Феномен внеземной любви

Думаю, вам всем интересно, что же сейчас с главным противоречивым героем этой истории — Минхёком. Самое время в последний раз вернуться в то самое злосчастное утро, как раз в тоже время, пока Кихён отстаивал свою любовь, а Чангюн этого ещё не знал. А именно… Это было возможно чуть ранее… Впрочем, зачем нам гадать и вычислять? Давайте лучше посмотрим.

ZAYN ft. Sia — Dusk till Dawn

… Минхёк проснулся спустя пять часов после операции. Было ранее для конца ноября утро — ленивое солнце только выползало из-за горизонта, бросая косые лучи на город. Ли окинул всё ещё мутным после искусственного сна взглядом палату, в которой лежал, и попытался вспомнить, как вообще сюда попал, а главное — где это здесь? Но потом взгляд зацепился за фигуру, неподвижно стоящую у окна. Напрягая всё ещё плохо сфокусированное зрение, всё же смог различить, кто же это. Хёну смотрел в окно, чуть одёргивая белый тюль, и, казалось, спал на ходу. Но в следующий миг словно почувствовал на себе чужой взгляд и обернулся. Они смотрели друг другу в глаза около минуты — стоит признать, что это их личный рекорд, ведь до этого оба не выдерживали и пары секунд таких гляделок. — Хён… — наконец решился нарушить тишину Мин. Его голос звучал хрипло и тихо, но достаточно для того, чтобы наконец сдвинуть с мёртвой точки всю эту ось молчания между ними. – Я... – Мин, прости меня, – первым сказал то, что хотел Сон. Даже будучи нерешительным, уже порядком устал уходить от этого разговора. – Мне не стоило устраивать встречу в клубе. Я знал, что для тебя так важно оставаться в тайне, но... Думаю, я был слишком беспечным. – Хён... Ты... Ты знал, что я... – на бледном лице отразилось удивление и растерянность, но через пару мгновений всё исчезло. – Нет, наверное, мне стоило этого ожидать. – Мин, я знаю тебя уже больше десяти лет, но когда впервые увидел тебя там, в клубе, как ты сверкал подобно звезде на сцене... Я будто бы видел совсем другого тебя. И эта твоя сторона по-своему прекрасна. – Ужасно... – вдруг тихо сказал Минхёк, кусая губы и сжимая в кулаках одеяло до боли в пальцах. Снова не смотрит в глаза. – Это просто ужасно. Я знал... Догадывался, что так будет, но всё равно рискнул. И потерял всё... Хён, уходи... – Мин, успокойся, всё в порядке, – старший попытался успокоить, садясь рядом. Но когда попытался взять за руку, Ли лишь отмахнулся, больно ударяя ладонью. – Ничего не порядке, хён! Совсем! Я полный дурак! Знал же, что нельзя лезть под перекрёстный огонь, но нет. Думал, что у меня выйдет хоть что-то. У Ю-Ки вышло куда убедительнее... Он всегда и во всём лучше меня... – говоря это, парень не смог сдержать громкий всхлип. Закрыл лицо рукой, позволяя слезам скатываться по щекам. – Как вы все меня ещё терпите? Я ужасный человек. Всё это время... Всё время, что мы знакомы, я завидовал лучшим друзьям. Завидовал чёрной завистью, что вы все настолько талантливые. Придумал себе, что имею право присваивать себе Кихёна, и ревновал его ко всем, а потом и вовсе крышу снесло... Ещё постоянно всем вам врал. Я весь в болоте из собственного вранья, от которого мне не избавиться! Я врал даже сам себе, притворяясь другим человеком...и что теперь? Хён, пожалуйста, не трать на меня время, я этого не стою. Кому нужна сломанная кукла с фальшивыми эмоциями? Просто уходи... – Мин, слишком поздно, – Хёну осторожно убрал его руку от лица, переплетая пальцы, и поймал взгляд блестящих в солёной росе глаз. – Ты слишком поздно говоришь мне уйти, когда я уже остался. – Не нужно меня жалеть! – сколько хватало сил крикнул Ли, пытаясь высвободить свою руку из цепкой хватки, на что Сон вздохнул и нежно поцеловал тыльную сторону ладони. – Я даже не собирался. Но то, что ты только что сказал... Знаешь, ты неправ. Ли Минхёк, которого я знал уже десять лет, совсем не такой ужасный человек, каким ты себя считаешь. Я никогда не поверю, что все твои улыбки были фальшивыми. Когда мы впервые устроили для тебя праздник в твой день рождения, ты плакал от счастья. Твой самый громкий смех звучал, когда мы прогуливали вместе уроки, чтобы гулять по торговому району до ночи и просиживать в игровых залах. Ты шутил над тем, какие мы неловкие и рассеянные, когда мы с Хосоком первые разы практиковались в танцевальной студии, пока вы с Кихёном учились играть на музыкальных инструментах. На выпускном ты первым напился и на фальцете пел песни женских групп, пока девчонки снимали твои выходки на видео. Ты не скрывал грусть, когда нам пришлось прощаться, но говорил, что нам с Кихёном повезло учиться в штатах. И ты первым же позвонил по видеосвязи, чтобы узнать, куда нас поселили. Я могу вспомнить все те разы, когда твой смех делал даже самый унылый дождливый день солнечным. Ты всегда горел желанием, когда мы записывали очередной кавер и постоянно проверял просмотры, радовался, когда кто-то замечал твой вокал. Ты всегда был рядом и улыбался так, как умеешь только ты, если кому-то из нас было плохо. Ты радовался в день выпуска и гордился тем, что смог получить красный диплом своими силами; ты первым поддержал мою идею создания клиники и в первый год работал чуть ли не за всех, когда нам не хватало персонала. Хочешь сказать, что ты насколько хороший актёр, чтобы подделать все эти эмоции? – Я не знаю, о ком ты говоришь. Человек, которого ты описал, явно не может быть мной, потому что из твоих слов это ангел. – Для меня так и есть, – их взгляды наконец вновь встретились, и Мин впервые не знал, что сказать. Всё остроты разом испарились. Он просто смотрел на друга и пытался найти хоть малейший подвох в его глазах. Но нет – ничего. – Хён... – Тебе не послышалось, я на самом деле... Люблю тебя. Люблю все твои "Я": сдержанного, но улыбчивого врача Ли Минхёка, милого и болтливого шутника и сводника Мин-мина и ночную красавицу Ли Диор. Пока ты всегда смотрел на Кихёна, пытаясь идти с ним рядом и соперничал в талантах, я смотрел только на тебя. Пока ты вздыхал и мучился от неразделённой любви к Кихёну, я сох по тебе и не мог решиться сказать об этом. Я каждый раз чувствовал ревность, когда ты прежде всего говорил о Кихёне, как будто меня для тебя не существует, но я понимал, что не имею права присваить тебя как вещь. Но я хотел быть рядом и ты для меня всё ещё центр Вселенной. И когда в тот вечер ты заговорил со мной в образе Диор, я смутился. Обычно ты не заговаривал со мной первым. И уж тем более не флиртовал. Но мне нравилась твоя игра. Я наблюдал за тем, как ты делаешь абсолютно всё, чтобы выглядеть девушкой, но я видел в тебе только тебя настоящего – парня, которого люблю. И вчера вечером... Я думал о том, чтобы признаться тебе. Перед ребятами и всеми гостями клуба, потому что больше не мог молча наблюдать за тобой как за далёкой звездой. – Да чем я вообще заслужил, что за мной бегает лучший парень, которого я знаю? – Ли потёр глаза, поджимая губы в тонкую линию. – Я... Боже, нет... Я сдаюсь, ты меня раскусил. Я правда флиртовал с тобой в клубе, но думал, что это лишь моя женская тяга... Нет, не так. Ты правда мне нравился. Помнишь, тогда, на лестнице, когда ты успокаивал меня? Я чувствовал себя защищёно, как будто за стенами неприступной крепости. И ты не знаешь, но мне ужасно хотелось... Тогда, в те вечера в клубе... Мне хотелось поцеловать тебя... Ну... Хотя бы самое безобидное, как обычно друзей целуют... – на этих словах Минхёк жутко смутился, пытаясь спрятать бегающий взгляд, от чего не сразу заметил, когда расстояние между ними сократилось до десяти сантиметров. Старший подсел ближе и навис над ним, глядя вплотную. – А сейчас? Если я поцелую тебя сейчас? Ты ведь не откажешь мне? – Хён, что ты... – щеки так и горели от смущения, поэтому парень пытался всеми способами избегать этого взгляда. Даже закрыл лицо свободной рукой, ведь вторую всё ещё держал Хёну, но ненадолго, ведь в следующий миг и эта была перехвачена крепкой ладонью и придавлена к постели. Ли снова поднял взгляд, всё ещё жутко смущённый, и не знал, куда себя деть. Эта близость дурманила. – Ты не ответил мне, Мин, – снова заговорил Сон, и от его успокаивающего, мягкого голоса сердце плавилось как мороженное на солнце, – не откажешь мне в поцелуе? – Зачем спрашиваешь, если сам можешь взять, что хочешь без моего согласия? – Не могу. Иначе уже давно бы поцеловал тебя. Ещё тогда, на лестнице. Но тогда мы ещё не флиртовали в клубе. – Тогда... Тогда мне не показалось? – замер Мин, а после тихо добавил: – Сейчас. Поцелуй сейчас, потому что я хочу этого... Хёну сократил расстояние между ними, касаясь его губ своими – неловко и немного неумело. Не спеша сминал тонкие пересохшие губы, чуть проводя по ним языком. Минхёк хрупкий и максимально беззащитный сейчас – словно всё его тело сделано из тончайшего белого фарфора, к которому нельзя даже прикоснуться слишком сильно – сломается, рассыпется в пыль, раскрошится на острые осколки. Но вместе с тем этот ощутимый контраст сейчас был таким интересным и...милым? Нет, скорее сладким. Если бы довелось описать в этот момент Мина одним словом, это точно была бы сладость – сахарная вата. Мягкая, невесомая и невероятно сладкая. То, как он отвечал на поцелуй, жадно впиваясь в чужие губы и игриво покусывая, как сам стремился зайти дальше, первым углубляя поцелуй. От этих действий внизу живота всё скручивалось в тягучий узел, а сердце буквально танцевало вальс. Казалось, Ли всю жизнь нуждался в той ласке, которую мог дать всего лишь один человек, всегда идущий рядом, но взявший за руку лишь сейчас. Они целовались просто немыслимо долго, до звёздочек в глазах и головокружения – лишь тогда отстранились. Жадно глотая воздух, так безжалостно выжатый из лёгких без остатка, смотрели глаза в глаза, а после тихо засмеялись. – Мы точно сходим с ума, что мы вообще делаем, хён? – тихо хихикал Минхёк, а у самого глаза стеклом блестели. – И почему ты плачешь, Мин? – старший осторожно коснулся лица, стирая большим пальцем слезинки с ресниц. – Потому что боюсь проснуться. – Думаешь, это сон? – Слишком хорошо для правды. – Если захочешь, я буду целовать тебя каждое утро, каждый день, каждый вечер. Я не отпущу тебя, глупый. – Тогда... Поцелуй меня в следующий раз, когда Ю-Ки вернётся. Обещаешь? – Хорошо, обещаю...

[stop the music]

...И вот теперь мы вновь вернулись в то время, когда звёздные гости оживлённого разговаривали в его кабинете, а сам Сон Хёну шёл по коридорам своей клиники. Он думал о том обещании и ещё о том, что же теперь будет с Ю. По дороге встретил Дасом, отдыхающую после сложной операции, и сам взял себе кофе, подсаживаясь к ней. – Хёну, скажи, что происходит? – наконец спросила она, потягивая свой латте, но не глядя на своего начальника. – Нуна, это ведь ты курировала операцию Кихёна? Как он? – Ужасно, – честно призналась девушка, – у него на теле живого места не осталось. Я как будто пазл собирала. Скажи мне, что происходит? Почему он и Минхёк пострадали? – Уже слышала новости? Захват клуба "Tropical Night" неизвестной группой лиц. – Только не говори мне, что... – Да, мы там были в это время. Эти неизвестные искали меня. Если бы я не вышел из зала позвонить Хосоку... – Но тогда... – Кихёна они забрали с собой, чёртов герой. Хотел спасти тех людей в клубе. – Это так на него похоже... – Каковы шансы на то, что он прийдёт в себя? – А как ты думаешь? Стабильно тяжёлое, с многочисленными внутренними кровотечениями и разрывами внутренних органов. Я конечно его подлатала, но дальше не моя компетенция. Из комы люди выходят раз через трое, а в его случае... – Знаю, один к пяти, – выдохнул парень, отпивая уже остывший кофе. После встал с места и обернулся к ней. – Спасибо, нуна. – Ты уже был у Минхёка? Он пришёл в себя? – Да, он живее всех живых, это же наш Минхёк. – И всё же, он сам понимает, что пуля задела позвоночник. Нужны операции и восстановление. Но больше всего нужна поддержка. – Я прекрасно это понимаю и сам прослежу за всем этим. Я его уже уговорил, – улыбнулся Хёну, чем поймал удивлённый взгляд коллеги. – Так, ты что...? Чем вы там занимались? – Боже, нуна, хватит уже так реагировать, как будто первый день нас знаешь. – Вас если не проконтролируешь, вы что-угодно учудите. Вам уже третий десяток, а в жопах детство играет. – Ладно, не ворчи, нуна. Тебе не идёт. К тому же не забывай, что тебе вредно. – Уволюсь к чёртовой бабушке, если так и дальше пойдёт! Мне ещё ждать семь месяцев, а вы меня в гроб загоняете! – Не надо, ваш курс в гинекологию на втором этаже, прямо по коридору. Я тебе уже палату забронировал. – Лучше замену ищи, заботливый начальник, – фыркнула Дасом. – Всё иди куда шёл, дай мне отдохнуть. – Ладно, я тогда к Мину. Удачно тебе отдохнуть, нуна, – хихикнул Сон. – Ага, тебе тоже. Герой любовник, – закатила глаза девушка, вытаскивая из кармана телефон, и быстро набрала номер мужа. Сейчас ей хотелось услышать того, кто действительно думал именно о ней, без шуток и подколов... Ну а мы оставим её наедине с собой. Нас всё ещё интересует наша новая парочка.

[continue listen: ZAYN ft. Sia - "Dusk till Dawn"]

Когда старший вошёл в палату, Минхёк спал. Осторожно и максимально тихо подошёл ближе, садясь рядом. В тусклом свете были ярко видны бледные скулы, кажущиеся острее обычного, а длинные пушистые ресницы слегка подрагивали сквозь сон. Как и утром, сейчас парень выглядел хрупким, точно девушка. Невольно хотелось сравнить его со спящей красавицей и условие пробуждения уже не казалось чем-то далёким и невыполнимым. Хёну зарылся пальцами в отросшие и уже почти потерявшие свой цвет волосы, одновременно желая и не желая будить. Но Ли почувствовал это касание и медленно открыл глаза. – Хён... Который час? Я снова отключился. – Всё нормально, тебе нужно восстанавливать силы. Сейчас уже четыре часа дня, самое время новостей. – Хотелось бы конечно хороших, но сейчас сойдут любые, – вздохнул Мин. – Ты ведь здесь, значит... – Да, вот только... Ситуация явно не лучшая. Кихёну сильно досталось. – Единственный раз, когда не позавидуешь. А Чангюн? – Ну, а ты думаешь, кто Юки вытаскивал? Правда при этом чуть не разнёс всё. – Справедливо. – Кстати, хочешь удивлю? – Смотря чем, знаешь же, что меня сложно удивить... – Хосок, оказывается, тоже пришелец, с той же планеты. Мало того, теперь ещё и сводный брат Чангюна. – Ахренеть, – выдохнул Ли. – Ладно, признаю, это самая неожиданная новость. – А хочешь открою секрет? – Что за секрет? – недоверчиво прищурил глаза. – Ну, может то, что я тоже не совсем человек, – Хёну наконец решился показать ему свои глаза, светящиеся космосом. – Ты... Ты выиграл, – побеждённо вздохнул Минхёк. – Даже я не заметил подвоха, хотя я всегда замечаю всё первым. – У нас ничья в этом, – улыбнулся старший. – Я ведь тоже так удивился, когда в клубе тебя узнал. – Возможно, но о моём секрете невозможно просто так догадаться. – В любом случае, теперь у меня нет секретов от тебя. – Как это мило, Нуну~ – Йа, прекрати! – Что именно, Нуну~? – Ли дразнил его, намеренно выделяя этот милый вариант имени, что от сладости в голосе пьянеешь без вина. – Называть меня так! Меня так называли только родители, – сознался наконец Хёну, смущённо улыбаясь. – А мне так нравиться больше, Нуну~, – Минхёк не боялся в открытую дразнить старшего, еле заметно кусая губы от ожидания. Но всё же нужный эффект был достигнут – Сон снова навис над ним, глядя в упор. – Перестань меня дразнить, иначе... – Иначе что? Поцелуешь меня? – Мин щурил глаза, не переставая покусывать и оттягивать от не терпения свои губы. – Один раз ты уже грозился, вот только в тот раз я так и не дождался обещанного. – Мне воспринимать это как признание? – Признание? Какое признание? – парень изобразил удивление, хлопая глазками как наивная маленькая девочка, что со стороны выглядело... Смешно. В этом жесте насквозь проглядывала ирония, но только от этого лишь больше хотелось целовать и никогда больше не отпускать. Хёну смотрел прямо в глаза, и не мог не улыбаться – сейчас он ближе, чем когда-либо. – То, которое ты почти сделал утром. Мин, станешь моей парой? – Уверен? – без тени улыбки спросил Ли, и было абсолютно понятно, к чему этот вопрос. Но если бы старший не был уверен, то никогда бы так и не решился сказать об этом. Поэтому сократил расстояние между ними и прошептал, прежде чем поцеловать: – Абсолютно. В этот раз поцелуй был более оживлённым и беззаботным – Минхёк ухватился руками на широкие плечи, а Хёну зарылся пальцами в волосы, чуть приподнимая с подушки. Целовались долго и максимально развязно, так, словно вместе уже лет десять и знают друг друга достаточно хорошо... Хотя так и есть (но ведь мы сейчас о романтических отношениях). Сминали губы друг друга, переходя в глубокий поцелуй, потом обратно в нежный и нерешительный – и так по кругу. Как будто закручивали петли бесконечности. – Я не ответил на вопрос... – наконец заметил Мин, когда они разорвали поцелуй. – Но ты ответил на поцелуй, разве это не равносильно "да"? – Да, мой ответ – да. – Я даже не сомневался, – старший держал его за руку, нежно поглаживая пальцами, и от этого по коже как будто проходили слабые заряды тока, заставляя сердце то замирать, то стучать в ускоренном темпе. Они не знали, что ждёт их в будущем, но прямо сейчас они есть друг у друга, а значит – всё хорошо.

♡♡♡♡♡♡♡

P!nk - Try

Минха приехала в дом сына уже ближе к вечеру, когда на город опустились густые тяжёлые сумерки. Устало вышла из такси, рассчитываясь с водителем, и поднялась к дому. Но именно здесь её ждало удивление – прямо на пороге, сжавшись в комочек, сидела Алико. Заметив её, подняла голову и с минуту смотрела в глаза. На вид девушке можно было дать от силы лет семнадцать – низкого роста, лицо со смутно европейскими чертами выглядело по-детски, чёрные слегка волнистые волосы спадали до линии скул, а ядовито-зелёные глаза смотрели виновато. Весь её вид напоминал шкодливого котёнка, который пытался снова вернуть доверие хозяйки. – Что ты здесь делаешь? – холодно спросила миссис Ю. – Тебе хватило наглости прийти сюда после того, как из-за тебя мой любимый сын едва не умер?! – Прости меня, Минха-ни, – негромко произнесла клайпианка. – Думаешь, ты отделаешься простыми извинениями? Если хочешь заслужить моё прощение, сделай так, чтобы мой мальчик проснулся! – женщина едва не срывалась в истерику, но вовремя прикусила губу. – Минха-ни, я ведь... Я ведь помогла тебе сбежать оттуда... – Замолчи! Уходи сейчас же, пусть тебя судят вместе с остальными на родине, а я не хочу тебя знать! – Минха прошла мимо, быстро открыла дом и вошла внутрь, хлопнув дверью. И только здесь её накрыло – сползла вниз, прямо под дверью, и зарыдала. Сердце рвалось на части от осознания то, что её влечения приносят одни лишь проблемы. Она не могла произнести вслух, но эта зеленоглазая всё ещё была ей до́рога – чувства не уничтожить по щелчку пальцев. Но вместе с этим это лишь ещё больше вгоняло её в яму самобичевания и вины перед сыном. За дверью послышались шаги, остановившиеся совсем близко, а потом и вовсе девушка присела под дверью. – Минха-ни, прости меня, я виновата... Я не смогла сбежать от экспедиции надолго, хотя и очень хотела. Когда мы встретились, ты... Была такой красивой. Я влюбилась. Мне так хотелось остаться с тобой здесь, но я не могу. Мне пришлось вернуться к ним. Но я не хотела рассказывать им о тебе – сами узнали. Я очень хотела увидеться с тобой... – Уходи! Уходи и забудь меня! – выкрикнула Минха и её голос отдался эхом в пустом доме. – Я уйду, если ты так хочешь. Но... Я хотела отдать тебе кое-что. – Мне от тебя ничего не нужно! – Это не подарок, – за дверью послышался вздох, – это антидот. Антидот к тому препарату, что ему вкололи. Если ввести в течении суток, последствий можно избежать... Миссис Ю в который раз переступила через свою гордостью и открыла дверь. – Покажи. Ты ведь не врёшь мне?! – Нет, Минха-ни, – поспешно покачала головой Алико, доставая из нагрудного кармана небольшую ампулу с прозрачной жидкостью, – вот. – Ты пойдёшь со мной и повторить это при всех! – Минха схватила её за руку, вытягивая на улицу. Клайпианка сопротивлялась, пытаясь высвободиться. – Нет, я не поеду туда! Минха-ни, отпусти меня! – Поедешь! Потому что извиняться должна не передо мной, а перед тем, кто действительно пострадал в этой глупой войне – парень моего сына! Женщина потащила её за собой вниз по улице, всё время пытаясь поймать проезжающую машину. Когда же ей это удалось, назвала адрес клиники и силой усадила свою любовницу на заднее сидение рядом. Алико растерянно смотрела на полную решимости миссис Ю, а после заметила, что та всё ещё сжимает её руку в замке. Это почему-то подействовало успокаивающе. Можно надеяться, что её хотя бы простили...