Феномен внеземной любви

Шесть месяцев спустя...

EXO - Universe

Минхёк подставлял лицо весеннему солнцу, которое заглядывало в сад вокруг клиники, и довольно жмурился от озорных солнечных зайчиков, слепящих взор парня своей яркостью. Он выбрался в сад в надежде хоть немного побыть в тишине, которой не хватало в это время в здании, что даже не заметил, как успел так разомлеть на солнце. За спиной послышались осторожные тихие шаги, шуршащие по ровной дорожке, а через миг прямо напротив его глаз появилась тень, не пропускающая лучи. Ли открыл глаза и обернулся, а на лице сама собой появилась улыбка. – Вот ты куда сбежал, а я думал, тебя просто дети загнали, – Хёну хихикает, всё ещё закрывая рукой лицо любимого от солнца. – Вовсе нет, я люблю быть с детьми, просто иногда хочется побыть в тишине. Ты же знаешь, педиатрия и тишина - вещи несовместимые. – А сейчас? Возвращаемся? – Да, – кивнул Мин, не сопротивляясь, пока старший помог развернуть инвалидное кресло и покатил обратно к клинике. – Уже нашёл замену Дасом? – Как раз проводил собеседование. Не так-то просто найти хороших хирургов на замену профи своего дела. – Ты прав, – Минхёк вздохнул, по привычке запуская пальцы в свои высветленные волосы. – Ю-Ки бы точно посмеялся, что мы не можем найти ему замену... – шутка застряла комом в горле. Парень снова осёкся, пытаясь превратить в шутку ещё кровоточащую рану на сердцах, сам же бередя старые шрамы. – Прости. – Всё нормально, Мин, знаешь же, что мы ничего не можем сделать. – Знаю, но... Всё равно... Кажется, мы не сделали всего. И это больше всего задевает. – Не думай об этом, – Сон решил сменить тему разговора: – не забыл, что у тебя ещё тренинг через два часа? – И как тут забудешь, если ты мне всё время напоминаешь? Как только помнишь всё это? – наконец снова улыбнулся Ли. – Тебе Хосок звонил? – Да, он скоро вернётся. – Наверное, ему всё ещё сложно принять правду. Столько лет жить, не зная о доме и настоящей семье... – В любом случае, разве не прекрасно, когда он решил добиться открытия семейного интерната в доме приёмного отца? Теперь его семья может жить спокойно. Хосок говорил, что они недавно закончили ремонт и как раз праздновали новоселье. Думаю, на этой неделе приедут в обратно в Сеул. – Уже слышал новую песню нашего Чангюна? – Какую именно? – Самый последний сингл, который он записал совместно с Холзи. Просто невероятное звучание. Их голоса хорошо сочетаются – всё же позвать её для записи было хорошим решением. – Знаешь, он так изменился за эти полгода, – старший остановился, сжимая руки на поручнях. Мин обернулся, пытаясь поймать его взгляд. – Хён? – В последний раз, когда мы разговаривали по видеосвязи, вид у него был не слишком здоровый. – Надеюсь, это не то, о чём я думаю. Ю-Ки ведь обязательно проснётся. Чангюни~ нужно лишь дождаться этого. – Этот макнэ... Я же говорил ему больше отдыхать, а не работать по ночам. Совсем голову потерял, создавая свою музыку. – Мы ведь тоже такими были в школьные и студенческие годы. Разве не помнишь, как сам оставался в студии, тренируясь до ночи? – Чувствую себя стариком – когда это было? – подшутил Хёну, вновь трогаясь с места. – Знаешь, я рад, что он нашёл себя в музыке. Когда слушаю их запись с Ю-Ки, каждый раз мурашки по коже. Они так красиво исполнили песню... – "Bad Things", да? Кажется, это было сто лет назад. – Кстати на видео, которое мы смонтировали, уже миллион пятьсот просмотров. На нашем групповом кавере "Universe" сейчас набирается девять тысяч просмотров... Стоит как-нибудь снова собраться вместе и записать что-то... Жаль только снова без нашего Ю-Ки. – Это точно. Думаю, что-нибудь из такое же красивое. Они наконец пересекли сад и вернулись в здание клиники, направляясь в тренировочный зал. Всю дорогу больше не сказали ни слова, как будто они вновь вернулись в прошлое, когда друг с другом было неловко. Но это не так – это молчание было непринуждённым и вполне нормальным. Просто оба думали о своём... Однако не только Минхёк и Хёну задумчиво замолкали, когда темы обыденных разговоров исчерпывались, а в мыслях снова всплывали образы из прошлого, в которых рядом был человек, которого так не доставало сейчас... Хосок собрал все вещи, последний раз окидывая взглядом комнату, в которой прожил большую часть своей жизни, и из груди вырвался тяжёлый тоскливый вздох. Теперь он здесь лишний. – Хо, ты готов? – в дверях появился Хёнвон, уже так привычно глядя на него своими разными яркими глазами. – Такси уже ждёт у ворот, просили поторопиться. – Да, уже иду, – кивнул Ли, закидывая сумку на плечё, и подошёл ближе. Остановился рядом и посмотрел в глаза с грустью. – Хо, что-то не так? – Ничего... Даже спустя столько времени я не могу принять то, что жил чужой жизнью. Для меня этот дом, этот город и... – заикнулся на слове, неуверенно исправляя свои мысли: – ...мистер Ли – для меня всё это дорого. – Ты ведь не обязан отказываться от того, что тебе дорого, – Че коснулся ладонью его щеки, а сам заглядывал в глаза ясного неба с притаившимися звёздами в них. – Нет, я всё решил. Я больше не буду присваивать себе жизнь, которая изначально мне не принадлежала. В следующий раз, когда прилетит экспедиция с Сириуса, я отправлюсь с ними. Я должен узнать и вспомнить всё, что забыл. – Мне ведь есть место в этой твоей жизни? – неожиданно спросил, отчего повисло молчание. Но ненадолго – Ли накрыл его ладонь своей, нежно сжимая, и улыбнулся. – Что за вопросы? Ты же теперь мой бэтта, как ты можешь быть лишним? – Всё ещё не привыкну, что ты так меня называешь. – Есть такое, – Хо опустил их руки, переплетая пальцы, а сам чуть привстал на носочки, касаясь пухлых губ своими. – Идём, нас уже ждут. Они спустились вниз и уже у двери, когда обувались, к ним вышел мистер Ли. – Хосок... Парень замер на месте, не решаясь обернуться. Хёнвон явно видел волнение – оставлять позади слишком тяжело. Знал, что если Хо обернётся сейчас, снова посмотрит в глаза тому, кто был рядом, любил, заботился и учил жить по правде, точно не выдержит... – Я лишь хотел сказать, что мне не важно, что ты не мой ребёнок. Для меня ты всегда был моим любимым сыном, и если хочешь уйти сейчас... Я не буду тебя осуждать – это твой выбор. Лишь хочу, чтобы ты был счастлив. Ты точно этого заслуживаешь, – мужчина говорил всё это спокойно и с теплотой, а у Хосока сердце сжималось от боли. Сумка с громким грохотом свалилась на пол, а сам он... Обернулся. В светлых звёздных глазах блестели слёзы. – Отец... Я... Уже скучаю... – признался Хо, на что мистер Ли обычной прихрамывающей походкой подошёл ближе, заключая в объятия. – Я тоже. Но ты же всегда можешь приехать сюда, на Чеджу, и я буду ждать тебя. – Спасибо... – тихо всхлипывал Хосок, напоследок вдыхая родной запах, пытаясь запомнить надольше. Лишь спустя пару минут отстранился, быстро стирая слёзы, и сдержанно улыбнулся. – Большое спасибо, что заботились обо мне. Прощайте. После чего взял Хёнвона за руку и вышел из дома, спускаясь к воротам. Погрузили вещи и сели в машину. В момент, когда тронулись с места, Ли в последний раз посмотрел на дом и повернулся, глядя только вперёд. Так они приехали в аэропорт. Но даже уже когда прошли регистрацию и поднялись на борт самолёта до Сеула, всё равно смотрел в окно... За окном самолёта проплывали пушистые облака, за которыми равнодушно наблюдали звёздные глаза. Чангюн покидал Нью-Йорк, где давал последний концерт в этом месяце. Вообще за эти полгода такие частые перелёты стали обыденностью. К славе и постоянной работе быстро привыкаешь, но именно сейчас хорайст летел в Корею – место, ставшее новым домом благодаря всего одному человеку. И снова... АйЭм закрыл глаза – в темноте сознание вновь нарисовало родной образ Кихёна, каким помнит его...до всего случившегося. Тихо вздохнул, убирая руку, которой подпирал щеку, и откинулся на спинку сидения. До прибытия ещё несколько часов. Прямо сейчас хотелось лишь одного – чтобы когда позвонит друзьям, услышать среди гула их болтовни голос Кихёна, а по возвращению он первый обнял и сказал, как любит и гордиться им. Если бы... Если бы так и было... Ведь все песни, которые написал, посвящены лишь одному...

♡♡♡♡♡♡♡

[интервью с восходящей звездой музыки I.M] – Итак, по просьбам наших зрителей, сегодня у нас в гостях самая противоречивая персона в музыке. Прошу, поприветствуем все невероятного I.M! – Не такой уж я невероятный, вы преувеличиваете. – Но так о вас отзываются ваши фанаты. Мы рады приветствовать вас здесь. Если вы не против, мы хотели бы задать вам некоторые вопросы, которые интересуют многих ваших поклонников. – Мои сириусы... Что ж, я готов ответить. – Итак, первый вопрос, который чаще всего задавали в сети: Откуда вы, если не раз упоминали, что не являетесь корейцем по происхождению? – Да, я считаю ЮК своим домом, но не потому, что родился там, а потому, что там живёт самый близкий мне человек. Это многое для меня значит. Я получил гражданство, но не стал одним из них. – Тогда откуда вы? – Скажите, вы когда-нибудь видели хоть у одного человека такие же глаза, как мои? – Нет, но людей ведь много... Как это относиться к теме вопроса? – Напрямую. И я отвечу: можете не искать людей с такими глазами, их нет. А я не человек. – Довольно странный ответ. – Думаете сейчас, что я несерьёзен? Но я лишь отвечаю на вопрос. На самом деле мой дом находиться за пределами Солнечной системы. Если в ясную ночь вы сможете отыскать в небе созвездие Большого Пса, в котором сияет звезда Сириус, знайте: в свете этой звезды прячется моя родная планета. И если бы не одна случайность, я никогда бы не попал на Землю, и уж тем более сейчас не сидел здесь, с вами. Вы в праве не верить мне, но мне незачем врать вам. – Что ж, если вы так говорите, значит так и есть. Давайте перейдём к следующему вопросу. – Окей. – Есть ли у вас любимый человек? Если да, то кто? – Как я уже говорил, в Корее живёт дорогой мне человек. Да, это мой любимый, но вот кто... Наверное, вы можете догадаться, если знаете о моей первой записанной песне. – Первая? "Fly with me"? – Нет, не моя. Это кавер, самая первая песня, которую я исполнил – "Bad Things", записанная в дуэте. Клип к этому каверу смонтирован моими друзьями из фото и небольших видео. Тот, с кем я записывал кавер и тот, с кем я был счастлив на этих фото – один человек. – Я позволю себе отойти от темы. То есть парень вокалист, с которым был записан кавер... И есть ваш любимый человек? – Да, вас это удивляет? Я знаю, о чём вы сейчас подумали, глядя на меня. Но я напомню, что когда я дебютировал, то сразу дал понять, кем являюсь. Я квир и не скрываю это, для меня нет гендерных различий или рамок сексуальности. Я люблю лишь одного человека, и никогда не посмотрю в чью-либо другую сторону. Потому что мой самый ценный дар – это мой любимый, потому что только я знаю тысячу и одну причину того, почему люблю именно его. Любовь – это то, ради чего стоит жить и я хочу донести это до всех, кто слушает мою музыку. Самые красивые песни – это песни о любви, и мне есть, что сказать об этом феномене. – То, что вы говорите, это...невероятно вдохновляет. – Никто из нас не идеален, у каждого из нас свои проблемы и страхи, но это не значит, что мы всегда наедине с этим. Каждый раз, когда я читаю отзывы моих сириус о том, что мои песни помогли им в трудную минуту, я чувствую себя ближе к каждому. – Это действительно прекрасно. Что ж, наше интервью затянулось, так что, думаю, достаточно будет ещё двух вопросов... Есть вопрос, или скорее, предположение фанатов, которое хотелось бы озвучить. – Я заинтересован. – Многие слушатели заметили, что вы записали уже десять синглов и продолжаете записывать каверы на треки других исполнителей, но звучание всей музыки всегда минорное. Недавний трек "Scent" вновь это подтверждает. Связанно ли это с личными переживаниями или же вам просто нравиться подобное звучание? – Это связанно напрямую. Да, так и есть. В моей жизни произошло довольно много событий, которые радостными вряд ли назовёшь. Но они все меркнут, стоит мне подумать о том, что полностью изменило мою жизнь полгода назад. Я был близок к тому, чтобы потерять любимого, и всё, что я хочу – вновь увидеть его улыбку и услышать голос. – Прошу прощения, думаю, это слишком личное. – Давайте закончим, у меня не так много времени. – Хорошо, тогда что на счёт планов на будущее? Ждать ли полноформатный альбом? – Возможно, пока что я только работаю над этим. – Спасибо большое за интервью...

♡♡♡♡♡♡♡

IU - "Through the Night"

...Когда Чангюн вновь открыл глаза, самолёт уже заходил на посадку. Наконец он вернулся сюда. В аэропорту как всегда куча народу, все спешат покинуть это место, но именно из-за этого обратный эффект. Но это стало привычным. Спустя несколько минут огромные очереди на проходах и переполненные залы ожидания остались позади, а сам АйЭм стоит у выхода, осматриваясь. Заметив свободное такси, договорился об оплате и месте назначения... Здание клиники "Breathe 4U" ничуть не изменилось за время его отсутствия, только теперь тут буяли деревья в цвету, яркими красками покрывали землю цветы, а воздух был пропитан дыханием весны. Чангюн вышел из машины, забирая небольшую сумку с вещами, и уверенно пошёл туда. Его узнавали медперсонал и некоторые пациенты, уважительно приветствовали и спешили дальше по своим делам. Однако никого из ребят так и не встретил по дороге. Поэтому пошёл сразу же в одном направлении... Осторожно вошёл в приоткрытую дверь, стараясь ступать как можно тише, будто боялся нарушить эту звенящую тишину. В палате витал запах лаванды от недавно жжённой ароматической свечи, а в приоткрытое окно влетал прохладный ветерок. Хорайст опустил сумку на пол в углу и подошёл к кровати. – Я вернулся, Кихён, – склонился над крепко спящим парнем и оставил на щеке нежный поцелуй. Сейчас это уже стало привычно, но по-прежнему больно. Больше всего Чангюн хотел, чтобы его бэтта проснулся. Потому что каждый день всё сложнее и сложнее заново склеивать осколки раскрошенного сердца. Но он верит и ждёт того самого чуда, с детской искренностью и отчаянием. Отстраняется и садиться рядом на стул, нежно сжимая холодную руку в своих, пытаясь поделиться хоть частичкой тепла. Осторожно проводит пальцами от сгиба ладони вверх по запястью, где на бледной коже чётко выделялись символы на языке хорайстов, сложенные в имя. Его имя. АйЭм лишь глотает тяжёлый ком в горле и улыбается. – Прости, что я так долго. Обещал приехать на два часа раньше, но мой рейс отменили из-за погодных условий, так что пришлось пережидать и менять билеты. На этой неделе у меня было три концерта и ещё меня пригласили на интервью. И я... Не сдержался. Я рассказал о нас. Не говорил ни твоё имя, ни кто ты и откуда, лишь сказал, что ты самый дорогой и близкий мне человек на этой планете. Я ни разу не соврал, хотя мог бы. Но не стал... – снова с силой сглатывает, чувствуя, как в глазах всё плывёт от подступающих слёз, а голос грозиться дрогнуть и сломаться в любой момент. Смотрит на спящего бэтту и не выдерживает – слёзы скатываются по щекам. – Кихён... Мне одиноко без тебя. Прошу, вернись и спаси меня от одиночества снова... Как сделал это тогда. Как можешь только ты... – облокачивается на край кровати, целуя тонкие бледные пальцы. – Пожалуйста... ...Даже не заметил, как задремал. Проснулся от того, что кто-то заботливо накинул на его плечи мягкий плед. Чангюн сонно зевнул, выпрямляясь, и обернулся. – Как давно приехал, Кюни~? – ласково спросила Минха, закрывая окно и вновь зажигая ароматическую свечу на столике в другой части палаты. – Который час? – Шесть вечера. – Я прилетел в два, плюс час добирался... – Тебе снова режим перестраивать. Почему сразу не поехал домой? Я бы встретила. – Не могу, – опустил глаза, натягивая на плечи плед, – я хотел поскорее увидеть Кихёна. Меня долго не было и... В этот момент снова посмотрел на своего бэтту и завис. – Кюни? – женщина проследила за взглядом и удивлённо вскочила. – О боже... – после чего выбежала из палаты. АйЭм же как околдованный смотрел на Кихёна. Наконец он открыл глаза...