Дурман.

Проснувшись утром, Изуку сел на матрасе потягиваясь. Спалось на удивление хорошо. В прошлом, он уже спал на этом матрасе, и честно говоря, совсем не высыпался. Протерев глаза, он смотрит на Бакуго, который ещё спал. Все так же лицом к стене. Спросонок он подумал, что события вчерашнего дня это все сон. Но обнаружив Кацуки у себя в кровати, улыбнулся, и выдохнув встал и подошёл к окну. Шел дождь и на улице было как-то тоскливо. Даже слишком. Стараясь как можно тише закрыть форточку, его взгляд падает на рюкзак, лежащий на подоконнике. Он был открыт. Парень посмотрел на спящего блондина и снова на портфель. Рука к нему потянулась сама, и вот он держал какую-то папку. Открыв ее, юноша понимает что ничего особенного внутри нет. Обычные документы. Свидетельство о рождении. Парочку выписок из больницы. Добравшись до последнего листа, он замирает. На нём все было прописано про будущий суд. К этой бумаге так же были прикреплены другие, чуть поменьше. Изуку не успел изучить их, потому что кровать где спал Бакуго, заскрипела. Тихо все собрав на место, он убирает папку в рюкзак. И как раз вовремя, ведь когда он отошёл от окна к двери, заметил, что глаза Кацуки были открыты. Блондин посмотрел на него и тут же отвёл вгляд, а через секунду вообще отвернулся обратно к стене. — Доброе утро… будешь пить что-нибудь? Кофе, чай?.. Ответа не последовало, и он хотел уже выйти в коридор, но снова обернулся. Бакуго повернув лишь голову встретился с ним глазами. — Кофе, без сахара, если есть молоко добавь немного, — чуть с хрипотцой в голосе, проговорил блондин. — Хорошо… Пока Изуку умывался, Кацуки лежал и разглядывал разные плакаты и фотографии в его комнате. Ему самому не верилось, что прямо сейчас он лежит на кровати Мидории. Но идти было и правда больше некуда. Все деньги ушли на дорогу. Втайне от родителей, он уехал из дома, его мать наверное уже пришла в бешенство. Поднявшись на локтях он оглядел комнату. Вчера у него совсем не было времени осмотреться. Комната была небольшая да и мебели было немного, как в его собственной. Простенько и со вкусом. На письменном столе все было уложено какими то книгами, тетрадями, посередине стола стоял ноутбук, было видно что он уже далеко не новый. Проверив телефон на наличие сообщений, Кацуки зыркнул в сторону двери и заметив движение плюхнулся обратно на подушку, сделав вид что спит. Двери медленно открылись и в комнату зашел Изуку с подносом, на котором аккуратно стояли две кружки с напитками и чашка с печеньем. — Б-Бакуго? Ты спишь? — Изуку говорил тихо, с какой то ноткой неуверенности в голосе. Блондин открыл один глаз и посмотрел на веснушчатого. Живот заурчал как только до него донесся запах свежеиспечённого печенья, и наплевав на свою гордость, Кацуки поднялся и подошел к столу. — Ты говори если тебе что-нибудь нужно. — скрестив руки за спиной, проговорил Мидория. Бакуго проигнорировав его, накидал в рот еды и запил это кофе. Прожевавшись, он посмотрел на поникшего парня. — Че с тобой? — бросил он, и положил в рот еще одно печенье. — Да так, ничего, — пожал плечами Изуку и облокотился на край стола, подперев голову руками, — просто волнуюсь за тебя. — Харе нести чушь, — съязвил блондин, — поволнуйся лучше о себе, и если ты сейчас не поешь я съем все в одну рожу и мне даже не стыдно будет. — Я их тебе принес, ешь, — взяв в руки свою кружку ответил Изуку, — мне нужно будет уйти на пару часов, сможешь посидеть дома один? — Ага. На пару минут в комнате воцарилась тишина, лишь хрумканье Бакуго нарушало ее. Парень успокоился и выдохнул только когда чашка полностью опустела. — Добавки? — спросил Мидория вставая из-за стола. Кацуки поднял голову и встретился с ним глазами. Изуку недоуменно посмотрел на лицо блондина и в ту же секунду отвел взгляд в сторону. Почувствовав как его лицо залилось краской, он быстро отворачивается и машинально идет к двери. — Стой. — раздалось сзади. Изуку встал на месте не решаясь обернуться. Лицо краснело все больше и больше. — Господи, успокойся ты уже — шептал он сам себе, но легче не становилось. Его грубо берут за плечо и разворачивают. Мидория закрыл глаза и зажмурился, ощущая чужое дыхание у себя на лице. Колени начали подкашиваться. — Ты че, — начал Кацуки, — боишься меня? После этих слов, Изуку открыл глаза и встретился взглядом с блондином. Его лицо было какое-то уставшее и замученное. А красные зрачки будто потухли, и сейчас были цветом ближе к черному. Наверное, это оттого что так падал свет. — Н-нет… Я не боюсь. — тихо отозвался юноша и громко сглотнул, — я просто в растерянности. — Ясненько. — проговорил Кацуки. Он собрался бы уже развернуться и уйти к кровати, но в последний момент останавливается и снова смотрит на Мидорию. Последний же опустил голову и разглядывал пол. — Куда ты собираешься уходить? — Мгм… Мне нужно помочь маме в магазине. — ответил веснушчатый. — Все еще обижаешься на меня? — Н-нет, нет, конечно нет, — замахал руками Мидория, — все нормально, я уже забыл… — По твоему поведению не скажешь, — Кацуки снова подошел к нему и поднял подбородок парня на себя, — по твоим глазам все видно. — Нет. Я же сказал все нормально! — прикрикнул Изуку, и тут же поперхнулся, — извини. Настало молчание. Бакуго все так же держал свою руку на лице у парня напротив и пристально вглядывался в его лицо. — Мне пора… — не выдержав зрительного контакта, неуверенно сказал Изуку и отойдя, махом вышел за дверь. Бакуго же выгнув бровь выдохнул и вернулся в кровать. Думать о чем то ему было совершенно неохота, и он отвернувшись к стене, задремал.

***

Возвращаясь домой, Мидория думал о Бакуго. Что ж таить, он весь день помогая матери думал о нем. Разве может человек так сильно изменится за месяц? Изуку не знал. Глянув в небо, он понял, что скоро начнется дождь. И ускорился. Все таки мокнуть ему совсем не хотелось. Через 20 минут он был уже в подъезде, войдя в квартиру парень тут же принялся проверять на месте ли вещи Кацуки, надеясь что тот никуда не слинял. Благо его куртка и кроссовки были на месте. Во всех комнатах царила мёртвая тишина. Свет также был выключен. Раздевшись, Мидория прошел в свою комнату. Бакуго лежал на спине, видимо спал. Юноша осторожно, почти не шумя, подошёл к нему. Изуку склонился над ним и вяло улыбнулся. Как только он видел его, сердце билось все чаще, а голова становилась легкой. Это наверное можно было назвать влюблённостью, но Мидории было неловко это осознавать. Все его мысли мгновенно испарились, когда Кацуки резко открывает глаза и положив свою руку на затылок Изуку дёргает на себя, впечатывая свои губы к губам веснушчатого. Мидория вздрогнув, смотрел в глаза напротив. А через мгновение, отдавшись чувствам, ответил на поцелуй и запустил пальцы в блондинистые пряди. Кацуки отсоединившись, перехватил пояс Изуку и притянул к себе на бёдра, крепко обняв парня, снова целует его, еще жарче чем в первый раз. — Б-бакуго. — Мидория утыкается к нему в шею и жмурится. — послушай…