Как найти счастье?

— Наконец-то! — устало, но все же с нотками радости выдохнул Юнги, плюхнувшись рядом с Тэхёном и Чимином. Он немного поерзал, чтобы найти удобное положение, и несильно оттолкнулся носками, дабы раскачать качели. Два дня они трудились не покладая рук, создавая что-то прекрасное и невероятное из цветов. Мин подумал о том, что, если бы не семья Чон, вряд ли они втроем смогли осилить такой огромный объем работы. Мама Чонгука, которая время от времени отлучалась, приносила различные вкусности для перекуса, иногда баловала Юнги чем-то сладким. Она с нежной улыбкой косилась на него и Чонгука, когда они стояли рядом, а после легко толкала Санмина в бок, кивая в сторону парочки. Как оказалось, даже господин Чон принял участие в коллективной работе. Он не старался приложить руку к сбору букетов или бутоньерок, но охотно приносил и уносил нужные предметы или же обрезал ненужные ветки и листву. — Даже не вериться, что мы закончили, — тяжело выдохнул Тэхён, погладив свой большой живот. Ему пришлось труднее всех. Несмотря на то, что омегу постоянно отправляли отдохнуть и перекусить чего-нибудь, он постоянно отказывался и даже притворялся, что обиделся. Он не раз говорил, что ему нравится работать с растениями, и был бы не против объединится с Санмином, но это уже после рождения малыша, которое было не за горами. — И не говорите, — Чимин откинулся на спинку качели, прикрыв глаза. — Думаю, теперь буду более критично относиться к цветам, которые мне будут дарить альфы. Все же это тебе не абы что — целое искусство. — Ты как всегда, — хохотнул Юнги и перевел взгляд на Чонгука, который прошел мимо них с большим вазоном. На альфе были светлые джинсы, что прекрасно подчеркивали накачанные бедра и ягодицы, к которым безумно хотелось прикоснуться, черная майка с большими вырезами на боках, открывающими вид на накачанное тело. Он будто специально изводил омегу своим божественным телом, при этом делая вид, что совсем здесь не причём. Мин изо всех сил сдерживался, чтобы не облизнутся и не пустить слюни, иначе спалится ко всем чертям. В памяти проскользнул момент, который он навсегда сбережет в своей душе. Юнги исколол шипами роз пальцы, которые затем расцеловал Чонгук и заботливо заклеил пластырями ранки, что всё ещё неприятно ныли и пощипывали. Ему уже приходилось иметь дело с этими прекрасными, но жестокими растениями, неосторожные прикосновения к которым ранят и жалят. Сейчас же он был готов исцарапать себе хоть всё лицо, только бы Чонгук покрыл его кожу лёгкими поцелуями, чтобы все зажило как можно быстрее. — Хосок! — громко выкрикнул Тэхён, чем привлек внимание своего мужа. — Принеси спасательный круг мне и Чимину. Юнги утопит нас в своей слюне, если продолжит так в открытую пялится на Гука! Чимин хрюкнул такому открытому подколу, заставив альф загоготать во все голо. Благо Санмин и супруги Чон сейчас в доме и не смогли услышать все то, что происходило во дворе. — Эй! — возмутился Мин. Он стал похож на взъерошенного воробушка, которому помешали погреть крылышки на солнце. Омега не ожидал такого от Тэхёна. От Чимина вполне, ведь у того язык без костей, но только не от Тэ. Ему показалось, что они нашли общий язык, но такая подстава подорвала к нему накопившееся доверие. Ничего, Юнги умеет ждать поэтому с лихвой вернёт ему «долг». — Между прочим, он прав, — вступился за беременного Пак, расплывшись в довольной улыбке. — Хотя… Тэ, ты не лучше него. Видел бы ты себя со стороны, когда здесь проходил Хо, — насмешливо протянул Чимин, поиграв бровями. Теперь настала очередь Юнги смеяться, но, когда в его поле зрения снова попал Чонгук, он поперхнулся из-за резкого вдоха. К щекам мгновенно хлынула кровь, а уши и шея покрылись розовыми пятнами из-за смущения. — Тише, ты чего? — альфа остановился напротив омеги и, наклонившись, уперся одной рукой в спинку. Он положил ладонь на шею Мина, слегка помассировав мягкую кожу. — Все нормально? — Это все они, — Юнги обиженно выпятил губу, и ткнув пальцем в ошарашенных омег, поднял на Чона округлившиеся глаза. Со стороны выглядело так, как будто малыш жалуется своему родителю на обидчиков, совершивших непростительную глупость. — Не обращай внимание, — Чонгук быстро чмокнул омегу в приоткрытые губы. — Они просто завидуют тебе, — хохотнул альфа, окинув насмешливым взглядом притихших Чимина и Тэхёна, что удивленно переглянулись. — И чему же завидовать? — рядом с братом остановился запыхавшийся Хосок. Альфа провел пятерней по волосам, зачесав назад мокрую челку. Тэхён взмахнул трепещущими ресницами, остановив взгляд на любимом муже, который выглядел как божество. Он сглотнул густую слюну и свел колени вместе, возбуждаясь от вида потного альфы. — Что у него самый крутой альфа, — похвалил Гук и, еще раз поцеловал покрасневшего Юнги, выпрямился в спине. — Пошли, у нас еще много работы. Когда братья Чон скрылись в теплице, Чимин вышел из оцепенения и хлопнул Юнги ладонью по худощавому бедру. — Ты в курсе, что он только что прилюдно заявил на тебя права? — промямлил Пак. Чимин был готов аплодировать стоя Чонгуку. Вот он — идеальный альфа, который готов отстаивать свое независимо от времени и ситуации. Он был уверен, что альфа не даст хрупкого беременного Юнги в обиду. — Я вообще впервые вижу его таким, — медленно произнёс Тэхён, пытаясь переварить в своей голове то, что только что увидел. Поведение Гука выбило его из колеи. — Чёрт возьми, а Гук прав, — довольным тоном произнёс Мин и, откинувшись назад, расплылся в довольной улыбке. Он был рад, что альфа не стал скрывать свою симпатию к нему. Это льстило и пускало по венам тепло. — Мне достался безумно классный альфа.

***

По салону автомобиля раздавались шлепки двух оголенных влажных тел, сплетеных страстью и желанием. Разлука в полторы недели не прошла бесследно: они изголодались друг по другу. Безудержные поцелуи, хаотичные жадные прикосновения, глухое рычание, когда пальцы не слушались, а пуговицы не желали выскальзывать из петелек рубашки, и уйма произнесенных комплиментов — способы показать, как они нужны друг другу. Юнги склонился над Чонгуком, который стал яростнее вскидывать бедрами, дабы проникнуть глубже в горячее нутро, и глухо простонал в основание крепкой потной шеи, в которую так и хотелось впиться зубами. Он соскучился. Омеге казалось, что еще ни разу в жизни он ни за кем так не скучал. Санмин конечно же не в счет, ведь это совсем другое. После того, как они отправили заказы и вкусно поужинали, Чон вынужден был уехать в Сеул. У альфы возникли кое-какие проблемы со школой боевых искусств, которые нельзя было отложить на потом. Юнги помог собрать ему вещи, а утром, отдав контейнер с перекусом, который он собственноручно приготовил, сладко поцеловал и пожелал удачи. Как выяснилось, удача понадобилась не только Чонгуку. На протяжении полутора недель, они созванивались, списывались и обменивались различными смайликами, но этого омеге было катастрофически мало. Он хотел почувствовать горький аромат альфы, тепло его тела и крепкие объятия, в которых он был готов спрятаться от всего мира. Юнги скулил, уткнувшись лицом в подушку или подолгу всматривался в темную бездну ночного неба, спрятавшего от чужих глаз все звезды и раскинувшиеся галактики. — Малыш, — сладко протянул Чонгук, горячо выдохнув на оголенную грудь омеги. Юнги и так был на пределе, ведь затянувшиеся ласки довели его до легкого головокружения и заставили внизу живота скопится несколько болезненные комков. Из ануса обильно выделялась смазка, так как организму давно требовалась разрядка, что значительно облегчило процесс растяжки и проникновения. — Я сейчас, Гука, — голос Мина был хриплым и тихим, из-за чего альфе пришлось прислушиваться. Юнги отстранился от торса Чонгука и, выпрямившись в спине будто натянутая струна, со звонким шлепком насадился на крупный член. Тело содрогнулось в оргазме, а после рельефный пресс альфы украсили белесые разводы семени, стекающие вниз. Омегу окутала приятная истома, как будто по венам пустили качественный наркотик, выпустивший доселе замкнутую в груди эйфорию. Следом за Мином кончил Чон. Он закинул голову назад и, вцепившись ладонями в худые бедра, на которых останутся следы от его пальцев, мощно толкнувшись последний раз, выплеснул сперму внутрь омеги. Юнги наблюдал, как тяжело вздымалась его широкая грудь, как скатывались капельки пота по торсу и трепетали его ресницы, когда он закрыл глаза. Омега запоминал каждую деталь, чтобы сохранить ее где-нибудь в уголке тайника своей души. — Я скучал, — произнёс Чонгук то, что так хотел сказать Юнги, как только перед его двором остановился внедорожник. Дыхание в унисон и сплетение двух ароматов с каждой минутой делало их ближе. Если бы Юнги мог, он бы просто слился с Чонгуком. Проник глубоко внутрь него и нашел свой укромный уголок, в котором осядет навсегда. — Я тоже, — выдохнул Мин в раскрытые чужие губы, а после прикоснулся к ним своими. Он мягко сдавил нижнюю губу альфы и втянул ее в свой рот, после чего провел по ней кончиком языка. — Не хочешь искупаться? — предложил Чон и кивнул в сторону берега. После их долгожданной встречи Чонгук предложил поехать к озеру, которое находилось чуть меньше, чем в часе езды от их дома, чтобы провести время наедине. Дома вряд ли бы им это удалось, ведь постоянно выходило так, что они попадались на глаза кому-то из членов семьи. Юнги охотно согласился, ведь желания терпеть двусмысленные взгляды Чимина и странные улыбки Тэхёна совсем не было. — Нет уж, — омега чуть отстранился и отрицательно качнул головой. Он опустил взгляд вниз и, проведя ладонью по животу, улыбнулся. — Нам нельзя простужаться. — Верно, — Чон положил свою ладонь поверх Мина, разлив в его душе теплые мягкие чувства. — В бардачке упаковка салфеток, а на заднем сидении моя сумка. Возьми что-нибудь из вещей, — альфа коснулся ладонью щеки омеги и погладил большим пальцем кожу. Прикосновения Чонгука разгоняли кровь по венам и вселяли надежду, что будущее может стать еще лучше, если он будет рядом. Юнги будет намного спокойнее быть с человеком, на которого можно опереться, с кем можно поговорить начистоту и, с кем просто хочется быть рядом двадцать четыре на семь. — Угу, — согласился Юнги и нехотя приподнялся на дрожащих коленках. Чуть опавший член Чона выскользнул из растянутой дырочки, а после внутреннюю сторону бедер окрасили мутные разводы спермы и смазки. Было немного липко и неприятно, но Юнги не стал морщиться или высказывать свое недовольство. — Я быстро, — альфа коротко поцеловал Мина, который обмякшей тушкой переместился на соседнее сидение. — Достанешь и мне что-то из вещей? — Хорошо. Шорты и футболка подойдут? — Вполне. Когда Чонгук покинул салон авто и с голой задницей продефилировал к усыпанному мелким камушком берегу, Юнги облегченно выдохнул. Он откинулся на спинку обтянутого кожей сидения, и устало вздохнул. То сумасшествие, что творилось в машине, выкачало из него все соки, взамен которым пришла приятная усталость. Юнги бы с удовольствием еще раз это повторил, ведь вскоре он превратится в неповоротливый шар и о диком сексе можно будет забыть как минимум на месяца четыре. Во-первых, будет жутко неудобно. Во-вторых, Чон вряд ли позволит ему сходить с ума таким образом, отдав предпочтения спокойному размеренному сексу, дабы не навредить малышу. Витая в своих мыслях, внимание Юнги привлек смартфон, экран которого загорелся от входящего сообщения. Мин никогда в жизни не позволял себе лазить в чужих телефонах, ведь считал это личным пространством, которое нарушать не стоит, но… Фото пользователя, на котором, как ему показалось, был омега, ему очень не понравилось. — Только одним глазком, — одними губами произнес Мин и, посмотрев, нет ли Чонгука по близости, прикоснулся кончиком пальца к гладкому экрану. Как оказалось, на телефоне даже не было блокировки, что удивило Юнги. Он провел пальцем по окну диалога и скользнул взглядом по последнему сообщению, которое гласило: «Я все решил. Можешь не благодарить, зайчонок. Скучаю». — Зайчонок, — прочел последнее слово Юнги, а после закрыл переписку и заблокировал экран. Радость от встречи и теплоту, которая океаном разлилась внутри, заменили горечь, обида и злость. Ему не понравилось, что кто-то посторонний называл Чонгука подобными прозвищами. Ревность неприятной горечью осела на стенках горла, из-за чего было трудно сглотнуть слюну. Он не хотел пускать в голову мысли, которые будут выедать его изнутри, но они будто ядовитые змеи просачивались сквозь щели. Это жуткое и мерзкое чувство, которое Юнги уже однажды хлебнул сполна. — Вот черт! — Юнги потер лицо ладонями, дабы прийти в себя, а после потянулся к бардачку. Он решил, что сейчас не следует срываться и устраивать сцену ревности. Возможно, Юнги все не так понял и этот парень просто хороший друг, которому Чонгук разрешил так к себе обращаться, или же… Просто бывший парень. Касательно второго, Мин бы просто придушил его голыми руками. Если он сейчас расскажет Гуку, что без спросу взял его телефон и прочел переписку, а после устроит сцену ревности, то потеряет доверие и выставить себя настоящей истеричкой. Нужно все обдумать и желательно с кем-нибудь поговорить об этом, дабы не наломать дров. Положив смартфон в подлокотник, Юнги начал приводить себя в порядок. Нужно поскорее взять себя в руки, иначе альфа заподозрит что-то неладное.

***

Несколько дней Юнги не давало покое то злосчастное сообщение, перевернувшее его жизнь и сознание вверх тормашками. Он все также плохо спал, спутав день с ночью, но, что касается аппетита, дела обстояли иначе. Он набрасывался на еду, будто голодал неделю, иногда экспериментируя с продуктами. Радовало одно — токсикоз отступил и омега попрощался с преследующей его тошнотой. За это время Чонгук наведывался по несколько раз на день и даже предлагал провести вместе ночь, но Мин отказывался, ссылаясь на то, что им еще рано переходить на новую стадию отношений. На самом деле он бы вприпрыжку побежал за ним, но боялся сорваться и высказать Чону в лицо все мысли и предположение. Мин не хотел показаться глупым омегой, который не может контролировать свои эмоции. Когда Юнги не смог вытерпеть этот болезненный ком, что распирал его грудную клетку, он взял ничего непонимающего Чимина за руку и будто на буксире под удивленный взгляд Санмина потащил к дому Чонов. — Ты мне объяснишь в чем дело? — возмутился Пак, идя позади пыхтящего омеги. — Обязательно, только для этого мне нужен еще и Тэ. Позвав Чона на разговор, омеги разместились в саду, удобно развалившись на качелях. Юнги долго пытался собраться с мыслями, но получив небольшой нагоняй от Чимина, все же выдавил из себя истинную причину экстренных сборов. Пока он говорил, никто его не перебивал. Омеги будто губки впитывали в себя информацию, удивленно хлопая ресницами и иногда кивая, как китайские болванчики. Мин выплеснул из себя боль и сомнение, что мучили его на протяжении нескольких дней, из-за чего по окончанию разговора облегченно выдохнул. Как будто с плеч свалилась половина груза. — Срань господня! — заключил Чимин. — Честно сказать, я бы не отказался от бутылочки соджу и баночки прохладного пивка, дабы зашлифовать эту историю. — Поддерживаю, — согласился Тэхён, прикусив нижнюю губу. — Но, к сожалению, мне пока нельзя, — он удрученно вздохнул. — Но обязательно напомни мне, когда рожу. — Заметано, — Пак выставил пятерню, по которой Чон охотно хлопнул ладонью. Юнги, сидя между омегами, повел плечами и опустил голову. Частично ему стало легче, но ситуация так и осталась висеть в воздухе. Для того, чтобы потребовать объяснения, сначала нужно поговорить с Чонгуком и признаться в содеянном. Из-за этого Мин чувствовал стыд, что влез в чужое личное пространство и не в свое дело, но ревность удавкой обернулась вокруг шеи, перекрыв полноценный доступ к кислороду. — Ты говорил с ним об этом? — поинтересовался Пак, нахмурившись, что Мину не очень понравилось. — Еще нет. Я боялся, что сделал поспешные выводы, поэтому решил для начала поговорить с вами. На слова брата Чимин кивнул, посчитав, такое решение правильным. Временами настроение Юнги бывает похоже на американские горки, из-за чего его бывает тяжело понять. Несмотря на то, что Чонгук выглядит спокойным, вряд ли его бы хватило надолго, если бы Юнги занесло. — Не могу сказать, что знаю Гука на все сто, — внимание Мина привлек повернувшийся к нему Тэхён, — но он не стал бы заводить кого-то на стороне, уже будучи в отношениях. Он не совершенство и у него были парни, с которым у него была лишь физическая связь, но Гук не опустился бы до такого уровня. Ты ему очень нравишься. Чимин недовольно вспыхнув, сложив руки на груди. Он вспомнил Кумина, с которым у Юнги была сумасшедшая любовь, но и она продлилась недолго. — От куда тебе знать? — рявкнул Пак. — То, что вы живете под одной крышей, еще не означает, что ты его хорошо знаешь. Я с Воном прожил два года, но перед расставанием узнал, что он не против, чтобы ему присунул какой-нибудь крепкий мускулистый альфачь. Глаза Юнги в разы округлились, а Тэхён и вовсе прикрыл рот ладонью, шокировано уставившись на совершенно спокойного Пака, который как будто не интимную историю своего бывшего раскрыл, а рассказал о погоде на завтрашний день. — Да быть такого не может! — выпал Мин. Эту историю он слышит впервые, поэтому ему стало интересно, почему Чимин не рассказывал об этом ранее. — Я тоже так подумал, пока не застал его со своим парнем в нашей постели, — хмыкнул Пак, растянув губы в шкодливой улыбке. — Не берусь обвинять Гука во всех смертных грехах, всякое может быть, но ситуация может показаться такой, что он тебе изменяет. Лучше поговори с ним начистоту, — посоветовал омега. — Я согласен с Чимином, — Тэхён приобнял Мина, который согласно кивнул головой. — Ты узнаешь все с первых уст и вы избежите различного рода недомолвок. — Угу. Мин постарался представить, как он начнет разговор, который будет явно не из легких. Чон будет прав на все сто процентов, если наорет на него, но омега не собирается сдаваться. — Не вешай нос, Юнгия! — рядом вплотную примостился Пак. — Если он примостит свою кукурузину к чужой заднице, я порву его на корейский флаг! Все трое взорвались заливистым смехом, который скорее всего услышит и Санмин и госпожа Чон, даже если они будут находится в доме. — Господи, ты такой пошлый, Чимин, — возмутился Тэхён, взлохматив его макушку. — Зато честный!

***

— Сегодня, — хриплым ото сна голосом произнес Юнги, как только встал с постели. Всю ночь он продумывал диалог с Чонгуком, причем в разных вариациях: альфа спокойно его выслушает, окинет брезгливым взглядом, уйдет, накричит, ударит, обнимет, поцелует и прочее. Омега придумал фразы, которые послужат ему в качестве оправдания и извинения за своей поступок, но и они казались ему слишком простыми и несовершенными. В мыслях было все так легко и при любой неудаче можно переиграть не устроивший диалог, поэтому Юнги с легким содроганием ожидал встречи с Гуком. Затягивать Мин не стал. Мысли о сообщении не отпускали его разум и мешали сосредоточиться. Сейчас он должен думать о работе, которую не получается найти, и о малыше, но вместо этого голова забита Чонгуком. Альфа заметил странное состояние Мина и несколько раз указал на это, на что омега просто отмахнулся, прикрывшись плохим самочувствием. Собравшись и позавтракав, Юнги прихватил мягкий плед, дабы немного времени провести в саду, пока еще не слишком жарко. Он решил, что посвятит время поиску работы и желательно, чтобы это было связано с кухней. Любимое место еще не было окутано солнечными лучами, что порадовало омегу. Он расстелил мягкую ткань, закинул пару подушек, а после повалился на бок, приняв удобное для себя и малыша положение. Несколько еле ощутимых движений пальцем по экрану смартфона — и вкладки с вакансиями уже перед его глазами. — Слишком завышенные требования и маленькая зарплата, — пробормотал Мин, перейдя к другому объявлению. — Это скучно, — снова раздраженных взмах пальца. — Они с ума посходили что-ли? Сорокаминутные поиски ни к чему хорошему не привели, поэтому разозлившись, омега отбросил телефон в сторону и морской звездой распластался на покрывале. Солнце защекотало его пятки, а тень пушистых веток кустарника приятно холодило лицо. Кайф. Сейчас Юнги был в полной гармонии с самим собой: чистый воздух, прекрасная погода и расслабленное тело. Он бы пролежал так вечность, если бы не одно важное дело, которое нужно выполнить сегодня. — Пустишь к себе? — прозвучало над головой. Юнги прищурился и, нехотя открыв один глаз, увидел перед собой Чонгука. Альфа уперся ладонями в колени, чуть нависнув над ним. На его устах взыграла легкая приветливая улыбка, которая заставила внутри Юнги что-то дрогнуть и зашевелится. Это были чувства, нуждающиеся в подпитке. Сегодня Чон выглядел необычно красивым, несмотря на простую белую рубашку и подкатанные светло-голубые джинсы, подчеркнувшие красоту мускулистых ног. Его смоляная челка небрежно рассыпалась по лбу, немного прикрыв один глаз, а губы растянулись в белоснежной кроличьей улыбке, от которой Мин был без ума. — Так… Что? — игриво переспросил альфа, прикусив нижнюю губу. — Дд…да, — промямлил Мин, чуть отодвинув свою тушку в сторону. — Конечно. Чонгук коротко хохотнул и, примостившись рядом с омегой, занял его подушку. Он откинул руку в сторону и кивнул Мину, дабы тот лег ему на грудь. Юнги несмело приподнялся и, упершись ладонью в чужой торс, прилег рядом с Чоном. Мин положив голову на его крепкое плечо и стал прислушиваться к чужому сердцебиению. Стало так тепло и приятно, когда свежий аромат ментола окутал его рецепторы, а тепло чужого тела заставило заерзать и прижаться крепче. — Чонгук? — несмело позвал Юнги, сглотнув вязкую слюну. Внутри все переворачивалось, а пальцы рук дрожали так, что было бы хорошо их спрятать от взора Чона. Мин не любил медлить, но сейчас ему было очень сложно, потому нужно решить все сейчас, пока стыд и ревность полностью не затопили его, пока он еще в состоянии контролировать свои эмоции. — М-м-м. Юнги поднял глаза на совершенно спокойное лицо альфы. Чонгук закрыл глаза и расслабился, наслаждаясь приятной атмосферой и присутствием омеги рядом. Его дыхание было ровным и практически бесшумным. — Мне нужно тебе кое о чем рассказать, но… Я также хочу от тебя услышать честный ответ всего лишь на один вопрос. — Какой? — резко выпалил Чонгук, так и не раскрыв глаз. Юнги немного замялся, дабы взять себя в руки, чтобы вытолкнуть наружу загустевший ком сомнений, что не давал ему спокойно жить на протяжении нескольких дней. — Сначала я, — предупредил его омега. — После секса на озере, когда ты пошел искупаться, тебе пришло сообщение. Я правда не знаю, как так вышло, но интерес пересилил и… Я его прочел, — быстро выпалил Мин, а после облегченно вздохнул. — Прости, я не должен был трогать твой телефон и совать нос куда не следовало. Он смог. У него наконец-то получилось и больше не будет бессонных ночей по этому поводу и душевных терзаний. Юнги освободился, но взамен получил тяжелое бремя, которое вручила ему ревность. Нужно разобраться еще с одним не менее важным делом. — Я знаю, — ровным тоном произнёс Чонгук, даже не шелохнувшись. — Что?! — вскрикнул Юнги и, только хотел встать, как Чон положил ладонь на его голову и вернул на место. Там где он должен быть. — После возвращения домой я увидел, что сообщение было прочитано, — мягким тоном объяснил альфа. —  Все нормально. Не хочу, чтобы ты нервничал по этому поводу, — он вплел пятерню в выбеленные пряди, а после помассировал кожу на макушке. Юнги был готов промурлыкать довольным котом, лишь бы Чон не прекращал гладить его по голове. Он хотел пролежать в таком положении хоть до самого вечера, так как ему нравилось получать расслабляющую ласку от рук Чонгука. — Ты правда не злишься? — осторожно поинтересовался Юнги, придвинувшись еще ближе к сильному телу. — Нет. С чего бы мне это делать? — удивился Чон. — Не знаю, — растерянно произнес омега. — Ведь это не правильно, лазить по чужим вещам… Я боялся, что после этого потеряю твое доверие. — Закрыли эту тему, — обрубил его Чонгук. — А теперь скажи мне, — он перевернулся на бок, из-за чего их лица были на одном уровне. — На какой вопрос я должен ответить? Юнги раскрыл уста, но не смог произнести ни единого слова. Он был похож на выброшенную на берег рыбу, пытающуюся вернуться в свою прежнюю среду обитания. По хитрому взгляду напротив ему стало понятно, о чем подумал альфа. Чонгук смотрел на ошарашенное лицо омеги внимательно, считывая каждую эмоцию.  — Ты ревнуешь, — прозвучало не как вопрос, а утверждение. — Ты приревновал меня к администратору школы боевых искусств. Мин вспыхнул. Как можно было не приревновать такого горячего потрясающего альфу к какому-то омеге, который позволяет себе называть босса «зайчонок». Мину не важно, кто это: администратор, друг или же бывший парень. Никто кроме него не должен так обращаться к Чону. — А ты бы не приревновал, если бы меня кто-то посторонний назвал каким-нибудь слащавым прозвищем? — Юнги вскинул брови вверх. Он хочет поставить альфу на его место, чтобы он полной мере прочувствовал, какого было ему все это время. — Малыш. Котенок. Сахарочек. Или, может быть милый? — Если это когда-нибудь случится, я просто его убью, — рыкнул Гук, а после впился в сладкие уста омеги, который пискнул из-за неожиданности. Когда кислорода стало катастрофически не хватать, а солнце как на зло поднялось выше и коснулось обнимающуюся парочку, Чонгук отстранился и снова перевернулся на спину. Мин был рад ответу альфы и тому, что он не разозлился за его поступок, а наоборот вошел в положение. Несмотря на это обида стала в разы меньше, но все же опустилась неприятным осадком в душе. Юнги уверен в том, что Чон не просто необычный альфа. Он самый лучший. Это натолкнуло Мина на один вопрос, ответ на который он хотел услышать. — Гука-а-а, — протянул омега, коснувшись указательным пальцем милой родинки под нижней губой альфы, чем привлек его внимание — ты знаешь, как найти счастье? — Его не находят, — еле уловимо произнёс Чон, а после его уста тронула легкая улыбка. — Его создают.