Как найти счастье?

После осмотра у врача, Чонгук попросил Юнги съездить вместе с ним по одному срочному делу. По какому именно он не сказал, лишь загадочно улыбнулся и игриво подмигнул, но когда они переступили порог супермаркета, Мин все также оставался в неведении. Он не мог понять, почему Чон сразу не сказал, что нужно сделать покупки, ведь ничего секретного в этом нет. Теперь, стоя посреди просторного светлого зала, омега с интересом осматривал полки уставленные различными упаковками, других покупателей и уставших работников, которые бы с удовольствием слиняли домой. Из-за большого ассортимента продуктов у Юнги не на шутку разыгрался аппетит, который можно подавить лишь с помощью чего-нибудь вкусненького. — Что это все значит? — омега обвел пальцем помещение, а после уставился непонимающим взглядом на Чона. Ответы ему нужны прямо сейчас и ждать он не намерен. — Будем делать покупки, — как маленькому ребенку объяснил альфа и, взявшись обеими руками за тележку, толкнул ее вперед. — Ты идешь? — он обернулся назад, дабы проверить, что делает омега. Юнги устало вздохнул и сделал шаг к Чонгуку. Ему было интересно, что задумал альфа, ведь вряд ли они приехали по обычному поручению госпожи Чон или Тэхёна. Все можно приобрести и в обычном магазине, расположенном в конце их улицы. Мин предположил, что исходя из этого нужно будет купить много еды. — И все же, — хмыкнул Юнги, нахмурив брови. Он погладил ладонью свой округлившийся живот, который уже было не скрыть широкими рубашками или толстовками. — Расскажешь, что мы здесь делаем? Одной рукой Чонгук приобнял омегу за талию, а второй все также толкал корзину, аккуратно лавируя между стойками, стеллажами и другими посетителями. Он бережно придерживал омегу, который пыхтел себе под нос недовольства и бросал голодный взгляд на полки со снеками. — У меня будут для тебя две новости. Одна из них точно хорошая, а вот вторая… Это уже тебе самому решать, — начал Гук, кротко посмотрев на Мина. Он подошел к стеллажу и, взяв яркую упаковку с зефиром, открыл и передал ее омеге. — Первая, я нашел выход касательно твоей работы. Приняв сладости, Юнги резко остановился и в непонимании приподнял брови. А вот это поворот. Он не говорил альфе о своих планах насчет работы, но, похоже, об этом разболтал Тэхён или же как бы невзначай упомянул Санмин. Несмотря на чрезмерную болтливость, Чимин был нем, как рыба. Из него уж точно не выбить признание, если он пообещал унести тайну в могилу. — Я договорился со знакомым, который хочет расширить кондитерский цех в своей пекарне. Ему не хватает рук, особенно таких талантливых, как твои, — Чон склонился над омегой и, нежно улыбнувшись ему, оставил поцелуй на кончике носа. — У тебя все получится, малыш. Я верю в тебя. — Чонгук… — не веря промямлил омега. Все слова будто испарились, а мысли перемешались в плотный мутный комок. Его глаза бегали из стороны в сторону, не найдя за что зацепиться. Он не мог поверить в то, что только что услышал. Две недели в поисках работы прошли безрезультатно, а сейчас Чон снова его спас. — Я мельком увидел, как ты листал вкладки с объявлениями, поэтому решил немного поспособствовать, — Чонгук свернул в отдел с овощами, подойдя к полкам со спелыми томатами. — Ты можешь брать заказы на дом, если это потребуется. График довольно гибкий и, если тебе будет удобно, можешь заниматься только одной продукцией. Но есть кое-что…одно маленькое условие, — альфа мягким взглядом скользнул по миловидному личику Юнги, который был в полном недоумении от сказанного. — И что за условие? — Тебе нужно будет проводить мастер классы. Что касается готовки — все на твой выбор. — Условия просто потрясающие, но кто согласился на это? — Юнги был готов пищать, словно довольная маленькая девочка из-за переполняющих его чувств. Когда он был готов опустить руки, Чонгук снова пришел на помощь, дав стимул двигаться дальше. Юнги не сможет найти столько слов благодарности, чтобы вернуться все то добро, что за такой короткий промежуток времени сделал для него альфа. — Ты его знаешь очень хорошо, — довольный собой произнес Чон, растянув губы в голливудской улыбке. — Это Намджун. Супруг твоего друга Джина. — Да ладно, — сюрпризы на этом похоже еще не закончились. — Сокджин ничего мне не говорил о том, что у них свой бизнес, — прозвучало чуть обижено. — - А что насчет второй новости? Чонгук остановился у полок с ярко-желтой паприкой, которая одним своим видом пробуждала зверский аппетит. — Ты задолжал мне две услуги, — альфа выставил два пальца, образовавшие знак «V». — Но я не хочу, чтобы это выглядело так, как будто ты отдаешь мне долг. В этот раз мне нужна твоя помощь и, я надеюсь, ты не откажешь.

***

Единственное место, где Юнги чувствовал себя на сто процентов уверенно — кухня. Здесь он был волен делать все, что взбредет в его голову: создавать потрясающие шедевры из самых обычных ингредиентов, не попробовать которые просто невозможно. Он был горд собой, уверен в каждом действии и не переставал совершенствовать навыки, постоянно пробуя что-то новенькое. — Ничего себе! — удивленно воскликнул Чонгук, уставившись на пять больших контейнеров с готовыми закусками. — Меня не было всего два часа, а ты уже успел наготовить на целую футбольную команду. — Кажется, вы, тренер Чон, потеряли голову от того, насколько сексуально я выгляжу на кухне, — игривым тоном протянул Юнги, эффектно взмахнув широким ножом. — Даже забыли, каким видом спорта занимаетесь. — Ты всегда выглядишь сексуально, — Чонгук вплотную подошел к Мину, прикусившему нижнюю губу, а после обвил руками его тонкую талию. — - И не важно, в кителе ты или без одежды, — альфа наклонился к чужому ушку, мочку которого он легко прикусил, — я уже готов ползать перед тобой на коленях. Юнги даже опомнится не успел, как был затянут в горячий поцелуй, больше похожий на настоящую битву. Несколько дней назад у них уже был секс, но сложилось такое впечатление, что они встретились после года разлуки. Мин был уверен, что он бы не продержался и месяца вдали от Чона. Этот альфа действовал на него как магнит, который с каждым днем все сильнее притягивал к себе. — Я не успею приготовить, — тяжело дыша, прошептал Юнги в покрасневшие губы. — Я помогу. — А если кто-нибудь войдет? — не отступал омега. Готовить у себя дома — одно, но когда ты находишься в доме, в котором живут помимо него родители и брат с мужем — опасное дело. Юнги не хочет показаться перед ними в таком свете и опозориться по самое не хочу. Он больше не сможет смотреть этим людям в лицо, так как превратиться в сущий пепел, сгорев от стыда. — Я предупредил их, что мы будем о-о-очень заняты, — в этот момент Чонгук был похож на змея искусителя. — И попросил не мешать. — Вот черт, — шикнул омега, когда Чон стянул с его бедер спортивки, и одним пальцем проник внутрь. Мин готов был простонать во весь голос, так как желание металлическим прутом прошибло его тело, вызвав крупную дрожь. Чувствовать давление в себе безумно приятно, но понимание того, что наслаждение доставляет ему никто иной как Гук — вдвойне. — Постарайся не кричать, — попросил его альфа. Резко оторвавшись от искусанных губ, Чонгук развернул Юнги к себе спиной и, опустившись на колени, надавил на узкую поясницу, тем самым заставив того прогнуться и упереться руками в столешницу. Он схватился обеими руками за ягодицы, на которых останутся его собственнические прикосновение, и развел половинки в стороны. — Чего уж тише! — возмутился Мин. — Считай, ты прямым текстом сказал им: «Не мешайте, мы будет трахаться», — недовольным тоном пролепетал Мин, а после болезненно вскрикнул, получив укус в правую ягодицу. — Эй! — Если ты не закроешь свой прекрасный ротик, я займу его чем-нибудь другим, — угрожающе рыкнул альфа. В его голосе не было ни капли шутки. — Нашел, чем пугаа-а-а, блять! — Юнги уронил голову на сложенные на столе ладони и прогнулся в спине, чуть оттопырив задницу. Чонгук широким мазком языка прошелся по сжимающемуся колечку мышц, из которого выделялась смазка, тонкой струйкой стекавшая по внутренней стороне бедра. Альфа завороженно наблюдал за каплями прозрачной жидкости, ванильный вкус которой приятно осел на языке. — Ты такой вкусный, Юнгия, — хрипло прошептал Чон, но Мин услышал каждый слетевший звук с его уст звук. Альфа прижался губами к сочащемуся входу и дразнящими движениями стал играться с сокращающимися мышцами. Он наводил круги кончиком языка, а после медленно проникал в горячее нутро стонущего, как последняя блять, омеги. Мин готов был отдать Богу душу, так ему было хорошо. Чонгук творил немыслимые вещи своим чёртовым языком, на который омега старался насадиться ещё глубже, поддаваясь бедрами назад. Он хотел больше, резче, сильнее, но Чон каждый раз останавливал его крепкой хваткой рук. — Маха-а-ах, Гука, — проскулил Юнги, когда альфа отстранился и заменил язык сразу двумя пальцами. Длинными красивыми пальцами, на которые Мин подолгу залипал, когда тот вел машину, или же гладил его худую коленку. Мин обязательно расцелует их и вылижет как самую вкусную конфетку. Второй ладонью Чон обхватил вставший истекающий предэякулятом член омеги и начал медленно надрачивать ему, подстроившись под такт движений пальцев в анусе. Вдобавок, альфа не мог оторваться от мраморной кожи бедер, которую он покрывал поцелуями. Юнги был безумно красив, как внешностью, так и душой, заставляя внутреннего альфу Чонгука рыть носом землю и скалить белоснежные клыки. Он хотел оградить Мина от всех проблем и невзгод, заставить нуждаться в нем и, что является самым важным, поставить метку. Альфа так сходил с ума, когда зарывался носом в основание шеи Мина, но если бы он пах еще и им — верх мечтаний. — Да… — альфа ткнулся носом в загривок, где запах ощущался намного сильнее. — Что, малыш? От этого «малыш» омегу крыло неимоверно. Он хотел вывернуться наизнанку, обернутся вокруг Чонгука и впитаться в каждую клетку его тела. От обжигающе-свежего аромата ментола рецепторы сходили с ума, из-за чего кожа стала гусиной. — Я хочу… Хочу кончить, — дрожащим голосом произнес Мин, после чего проскреб ногтями по деревянной поверхности. — Так сделай это для меня, — Чонгук резко дернул рукой, а пальцы вошли настолько глубоко, что кончики с нажимом прошлись по простате. — Давай же. Юнги почувствовал, что изнутри последовал плавный толчок, что разнес по всему телу незабываемое наслаждение. При каждой близости Чонгук поднимал его на новый уровень: заставлял содрогаться в крышесносном оргазме, пускал по венам что-то наподобие яда, из-за чего он готов был стонать и вопить от того, насколько ему хорошо. Чон невероятен и то, насколько они подходят другу не объяснить словами. Мин откинулся на широкую грудь альфы и, подавшись бедрами назад, громко вскрикнул. Сперма, вырвавшаяся из темно-розовой головки напряженного члена, испачкала руку альфы, приспущенные штаны и даже край столешницы рабочей поверхности, где Юнги готовил. — Вот черт, — облегченно выпалил Мин, тяжело дыша. — Меня будто кинули на раскаленную сковороду и хорошенько поджарили до хрустящей корочки. — Нет, малыш, — альфа зарылся носом в сладко-пахнущую выбеленную макушку омеги. — В этот раз я приготовил тебя на пару, — он коротко хохотнул. — Дурак, — устало мяукнул Мин, а после недовольно фыркнул, когда испачканные в смазке пальцы покинули его тело, забрав с собой потрясающее чувство наполненности. — Гука-а-а, — из коридора донесся бодрый голос Хосока, который, несмотря на просьбу брата оставить его с Юнги наедине, все же ослушался. Чонгук недовольно выдохнул и, прижавшись тазом к омеге, заставил его упереться своими бедрами в столешницу, дабы скрыть от чужих глаз наготу. Он не позволит никому бросить даже мимолетный взгляд на оголенные участки кожи своего омеги, которые он с удовольствием покрыл жадными горячими поцелуями. — А где… Оу, Юнгия, тебе плохо? — Хосок с нескрываемой издевкой осмотрел раскрасневшееся лицо омеги, который выглядел устало и немного потрепано. Не нужно быть очень умным, чтобы понять чем же они здесь занимались. Если Юнги выглядел измотанным и затраханным, то Чонгук наоборот: его глаза искрились от счастья, щеки немного тронул румянец, а губы растянулись в нахальной улыбке. Вообще он был довольный, как ребенок, получившись на рождество именно тот подарок, который попросил у Санты. — Он немного устал, — ответил за Мина Чонгук, обхватив его рукой под животом, который уже не скрыть от глаз. Юнги не стал ничего объяснять Чонам касательно своего положения, так как за него это сделал Санмин. Больше эту тему никто не затрагивал, но соседи частенько спрашивали о самочувствии, особенно Тэхён и мама Чонгука, что таскали омеге различные вкусности. — Тогда вам следует подняться наверх и немного вздремнуть, — Хо толкнул язык за щеку, намекнув брату на секс, на что тот угрожающе уставился в ответ. — Спасибо за заботу, — елейным голосом протянул Гук и, взяв со стола ярко-красную паприку, бросил ее в увернувшегося братца, что был похож на нашкодившего ребенка. — У меня такое чувство, что все только и ждут, когда мы с тобой уединимся, чтобы после подшучивать, — ослабшим голосом пролепетал Юнги, сгорая от стыда. Сначала Чимин, потом Санмин, а теперь и Хосок. Им нужно найти какой-нибудь укромный уголок, благодаря которому они спрячутся от глаз родни. — Не у одного тебя, — Чонгук потянулся к рулону бумажных полотенец, с помощью которых он привел омегу в порядок, а после помог ему обратно натянуть одежду. — Я что-нибудь придумаю насчет этого. — Было бы здорово, — Мин привстал на носочки и, чмокнув альфу в губы, оставил легкий поцелуй на его подбородке. — А сейчас помоги мне закончить с рыбой и мясом. Их нужно замариновать, чтобы хорошенько поджарить на мангале. — Я полностью в твоей власти.

***

Сделав глоток прохладной воды, Юнги отставил бутылку на разложенный столик, на котором стояли напитки. Чонгук устроил отличный праздник для своих воспитанников: он организовал на заднем дворе школы боевых искусств пикник на свежем воздухе. Освежающие напитки, вкусные закуски, мясо и рыбу на гриле ребята уплетали за обе щеки, восхищаясь вкусом и прося добавки. Мину льстила такая реакция на его стряпню, ведь самыми требовательными гурманами в мире были дети, а им уж угодить было весьма сложно. Будущие чемпионы с интересом рассматривали Юнги, так как они впервые увидели своего тренера вместе с омегой. Они спрашивали, является ли Мин его омегой, на что он густо краснел, а Чонгук подтверждающе кивал. На этот праздник жизни приехали и Хосок с Тэхёном, которые помогли расставить столы и расфасовать по тарелкам вкусности, заботливо приготовленные Мином. Все веселились, громко смеялись и дурачились, но были и те, кто окружил Юнги и начал спрашивать, насколько сильно ему нравится тренер Чон и выйдет ли он за него замуж. Сначала омега растерялся, испуганным взглядом пялясь на Гука, а после влился в разговор. Он рассказывал различные истории заинтересованным детям и даже несколько раз подшутил над Чоном, пока тот их не слышал. Теплый день, наполненный звонким смехом и радостными возгласами перетек в теплый спокойный вечер, когда родители забрали свои чада домой. Дети были довольны, родители благодарны, ну, а сами организаторы мероприятия уставшими. Несмотря на измотанное состояние они были счастливы, что провели этот день не как обычно, а в кругу воспитанников Чонгука. Хосок, вычистив мангал и погрузив его в салон автомобиля, принялся помогать уставшему Тэхёну собирать пластиковые стаканчики и трубочки в мусорные пакеты. Юнги занялся нетронутой едой, которой осталось очень много. Он сложил все в контейнеры, а после взялся за грязные тарелки, которых была целая гора. Им понадобится много времени, чтобы все это вымыть и вынести в кладовую. — Из меня будто выжали все соки, — пожаловался Тэхён, передав мужу чистый мусорный пакет. — Дети такие активные. Юнги с легкой улыбкой на устах выслушал жалобу друга, а после подумал о своем малыше. Он надеялся, что его ребенок будет таким же и шустрым и любознательным, как воспитанники Чонгука, которые немного утомили своими расспросами и рассказами. Он отдаст всего себя малышу и постарается вырастить достойного человека, не то, что его отец. Кумин всю жизнь был занят собой любимым, не оглядываясь по сторонам и не думая о близких. — И не говори, — хохотнул Хосок. — Несколько мальчишек-альф сказали Чонгуку, что, когда вырастут, женятся на тебе, — он подмигнул удивленному омеге. — Братишка в осадок выпал от такого заявления. — Серьезно? — Юнги поднял ошарашенный взгляд на довольного собой Хосока. — Да, — ответил за брата вернувшийся Чонгук, который провел последних родителей. — Они сказали, что ты самый красивый омега, — альфа приобнял Юнги и чмокнул его в основание шеи. — Приятно слышать, — Мин чуть отклонив голову в сторону, раскрыв больше доступа для Гука. Ему льстило внимание, даже несмотря на то, что комплименты ему подарили дети. — Ты не просто прекрасный, ты самый лучший, самый талантливый и самый потрясающий омега, которого я когда-либо встречал в своей жизни, — вкрадчивым голосом произнес альфа в покрасневшее ушко омеги, который готов был растечься сливочным маслом под палящим солнцем. Внутренний омега Юнги ликовал и отплясывал румбу, как только слова альфы достигли его разума. Такого ему еще никто не говорил. Эти произнесенные с искренностью слова затронули утонченные струны души Мина, которые ему пришлось восстанавливать после прошлых отношений. Он еще раз убедился в том, что именно Чонгук сможет поистине сделать самым счастливым на этом свете и в этой жизни, и больше никому это не под силу. — Так, голубки, — обратился Хосок, подняв за ручки большой контейнер. — Если вы планируете здесь остаться, то на здоровье, но мы домой хотим. — Не планируем, — ответил брату Чон, неохотно отлипнув от разнеженного ласковыми поцелуями Юнги. — Я помогу. Пока альфа носили оставшиеся контейнеры, омеги разбрелись по машинам. Мин с удовольствием развалился на удобном сидении, откинувшись назад на спинку. Он прикрыл глаза, прокручивая сегодняшний день в своих мыслях, и слабо улыбался, когда вспоминал забавный момент. Юнги подумал о том, что было бы неплохо заявится на тренировку, принеся с собой чего-нибудь вкусненького, чтобы побаловать не только Гука, но и ребятню. Альфе будет приятно от такого знака внимания, ну, а дети, он понадеялся, обрадуются его визиту. Омега резко дернулся, когда раздался голос любимого исполнителя в динамике смартфона, а после достал его из сумки, которую бросил к себе в ноги. Он устремил взгляд на экран и, пробежавшись взглядом по имени звонившего человека, заметно помрачнел. Между бровей, которые осунулись на переносице, залегла глубокая складка, а губы были сложены в тонкую полоску. У Юнги не было никакого желания говорить с этим человеком, а особенно иметь с ним что-то общее. Он считал, что Кумин не достоин того, чтобы с ним говорили и уделяли внимание. Ему нет места в жизни Мина, как и в жизни его малыша. Омега нехотя принял вызов и, поднеся к уху, недовольным тоном произнес: «Чего тебе?» — А как простое «Привет»? — голос О был нахальным и кажись немного смазанным, что заставило Мина насторожится. — Пошел к чёрту, — ядовито выплюнул омега. — Как грубо, — хохотнул альфа. — Я обещал тебе, что это не последний разговор. У нас одно пока еще маленькое дельце, с которым нужно разобраться. Юнги был готов завыть раненым волком от того, насколько он ненавидел Кумина. Внутри него был огромный чугунный казан, в котором кипели смешанные воедино злость, ненависть и разочарование, выпуская наружу лопающиеся шары. Они то и дело переваливались через массивный бортик, заставляя омегу терять контроль над собой. — У нас вообще ничего нет и быть не может. Я уже тебе все сказал: этот ребенок только мой и тебя он никаким образом не касается. Прекрати мне портить жизнь, Кумин. — Похоже, ты стал намного смелее, Юнгия. Завел себе богатенького Буратино, что будет выполнять твои желания. Вот только, надолго ли это? — в голосе О сочились издевки и презрение. — Никому чужие дети не нужны. Он с тобой поиграется и выбросит за ненадобностью, а ты останешься с разбитым сердцем и малышом на руках. — Это ты сейчас о себе говорил? — огрызнулся Юнги в ответ колкой фразой. — Не забывайся. Ты поступил со мной еще хуже. — Люди могут ошибаться! — не выдержав давления со стороны омеги, выкрикнул О. — Верно, люди, но только не ты, — повысил голос Юнги. Он почувствовал, что его надолго не хватит. Слезы подобрались ядовитыми змеями, из-за чего щипало в носу и жгло веки. Нельзя сейчас раскисать, тем более, что Чонгук вот-вот вот вернется. — Ты что-то задумал, ведь просто так ничего не делаешь. Я знаю тебя не первый год, Кумин, поэтому перестань прикидываться добреньким и пускать мне пыль в глаза. — Я прошу тебя о встрече, — альфа шумно выдохнул в трубку и скрипнул зубами. — Обещаю, что и пальцем тебя не трону. Просто поговорим. — Зачем тебе это? — продолжил напирать Юнги. — Я объясню, но при встрече. Это не телефонный разговор. — Мне нужно подумать, — Юнги повернулся к окно, увидев приближающегося к нему Чонгука. — Я сам тебе позвоню. — Только не затягивай. — Это уже мне решать, — и сбросил вызов. У Юнги было всего несколько секунд, дабы перевести дыхание и хотя бы частично взять себя в руки. Этим звонком Кумин выбил его из колеи и испортил окончание прекрасного дня, который Мин провел с теми людьми, которые стали ему дороги. Со стороны водителя открылась дверь, а после Чонгук с широкой улыбкой на устах занял свое место. У него было прекрасное настроение, и по большей мере все это благодаря Юнги. — Поехали? — игриво спросил альфа, а затем выражение его лица из радостного мгновенно превратилось в обеспокоенное. — Все нормально? — Да, — Мин коротко кивнул и, уткнувшись затылком в мягкое сидение, прикрыл глаза. — Я просто устал. Спать хочу. — Точно? — Чон накрыл своей ладонью ладонь Юнги, которая была прохладной. — Угу, — Мин переплел пальцы с альфой. — Нам обоим нужен отдых. Сегодняшний день отобрал много сил.

***

Юнги откусил большой кусочек от ломтика пиццы, которую приготовил десять минут назад. Сегодня утром он проснулся с мыслью, что ему хочется вкусной ароматной пиццы с хрустящей корочкой, вкусом курицы и грибов, а также щедро посыпанной сыром, который будет напоминать тянучку после термической обработки. После того, как он привел себя в порядок, сразу же спустился на кухню и занялся задуманным. Помимо желания приготовить что-нибудь вкусненькое, Мин старался отвлечься от мыслей о предстоящем разговоре с Чонгуком. Он не рассказал альфе о звонке Кумина и его просьбе, ведь был уверен, что ему это не понравится. Омега подумал, что эта идея не придется по душе Чону и он будет против, чтобы Юнги встретился с бывшим парнем. После сцены в парке диагностического центра альфа вряд ли его отпустит одного. — У кого-то разыгрался аппетит, — ласково пролепетал Чимин и опустился на стул напротив трапезничающего омеги. — Выглядишь немного нервным. — И этому есть причина, — подтвердил догадку Пака Мин, отложил лакомство в сторону. — Помнишь, я тебе рассказывал о разговоре с О? — Как я понимаю, раз ты уже об этом заговорил, значит Чонгуку ничего не рассказал, — на выдохе произнес Чимин, потянувшись к тарелке с ровно нарезанными кусками пиццы. — А сейчас ты снова занимаешься самоедством, потому что не знаешь, как мягче об этом ему донести. На слова брата Юнги просто кивнув, отметив, что Чимину всегда удается попасть в точку. Он как будто обладал какой-то сверхъестественной силой или же имел дар хорошо читать людей. — Ты прав, — Мин поправил на себе футболку, которая вскоре станет совсем мала. Как никак пятый месяц и его живот значительно округлился. Малыш, а точнее малышка, частенько давала о себе знать. Ночью она была особенно активна: толкалась ножками, вертелась и не давала своему папочке поспать. Ближе к утру она успокаивалась, но теперь уже Мин не мог уснуть, продолжив бродить по двору. — Просто скажи ему все как есть, — предложил Пак. — Ты ничего плохого не сделал. Кумин твое прошлое и отец твоего ребенка. Как бы не прискорбно было это признавать. Вам есть о чем поговорить. Лучше сейчас замять вопросы касательно ее воспитания и прочего, чем потом, будучи вымотанным бессонницей и заботой о малышке, решать еще и такого рода проблемы. — Гук будет против, — устало произнес Юнги. Он не хотел ругаться с альфой из-за О, ведь в его жизни все только начало налаживаться. Он устроился на работу, занявшись любимым делом, возобновил общение с Джином, а также стал помогать папе финансово. Все это он смог осуществить благодаря Чонгуку, который не дал опустить голову и пустить все на самотек. Альфа всегда был рядом, поддерживал и дарил свою ласку и заботу. — И это нормально, — заверил его Чимин. — Ты его истинный омега, которого он намерен любить и оберегать, поэтому боится, что ты вернешься к Кумину. — Но это не так, — встрепенулся Юнги. — Я не хочу возвращаться к О и никогда этого не сделаю. — Такая уж природа альф и с этим ты ничего не сможешь поделать, — Чимин дернул плечами, а после приступил к новой порции. — Очень вкусно. — Спасибо, — кряхтя, Мин встал со своего места, устремив взгляд в сторону входа из дома. — Просто скажи и не парься. Тебе нельзя нервничать, — напомнил ему брат, который был полностью поглощен процессом поедания утренней «прихоти» Мина. — Спасибо тебе, Чимина. Я бы не смог без тебя, — в который раз повторил Юнги. — Предлагаю отблагодарить меня вкуснейшей пастой с фрикадельками, — пухлые губы растянулись в довольной улыбке. — И еще бы я не отказался от персикового пирога.