Русская Гротти в Хогвартсе 2

Вы думаете ребята сами пришли в кабинет директора? Нет, их, на правах школьного старосты привел туда Седрик Диггори. Парень привел их в кабинет, сказал пароль и всех пятерых попросил войти. Когда пятеро подземных странников — Таня, Гарри, Рон, Джинни и Локонс — с головы до пят мокрые, грязные, а Гарри еще и в пятнах крови, вошли в кабинет, все, кто там был, ошеломленно замолчали, но тишина в тот же миг взорвалась воплем:  — Джинни, доченька! Это были мама и папа Уизли. Они вскочили и на ходу обняли девочку. Молли вся в слезах, судорожно обнимала дочку. Артур, успокаивающе, гладил жену по плечу.  — Вы спасли ее! Спасли! Как вы это сумели? — спросил мистер Уизли.  — Нам всем очень бы хотелось это узнать, — произнесла профессор МакГонагалл утратившим обычную твердость голосом. Вытирая слезы, которые сами по себе лились из глаз, Таня высвободилась из объятий Седрика и начала рассказ. Около четверти часа в полной восхищения тишине она рассказывала о том, как Гарри услышал бесплотный голос, и Гермиона одна поняла, что это голос василиска, ползавшего по трубам внутри толстых стен замка, как они с Гарри и Роном пошли за пауками в лес и Арагог поведал им, где умерла последняя жертва василиска, как они догадались, что Плакса Миртл и есть эта жертва и что вход в Тайную комнату не где-нибудь, а в ее туалете. Затем, Таня рассказала о их приключениях в Тайной комнате. Рассказала все в красках, ничего не приукрашивая. Девушку удивила реакция остальных, когда она назвала Темного лорда полным именем. Какой-то суеверный страх, по другому и не скажешь. Гарри и Рон подтвердили ее слова. Рон положил на стол дневник Тома Реддла, который Таня проткнула клыком. Страницы книги были полностью заляпаны чернилами, а середина полностью прожжена. Что говорило о том, что темный артефакт полностью уничтожен.  — А, как этот дневник попал к моей дочери? — спросила Молли. — Джинни, ты где его взяла?  — Мам, я нашла его в одном из учебников. И… и, я в нем писала весь год, а он… он мне отвечал. — понуро ответила девочка, снова расплакалась. Мистер Уизли был просто в шоке.  — Ужас какой! Джинни, как ты могла?! Я же столько раз говорил, что много кто может прикинуться добрым и понимающим, а на деле может быть не так. Почему ты не показала дневник нам с мамой? Почему не показала той же Тане? — набросился на нее отец.  — Мистер Уизли, пожалуйста, не ругайте ее. — вступилась за нее Таня, — Я думаю, кто — то специально вложил дневник в книгу, или просто забыл вытащить. Я многое за этот год узнала, про этого Волан-де-Морта (опять все вздрогнули), и он сделал много страшных артефактов. И не удивительно, что один из них попал к Джинни.  — Татьяна права, — сказал Дамблдор, — Мисс Уизли стоит отвести в больничное крыло. На ее долю выпало слишком тяжелое испытание. Рональд, помоги родителям увести сестру к мадам Помфри. И уведите профессора Локонса туда же, мадам Помфри знает что в этом случае делать.  — Хорошо, сэр. — сказал мальчик, — Пойдем мам. Все встали собрались было уйти, но Дамблдор сказал.  — Татьяна, Гарри я попрошу вас остаться. Миссис Уизли, поддерживая Джинни, повела ее из кабинета, мистер Уизли, который никак не мог опомниться, побрел за ними. Рон пошел за ними, сопровождая Локонса.  — А знаете, Минерва, — улыбнулся профессор Дамблдор, — пожалуй, эта история стоит хорошей пирушки. Можно попросить вас пойти поговорить с поварами? — Можно, — сухо кивнула профессор МакГонагалл. Она вышла из кабинета и закрыла за собой дверь. Повисло неловкое молчание. Тишину прервал сам директор.  — Помнится, я говорил, что придется исключить вас Поттер из школы, если вы еще раз нарушите правила, — начал директор. — А, вы, мисс, такая примерная ученица и вдруг полезли в эту заварушку. На счет вас у меня была абсолютная уверенность, что в этом году вы не будете нарушать школьные правила. Но факты не врут, вы, Гроттер, настоящий темный маг. Таня густо покраснела. На глазах снова начали наворачиваться слезы.  — Эй, эй, не надо плакать… — ласково сказал Дамблдор, — Я вас не ругаю, я, так сказать, горжусь вами. И надеюсь, что в следующем году вы проявите такое же благородство и смелость.  — Спасибо профессор, — Таня вытерла слезы. (да, на жалось мы давить умеем).  — И, я считаю, что вы ребята заслуживаете, как раз не наказания, а награды. Так, дайте — ка подумать… да, по двести баллов каждому для Гриффиндора. Гарри сделался ярко-розовый от смущения, Таня, улыбаясь, обняла друга. Неожиданно в кабинет ворвался никто иной, как Люциус Малфой. Отец Драко был сильно не в духе. За ним, чуть позади, прихрамывая шел эльф Добби.  — Добрый вечер, Люциус! — дружелюбно приветствовал его директор.  — Вы снова здесь. Кто позволил вам вернуться в школу? — мистер Малфой просто был в ярости.  — Ко мне обратились все члены Попечительского совета. Разговор был нелегкий и откровенный. Узнав, что очередная жертва дочь Артура Уизли, совет попросил меня без промедления вернуться. Похоже, пришли к общему мнению, что при нынешних обстоятельствах лучшего директора школы, чем я, не сыщешь. И вот что странно: некоторые члены совета намекают на то, что их согласие на мою отставку было вырвано под угрозой заклятия, которому могут подвергнуться их семьи. Мистер Малфой, и без того всегда бледный, сделался еще бледнее, глаза его превратились в щелки.  — Ну и что, вы уже прекратили нападения? — спросил он с издевкой. — Преступник пойман?  — Да, пойман.  — - И кто этот негодяй?  — Все тот же злодей — Темный Лорд. Только в этот раз он действовал через другого человека. С помощью вот этого дневника. — испытующе глядя на мистера Малфоя, Дамблдор протянул ему черную книжицу с большой дырой в середине. Таня все это время внимательно следила за ними, чтобы не потерять нить разговора. Все сводилось к тому, что директор как бы ненавязчиво намекал на виновность мистера Малфоя в произошедшем. И, что если бы дневник не нашла Таня, непонятно чем бы это закончилось. Малфой начал оправдываться, но у него не было доказательств своей невиновности. В итоге он психанул, чуть не сломал свою палочку и сказал:  — Идем, Добби! Малфой подпинывая домовика вышел из кабинета. Тут Гарри сказал:  — Профессор Дамблдор, — торопясь, заговорил он. — Можно вернуть дневник мистеру Малфою? Пожалуйста!  — Конечно, Гарри, — невозмутимо ответил Дамблдор. Мальчик взял дневник и на ходу стаскивая носок выскочил из кабинета. Таня побежала за ним. Уже в коридоре ей посчастливилось наблюдать такую картину. Гарри отдает Люциусу дневник, тот кидает тетрадь домовику. Добби его отрывает и находит грязный носок мальчика. Добби стоит как вкопанный. Он сжимает в руке пойманный на лету грязный, липкий носок и смотрел на него, как на бесценное сокровище.  — Хозяин дал Добби носок, — произнес он в изумлении. — Хозяин дал его Добби… Хозяин бросил, Добби поймал, и Добби… Добби свободен! Мистер Малфой, окаменев, уставился на эльфа, затем ринулся к Гарри:  — Ты отнял у меня слугу, мальчишка! Но Добби крикнул ему:  — Ты теперь не можешь причинить вреда Гарри Поттеру! — в тот же момент домовик применил сильную магию и откинул своего бывшего хозяина подальше от Гарри. Затем Добби исчез, со звуком похожим на салют. *** Пир в Большом зале затянулся за полночь. Все были одеты кто в чем, но это никого не смущало. Столы были обильно накрыты различными вкусностями. Когда в зал зашли Таня, Гарри и Рон, то из встретили овациями и громкими аплодисментами. Особенно радовался стол Гриффиндора. Таня увидела Гермиону, Гермиона увидела Таню. Подруги крепко обнялись и опять расплакались. Таня просила у нее прощения, а Гермиона говорила что не обижается, потому, что итак счастлива. Они сели за стол и присоединились к трапезе. Из-за стола Когтевран к ним пересел Седрик, что бы быть ближе к своей девушке. Парень очень сильно ею гордился. К трибуне вышел Дамблдор. Он торжественно объявил о том, что проблема Тайной комнаты решена и добавил Гриффиндору еще 100 баллов, закрепив за ними кубок школы. И в связи с этим все экзамены отменяются. Также он сказал, что профессор Локонс отправился в лечебницу им. Святого Мунго. Овации были не только среди учеников, но и среди всего преподавательского состава.