Как найти счастье?

Юнги еще раз бросил короткий взгляд на часы и набрал номер, который уже давно стер из телефонной книги, но не из памяти. Он ядовитой болезнью проник под корку мозга, откуда его будет тяжело достать. Мин хотел многое забыть, особенно те моменты, которые были сложенные в сейф под названием «Больно». Зачастую они ассоциировались с бывшим парнем, который до сих пор не давал ему прохода. Каждый гудок истреблял по капле решимости в омеге и заставлял пожалеть о содеянном. Это решение далось ему очень сложно. Мин не смог игнорировать сообщение и звонки Кумина, который требовал встречи тет-а-тет. Все это омега делает ради своей малышки. В ее жизни не должно быть отца-эгоиста, который воткнет нож в спину в самый неожиданный момент. — Не думал, что ты все-таки позвонишь, — раздался в динамике когда-то любимый голос. Сейчас бы Мин хотел никогда больше в жизни его не слышать. Он бы и не позвонил, но О похож на жвачку, что намертво приклеивается к обуви. Она как бы есть, но ее присутствие вы не ощущаете. — У тебя это всегда плохо получалось, — съязвил Мин, оставшись довольным собой. После расставания с О он обрел былую уверенность. — Давай обойдемся без колкостей, — похоже, после ранее брошенной фразы настроение Кумина ухудшилось, что не могло не порадовать омегу. — Что ты решил? Повисла тяжелая пауза, во время которой воздух стал гуще. В динамике лишь раздавались два спокойных дыхания: добычи и зверя. Только вот стоит еще подождать, чтобы время само расставило все на места и каждому поручило свою роль. — Хорошо, — спокойным тоном произнес Юнги, опустив взгляд на живот. Он должен быть в сто раз внимательнее, дабы не купиться на какую-нибудь дурацкую уловку О. Этот хитрый лис будет изворачиваться всеми возможными способами. — Я согласен встретиться, — он постарался спокойно выдохнуть, дабы не дать Кумину понять, как сильно нервничает и злится в данный момент. Нельзя показывать свой страх перед человеком, намеревающимся тебя запугать. — Только эта встреча будет последней. Мы больше никогда не увидимся. Мину очень хочется в это верить. Он намерен раз и навсегда вычеркнуть этого человека из своей жизни, дабы построить свою. Счастливую. С Чонгуком. — Не нужно зарекаться, Юнги-я, — приторным тоном протянул О и гаденько усмехнулся. Омега готов поспорить, что сейчас альфа доволен как никогда и считает себя королем ситуации. — Жизнь сложная штука и может столкнуть нас снова в самый неподходящий момент. — Буду надеяться, что такого не произойдет, — оборвал разговор Мин, сбросив вызов. Он думал, что смог сбежать от прошлого, которое постоянно нагоняет его, наступая на пятки. Юнги не мог понять, почему Кумин снова и снова дает о себе знать, обрекая на уйму мыслей. Он первым изменил, оттолкнул и прогнал, как будто Мин заражен неизлечимым вирусом, а сейчас хочет вернуть все на круги своя. Такие перемены не к добру. Омеге это не нравится. Устало выдохнув, Юнги отложил в сторону телефон. Прошла неделя, а он до сих пор ничего не сказал Чонгуку. Он прекрасно понимал, что это неправильно и такое поведение обидит альфу, но ничего поделать с собой не мог. Мин всеми силами пытался отторгнуть ту часть прошлого, что больше всего его тяготила. Она вмешалась черной краской в светлую палитру, оставляя после себя серые разводы. Юнги не хочет видеть эти разводы, не хочет чувствовать запах, разрушающий его будущее, но оставить это он не может. — Ты чего такой бледный? — Санмин подскочил к сыну и взял его лицо в свои теплые ладони. — Хорошо себя чувствуешь? — Угу, — Юнги опустил взгляд в пол. — Не выспался, кажется. Он не хочет обременять папу своими душевными терзаниями. Он и так многое для него сделал, пожертвовав своей молодостью. — Выпей ромашковый чай, — старший омега положил ладони на выпуклый живот Мина и, ласково улыбнувшись, нежно погладил его. — И прогуляйся по саду. Тебя всегда это успокаивало. — Спасибо, папа.

***

Первый день на новой работе выдался для Юнги весьма успешным и немного изматывающим. Несмотря на нервное состояние, коллектив принял его с распростертыми объятиями. В честь нового сотрудника они устроили теплое и уютное чаепитие, что заставило Мина прослезиться. Ему была приятна забота, которую он получил от совершенно посторонних людей, поэтому намерен ответить тем же. Как сказал Джин: «Дело осталось за малым». Ведь это так. Юнги провели небольшую экскурсию: показали пекарню, склад с продуктами и инвентарём, а также рассказали о выпечке. Во время их собрания-знакомства было решено немного изменить ассортимент, введя более популярную выпечку, которая будет легка в приготовлении и придется по вкусу покупателям. Мин охотно согласился помочь своей новой семье, а после был закреплен за рабочим местом. Поговорив с Намджуном и его супругом, Юнги составил список инвентаря для кондитерской. Пекарня в основном производила сдобу, поэтому было решено расшириться, занявшись тортами и пирожными, которые также можно заказать по случаю различных мероприятий. После насыщенного дня Мин вернулся домой и, прихватив свои книги и ноутбук, вышел во двор. Любимые качели и рабочая атмосфера погрузили Юнги в те времена, когда он частенько оккупировал кабинет управляющего ресторана и, обложившись различной литературой, продумывал новые блюда или банкетное меню. Он бы с удовольствием вернулся в то время, но только с двумя важными поправками: выбросить Кумина из его жизни и не быть плохим сыном для папы. — Работаешь? — рядом опустился Чонгук, закинувший руку на спинку позади омеги. Он чуть склонился в сторону, дабы получше рассмотреть, чем занимался Мин, а после оставил легкий поцелуй в висок. — Угу, — Юнги оторвался от своего занятия и, бросив на альфу счастливый взгляд, чмокнул его в чуть раскрытые губы. В такие моменты он чувствовал себя легко. Чонгук будто окутывал его своим ароматом, насыщая душу умиротворением. — Как прошел первый рабочий день? — альфа нырнул ладонью в задний карман джинсов и выудил из него небольшую бархатную коробочку, которую Мин не сразу заметил. — Отлично. Мне всё очень понравилось: рабочее место, атмосфера, коллектив. Все были так добры ко мне, из-за чего я постыдно разревелся. — Я рад, что ты остался доволен, — альфа протянул небольшой презент, заметив, как округлились глаза Юнги. — Только не разворачивай сейчас, — попросил Чон, а после получил широкую улыбку в качестве вознаграждения. — Сделай это, когда я уйду. — Хорошо, — щеки Мина окрасил румянец. — Спасибо большое. Если бы не ты… — Прекращай, — Чон заправил выбившуюся прядь за ушко омеги. — Я не сделал ничего особенного. У меня спросили совета, а я лишь высказал свое мнение и посоветовал тебя, — мягким тоном произнес альфа. — Вот и все. — Для меня это очень важно, — Мин отложил ноутбук со своих колен и, обняв Чона за руку, примостился вплотную, положив голову на его плечо. — Не считая папу, я ни от кого не получал столько помощи, как от тебя, — омега поднял на альфу глаза, что блестели от скопившихся слёз. — Я просто боюсь, что привыкну к этому. — Какой же ты дурашка, Юнги-я, — Чонгук растянул губы в теплой улыбке. Мин ощутил, как внутри все всколыхнулось и задрожало, поэтому прикусил щеку изнутри, дабы не показать, какой он сейчас уязвимый и слабый. Частично в этом вина гормонов, которые устраивали для омеги настоящие американские горки: в одно мгновение он готов летать на крыльях счастья, ну, а в другой — злился и бросался всем, что попадало под руку. — Но ведь это правда, — в голосе Мина проскользнули нотки печали. — Ты всегда рядом, помогаешь и защищаешься меня. Покупаешь разные вкусности и с головы до ног осыпаешь своей любовью. Но… — осекся он, переведя дыхание. Он даже думать боится о том, что Чонгук может исчезнуть из его жизни, не то, чтобы произнести это вслух. И все это не потому, что его дочери нужен отец, а ему — гранитная стена, за которой можно спрятаться. Даже истинность здесь ни при чем. Просто… Это же Чонгук, ставший таким родным и близким, которого хочется касаться, обнимать и готовить для него вкусную еду. — Юнги… — Я боюсь, что не смогу собрать себя заново, если ты исчезнешь из моей жизни. Я… — по щекам скользнули первые слёзы, которые Мин утер ладонью. — Малыш, ну ты чего? — Чонгук развернулся корпусом к Юнги, а после притянул его к своей груди. — Всегда буду рядом. Никуда тебя не отпущу, — он поцеловал омегу в макушку, пока его футболка намокала от несдержанных слёз. — Ты же такой миленький, сладенький и родной. Я готов себе шею свернуть, если посмею причинить тебе боль. — Гу-у-ука-а-а-а, — глухо протянул омега в район солнечного сплетения. Он обвил руками крепкий торс альфы, млея от ласковых прикосновений широких ладоней к своей спине и затылку. — Тебе нельзя плакать, а то наша малышка расстроится. — Не-е бу-у-ду-у.

***

Юнги критичным взглядом окинул свое отражение в зеркале, а после обиженно захныкал. Мин на шестом месяце беременности, и его фигура значительно округлилась, из-за чего ему казалось, что он выглядит, как воздушный шар. Вот только быть похожим на воздушный шар — вполне нормально, но омега уверен — его разнесло по полной программе. Санмин сдался. Он устал спорить и объяснять Юнги, что тот не набрал лишнего веса. Постоянные разговоры о том, что у омеги нормальный вес и выглядеть он стал еще краше, ни к чему хорошему не привели. Последний их диалог на эту тему закончился тем, что Санмин устало вздохнул, а Юнги раздраженно фыркнул. На этом и порешили. Понаблюдав за пререканиями старшего омеги и Мина, Чимин лишь заливисто расхохотался, зажевал несколько печенюшек и, хрюкнув себе под нос, удалился во двор. Свое мнение он высказывать не стал, ведь тогда бы произошла настоящая Хиросима в исполнении Юнги. В доме бы стало тесно всем. Сам Мин утверждал, что скоро ему придется покупать вещи для альф, так как для таких жирных омег, как он, одежду не шьют. Истерики — одна из «прелестей» беременности, а самокритика — ее огромнейший минус. — Чёрт! — возмутился Юнги и, кряхтя и шипя проклятия, стянул с себя футболку, которая обтянула его настолько сильно, что он стал выглядеть как сарделька. Да и дышать в ней уже было сложно: грудную клетку и живот сдавила ткань. Для Чонгука хочется быть красивым, неповторимым, самым лучшим. Хотелось, чтобы у него дыхание перехватывало и речь отнимало, а из-за своего положения, что очень расстраивает Мина, это просто невозможно. Красивое нижнее белье, легкий макияж и укладка придавали омеге уверенности, но, когда он опускал взгляд на свои бедра, весь настрой тут же улетучивался. Юнги прекрасно осознавал то, что это только его заскоки и виновного в этом, кроме него, нет. Каждый раз бросая взгляд на Чимина, тело которого божественно и сексуально, омега расстраивался и дулся на самого себя. Он даже установил небольшой запрет: не есть по ночам, мотивируя тем, что это отразится на фигуре. Вышло ли у него отказать от ночного похода к холодильнику? Конечно же, нет. Ребенок просил есть, а его папочка отказать не мог. За дверью прозвучал топот и неразборчивое шипение, а после она с грохотом распахнулась. Перед омегой возник запыхавшийся Тэхён, который, кстати, выглядел, как настоящая модель. Неделю назад он родил прекрасного омегу, которого назвали Ыну. Малыш был точной копией своего отца, гордившегося своим чадом. Альфа каждый день не переставал благодарить Тэ за такой потрясающий подарок, укачивая ребенка на руках, а омега смущенно отводил взгляд в сторону. — Мне нужна твоя помощь! — выпалил омега. На нем были светло-голубые укороченные джинсы, подчеркнувшие стройные ноги, и тонкая рубашка в цветочный принт, две верхние пуговицы которой открывали вид на выразительные ключицы. Волосы Тэхёна были перекрашены из блонда в ярко-красный, который очень ему шел. Глаза подведены карандашом, из-за чего они стали более выразительные, а губы он подкрасил розовым блеском. — Если куда-то нужно идти, то прости. Я — пасс, — Юнги потянулся к полосатой футболке с надписью и с трудом натянул ее на себя. У него осталось немного вещей, которые более или менее подходят и не вызывают дискомфорта. Вскоре нужно будет сделать покупки, иначе ему будет не в чем ходить, а таскать вещи у Гука он не собирается. Причина этому — странные гляделки папы и смущающие подколы Чимина. Даже Тэхён вряд ли сдержится и обязательно скажет что-то насчет этого. — Мы поедем, — успокоил его Чон, пройдя в комнату. — Через неделю у нас годовщина свадьбы, поэтому мне нужно в срочном порядке забрать заказ. Если не сделаю этого сегодня, то придется ждать как минимум четыре дня. — К чему такая спешка? — поинтересовался Мин. — Магазин переносят в другое место, поэтому лично для меня никто не будет рыться на складе, — раздраженно произнес Тэхён. — Да и не факт, что потом у меня найдется время и предлог выбраться за подарком. — С этим понятно. А я тебе зачем? — Поможешь выбрать мне наряд для романтического ужина, — Тэ плюхнулся на постель и, подняв глаза к потолку, мечтательно пролепетал. — Я должен выглядеть идеально, чтобы сразить Хо и отнять дар речи, — он хлопнул в ладоши и перевел свой взгляд на задумавшегося Юнги. — Взамен мы заедем к Чонгуку, — он поиграл бровями. — У него сегодня две тренировки с ребятней, поэтому я оставлю тебя с ним. — Ты решил меня подкупить? — Юнги положил ладони на свои бока, где ранее была тонкая талия, и уставился на омегу. — Не в коем случае, — Тэхён замотал головой из стороны в сторону. — Просто хочу подарить другу возможность побыть наедине со своим альфой. — Это мы можем сделать и дома. — Но потрахаться без постоянного надзора нет. Стоит ли провести вечность в компании Тэхёна в магазине, где уйма одежды, скучая и желая испариться? Да, если он сможет увидеть Чонгука. Юнги показушно фыркнул и потер лицо ладонью. — Хорошо, — согласился Мин. — Только дай мне десять минут. Хочу побаловать Гука чем-то вкусненьким.

***

Юнги откинулся на спинку сидения, которое было довольно-таки удобно. Они поехали на машине Тэхёна, которая омеге очень понравилась. Просторный комфортный салон и кондиционер, что спас их от жары, подкупили Мина. Водительские права у Мина были, поэтому он подумал над тем, что было бы неплохо обзавестись своим авто, что значительно бы упростило ему жизнь. — На улице настоящее пекло, — брезгливо выпалил Тэхён, не отрывая внимательного взгляда от дороги. — Да уж. Омеги уже побывали в ранее упомянутом Чоном магазине, где забрали подарок для Хосока, забежали в парочку детских магазинов, а также выбрали сексуальное нижнее белье и элегантный вечерний наряд для романтического ужина. Юнги, недолго думая, прикупил себе в соседнем магазине прохладный напиток, а после развалился в удобном кресле перед раздевалкой, в которой переодевался Тэхён. Так вытерпеть пытку под названием «Незапланированный показ мод» стало значительнее проще, что не могло его не порадовать. Мин высказывал свое мнение по каждому образу, который примерял омега, иногда отпуская забавные комментарии. Когда с шопингом было покончено, Чон все же выполнил обещание, и они направились в школу Чонгука. Юнги с нетерпением ждал встречи с альфой. Они не виделись чуть меньше суток, но омега успел соскучиться по его теплому взгляду, горьковатому аромату, которым упивался при каждой встрече, горячим поцелуям и крепким объятиям. В них Мин мог спрятаться от всего мира, погрузившись в свою маленькую вселенную, где был только он и Чонгук. — Ты меня слышишь вообще? — громче обычного обратился Тэхён, нахмурившись. — А? — Юнги широко распахнул глаза, повернувшись к омеге. — Прости, я задумался. — Не-е-ет, — протянул Тэ. — Ты нахрен выпал из реальности, — подытожил омега. Мин заметил, что он был чем-то раздражен: нахмуренные брови, закушенная нижняя губа, и он постоянно постукивал указательным пальцем по обтянутому кожей рулю. Кто-то или что-то его выбесило. — Ты почему такой заведенный? — поинтересовался Юнги. — А ты разве не заметил? — Чон высоко вскинул брови вверх, после чего получил отрицательный ответ. — Этот придурок, что работает у Гука администратором, пролетел так, что чуть было не зацепил нас. Он мог поцарапать мою малышку, за что я ему бы голову открутил. Юнги сразу же вспомнил сообщение, из-за которого он жутко перенервничал. В тот момент он боялся, что Чонгук на него разозлится, но благо все прошло хорошо. — Интересно, чего он так пронесся, как будто у него зад подгорал, — насупившись, произнес Юнги. Тэхён, переключив скорость, надавил на педаль газа, а после перевел взгляд на подобравшегося на сидении Юнги. — А вот сейчас мы это и узнаем.

***

Машина остановился на парковке рядом с автомобилем подчинённого Чонгука, оставив после себя короткий след жженой резины. Тэхён с довольным видом откинулся на сидение и растянул губы в довольной улыбке. Похоже, ему нравилась скорость, разгоняющая кровь по сосудам, а вместе и с тем адреналин. Юнги такого увлечения не разделял, предпочитая более спокойную езду. Ему нравилось, как водит Гук: уверенно, спокойно, но и не плетясь улиткой по трассе. То, что нужно. — Круто прокатились, не так ли? — Тэхён стянул очки на кончик носа и, повернувшись к омеге, посмотрел на него поверх этого аксессуара. — Кому как, но хорошо, что добрались в целости и сохранности, — Мин громко сглотнул, взявшись рукой за дверную ручку. — Не преувеличивай. Я прекрасный водитель, — похвастался Чон. — Я не сомневаюсь в твоих водительских навыках, но в следующий раз давай без экстрима, — Тэхён звонко хохотнул. — Подожди меня несколько минут. — А ты разве не хотел остаться? — Хотел, — Мин кивнул в подтверждении своих слов. — Если он будет очень занят, то тогда я вернусь домой и дождусь его уже там. — Ок. Забрав с заднего сидения заботливо упакованные контейнеры с перекусом, Юнги выскользнул из салона и походкой «уточка» вошел в здание. Он уже был знаком с тем, что и где находилось, так как Чонгук лично провел для него экскурсию и даже зажал в своем кабинете. Альфа усадил его на свой стол, за которым разрабатывал план тренировок, и, обвив руками талию, впился в призывно распахнутые уста. Тогда все закончилось совместной дрочкой, после которой Чону пришлось выбросить в урну несколько листов с планом питания. Миновав холл, Мин ощутил приторно-сладкий аромат, принадлежащий омеге. Он зажал нос двумя пальцами, так как пряный запах мёда, корицы и имбиря обжег носоглотку, и зашагал дальше, к кабинету альфы. — Гук? — позвал Юнги, но ему никто не ответил. По мере приближения к нужной двери аромат становился все отчетливее и резче, а любимый ментол стал насыщеннее. Омега остановился, дабы перевести дыхание и собрать мысли в кучу. В голову лезли фрагменты, которые он никогда бы в жизни не хотел увидеть в реальности. Только не это. Только не сейчас. Сделав дыхательную гимнастику, Мин тихими шагами дошел до двери и положил ладонь на дверную ручку. Он не мог понять, почему не может решится открыть ее. Это же так просто: немного надавить и потянуть на себя. Два движения, которые навсегда изменят его жизнь и заставят разочароваться в искренности человеческих чувств. Все, что было дальше, будто в замедленной съемке. Юнги, все же открыв эту долбаную дверь, наткнулся взглядом на испуганные глаза Чонгука и затянутые сизой поволокой похоти глаза омеги. Парень, имя которого он не знал, был уложен спиной на стол, на котором когда-то находился он сам. Его футболка разорвана и гадкими лохмотьями свисала по обе стороны оголенного торса, волосы рассыпаны на папках с какими-то бумагами, а ноги парня были обвиты вокруг талии Чона. Альфа стоял у края стола между разведенных стройных ног, а его руки были расположены по обе стороны от головы омеги. Губы покраснели и чуть припухли, что свидетельствовало о несдержанных поцелуях. Футболка Чона была подтянута к самой шее, выставив напоказ рельефный пресс и широкую грудь. — Юнги… — шокирующе выпалил Чонгук. Он уже хотел рвануть к омеге, но был остановлен выставленной вперед рукой. Мин сделал вывод, что они находились в таком положение вовсе не минуту и даже не пять, раз их одежда была в таком состоянии. — Стой! — выпалил Юнги и рвано выдохнул раскаленный воздух. Внутри уродливыми ошметками обваливалось их счастье, которое Юнги собрал по крупицам после разрыва с Кумином. Оно было таким теплым и хрупким, что омега надеялся сохранить и дать перерасти ему во что-то большее, надежное, значимое. С каждым вдохом легкие обжигал раскаленный воздух, заставляющие их покрыться обугленной коркой. Мин чувствовал, как расходятся глубокие трещины по его сердцу, из которого сочится ядовитая гарь. Мин верил, что Чонгук — его спасение. Верил, что он никогда не предаст и станет для него щитом, но… Мину нужно перестать верить в дурацкие сказки. Только в них происходят поистине удивительные вещи, но не в реальности. Она рубит своим топором все хорошее на мелкие частицы, которые после сжигает напалмом до образования сизого пепла. — Дай мне все объяснить, — хриплым голосом произнес Чонгук. Перенеся вес на руки, альфа отстранился от лежащего под ним омеги, который пах настолько концентрированно, что у Юнги жгло в носу. Очевидно, что у него была течка, но это ничуть не оправдание для Чона. Он должен был сдержаться и поскорее убраться подальше от парня, но он этого не сделал. Может, не насколько сильны его чувства, как он об этом рассказывал? — Нет смысла, — ровным тоном произнес Юнги. Он сжал кулаки так сильно, что коротко стриженные ногти впились в нежную кожу ладоней, на месте которых останутся синие полумесяцы. Сейчас ему плевать на боль. В душе творится цунами, ураган, землетрясение и извержение вулкана. Омегу трясло, выворачивало наизнанку, бросало то в холод то в жар, но внешнее — полное спокойствие. Юнги даже не проронил ни единой слезинки, ведь Чон не имеет права увидеть, насколько он слаб. Самое печальное то, что Мин хотел быть слабым рядом с ним. Он хотел отдаться в крепкие надежные руки, которые бы лелеяли его, переложить часть собственного груза на родные плечи, на которые он всегда может опереться. Он хотел стать важной частью жизни Чонгука, а получилось так, что альфа поднял его с колен, после сильнее втоптал в грязь. Юнги положил на алтарь всего себя, но что получил взамен? Ничего, кроме выедающей нутро боли. — Ты все… — … не так понял? — завершил фразу Юнги вместо альфы. — Не нужно оправдываться. Больше ничего не нужно, — он отступил на шаг в сторону. — Всё. На этом всё. Мин не помнил, что кричал ему Чон, как выскочил из здания и, открыв дверь со всего размаху, плюхнулся в салон под удивленный взгляд Тэхёна. После Кумина было больно, но после предательства Чонгука в душе образовалась настолько глубокая бездна, что достать до дна не хватить и столетия. Ему порой казалось, что боль — его постоянный спутник. Она никогда не уходила и не отступала в сторону, лишь пряталась и блекла, пока не возникала новая возможность вновь расправить свои крылья. Тогда она пускала в ход все свои чары, которые спрятала в закрома, награждая новым потоком адских страданий. — Что случилось? — выпалил Чон, окинув внимательным взглядом вернувшегося омегу. — Чонгука нет на месте? — Угу, — прохрипел Мин, отведя взгляд в сторону. — Поехали домой, — он тяжело выдохнул. — И, если ты не против, можешь гнать, что есть сил.