Как найти счастье?

Сделав глубокий вдох и запустив в легкие новую порцию леденящего ментола, который будто яд стал расползаться по клеткам, омега приоткрыл глаза. Перед ним, в глазах Чонгука, развернулась черная бездна, в которой словно рассыпались галактики. Она затягивала Юнги на самое дно, опутывала своими цепями конечности и заставляла уста двигаться в такт чужим. Губы Чонгука нежные, мягкие, горячие. Юнги хочет им поддаваться, раскрывать навстречу свои, чувствовать, как чужой язык ласкает ребристое нёбо и десны. Ему нравится, когда Чон прикусывает его нижнюю губу, а после проводит по ней языком в качестве извинений. Он хочет всегда ощущать приятную дрожь, когда альфа остервенело целует, причиняя легкую боль. Мин поймал себя на мысли, что, даже если захочет, не сможет оторваться: Чонгук притянул его к себе магнитом, приклеил суперклеем и пришил шелковыми нитями. — Шалунишка, — в поцелуй прошептал альфа и, приподнявшись, потянул за собой несопротивляющегося омегу. Одной рукой он обвил талию Мина и прижал его хрупкое тело к своему, а вторую держал на его спине, время от времени поглаживая через тонкую футболку разгорячённую кожу. Голова Юнги пошла кругом из-за пьянящего чувства возбуждения. Ему казалось, что он стал крохотным в крепких объятиях Гука, из которых больше не желал выбираться. Он готов сойти с ума, чувствуя приятную горчинку на языке и обжигающе свежий аромат ментола при каждом вдохе, что контрастировал с горячим дыханием альфы. Мин провел руками по мощной груди Гука, а после раздраженно промычал в его губы. Ему мешала чертова футболка, которая была барьером между его ладонями и смуглой влажной кожей альфы. Омега хотел почувствовать ее гладкость и даже попробовать на вкус. Мин крепче ухватился за ткань, смяв ее в ладонях, чтобы не рухнуть на пол из-за дрожащих ног, которые в любую секунду могут предать и подкоситься. — Стол, — хрипло протянул Мин, со звонким чмоком отстранившись от покрасневших губ Чона. — Ты хочешь… — Да, — оборвал его Мин и, отступив назад, потянул Гука на себя. Юнги безумно хотел близости не потому, что тело изголодалось по сексу или произошел скачок гормонов, внутри что-то подсказывало, что целоваться и отдавать всего себя альфе правильно. Омега не мог похвастаться, что обладал отличной интуицией, но сегодня она, как никогда, вопила о том, что нужно довериться Чонгуку. — Уверен? — снова переспросил альфа и, когда получил быстрый кивок вместо ответа, вновь впился в податливый рот Мина. От неожиданности Юнги охнул, когда Чон аккуратно подхватил его под ягодицы и усадил к себе на талию. Омега обвил ногами крепкий торс и обнял мощную шею, дабы не свалиться. Беспрепятственно добравшись до стола, на котором Санмин собирал композиции из цветов, альфа усадил свою ценную ношу на деревянную поверхность. — Хочу ближе, — нетерпеливо произнёс омега, крепче сцепив ступни за спиной Гука. Он заметно вздрогнул, когда горячие ладони коснулись спины и, огладив бока, переместились на живот. — Мы не навредим ребенку? — в самое ухо шепнул Чонгук, а после скользнул языком в ушную раковину. Он прикусил хрящик, а после прошелся по кромке и лизнул мочку. Такие манипуляции со стороны альфы заставили Юнги прогнуться в спине и сдавленно промычать. Ему нужны ласка, безудержные горячие поцелуи и жадные прикосновения, которыми не мог насытиться. Он желал, чтобы альфа наконец приступил к более серьезным действиям, иначе Юнги сгорит от нетерпения на этом самом столе. — Нет, — Мин выдохнул в основание шеи Чона, где аромат был более насыщенным и густым, а после вцепился во влажную кожу зубами. — Быстрее, — он задергал подол футболки, как маленький ребенок, требующий у папы желаемое. — Хочу тебя. — Нетерпеливый, — сдавленно хохотнул Чонгук и, приподняв Юнги одной рукой, сдернул с него штаны вместе с нижним бельем. — А так? Нравится? Когда мешающая ткань соскользнула со стройных ног, омега прошипел из-за прохладной поверхности и потянулся ладонью к шее Чона. Он дернул альфу на себя, а после вернул ноги на прежнее место. Уголки губ Мина дернулись вверх. Он подумал о том, что талия альфы была создана для его ног, ведь они идеально смотрелись на этом месте. — Очень, — довольно мяукнул Юнги. Следом за штанами полетела и футболка альфы, что привело Мина в восторг. Наконец-то он прикоснулся к его торсу: огладил широкую грудь, провел кончиками пальцев по впадинке между двух рядов четких кубиков, а после очертил круг вокруг пупка. От нетерпения Юнги поёрзал на столе и, наклонившись вперед, широким мазком языка смочил сосок Чона. Он закружил кончиком вокруг твердой бусинки, а после обвел потемневшую ореолу и чуть втянул ее в рот. — Лучше не дразни меня, — прошептал альфа и за подбородок поднял миловидное лицо Мина вверх. — Иначе завтра не сможешь сидеть. — Может, — он плотоядно облизался, чем привлек чужое внимание к своему рту, — я этого и добиваюсь. Мин зарылся ладонью в короткие волосы на затылке Чонгука и, дабы открыть себе доступ к шее, потянул их назад, причиняя легкую боль. Смуглая кожа манила и умоляла прикоснуться, что Юнги и сделал. Он оставил россыпь поцелуев на предплечье, а потом, поднявшись выше, осыпал ее укусами и засосами. — Прости, малыш, — Чон сжал упругие бедра и, спустив омегу со стола, развернул к себе спиной. — В таком положении подготовка будет менее болезненной, — предупредил альфа, оставив укус у линии роста волос. Юнги казалось, что кожа под пальцами, скользнувшими в ложбинку между ягодиц, плавится и пузырится. Он скулил и царапал чужие плечи, ведь дразнящие прикосновения к влажному входу сильнее распаляли, а сладкий поцелуй, переросший в настоящую борьбу языками, пускал разряды удовольствия по всем нервным окончаниям. Омега старался как можно сильнее выпятить задницу, дабы насадиться на длинные пальцы. — Сними с меня футболку, — хрипло потребовал Мин, поведя из стороны в сторону бедрами. — Хочу кожа к коже. — Не стоит, — Чон поймал взгляд полный непонимания, когда Юнги посмотрел на него через плечо. — Если нас застукают, не хочу, чтобы тебе было неловко. — А то, что я с голой задницей, не должно меня смущать? — возмутился омега. Чонгук залез рукой под ткань, скрывающую хрупкую фигуру, и, проведя ладонью от груди к чуть выпуклому животу, ласково огладил его. — Если только передо мной. Оставив смазанный поцелуй на щеке Юнги, альфа медленно протолкнул указательный палец во влажный вход. Он бережно огладил горячее нутро, из-за чего был готов пропищать, как довольная школьница. Даже несмотря на то, что омега девственником не был и находился в интересном положении, он был очень тугим. Юнги плотно сомкнул веки из-за жжения и распирающего чувства в анусе, которые были для него непривычны. Все же он долгое время не имел связи с альфой, из-за чего организм привык к спокойствию гормонов. — Прости, — мягким тоном прохрипел Чонгук и оставил поцелуй за ушком. Чон ввел еще один палец, осторожно задвигав уже двумя, дабы не причинить еще большей боли. Каждое движение дарило сладкие стоны, ласкающие его слух. Когда мышцы стали мягкими и податливыми, а Юнги начал двигать бедрами в такт коротким толчкам, альфа осторожно добавил третий палец. Омега тихо прошипел и подался вперед, чтобы соскочить из-за дискомфорта. — Давай остановимся? — предложил Чонгук. Он уткнулся носом в затылок омеги и потянул носом сладостный аромат ванили. — Что? — выпалил Мин, но затем, когда его настиг смысл сказанных слов, он дернулся и широко распахнул глаза. — Нет! Я не хочу. — А я не хочу, чтобы тебе было больно. — Чонгук-а, я не хрустальный. Не нужно со мной так нежничать, — попросил Юнги. — Просто… У меня давно не было… Альфа прислонился своей обнаженной грудью к чужой спине, а после прикусил ушко омеги. — Хорошо, — сдался. — Если не сможешь стерпеть, скажи. В знак согласия Мин кивнул, постаравшись расслабиться. Он уперся руками в стол и, чуть выпятив бедра, закрыл глаза. Когда три пальца свободно двигались в достаточно растянутой дырочке, омега скулил и извивался в чужих руках. Он мысленно молил Чона не останавливаться, когда тот постоянно затрагивал простату, и старался резче подмахивать бедрами. Мину было катастрофически мало пальцев. Он хотел почувствовать крепкий член внутри себя и из-за нетерпения скреб ногтями по деревянной поверхности. Когда, выудив пальцы, Чонгук приставил к сокращавшемуся входу потемневшую головку и медленно погрузился наполовину, омегу будто подкинуло в воздух. Альфа закусил губу и нахмурил брови, дабы сдержать звериный рык, а после медленно подался назад. — Быстрее, — потребовал Юнги и нетерпеливо заерзал, за что получил звонкий шлепок по ягодице. После нескольких поступательных движений Чонгук будто сорвался с цепи: он резко двигал бедрами, шлепал пахом об обнаженные и влажные ягодицы омеги, которые будто были созданы для его ладоней. Так хорошо Юнги было впервые: тело пробивали электрические разряды, разносившие по клеткам неземное удовольствие. Он стонал, не сдерживаясь, стараясь как можно глубже насадиться на крепкий член. — Тише, — шикнул Гук, но омега не услышал. Внизу живота приятно потяжелело, уши заложило от приближающегося оргазма, а ноги практически не держали из-за возбуждения и быстрых движений альфы. Юнги громко вскрикнул, когда головка члена надавила на комок нервов, а после содрогнулся в крышесносном оргазме. Он ощутил пульсацию в заднем проходе, а после внутри разлилось долгожданное тепло. Чонгук был первым, кто смог так бережно и страстно сделать Мину хорошо и кто продолжил расцеловывать основание шеи, заставляя появиться сотни бабочек в низу живота. — Тебя будто создали специально для меня, — хрипло произнес Гук. — Ты почувствовал это? — Да, - дрожащим голосом промямлил Мин, уткнувшись лбом в деревянную поверхность. — Надеюсь, что все это по-настоящему. Выскользнув из хрупкого тела под собой, Гук натянул сползшие с бедер штаны. Он поднял с пола свою футболку и, обтерев все еще приходящего в себя Юнги, помог ему одеться. Омега готов был лужей растечься у чужих ног из-за такой трепетной заботы. Ему нравилась осторожность альфы и его боязнь причинить хоть каплю боли. По мнению Юнги, Чонгук — идеальный альфа. Ну… По крайней мере кажется таким. — Ты как? — взволнованно произнёс Чон, взяв раскрасневшееся лицо омеги в свои ладони. Он провел большими пальцами по щекам, сходя с ума от гладкости бледной кожи. Юнги потерся щекой и прикрыл глаза, надеясь, что сможет постоять так еще немного. Ему нравилось чувствовать тепло рук альфы, а взамен отдавать свое. Он готов это делать снова и снова, лишь бы Чон не исчез и всегда был рядом. — В порядке, — омега положил ладони поверх чужих, горячих. — Ты выглядишь таким… Хм-м-м… — Затраханным? — предположил Мин, заметив удивление на лице альфы. — Как некрасиво, — Чонгук недовольно цокнул языком. — Нельзя такому милому омеге говорить подобного рода слова, — альфа поцеловал Юнги в искусанные уста, а после в кончик носа. — Хотя ты прав. Я бы все отдал, лишь бы видеть тебя таким каждый день. *** — Вот чёрт! — выругался Юнги, перевернувшись на другой бок. Снова бессонная ночь, что принесла с собой вместо ярких сновидений полную корзину мыслей: омега не смог перестать думать о случившемся в теплице папы. Как только он закрывал глаза, в мыслях всплывали фрагменты их с Чонгуком близости: настойчивые поцелуи, жаркие прикосновения, смуглая широкая грудь, которую Мин покрыл сотней поцелуев, мутный взгляд чёрных очей и большие ладони, старавшиеся не пропустить ни единого миллиметра кожи. Эти воспоминания заставляли тело подрагивать и наполняться жаром, который постепенно оседал внизу живота и сворачивался в наэлектризованные спирали. Чонгук невероятен, и ощущения, которые он подарил, прекрасны. Мина покорила его забота и внимательность даже к самым крохотным мелочам. Кумин никогда не делал чего-либо подобного, постоянно зацикливаясь лишь на своих желаниях, поэтому для омеги такое трепетное отношение в новинку. Юнги поерзал на смятой простыне и, скомкав плед между ног, снова попытался уснуть. Он услышал, как кто-то крадется по коридору, а после дверь в его спальню открылась. — Юнги, — шепотом позвал Чимин. Его рыжую макушку не спутать ни с чем даже в свете луны. — Не спишь? Мин тяжело вздохнул и, повернувшись к брату лицом, сиплым голосом произнёс: «Заходи. Все равно не могу уснуть». Пак, слегка шаркая тапочками по полу, вошел в спальню и подошел к кровати. Он юркнул под расправленный Юнги плед и, вплотную придвинувшись к брату, уставился своими блестящими глазами, как будто настроился выслушать интересную историю. — Рассказывай, — потребовал Чимин. Мину такой тон не понравился. Похоже, от него потребовали рассказ, который не просто вгонит его в краску, но и заставит снова вспомнить эти события. — Что? — выпалил омега, уставившись в ответ. Он непонимающе похлопал пушистыми ресницами, сложив губы уточкой. — Я знаю, что произошло в теплице, — вкрадчивым тоном произнёс Пак. — Так что не вздумай юлить, — он кивнул в подтверждении своих слов. — Так что, как он? Горяч? — О Боги! — пропищал Юнги, зарывшись лицом в подушку. Он уверен, что сгорит от стыда. Если бы их увидел папа, он вряд ли бы промолчал. Он бы непременно устроил настоящее шоу и допрос с пристрастием. Так что хорошо, что это был Чимин. Его интерес никому не навредит, но заставит краснеть и смущаться. — Да перестань, — Пак положил ладонь на плечо брата, чтобы привлечь его внимание. — Я не входил, — он уловил облегченный вздох. — Хотя хотел. Юнги вынырнул из своего плена и поднял глаза на довольного его реакцией Чимина. — А папа? — робко поинтересовался омега, дабы избежать неприятных моментов. — Когда мы пришли с рынка, то не нашли тебя в доме. Санмин предположил, что ты в теплице и уже хотел было пойти туда, но я его остановил, — на пухлых губах расцвела легкая улыбка. — Точнее, опередил, рванув вперед. Юнги сглотнул вязкую слюну; во рту мгновенно пересохло, как будто ему не давали пить целую вечность. — И… Как ты… Ну… понял, что мы… — Ты так стонал! — восхищенно выпалил Пак. — Я предположил, что у Гука не член, а волшебный посох, раз смог довести тебя до диких вскриков и блаженного мычания. Из-за этих слов у Юнги возникло огромное желание пробить ладонью лицо. Чимин явно не знаком с такими понятиями, как тактичность и сдержанность. Он выпаливал все, что ему приходило на ум, и даже не стыдился дурацких идей и безумных предположений. — Я выкрикивал что-то непристойное? — Мин все же страшился ответа, но не спросить не мог. Мало ли что он сболтнул, пока бился в оргазменных конвульсиях. — Ты стонал, как настоящая порнозвезда, — голос Чимина прозвучал так, как будто он был рад этому. — Смею предположить, что трахается Чон, как боженька, — парень растянул губы в довольной улыбке. — Вот бы найти такого альфу, чтобы смог отжарить меня до звезд перед глазами и потери пульса, — мечтательно протянул омега, заерзав на постели. — Ты обязательно его встретишь, — Юнги притянул брата к себе, заключив его в свои теплые объятия. — Пока еще не пришло время. Нужно просто подождать. — Выбора все равно нет, — горько хохотнул Пак, прикрыв глаза. — А ты держись за Гука. Юнги тихо рассмеялся и погладил брата по голове, взлохматив и без того растрепанную шевелюру. Чимин всегда был таким: взбалмошным, слишком громким и до розовых соплей мечтательным. Несомненно, пошлая сучья натура даже не собиралась брать перерыв или выходной, поэтому Мин надеялся, что найдется тот, кто сможет ее укротить. — Он хороший и добрый парень, — похвалил альфу Пак. Юнги безусловно хотел в это верить. Он почувствовал возникшую между ними связь, которая вызвала во всем теле дрожь и тепло. Мин хотел, чтобы она укрепилась, навсегда связав их по рукам и ногам, но все же кое-что не давало ему покоя. — В этом я не сомневаюсь, но нам о многом следует поговорить. *** — Дорогие мои, я в полной заднице, — официально заявил Санмин перед развалившимися на качелях Чимином и Юнги. Старший омега выглядел взволнованным: его глаза были широко распахнуты, и он не мог перестать мять пальцами подол свой широкой футболки, который уже стал похож на тряпку. — Ты нашел себе альфу? — лениво предположил Мин, отпив из своей чашки. Юнги устал. Сегодня у него выдался очень сложный день. Они с Чимином затеяли генеральную уборку не только в своем гардеробе и доме, но и во дворе. Омеги перебрали вещи, убрав ненужные на чердак, до блеска убрались в комнатах и приготовили еды на пару дней, чтобы дать Санмину отдохнуть. Когда они закончили с закусками, разложив их по контейнерам, то приступили к уборке территории: убрали сорняки, полили клумбы и даже расфасовали пустые вазоны для пересадки цветов. Последнее они делали в теплице рядом со столом, где произошло волшебство между Гуком и Мином. Чимин все время бросал на брата взгляды и, ничего не говоря, играл бровями, намекая на место «преступления». Юнги густо краснел и старался не обращать внимание на вредного Пака, постоянно отворачиваясь и глупо улыбаясь. — Что? — Санмин вскинул брови вверх и непонимающе уставился на расслабленного сына. — Нет! — Что-то серьезное? — встрепенулся Чимин. Он отстранился от спинки качели и, выпрямившись в спине, поднял на старшего омегу серьезный взгляд. — Да, но это не то, что вы подумали. Новость хорошая, — на лице Санмина появилась легкая улыбка. — Мне поступил заказ от знакомого, который планирует свадьбы, — глаза омеги загорелись, будто бы в них вспыхнули два костра. — Нужно собрать букеты, бутоньерки и украшения для зала, — он окинул внимательным взглядом удивленные лица сына и племянника. — Для двух торжеств в разной цветовой гамме. — Не хило так! — присвистнул Юнги. — Но я пока не дал согласия. Сроки слишком сжатые, поэтому боюсь, что мы просто не успеем выполнить заказы. — Сколько? — серьезным тоном поинтересовался Мин. — Если дам ответ сегодня и к вечеру мы начнем, то у нас есть два дня, — объяснил Санмин. — Платят огромные деньги. На несколько минут омеги замолчали. Каждый погрузился в мысли о том, как найти выход из данной ситуации. Суммы заказов стоили того, чтобы эти два дня корпеть над цветами без перерыва. — Есть идея! — воскликнул Юнги, вскочив со своего места, чем привлек внимание папы и брата. Лицо омеги засияло от восторга, а в глазах проскользнул энтузиазм. Такое зачастую бывало, когда Мин полностью погружался в готовку. Ему нравилось что-то создавать своими руками, что приводило в восторг других. — Какая? — оживился Чимин. — Я знаю, кто может помочь нам управиться с заказами в срок, — он окинул родню хитрым взглядом. — Соседи. *** После разговора с папой и Чимином Юнги пулей вылетел со двора, направившись к дому Чонов. Ему нужно срочно со всеми поговорить, чтобы знать, могут ли они рассчитывать на помощь. Омега был уверен, что Чоны не откажут, поэтому в приподнятом настроении дошел до распахнутых наполовину ворот. — Тэхён-а! — не став медлить, выкрикнул Юнги. Чонгука он постеснялся позвать, ведь воспоминания об их близости были еще слишком свежи, что заставляло его щеки покрываться румянцем. — Тэ? — Его нет! — прозвучал знакомый голос со стороны гаража, а после перед Мином предстал Чонгук во всей красе. Альфа снова расхаживал по двору в шортах без футболки, что натолкнуло Юнги на одну мысль: он все чаще видит Чона с голым торсом. — Но, если тебе он очень нужен, сейчас позвоню ему. — Мне не только он нужен, — голос омеги дрогнул. Вот сейчас совсем не время возбуждаться из-за рельефного пресса альфы, его крепкой груди, широких плеч и сильных накачанных рук, которые ласкали е… Он мотнул головой, дабы отогнать от себя ненужные мысли. — Пошли, — Гук приветливо улыбнулся и махнул рукой, чтобы Мин подошел к нему. — Я немного занят, поэтому, пока буду чинить машину, ты мне обо всем расскажешь. Оглянувшись по сторонам в поисках собаки и не найдя ее, Юнги робкой поступью зашагал в сторону гаража. Как оказалось, альфа чинил ярко-красный автомобиль. — Она чья? — омега кивнул на машину. — Привет, малыш, — Чон, подойдя к Юнги, ласково ткнулся носом в его щеку, а после поцеловал в чуть приоткрытые губы. — Брату подарили на годовщину свадьбы, но чинить приходится мне. Омега чуть нахмурил брови. Он не мог поверить, что в день своего приезда чуть не остался заикой из-за Тэ. — Так это Тэхён меня так на…. — Нет, — Чонгук понял, о чем говорил Мин. — Это был я. — Что? — глаза Юнги округлились, а на лице отобразился весь спектр его чувств: удивление, страх, злость и негодование. Он вспыхнул, как спичка. Ну что за альфа такой? Сначала довел до ручки своей шалостью, затем жутко выбесил, помог, а после расшевелил затвердевший комок внутри и разбудил уснувшие чувства. — Прости, — жалобно протянул альфа, снова поцеловав омегу. — Какое еще прости? — Мин откинул от себя испачканную в машинном масле руку Чона, которой он хотел его приобнять. — Ты хоть понимаешь, что мог меня угробить? И мою бусинку, — он положил ладонь на живот. Чонгук потянулся к лоскуту ткани и, вытерев руки, притянул насупившегося омегу к себе. Он под суровым взглядом забрался ладонью под широкую футболку. Юнги заметно вздрогнул, когда выпуклого живота коснулась широкая горячая рука. Альфа погладил кожу, разогнав стаи мурашек, что безумно понравилось омеге. Он был готов мурчать мартовским котом от такой ласки. — На счет той ситуации, — голос Чона стал в разы ниже. — Я никогда и никому не причинил бы вреда. — Он уткнулся своим лбом в лоб Мина, что неотрывно следил за ним. — Мне нравится прозвище, что ты дал малышу. — Это папа, — раскрыл свой маленький секрет Юнги, а после вспомнил за чем вообще пришел. — На счет него… Мне нужна ваша помощь. Это очень важно как для папы, так и для меня. Чонгук нахмурил брови и выпалил строгое: «Рассказывай». Не торопясь и стараясь не упустить ни единой детали, Мин рассказал о заказах и плане действий, который продумал до мелочей. Альфа внимательно его выслушал, но омегу смутило его каменное лицо, которое ровным счетом не означало ничего. Юнги не смог прочесть ни единой эмоции. — Так что? — не вытерпел Мин спустя несколько минут молчания. — Думаю, что никто не откажется вам помочь, — заверил его Гук. — Уж я-то тем более. Сейчас наберу маму, — альфа взял с полки свой телефон и, набрав нужный номер, приложил телефон к уху. — Она сейчас с Тэ в больнице. Судя по разговору Юнги понял, что не ошибся: Чоны действительно им помогут. Альфа так тепло разговаривал с госпожой Чон, что невольно заставил омегу почувствовать себя виноватым. Мин так редко звонил папе и говорил о том, как сильно он его любит, что оправдания и прощения за это ему нет. — Юнги-я! — позвал омегу Чонгук, чем вывел его из потока мыслей. — М-м? Что? — встрепенулся Мин. — Беги, говорю, домой и скажи папе, что в семь утра мы придем к вам, — обрадовал омегу Чон, заставив его глаза блестеть. — Я подойду примерно через час. Нужно закончить с машиной. Юнги звонко запищал и сам бросился на шею альфе. Он прижался к нему всем телом, ощутив исходящий жар и громкое сердцебиение. Он был безумно благодарен. — Спасибо! — Мин привстал на носочки и страстно поцеловал Чонгука, который немного опешил от такой инициативы. — Обещаю, что отблагодарю вашу семью самым вкусным ужином, — произнес омега, как только оторвался от сладких уст. — Можно я сам выберу себе благодарность? — с хитринкой в глазах поинтересовался альфа, на что получил утвердительный кивок. — Тогда скажу тебе позже, что я придумал.