: кусок потолка устремился вниз, увлекая за собой груды веществ, что создаёт Улей в местах своего обитания. И это только половина беды. Когда все три стража бросились врассыпную, чтобы не сгинуть под завалом, оказавшегося впереди Рэя отрезало от остальных. Но будто и этого было мало — бойцы улья посыпались следом. Скорее всего, они пытались зайти в тыл территории стражей небольшими группами, через неотмеченные на карте проходы, но один такой обвалился. Прямо на маленький человеческий отряд. Хэйла, вскинув автомат, начала отстреливать рабов, небольших крикливых тварей, жаждущих приблизиться. Разделавшись с ними, она наконец смогла посмотреть через обвал, достигающий полутора метров, чтобы увидеть Рэя, дерущегося с рыцарем Улья. Но стоило только почувствовать облегчение, что тот жив, как другой рыцарь ударил его рукой по затылку и страж безвольно упал на пол. Без Света они попросту брали массой. Издав звук, более похожий на звериный рык, чем на человеческую речь, Хэйла бросилась вперёд, на помощь другу. Но враги не дали шанса — какой-то меткий стрелок подстрелил её, ранив в живот. Боль буквально подрубила, заставив упасть на колени и на несколько секунд потерять сознание. Если бы Амадеус с трофейным мечом в руках не отразил удар, которым один из рыцарей хотел оборвать жизнь девушки, то она бы неминуемо погибла. В этот момент произошёл ещё один обвал, вынуждая титана протащить варлока буквально за шкирку и невольно заставляя наблюдать, как прямо у её ног падают камни и гибнут бойцы улья, не доставая до пяток какие-то сантиметры. Моути принялся за работу и, не дожидаясь когда рана закроется полностью, Хэйла вскочила на ноги, чтобы броситься к обвалу. В голове не осталось других мыслей, кроме образа Рэя, падающего под ударом рыцаря улья. И память услужливо подбрасывала картины того, что именно делают эти ксеносы со стражами, попавшими в их руки. Участь воистину хуже смерти. Её снова схватила за шиворот знакомая рука, грубо утаскивая от нового обрушения потолка, а затем и в сторону выхода. Хэйла прокляла большую силу титана вместе с ульем, в тщётных попытках вырваться навстречу безумному порыву расчистить проход, чтобы спасти близкого друга. Чёрт возьми, это просто невозможно, только не Рэй! Ему всегда везло, он всегда выкручивался. Нет, это всё дурной сон… Нет… * из стихотворения "Война" Гумилёва