Судьба

Эрика мрачно стояла у большого окна, наблюдая за той частью города, к которой оно было обращено. А видно с такой высоты более, чем достаточно. Вся эта суета отсюда и вовсе казалась чем-то незначительным. Если люди внизу начнут кричать ей, спеша сообщить какие-то новости, женщина попросту не будет подозревать, что там происходит. Нечто подобное как нельзя лучше позволило увидеть истинную природу стражей и того, что он может возомнить себя небожителем, позабыв о защите смертных. Охотница поболтала содержимое своего бокала, чтобы вслушаться в звуки льда, ударяющегося о стекло. Курение было совершенно бессмысленным занятием для того, чьи лёгкие моментально восстанавливались под воздействием Света преданного призрака и любая вредная привычка улетучивалась после первой же смерти. Тогда как алкоголь и другие вещества, имеющие нужное воздействие с первого же раза, никогда не теряли своего должного эффекта. Женщина взглянула в тёмные глаза своего отражения. Прошло уже больше полугода с минувшего расследования, но дело едва ли двигалось с мёртвой точки… Всё было слишком туманно. Однако им удалось главное — напугать ублюдков достаточно сильно, чтобы сейчас они могли вредить лишь собственным миньонам. Однако надолго ли это? Когда дело касалось Улья, не жди ничего хорошего. И пусть у них была Джейн, но она не становилась панацеей в делах, требующих высокой интеллектуальной нагрузки. Скорее становилась неистовым чудовищем, если нужно взять врага измором. Как, например, сейчас. Калусу с его Паноптикумом нравилось заманивать всё больше стражей и наслаждаться разворачивающимся зрелищем, а Джейн понравилось таскать туда вообще всех, кого она хоть немного знала. Потому что её собственная команда начала молить о пощаде. Эта девушка всегда была чертовски упряма… — Да вы просто конченные! — раздался позади голос плескающейся в чужом джакузи Элис. — Вы серьёзно припёрли гитары в Горнило? Да какими ебанатами надо быть, чтобы додуматься до такой гениальной идеи?! Эрика закатила глаза. Судный Час вдруг увлёкся музыкой, договорился с вражеской командой и устроил вместо битвы небольшой концерт с мозгами на стенах, вырыванием сердец и всем таким, что полагалось, когда среди вас есть охотники и один варлок, но мыслите вы все как один титан. Это несколько расстроило Лорда Шакса и он попросту запретил бравому клану из шести стражей появляться в Горниле. — А я-то думала, что вы серьёзные парни… — негромко произнесла та, что коллекционировала статуэтки Бэтгарда. — Это была шикарная идея, — хрипло произнёс их бессменный лидер Нэйтан. Он возлежал, облокотившись на край джакузи, где помимо Элис, Хэйлы, Тома и его самого, сумел разместиться весь остальной состав Судного Часа, а также плавающий столик для напитков из бутафорских костей ахамкары. Даже всегда сдержанного варлока силой заставили присоединиться к отдыху. — В последнее время в Горниле одни молокососы, — продолжил Нэйтан. — Делают в свои штанишки при виде нас, и… — Может, не нужно было играть головой того чувака в футбол? — меланхолично спросила Хэйла и одним махом проглотила содержимое очередной рюмки. — Шакс уже тогда вас предупредил. — Он сказал, что чёрный цвет сосёт, — возмутился рыжий охотник с дредами. — Это не оставило нам выбора! — Но не во время же матча, — Хэйла всё так же меланхолично пожала плечами. — Подкараулил бы за Городом… — Ну, короче, — Нэйтан принял заполненную пивную кружку из рук фрейма дворецкого. — Нам стало скучно. Всегда одно и то же! Или очередные хуесосы-ссыкуны, или просто дегенераты. А тут Мэрдер и говорит… — И йа такой гфорю, — подключился второй титан, обладатель на редкость кривых зубов и ужасной дикции. — Нужна большэ митолла в етой дыре! — Да, ты так и сказал, — серьёзно кивнул Нэйтан. — А дальше вы и сами знаете. — Шакс — зануда… — протянул светловолосый охотник и с этими словами откинулся на спину, полностью скрывшись под водой. — Вы хоть понимаете, что теперь начнётся?! Эти щенки оборзеют уже через неделю и объявят себя сраными чемпионами! — Элис едва не перевернула плавающий столик, схватив первую попавшуюся бутылку и отпив из горла. — Вот увидите! Скоро во всех социальных сетях и на всех плакатах! Да всё будет засрано грёбаными кривыми рожами самопровозглашённых королей Горнила! Помните, как я тогда спиздила у жирдяя Калуса кусок золота? Знаете, что произошло потом? Какие-то пиздюки умыкнули ещё больше и припиздовали ко мне, выёбываясь, что я должна лизать им жопу! Угадаете, куда я им его засунула?! — В жопу, — уверенно произнёс Нэйтан. — Ф очко, — предположил второй титан. — В рот, — улыбнулся Том-4. — В смысле в глотку. По локоть. И затем оторвала челюсть, чтобы тоже туда засунуть. Этот страж выделялся на общем фоне. Помимо того, что был единственным экзо в компании, он ещё и нашёл где-то полосатый купальник из конца 19-ого века. На фоне гардероба для водных развлечений остальных стражей это выглядело странно вдвойне. — Ты выдавила им глаза? — предположила Хэйла и отправила в рот солёный огурец, чтобы со смачным и довольным хрустом разжевать его. — А, в бездну… Ей стало настолько лень лить водку в рюмку, что она взяла всю бутылку и приложилась к ней. Закончив своё исконное русское дело, варлок осмелела достаточно, чтобы завершить сие действо, занюхав алкоголь сухой частью косы Элис. — Ебать… — оценила последняя. — Бедный Рэй. — Видел такую же закуску в Берёзке, — Том потянулся к огурцам, чтобы взять один из них. — Кстати, так и не спросил. Ты знаешь Кирпича? Остальные стражи последовали его примеру, пытаясь понять, что выражает взгляд Хэйлы. Гордость или жадность? — Евгешу? — Хэйла самодовольно усмехнулась. — Скажем так… Ты думаешь, я серьёзно плачу все налоги, когда мне нужны редкие материалы? Чего не сделаешь ради стража, который тебя на шестнадцатилетие вытащил из обезьянника… — Сурово, — уважительно произнёс Нэйтан. — Выходит, наша броня сделана из контрабанды? Мне нравится… — Амадеусу его ранец собрали из говна и палок. Во время Красной Войны, — Элис отпила из своей бутылки. — Я тогда добиралась до Последнего Города и знатно выебала всех, кто мне встретился. — В те дни ты попала в новости закрытых каналов, если тебе интересно, — Эрика была единственной, кто вообще не собирался нырять в джакузи. — Люблю свою ебанутую жизнь, — воительница самодовольно вылила себе на голову остатки напитка. — Дрянной было фремя, — мрачно сказал светловолосый охотник и хмуро опрокинул в рот стакан виски. — Ньенафишу сраный кабал. Но сьейчас Шакс не пускай нас в Горнило. И я хотеть убифай. — Как-то он запретил мне ходить в Горнило, — понимающе вздохнул Том. — Я тогда только познакомился с Джонни. Ну, вы понимаете… На лицах всех присутствующих отразилось понимание. Джон меняет стражей. Особенно молодых и впечатлительных. — …Ну и я принёс противотанковую мину, — закончил Том. — Шакс обиделся. Наверно, потому что я сломал его транспортный корабль… — Кстати, а кагда ты сделайешь усилок, — оживился второй титан клана. — Ньеделю как сроки просрал. — Прошлые пять попыток взорвались. Вы сами хотели усилок с огнемётом! — Справедливо, — мрачно изрёк Нэйтан. — Два месяца назад Джон попросил, чтобы мы помогли. Я не понял, в чём была суть, но мы кому-то сломали рожи. Было весело. — С ним всегда весело, — согласился Том. — Но только эта любовь к пустыням… Кажется, больше чем пить чай, он любит только ехать на сперроу через бескрайнюю пустыню. Час за часом… День за днём… Я даже рад, что сейчас на подобные дела он чаще берёт Рэя… — Если суммировать все жизни, этот щенок почти наверняка старше нашего Джонни, — отметила Элис. — Когда он уже поговорит с Эрикой об официальном усыновлении? Послышался звук лопнувшего в руке охотницы стакана и та обернулась, окатив воительницу самым зловещим из своих взглядов. Последняя нервно сглотнула. *** Тёмные ветви сплетались между собой подобно длинным и костлявым пальцам чудовищ. Они тянулись из теней, чтобы схватить человека за ногу или хлёстко ударить по лицу. Казалось, что там таится некий потусторонний зловещий разум… Любой неверный шаг и нога подвернётся, а ты останешься беззащитной добычей средь хищных корней. Джон не чувствовал усталости, он давно привык к бегу. Но от чего-то сердце всё равно колотилось как бешенное. Прыжок через узкий ручей, резкий разворот налево и нырок в канаву. Мужчина затаился, прислушиваясь. Не хрустнет ли предательская ветка? Не раздастся ли всплеск воды? Пальцы, сжимающие рукоять револьвера, против воли побелели. Секунда тянулась за секундой, но звуков не было. Приподнявшись над краем канавы, он решился оглядеться. Пусто… Лишь чёрные стволы, скользкие после недавнего дождя. Движение сбоку заставило перекатом выскочить из ямы и снова броситься бежать. Преследователь не должен был зайти с той стороны! Как он смог его обогнать? Теперь прежняя позиция стала проигрышной. Рывок Света и варлок оказался в трёх метрах над землёй, чтобы приземлиться на толстую ветку и прыгнуть вперёд, прежде чем та успеет прогнуться под его весом. Прыжок, телепортация и ещё прыжок. Снова тень на краю поля зрения. Резкий разворот и верный револьвер с грохотом выплёвывет пулю. Мимо! Ещё телепортация и два выстрела! Мимо, мимо! Последняя пуля, но и преследователь на мгновение стал виден. Снова раздался грохот оружия, однако тот каким-то чудом, нечеловеческим движением, уклоняется в последний момент, чтобы затем сократить дистанцию. Тот знает сколько патронов в револьвере варлока и хорошо понимает, что он уже не успеет перезарядить его. Взмах ножа, Джон блокирует его рукой. Сталь рассекает тканевую броню и алая кровь льётся на землю, но противник слишком быстр. Второй клинок вонзается в шею варлока. Мир начинает меркнуть, как и вид знакомой брони с фиолетовыми вставками. Однако пустота длилась недолго, ибо привычная белая вспышка вернула Джона к жизни, чтобы увидеть знакомый силуэт белого призрака перед лицом, тут же услужливо отлетевшего в сторону. Невероятно, но на этот раз мужчина проиграл и в какой-то степени унизительным образом. Загнали как мышку в угол. Приподнявшись, варлок ощутил, как с его груди соскользнула на землю упакованная плитка шоколада. А напротив сидел на камне подобравший под себя ноги Рэй со своей привычной очаровательной улыбкой. Глаза его светились весельем и толикой заботы. Да, в них однозначно было чувство превосходства, но истинная природа этой эмоции не таила в себе угрозу. Скорее нечто искреннее и детское, в котором просто не могло зародиться нечто, что толкало учеников убивать своих учителей. Из-за спины Рэя вынырнул Фелис, покрутив гранями корпуса. Сложно было сказать, что испытывал маленький робот, но однозначно тот ни дня не завидовал призраку Джейн, ибо его страж был ничуть не хуже. Разве только не убивал богов ударом лба. — Всё было честно, — развёл руками парень. — Не спорю, — с полуулыбкой ответил Джон, подобрав упавшую шоколадку. В сущности своей, одной из главных проблем в жизни древнего варлока оставалось то, что большинство людей, с которыми он сходился, не умели играть на его поле. А вот Рэй умел и сегодня он в очередной раз доказал это. Что может стать лучшей похвалой для учителя, чем ученик, сравнившийся с ним? Джон был уверен, что рано или поздно парень станет сильнее. И эта мысль согревала душу. Впрочем, любые заслуги охотника не умаляли одного очень важного факта. Выглядел этот мальчик очень наивно, скрывая за милым личиком здоровую психопатию. — И оба мы проиграем в бюрократической битве Эрике, хех, — Рэй прислонился подбородком к своему колену. — Ох... Смотри-ка, кого к нам принесло. Джон тоже заметил приближение ещё одного стража, но не стал комментировать. Слишком противоречивым оставалось отношение к этому человеку. — Всегда подмечал, что в убийствах Рэя есть нечто интимное, — изрёк Август. — Личное… Я бы даже сказал, заботливое. Подчас хочется повторить. Даже в этом странном летнем лесу, идя по кривым корням и грязной траве, пробивающейся через многолетний слой опавших прелых листьев, он сохранял ауру спокойной надменности. Замени привычную чёрно-синюю мантию на дорогой костюм и будет уже не страж, а благородный мерзавец, сошедший с древней картины. — Обращайся, — лучезарная улыбка Рэя резко контрастировала с тем, как подавал себя его собеседник, но некая плавность в манерах чем-то роднила обоих. — Можешь даже взять свою коллекцию призраков. Разве только речи он подчас выбирал куда более дерзкие, предпочитая действовать остроумно на незримом для остальных плане. — Всенепременно, — ответил Август, словно Рэй только что пригласил его на чашечку чая. — Но не сегодня. За последние три дня я устал от смертей. Знаете, эти Кабал… Вроде неповоротливые уродцы, но если их соберётся достаточно, то крепко прижмут к земле. Рэй хотел дать ещё один ядовитый комментарий, варлоку должно нравиться подобное, однако же сообразил, что это уже будет слишком. Да и как прозвучит? Впрочем, судя по тому, как Август уловил его взгляд, тот всё понял и подумал в том же ключе, что его изрядно повеселило. — Так ты пришёл сюда один? И зачем? Соскучился? — фыркнул охотник, достав свою шоколадку значительно меньше той, что подарил Джону. — Ты уже пропустил всё самое интересное. Так что тебе остаётся наблюдать с этим своим высокомерным выражением, как Фелис ловит бабочек. — Мы с Эшли возвращались с задания, — ответил Август. — У него были срочные дела в Городе, а я решил немного полетать… Знаете, космос прекрасен и я последний из живущих, кто станет это отрицать. Но всё-таки есть нечто изумительное в атмосферном пилотировании. Рёв ветра за обшивкой, километры, проносящиеся внизу, блестящие змеи рек и изумрудные полотна долин… А, затем, когда уже было сам вознамерился возвращаться, я обнаружил, что вольные ветра принести меня в края, где вы собирались предаться излюбленному досугу. Рэй поднял на него взгляд, какие-то мгновения нечитаемый. Затем он иронично улыбнулся собственным мыслям. — Только учти на будущее, что в разгар нашей маленькой охоты ты рискуешь получить нож в спину, — произнёс охотник. — Поэтому лучше предупреждать нас хотя бы за пять минут. Определённый соблазн сделать что-то подобное “случайно” у него и правда был. Но всё же это слишком. Не следовало так обращаться с тем, кто сам тебе добровольно сдался однажды и свою часть договора не нарушал. Да и временами даже немного жаль этого идеалиста, угодившего в своих идеях в сети идиотизма. А Август рассмеялся. Он был иного мнения на счёт бдительности этих двоих. Поглощённые охотой друг на друга, они бы и взвод пехоты не заметили! Впрочем, сам проверять это он бы не стал. — Полно, Рэй. Если бы даже я успел в самый разгар вашей игры, то скорее присоединился бы к ней, чем просто пал невинной жертвой. — Винтовку пожалей, — с усмешкой произнёс Джон. Август когда-то оказался в его в списке. И находился там совершенно заслуженно. Но именно он помог Эрике провернуть план по разоблачению Орнави, чем в каком-то смысле спас её жизнь. После такого Джон чувствовал бы себя последним мерзавцем, не дай он этому стражу новый шанс. Но всё равно нутро древнего варлока протестовало против доверия кому-то столь скользкому. Приходилось держать свои опасения при себе и искренне стараться наладить диалог. За прошедшие месяцы подобное удавалось в значительной степени. — Это было лишь однажды, — наигранно возмутился Август и прикоснулся рукой к своей любимице, привычно висящей на спине. Как-то раз когда Элис подловила его в Горниле на снайперской позиции. Варлок блокировал сокрушающий удар воительницы своей винтовкой с плачевным результатом для оружия. Вся оптика и электроника отправились в утиль. Две недели Август ходил мрачнее тучи, пока с помощью Банши-44, Хэйлы, Эшли, Тома-4 и ещё полдюжины стражей не смог вернуть оружию первозданный вид. — Если так хочешь, могу как-нибудь погоняться за тобой по этому лесу, — с иронией в голосе произнёс какое-то время молчавший Рэй. — Не волнуйся. Я постараюсь не бить по твоему драгоценному лицу. — Сегодня у них затянулся обмен любезностями, — отметила Селена, тихо обращаясь к Джону. Тот согласно кивнул. Грани отношений этих двоих были весьма сложны и запутанны. Едва ли даже сами стражи понимали их полностью. Потому старший варлок лишь молча открыл подаренную Рэем шоколадку. — Я уже согласился, — Август, которому надоело пафосно стоять, сел на один из камней. — Что насчёт следующей среды? И спасибо, я ценю это. Твоё лицо, впрочем, нуждается даже в большей защите. Помню, Том рассказывал, что тебе однажды не продали алкоголь… — Не беспокойся. Я по своему лицу получал так сильно, что это делает его автоматически таким же мужественным как и у Амадеуса, — фыркнул Рэй, который, впрочем, предпочитал стараться избегать прямых столкновений посторонних предметов с его головой. Да и прекрасный лик упоминаемого титана пусть и был значительно более суров, но представлял собой что-то светлое и вечное, а не черты побитого жизнью воина. Это множество раз говорило в пользу неутомимого борца за добро. Любые шрамы затягивались на телах бессмертных детей Странника, почти полубогов, внушая обычным людям веру в них. — Понимаю, — Август тяжело вздохнул и на его лицо нашло выражение величайшей скорби. — Хэйла… Рэй посмотрел на него, не высказав какую-то новую мысль. Вместо этого он легко соскользнул со своего камня, опустив ноги на землю, и вскоре приблизился к варлоку. Не сводя с того тяжёлого взгляда, разломил пока ещё не раскрытую шоколадку, достаточно ровно порвав при этом упаковку, и протянул одну половину, лучезарно и искренне улыбаясь. — Съешь, змеюка. Может и речи станут слаще, — добродушно промолвил юноша. Август невозмутимо принял дар, как будто именно на это и рассчитывал. Неспешно он откусил от шоколадки, чтобы затем вновь посмотреть на Рэя. — Я вот иногда думаю… А что было бы, окажись я первым стражем, встреченным тобой? — Я бы делал вид, что внемлю гласу твоей мудрости, пока Фелис ищет способ сдать тебя Авангарду, — очень просто ответил парень. — Сдал бы при первом визите в Башню, — злорадно сообщил Фелис. — Можешь быть уверен. Вот прямо сразу, когда мы сломали ангар скифом падших. Я бы вылетел к Кейду и сказал бы “Вяжите его и ногами бейте, лучше по голове!”. — Во-первых, мне бы точно не пришлось угонять скифф, — Август надменно запрокинул голову, почти не удивлённый выпадом маленького призрака. Пока Рэй отращивал свои когти, его спутник тоже менялся. — Во-вторых… Справедливо. Охотник сел на другой край камня. Его действия временами несколько противоречили словам. Так можно было подумать. Но, с другой стороны, сначала оба обменялись взаимной пассивной агрессией, а уже после утратили необходимость к вялотекущему конфликту. В лояльности этого варлока Рэй не сомневался из-за преданности того Таранису. По крайней мере, это была рациональная причина. Инстинктивно же он время от времени ощущал, что тот опасается утратить обретённую стаю, которая пусть всё ещё не демонстрировала любовь, но и не стала бы бросать на верную смерть. Слишком много раз пробудившийся уже видел, как рушатся самые светлые союзы и как распускаются поздние, но самые сильные цветы тех, кто на первый взгляд выглядели почти неприязнью. Искреннее смирение дерзкого стража подчас стоило в разы дороже. — А Таранис сейчас где-то с Амадеусом… — задумчиво произнёс Рэй. Август кивнул, принимая к сведению. Оба стража отличались крайней степенью благородства. Правда в случае Тараниса это граничило с преступной наивностью. Но у всех свои недостатки… — Как твои успехи с винтовкой? Мы ещё в мае говорили, что можно собраться на стрельбище, но так и не договорились о времени. — Я иногда тренируюсь... Один, — пожал плечами Рэй. — Если не считать Фелиса. — Одиночные тренировки не самая лучшая затея, — Август покачал головой. — Я помню, что в прошлой своей попытке учить тебя стрельбе был… Не самым приятным в общении человеком. Но всё равно предлагаю свою помощь снова. — Ты же понимаешь, что из-за этого я смогу с тобой сосредоточиться, только если ты станешь мишенью? — парень прозвучал так грустно, что даже не захотелось язвить в ответ. — Такую помощь я уже оказать не смогу, — не менее уныло произнёс Август. — Голограммы… — отстранённо подсказал Джон. — Можешь. У тебя есть призрак, — с глазами наивного юнца произнёс Рэй, какой-то подозрительно более жестокий, чем его имеющий определённую славу учитель. — По призраку я буду стрелять, если ты попытаешься от меня сбежать. Август медленно повернулся к нему, сохраняя всё присущее себе самообладание. Лишь в глубине тёмных глаз и слишком искусственной улыбке отразились истинные чувства, испытанные в этот момент. — Рэй, то что ты описываешь, называется словом “Горнило”. И его уже придумали до тебя. Подобного рода шутки от этого охотника не казались забавными. Он искренне любил загонять свою жертву, пусть и не всегда насмерть. Джон верно сообразил, как реализовывать сильные стороны потенциала своего обаятельного и улыбчивого ученика, не превращая в обычное пушечное мясо. Тот азартен, но природа этого качества не заставляла полностью терять голову, зная, что и зачем делается. Наверно где-то здесь начиналась та самая граница, на которой друзья Рэя утверждали, что он наполовину варлок. Дух охоты, перетекающий в злого гения. Всё это сопровождалось искренней любознательностью, способностью к непоколебимой преданности и тягой к добру. Если бы Август только смог тогда рассмотреть это, всё могло сложиться иначе. Он подверг этого стража опасности, но тот протянул руку помощи Таранису, самому близкому другу. Тем самым безоговорочно одержав победу. — Ты просто боишься, — фыркнул Рэй. И как в такие моменты понимать, шутит ли он, либо серьёзно это почувствовал? Варлок мог бы ответить банальностью, в духе: “Только глупцы ничего не боятся”. С кем-то менее проницательным подобное даже сработало бы. Но вот только весь фокус в том, что хоть он и боялся охотника, это был не тот страх, что отвращает. Рэй имел право злиться и то, что он свёл свою злость лишь к подобным уколам, критически близко граничило с настоящим прощением, которого Август всё ещё добивался. — Да. Но ведь и ты тоже. — У меня есть некоторые опасения, что я могу убить кого-нибудь ещё… — произнёс второй страж, глядя в пустоту перед собой. Август не почувствовал фальши. И вот это пугало намного больше! Он полагал, что может вызывать у Рэя некий остаточный страх. Если не сам по себе, то воспоминаниями о первом “убийстве” тогда ещё наивного охотника. Однако же, если чего и боялся пробудившийся, то собственных теней. В такие моменты невероятно длинных… — Полно вам, — тёплый и мягкий голос Джона проник сквозь корку льда как яркий луч весеннего солнца. — Один другого убил… Дело житейское. Кстати, не хотите чаю? — Не волнуйся. Я уже принял, что мир способен в одночасье перевернуться, а тот, кто изначально был врагом, окажет настоящую помощь. И гораздо раньше, чем ты думаешь, Джон, — единственный пробудившийся в этой троице улыбнулся. — Да, я бы не отказался от чая. Удивительно, на моей памяти, Август ни разу не сказал даже намёком, что ему что-то не нравится в твоих напитках. Думаю, он твой тайный поклонник. А вот ставить в неловкое положение слишком пафосного варлока никто не запрещал. — Я не столь высокомерен, как ты думаешь, — ответил Август, идеально грациозным жестом принимая протянутую Джоном чашку. — Благодарю. И… Я умею отдавать другим должное. — Ладно, ладно… — улыбнулся Джон. — Мы оба понимаем, что тех, кто плохо говорил о моём чае, никто и никогда больше не видел. — На прошлой неделе я заметил, что у тебя подгорел кекс. Ты заменил мне его на другой. Так что не соглашусь... — отметил Рэй и добавил. — Медленно действующего яда во втором так же не было. Потому что он будет иметь незначительное воздействие через такой большой срок, а я сегодня вышел победителем. Это говорит о том, что ожидаемая слабость в моём организме отсутствует. — Ты пей, пей… — протянул Джон. Август с подозрением покосился на собственную чашку. — Как шоколадка? — лучезарно улыбнулся охотник. Джон посмотрел на оставшуюся половинку шоколадки в своей руке. Тяжёлый вздох невольно вырвался из его груди, а затем он откусил ещё немного. Кроме термоса, терять ему особо нечего.